Новый мир Гермионы

Драко слишком резко поднялся с кровати, отчего в его глазах потемнело, и схватил стакан воды с тумбочки, опустошая его за пару секунд. Поставил стакан обратно и вытер тыльной стороной ладони испарину со лба. Ему снова снилась она. И не она одна. Он был готов поклясться, что в его сне вдруг появился кто-то ещё. Маленький ребенок с такими же платиновыми волосами, как и у него самого. «Что за чертовщина?» Вчерашний разговор с очкастым Поттером все еще не выходил у него из головы. Этот самоуверенный говнюк также как и в прошлый раз разгадал замысел Драко вторгнуться в его голову, давая ему увидеть только одно. Гермиона Грейнджер, окровавленная, раскинув руки, лежала на руинах замка. Это ложь. Он знал точно, что она не может быть мертва. Он не мог почти каждую ночь видеть Грейнджер в своих снах, если ее давно нет в живых. Это подсказка, что она жива и невредима. И возможно, все ещё думает о нем. Но кто этот ребенок? Неужели… Тряхнув головой, он отогнал от себя назойливую мысль. «Успокойся, глупец, мы ведь видим в своих снах лишь то, что хотели бы увидеть». Прохаживаясь по своей Лондонской квартире, ставшей его домом после того, как он покинул поместье и разорвал отношения с Асторией, которая не могла более терпеть его вспышки неконтролируемого гнева по причине и без (она была не той девушкой, с которой он бы хотел жить семьей, поэтому он злился на себя, что понапрасну пытался строить с ней отношения, стараясь забыть о той, которую любил и ненавидел с первого курса в Хогвартсе), он напряженно строил в своей разрывающейся от боли голове план дальнейших действий. Да, Поттер ничем ему не может помочь. Будет крайне нелогично снова наведываться к нему с тем же разговором. Через свои каналы также выяснить ничего не удалось. Он собрал все списки Пожирателей, которые погибли либо были осуждены Визенгамотом, и, разумеется, никто из осужденных не был обвинен в убийстве Грейнджер. Запустив пальцы в волосы и с силой их потянув, он решил, что пора все же наведаться к Уизли во «Всевозможные волшебные вредилки» в Косом переулке. Этот олух точно должен расколоться. Вряд ли его способности в окклюменции стали лучше за эти несколько лет. Осталось лишь правильно начать разговор, чтобы не быть им позорно прогнанным в первую же минуту их встречи . Надев свою черную мантию поверх костюма, он решительно покинул квартиру и, зайдя в темный переулок, трансгрессировал к Дырявому котлу, из которого можно было пройти ко входу в Косой переулок. В магазине не было куда яблоку упасть. И это странно, каникулы в Хогвартсе ведь ещё не начались. Откуда здесь столько детей? Медленно прохаживаясь мимо полок со всяческой магической дрянью, он прислушивался к разговорам. Где-то должен быть Рон. Нужно его найти. Спустя минуту Драко повезло. Из подсобки показалась рыжая шевелюра Уизли. -Малфой? В голосе Рона звучала все та же неприкрытая неприязнь, а глаза злобно сощурились. - Уизли, - Драко ответил сдержанным кивком, бросая все усилия на то, чтобы на его лице не дрогнул ни один мускул. - Что ты тут делаешь? Вам, Малфоям, вход в этот магазин запрещен… - Вот как? - Драко склонил голову на бок, - То есть, я хотел сказать… - Неважно, что ты хотел сказать, Пожиратель смерти… - Бывший Пожиратель, Уизли, - поспешил напомнить он, - Если ты забыл, меня и моих родителей суд оправдал. - Но это не значит, что я должен быть согласен с решением Визенгамота! - вспыхнул Рон. - Справедливо, - тихо отозвался Драко, потупив взгляд, - Но я здесь вовсе не за этим, Уизли. Рон, пару секунд назад собиравшийся прекратить разговор, воззрился на опустившего голову Малфоя. - Ну и? - А в этом магазине есть место, где бы мы могли поговорить без лишних ушей? Малфой кивком указал на навострившую уши продавщицу, которая возилась с коробками возле одного из прилавков. - Есть, Малфой! - Рон с вызовом задрал подбородок, - Но говорить мы будем здесь. Если, конечно, я решу, что это стоит разговора. - Хорошо, - он был готов пойти на любые условия, лишь бы успеть задать интересующие его вопросы, - Рон, не мог бы ты мне рассказать, что произошло с Грейнджер? - А то ты не знаешь! - лицо Рона побагровело, - Один из ваших прятался в замке и напал на нее после того, как Волан-де-Морт окочурился. Ее нет, Малфой! Драко знал, что Рону было известно больше, чем нужно. Гермиона рассказала своим лучшим друзьям о том, что их с ней объединяло нечто большее, чем просто ненависть. И это крайне разозлило Рона тогда, ведь он был влюблен в Грейнджер, но ее кратковременный и абсурдный роман со слизеринцем мог перечеркнуть не только его любовь к ней, но и дальнейшую дружбу. - Ну, же, Уизли, хоть ты мне не лги! - понизив голос до шепота, Драко в мольбе прищурился, - Ты ведь любил ее! Ты должен меня понять… - Понять? Ты с ума сбрендил, Пожиратель! - попятившись, Рон схватился за конец волшебной палочки в заднем кармане брюк, но Драко его опередил. Даже не вынув палочку из широкого кармана мантии, он невербально произнес «Легилименс!», после чего окунулся в образы, которые мог разглядеть в потоке воспоминаний рыжего. Разверзшаяся пасть Нагайны, крестражи, Фред, погибший от взрыва стены в Хогвартсе, родители, убитые горем, магазин, Поттер, Джинни… стоп, а это что? Блондинка, вылезающая из маггловского автомобиля, и фасад трехэтажного обычного на первый взгляд дома. - Ну, нет! Остановись! Пышущий от злобы Рональд навел на Драко свою палочку, готовясь произнести контр-заклятие. - Кто это, Уизли? - промычал Малфой, едва не рухнув на пол, ноги его вдруг подогнулись, не в силах больше держать на себе вес потяжелевшего в миг тела. Он вцепился двумя руками в край деревянного прилавка, заливаюсь потом и слезами. Колдунья-продавец, уронив коробку, умчалась прочь, в подсобку. Несколько подростков недалеко от них откровенно пялились на них, раскрыв рты. - Не твое дело, Малфой! Ты… скотина! - Рон ткнул палочкой в грудь сгорбившемуся Драко, - Вон! Уноси отсюда свои ноги! - Прошу, ответь! - он пытался выровнять свое дыхание, но получалось из рук вон плохо. Ему было плевать на гордость и на палочку, неприятно вонзающуюся в его грудь, - Рон! Она снится мне! Постоянно! Это ведь она? Рон резко убрал палочку обратно в карман. Слезы, стекающие по бледному заостренному лицу, его обезоружили. Шокировали. - Пошел прочь! - только и выдавил он из себя, трясясь от злобы. - Спасибо, Уизли, - понимая, что это всё, что он мог сделать, Драко благодарно кивнул и, со вздохом выпрямившись, развернулся на каблуках и, хромая, вышел из магазина в переулок. Битый час Драко кружил по Лютному переулку, не зная, что ему делать. Он вновь и вновь прокручивал в своей голове образ блондинки из воспоминаний Уизли. И фасад дома казался вдруг ему знакомым. Это Англия! Но, он мог и ошибаться. Наколдовав из воздуха стеклянную пробирку, Драко приложил палочку к виску и поместил светящуюся субстанцию воспоминания о путешествии в голову Уизли в пробирку. Осталось лишь найти Омут памяти и вновь окунуться в это важное воспоминание. Но единственный омут памяти, о котором ему было известно, принадлежал когда-то Дамблдору. Наверняка он и остался там, в его кабинете. Хозяйничает там теперь МакГонагалл, и вряд ли ему удастся уговорить ее позволить ему им воспользоваться. Горько вздохнув, он сунул пробирку в карман и двинулся в сторону паба "Белая Виверна", решив, что все, что ему нужно сейчас, это стакан огневиски.