Что за чертовщина?

      — Марк, слушай, а Юля что-то говорила по этому поводу? — интересуется Аида у коллеги, принимая из его рук стаканчик с кофе из автомата. — Ну, насчёт Дюймовочки… Версии со стороны были бы очень кстати, а то свои уже не помо…       — Понятия не имею, что Юля говорила, — Марк сам поражается тому, как грубо звучит его голос. Аида же в ответ и бровью не ведёт — лишь прищуривает глаза, всматриваясь в его лицо.       — Что-то случилось? — осторожно уточняет Гарифуллина, отпивая кофе.       — Ничего, — сухо отвечает он, переключая всё внимание на кофейный автомат.       — Марк, ты же на взводе весь, — мягко замечает она. Не давит, не требует рассказать всё в малейших деталях, а просто стремится помочь человеку, с которым за время проекта у неё сложились тёплые братско-сестринские отношения.       — Аида, не лезь, пожалуйста, куда не просят, — не задумываясь о тоне, огрызается он, на эмоциях повышая громкость голоса — Тишман сам с себя невольно морщится. Это было очень грубо.       — Я тебе ничего не сделала, — Аида меняется за секунду: от мягкой девушки, готовой идти на компромиссы и поддерживать друзей и близких, не остаётся и следа, а на её место приходит властная женщина, не терпящая подобного отношения к себе. — Не надо срывать на меня свои эмоции, — чеканит она, прожигая его вмиг заледеневшим взглядом. В голосе тоже звучит лёд. Аиду сложно довести, но стоит это сделать, как главное спокойствие проекта на глазах превращается в смертоносный ураган, готовый смести всех на своём пути.       — Прости, — тут же тушуется мужчина, в один момент превращаясь в пристыженного мальчишку: взгляд устремляется вниз, плечи ссутуливаются, а вид становится слишком поникшим. — Просто… — он закрывает лицо руками, пряча эмоции от всепонимающей коллеги. Слишком стыдно сейчас было за своё поведение, — столько навалилось всего в последнее время, что я уже не понимаю, как на это реагировать.       Марку сложно признавать очевидный факт: в произошедшем в разы больше его вины, нежели Юлиной. Паршута, конечно, тоже внесла свою лепту, но она терпела, прощала, шла на уступки, искала компромиссы, давала миллионы вторых шансов — не самые лёгкие для неё действия, — пока он забывал про собственные обещания, про банальные смс-ки, что задержится, и с головой уходил в работу, забыв, что действительно важно.       — Я идиот, — хмуро констатирует он, не зная, что побуждает его вываливать информацию человеку, с которым они знакомы лично всего лишь пару месяцев. Аида располагает к себе, даёт понять, что с ней можно поделиться проблемами и что эти проблемы не выйдут за пределы того места, где они располагаются в перерыве. Аида в этот момент выглядит как мудрая старшая сестра, несмотря на то, что из них двоих старше он, и Марка прорывает. — Мы поссорились… очень крупно. Такого никогда не было… вообще никогда… Я всегда так боялся, что кто-то причинит ей боль, что не заметил, как сделал это сам.       — Поговори с ней, — мягко советует Гарифуллина, легко касаясь его плеча в жесте дружеской поддержки. — Ей, наверняка, тоже сейчас нелегко, всё-таки ты далеко не последний для неё человек.       — Знаешь, — вдруг произносит Марк, и девушка как наяву наблюдает, как лёд в душе, в глазах, тает, приоткрывая ей всю плещущуюся внутри него боль — она разбивается от скалы внутри его души, заставляя чувствовать это каждой клеточкой тела, заставляя его уничтожать себя, корить за каждый промах. — Я боюсь, что это был конец всего…       На языке горечью оседает невысказанное: «Я вздрагиваю от любого уведомления, потому что боюсь, что она предлагает подать на развод…»       — Не факт, — пожимает плечами Аида, слушая объявление по громкой связи, — перерыв закончен. Нас ждут, пошли.

***

      — Пелагея, — ведущий делает паузу, привлекая внимание зала, — Полина, Марина, Карина и даже Даша! — Макаров разводит руками, делано удивляясь. — Как только жюри ни обозвало нашу сказочную участницу на прошлой программе. И всё никак не отгадает. Похоже, ворожба и колдовство всё же подействовали на всех нас. А ещё эта героиня умудряется каждое своё выступление воплощать разные образы: тут тебе и Каролина, и птица, и даже камео.       — Не Баба Яга, а оборотень! — в моменте комментирует Лазарев, подхватывая смешки коллег.       — Встречайте хозяйку леса! Прекрасная кудесница! Баба Яга! — Слава отходит в сторону, и анимация оживает на глазах у зрителей, пока жюри перешептывается. Как только аватар начинает двигаться в такт артисту, ведущий продолжает программу. — У уважаемых членов жюри есть вопросы к нашей участнице?       — Нет, — тут же отзывается председатель. — Без лишних прелюдий давайте к песне. Все разговоры после.       — Сергунь, — мурлыкает Ида, ехидно поглядывая на Лазарева, — какой ты нетерпеливый.       — Возраст уже не тот, чтобы ждать и рассусоливать, — усмехается Сергей. Марк, оглядываясь на свою летящую жизнь, неожиданно ловит себя на мысли, что как никогда согласен с ним, пусть сказанное и было всего лишь шуткой. В каждой шутке, как говорится…       — Что ж, если все согласны, — тянет Слава, усмиряя рвущийся наружу смех: образ ведущего диктовал сводить такие дурачества к минимуму, — то сразу перейдём к номеру!       Зал вместе со сценой погружается в полумрак, на экране позади расплывается картинка Парижа на фоне закатного неба: яркий оранжево-красный полукруг, погружающийся за горизонт, не так хорошо видно из-за шпиля Эйфелевой башни и нескольких крупных облаков, окрашенных в огненные цвета — казалось бы, романтика и только.       По студии проносятся первые напряжённые ноты мелодии, заставляя Марка поморщиться: несмотря на весьма танцевальный ритм и бодрое начало, в песне была своя боль.       

C'était un triste soir

Comme il y en a par milliers

Quand cet homme est venu me voir pour parler

Et même s’il était tard

Qu'on m'attendait pour dîner

      Тишман напрягает извилины, силясь активировать все свои знания французского. Перевод этой песни — Марк как сейчас помнил — они разбирали вместе с Юлей после окончания съёмок «ШоуМаскГоОн». Паршута тогда долго смеялась, переводя ему первые строчки, но смех явно не был счастливым — наоборот, болезненным и грустным, точно мелодией души, воющей по безвозвратно утерянному прошлому, которое когда-то приносило в жизнь только позитив. Она рассказывала, что однажды так и познакомилась с одним из своих бойфрендов: он подошёл к ней вечером в парке, заговорил о какой-то ерунде, а в конце непродолжительного диалога предложил сходить поужинать.       Почему всё опять отсылает его к Юле? Почему судьба-злодейка никак не угомнится и не перестанет заставлять его страдать?

Je savais que c'était lui que j'attendais

      Ему не то кажется, не то он сходит с ума, не то это странная и пугающая реальность, но Тишман абсолютно точно ловит на себе взгляд бабы Яги ровно на этой строчке. Пронзительный взгляд серо-зелёных глаз задерживается на нём намного дольше положенного по этикету — женщина за рисованным персонажем точно пытается донести до него, что в каждом слове этой строчки — Марк.       Я знала, что он тот самый, кого я ждала.       Ответить тем же Марк не мог — в мыслях, пока он яростно стискивает зубы, крутится только одна женщина. Единственная. Неповторимая. Любимая.       А других и не надо.

Et je l'ai vu sourire

J'ai vu ses yeux me dire

Noyés dans un soupir

Reste à mes côtés

      Баба Яга поёт про любовь с первого взгляда, которую она ощутила на себе, про улыбку своего суженного, про глаза, заманивающие в свои пучины и просящие остаться.       Юлины глаза просили об этом постоянно — он не замечал. Юля перешла на слова — они пролетели мимо ушей. Господи, да он ощущает себя великим слепым и глухим, в добавок возведшим вокруг себя нерушимую стену — похлеще Китайской, надо заметить. Куда ещё больше напоминаний о его катастрофической глупости? Зачем этот постоянный калейдоскоп воспоминаний, причиняющий боль — не меньшую, чем Юлино обручальное кольцо, лежащее на полочке в ванной?

J'ai pu sentir son cœur

Vibrer à cent à l'heure

Et soudain j'ai pris peur

      Сердце билось с бешеной скоростью у героя стоящей на сцене артистки — она про него рассказывает бережно, с особым трепетом, как рассказывают о чём-то очень личном и сокровенном. Сердце Марка же, существуй штрафы за превышение частоты его сокращений, сейчас переступило бы все мыслимые и немыслимые пределы.       Так дальше невозможно…

Quand je les entendais

Me dire…

Nan mais qu'est-ce que tu t'embêtes?

Tu te prends la tête

Ce gars-là n'est pas net et

Il est fauché

Allez, viens, sois pas bête

Je t'en prie arrête

Je suis sûr qu'il ne reflète pas

Vraiment ce qu'il est

      Баба Яга повествует о трудностях, с которыми столкнулась со стороны общества. «Ах, злые языки страшнее пистолета» в современной обработке. Мелодия чуть меняется — так, наверное, звучат в книгах сюжетные повороты, напряжённые моменты, когда вроде не сильно что-то меняется, но тебя сковывает от предвкушения, что будет дальше. Артистка стоит на месте, лишь двигая в такт головой и руками и пронзая всех глубоким взглядом.       Женщина за аватаром явно выбирала эту картинку не просто так, словно пытаясь намекнуть на изрядно изношенную, резко повзрослевшую душу — эта мысль резко стреляет в голову. Она ни в одном из выступлений не ограничивается вокалом, добавляя к нему язык тела, вложенные в каждое слово неподдельные эмоции, взгляд, в котором плещется невероятная боль. Так не споёт тот, кто пережил в жизни немного — этого артиста судьба явно помотала и побила.

Ainsi bas la vida

Ainsi bas la vida

Ainsi bas la vida

Ainsi bas la vida

      А жизнь и правда бывает сложной. Иногда даже слишком.

Toi mon beau banlieusard

Ne te laisse pas chagriner

Plus jamais nous n'allons être séparés

Avouez que c'est bizarre

De prétendre pouvoir aimer

L'inconnu et de se laisser chavirer

      Напряжение спадает — явление временное, но необходимое. Мелодия вновь звучит размеренно, и баба Яга вдруг улыбается, пока в глазах продолжает плескаться боль. Она словно в открытую демонстрирует каждому сидящему в зале, что не воспримет всерьёз ни единого плохого слова про её любовь, что они никогда не расстанутся с этим человеком, какой бы сволочью его не пытались выставить общество. Одна против толпы, против всего мира. Сильно.

Mais je l'ai vu sourire

J'ai vu ses yeux me dire

Qu'il m'aimerait à mourir

Qu'il me chérirait

      Она поёт про важность чувств, про глаза, обещающие любить до гробовой доски, про то, что ею дорожат — те моменты, которые в последнее время так отчаянно выпрашивала Паршута — его Юля, с которой он поклялся быть и в горе, и в радости, пока смерть не разлучит. И-ди-от. Причём клинический.

J'ai pu sentir mon cœur

Vibrer à cent à l'heure

Et je n'aurai plus peur

Quand vous me direz

Nan mais qu'est-ce que tu t'embêtes?

Tu te prends la tête

Ce gars là n'est pas net et

Il est fauché

      Что бы ей ни говорили, что бы ни писали в соц.сетях про него, но Юля его защищала всегда, везде, при всяких обстоятельствах. Она плевала с высокой колокольни на всех, кто твердил, что Марк ей не пара. Она до последнего верила в него, верила в них, а в итоге, кажется, разочаровалась в нём посильнее, чем в мудаках-бывших.

Ainsi bas la vida

Ainsi bas la vida

Ainsi bas la vida

Ainsi bas la vida

      Музыка замедляется, и женщина чеканит повторяющиеся по кругу строчки, точно отбивая их на ударных. Тело пластично извивается в такт отбиваемому ритму, но глаза по-прежнему держат в напряжении весь зал, заставляя неотрывно следить за всем, что происходит на сцене. К последнему припеву к ударным вновь прибавляется мелодия, и баба Яга сопровождает это широким взмахом рук и резким шагом навстречу залу, вытягивая каждую нотку.       Последнюю фразу она буквально шепчет на одном дыхании, ненадолго прикрывая глаза от вновь пережитой душевной боли. В этой строчке словно звучит напоминание самой себе о том, что жизнь бывает трудной, но без этого никуда. Всё пройдёт, всё переболит, а любовь останется. В конце концов, на такой исход есть множество причин.

      — Музыкальный разнос от нашей артистичной бабы Яги! — громогласно объявляет Слава.       — Талантищеееее! — кричит Тимур со своего места, не дожидаясь, когда Слава даст ему слово. — Браво!       — Сергей, оказывается, был прав, — тут же подхватывает Аида, неожиданно для себя перебив коллегу, — Вы настолько разная… будто действительно оборотень. Ваш талант настолько многогранен, что мы все тут просто потом под столами ищем свои челюсти. Несмотря на то, что французский достаточно распространен, не каждый сможет исполнить песни на этом языке так, чтобы буквально каждый — и в этом зале, и за экраном — прочувствовал буквально всё. От и до! Но без ложки дёгтя не обойдётся, — Гарифуллина слегка запинается, не особо желая высказывать критику, что даже шло в разрез с её характером и привычкой всё говорить прямо. — Каким бы прекрасным ни было исполнение, возникали моменты, когда я выпадала в реальность, не веря вам, будто Вы сами прерывались на какие-то выдергивающие вас проблемы, словно кто-то окликнул вас во время работы.       Марк, пытаясь улизнуть от проблем в личной жизни, изо всех сил старается сосредоточиться на словах ребят по левую руку, подмечая каждую мимолетную деталь в сказочном персонаже напротив и выискивая хоть что-то знакомое.       — Не знаю, где там выпала Аида, — перехватывает Галич, — я доехала до конца, и ни из какого вагона не выпадала, — смешок проносится по залу, пока Ида продолжает уже с серьёзной интонацией. — Я была погружена в ваше исполнение от начала и до конца. Я просто хочу сказать вам…       — Выходи за меня, — вдруг вырывается у Марка, который продолжает серию преребиваний друг друга во время обсуждения.       — Что? — не расслышав, оборачивается девушка, моментально забывая, о чём говорила, а все остальные ошалело смотрят на Тишмана.       — Это ты Иде предложил или Яге? — в очередной раз усмехается Лазарев.       — За тебя не зайти, Марк, — резидент камеди тут же пытается оправдать свой юмористический талант, — там заканчивается наш эшафот — а судя по тому, что мы никак не можем угадать поющих, нам только он и светит. Пол под ногами закончится — того глядишь и в зал упасть труда не составит.       — Ты поэтому Иду за себя не зовёшь, потому что заботишься о её благополучии? — теперь уже смеётся Серёжа.       — Здоровье — самое главное! — поддерживает Батрутдинов.       — Ох, добры молодцы! — впервые за программу Яга начинает говорить. — Вы тут старушку долго мурыжить собираетесь? А то моё здоровье ужой совсем не то. А вы всё ля-ля да ля-ля, — искаженный голос скрипит на весь зал, привлекая внимание.       — Действительно, нас опять понесло, — вновь слышится женский голос по левую руку от председателя.       — Если жюри не начнёт задавать вопросы, нести придётся нашу участницу на носилках, — Макаров, пытаясь подтолкнуть коллег к диалогу с персонажем, поворачивается к аватару и видит подтверждающий его слова кивок: все же находиться в костюме и аппаратуре не так уж просто.       — Так! Всё! — Гарифуллина чуть повышает тон, заставляя стол жюри утихнуть. — Уважаемая Яга, скажите, пожалуйста, кто из членов жюри Вам ближе всего? Кого бы Вы не съели?       — Кого, кого… все вы аппетитно выглядите! — отвечает участница, продолжая держать образ.       — И всё-таки? — пытается поддержать Ида, настаивая на вопросе. — Сладкий Тимурчик…       — А? — Батрутдинов резко поворачивается к соседке справа, не сразу осознав смысл сказанного.       — Это было не обращение, — смеётся Галич. — Хотя такого шоколадного зайца я бы попробовала.       — Он так приторно улыбается, что сахарный диабет ты получишь еще до того, как откусишь у него какую-то часть, — язвит Серёжа, весело поглядывая влево. — В принципе, можно оставить его без ушей, однако смысл его слов не поменяется. Всё так же и будет флиртовать с каждым женским аватаром.       — Главное, чтобы на мужских не перешёл, а то нас прикроют быстренько, — Тишман всё же вливается в бурную дискуссию, — Вы там за ним смотрите! Ядвига Петровна, — шутить Марк почти не в состоянии, поэтому делает попытку вернуть центр внимания к аватару, — и всё же, вопрос Аиды действительно интересный. Так кого?       — Всё докапывоются, докапывоются… Яму себе не выройте! — наигранный сельский акцент веселит зал, а Марк продолжает требовательно вглядываться в живое изображение на сцене, пытаясь уличить хоть какую-то знакому черту лица: многие аватары похожи на своих хозяев. Глаза артистки задерживаются на мужчие лишь на долю секунды, снова бегая по жюри. — Тьфу! Ну… давайте методом исключения, — зал мгновенно стихает в предвкушении ответа. — Зайцев со своей поляны я есть не стану, всё-таки соседи, а значица — друзья, — артистка выделяет каждую букву последних двух слов. — А сладкое, Ида, тем более! Сахар и так скачет без таблеток! Вот доживите до моих лет!       — Всё ещё не могу понять, я запутался, взрослая это артистка или нет, — во время монолога Яги бросает фразу Лазарев, повернувшись к Аиде и Марку — по левую руку дельных слов сейчас не будет.       — Нет, — чеканит оперница, торопливо отвечая и стараясь не отвлекаться от звука искаженного голоса. — Точно нет. Пение молодого, но довольно опытного артиста. Или очень талантливого.       — Или и то, и другое, — кивает в такт председатель, пока Марк слушает их вполуха.       — Вас, Ида Васильевна, пробойвать тоже не стану, — пожимает плечами старушка. — Осетинские блюда пока что меня не привлекают. Уж больно много холестерина.       — Вот это осведомлённость! — бубнеж доносится от Тимура, но все согласны.       — Есть председателя как-то не этично, — морщится Яга, — хотя я бы его в котле отварила! Вот бы был нава-ар! А у него ещё и кубики. Как раз для бульона! А холодец какой! М-м-м! — смех Иды с Тимуром невозможно сдержать, и он заразно прокатывается по всему залу, пока у жюри новый приступ истерики. — Только на него уже и без меня много охотников. Даже не знаю, кто там первый в очереди приготовить али приручить его, — по спине Сережи бегут мурашки, и он неожиданно для себя задумывается об одной блондинке, которая давно уже его приручила, пока аватар продолжает свой монолог, — Аиду точно не съем! Возьму в ученицы, а там глядишь, она сама кого хочет обглодает, — анимация поворачивается к Славе. — Славка тоже мне на обед не пойдёт, иначе в телевизорах да интернетах ваших некому будет передачи вести. Да и как я могу съесть сына маминой подруги, который к тому же вампир, ещё и со змеями общается!       — Слава! — кричит Батрутдинов, которого первого осенило сказанное. — Это ж она про «ШоуМаскГоОн»! Ты там и вампиром был, и змей заклинал! Причём и настоящую, и Кобру королевскую, которая тебе всё двойки ставила!       — Я только это с психотерапевтом проработал и фенибут принимать перестал. Вот зачем напомнил? — поддерживает шутку Слава, отсылая многих сидящих в зале на год назад.       — А не ты ли муж нашей бабули, Славочка? — наигранно предъявляет Лазарев, пытаясь отделаться от внезапных назойливых мыслей, преследующих его уже чуть ли не каждую программу. — Ты Вячеслав, а тот Владислав!       — Мы с ним братья-близнецы! — Макаров любит участвовать в подобных играх, эта не исключение. Хорошее настроение зрителей только еще больше заряжает. — Только Влад постарше будет.       — Ага, — утвердительно кивает артистка. — А ещё вы оба как раз на этаж ниже жили.       — Слава, скорее раскрой нам свою соседку! — требует Серёжа, изо всех сил удерживая маску, а внутри всё дрожит от того, как Яга из раза в раз задевает его мимолетными фразами. Мысль о Гагариной за этим изображением теперь не кажется таким уж безумием. — Нам очень нужно! А то мы в прошлом выпуске вообще никого не угадали.       — А не может это быть Регина? — задумчиво сведя брови к переносице, уточняет Аида, — муж Влад, двое детей, тембр похож.       — Вряд ли, — качает головой Серёжа.       — Слава, а ты с Дракулой, получается, под избушкой на курьих ножках жил? Помета там, надеюсь, не было? — Ида снова ухахатывается, испытывая испанский стыд за резидента камеди, которого снова понесло.       — Если только в виде недавно вылупившихся шести избушонков, — парирует ведущий.       — Так а Яга наша, видимо, Марка нашего съест, — отсмеявшись, делает вывод Галич.       — Куда там мне до него! — диалог затягивается, но никто не спешит прерывать его. — Краснокнижных я точно постараюсь сберечь! — пронзительные глаза находят человека с правого края помоста. Марк терпеливо выдерживает взгляд, ощущая, как внутри что-то ёкает, отзывается теплом, шепчет что-то совсем знакомое. Он встречается взглядом с Сергеем, у которого где-то глубоко тоже плещутся смешанные чувства. — Лес и так уже в стране Аватарии редеет.       — Тебя сейчас деревом или животным назвали? — снова подтрунивает Серёжа, улыбаясь губами, но глаза остаются серьезными.       — Овощем… — отстраненно отвечает Тишман, пытаясь зацепиться хотя бы за одну правильную мысль о настоящем человеке за графикой.       — Морковощ, — кламбурит Ида, пытаясь выдавить слова через непрекращающийся истерический смех.       — А знаете, песня-то ведь о жизненных взлетах и падениях, которые никак не обходятся без трудностей в любви, — не замечая, как он встал, Марк на мгновение замирает, подбирая слова и понимая, что в очередной раз за программу нарвался на указатель своей собственной жизни: его тыкают носом из раза в раз в всё еще неразрешенные проблемы. — Девушка встречает парня, в которого влюбляется, который, она уверена, её судьба. Она слышит его, чувствует буквально во всем и на расстоянии. Несмотря на то, что все вокруг твердят, что этот человек не для неё, она упорно отказывается слушать других, следуя зову своего сердца. Поддерживает своего мужчину, и даже пытается потом убедить его не слушать окружающих и стоять на своём. Ей странно любить человека, которого она почти не знает, но уверена, что они будут вместе, потому что то, что здесь, — Марк прикладывает правую ладонь к левой половине груди, а Лазарев кивает в такт его словам, впервые ощущая абсолютную схожесть их мыслей, — не обманешь. В конце концов, жизнь бывает трудной — «ansi bas la vida».       — Наша энциклопедия выдала новые факты, а я хочу ещё добавить, что наша артистка примерно одного возраста с оригинальной исполнительницей этой песни, — по лицу Лазарева видно, как его шестерёнки работают, пытаясь вычленить хотя бы одну версию, лишь бы отделаться от безумной мысли. — Будто и по энерегетике, и по голосу, и по движениями…       — По движениям ты как вообще определил? — изумляется Аида, тут же приводя контраргумент. — Ты видел, как двигается Лолита? А она почти в два раза старше.       — Ты сам без пяти минут пенсионер, — реагируя на фразу Тимура, Серёжа с округлившимися глазами поворачивается к коллеге, но тут же принимает непринуждённый вид, издав несколько смешков.       — А я тогда кто? Ископаемое? — подшучивает сам над собой Марк. Шутки про возраст — нетленная классика.       — Согласен, — игнорируя Батра и Тишмана, всё же соглашается с Аидой председатель, — Лолочка двигается получше некоторых молодых. Но слушайте, я считаю, что там вполне могла бы бы быть Теона Дольникова или…       — Сергей Вячеславович, остановитесь. Спокойнее, — встревает участница. — Считать Вы не научились. Хотя я Вам очень советую. Сейчас с пенсией обманывают — только в путь!       — Да что за буллинг со всех сторон? — театрально негодует тот, улыбаясь и вспоминая, как его близкая подруга совсем недавно тоже пошутила про его скорую пенсию, хотя, учитывая разницу пенсионного возраста у мужчин и женщин, на заслуженный отдых они уйдут чуть ли не одновременно.       — Бабулинг, — каламбуры становятся неотъемлемой частью программы, поэтому Слава, не стесняясь, подначивает членов жюри.       — Куда я попал? — смеётся Марк, наконец-то оторвавшись от глубокого самокопания.       — Как куда? — у Иды уже, конечно, готов ответ, — в красную книгу страны Аватария.       — Или же мы все лежим в одной палате дурдома, а это… — Тимур обводит руками неопределённое пространство.       — Коллективная галлюцинация, — заканчивают в один голос Макаров и Батрутдинов.