Ненавижу тебя (любить)

      Свет фар проезжающих машин иногда нарушал темноту комнаты. Усаги металась от стены к стене как дикая пантера, ограниченная решетками вольера. Из головы никак не шел разговор с Сейей. Как она умудрилась в это впутаться? Почему судьба опять толкает их друг к другу? Почему она жестока в своем милосердии? Как вынести все эти испытания и не сломаться? Движения, казалось, помогали в поиске выхода из сложившейся ситуации. Нет, что нужно сделать она уже знала, но необходимо было учесть еще и некоторые нюансы. Сначала нужно довести проект до конца, заключить сделку и получить гонорар. Только этого всё ещё будет недостаточно.       Как уснула Усаги не заметила, но сон точно длился недолго и был прерван громкими ударами в дверь.       — Так и знала, что ты сегодня проспишь. Телефон сел или сама выключила?       Отодвинув недовольную и помятую после сна подругу, Макото зашла в квартиру и обеспокоенно посмотрела на Усаги. Глянув на себя в зеркало, Цукино вздохнула с нотками зависти — Мако выглядела, как всегда, идеально.       — Держи, захватила по пути твой любимый. Пора брать себя в руки, милая.       — Значит все всё слышали, — скорее утверждала, чем спрашиала Усаги. — Мако, может скажешь, что я заболела или умерла? А я пока придумаю, что делать со своей жизнью дальше.       Глоток горячего кофе приятно взбодрил, насыщая организм кофеином и шоколадным сиропом.       — Дальше ты придешь в офис и будешь делать свою работу так же хорошо, как делала это раньше. Встреча с заказчиком. Забыла? Не смей из-за этого хандрить. Можно подумать это первая история о любви босса и его хорошенькой подчиненной. Сколько уже романов написано об этом.       — И сколько из них хороших? — язвительно подметила Цукино.       — Ты сама строишь свою судьбу. И никто не имеет права мешать тебе жить так, как тебе хочется. Только от тебя зависит, превратится твоя жизнь в книжный роман или нет. Только не закрывайся в себе. Хорошо?       Усаги задумалась над словами подруги. Ей нужны были эти слова, эта поддержка. Макото уже не впервый раз спасала её от тяжелых мыслей. Её забота окутывала девушку приятным коконом, в котором хотелось забыться и бесконечно долго греться в теплых объятиях Кино.       — Не бросай свое дело и свою мечту, — в голосе Мако звучала сталь и бесконечная доброта.       Она была права во всем. Только как вбить это себе в голову? Да и уверена ли Цуктно, что не хочет окунуться в эту книжную романтику? Позволить себе снова любить и чувствовать это в ответ. Даже после всего хочется быть счастливой.       — А если…       Мако не дала договорить Усаги, с полуслова понимая, что она хочет сказать.       — А если кто-нибудь раскроет рот, мы его закроем. Вежливо или грубо зависит от обстоятельств.       — А если…       — А если он совершит какую-нибудь глупость, мы и его проучим.       — А если…       — А если ты немедленно не залезешь под душ и не будешь готова через тридцать минут, я лично напишу на тебя докладную за опоздание.       Мако сложила руки на груди и строго посмотрела на Усаги. Девушки тут же одновременно рассмеялись. Цукино в порыве чувств крепко обняла Макото. По её щекам текли слезы. Это были слезы облегчения.       — Вообще-то я не шутила ни по одному пункту. У тебя осталось меньше двадцати пяти минут.       Усаги вытерла слезы и, насколько позволяли затекшие из-за неудобного и короткого сна мышцы, поспешила в душ. Теплые струи воды расслабляли напряженные мышцы. Стало почти хорошо. Вот бы это работало и с мыслями! Хотелось бы хорошенько промыть голову, чтобы в следующий раз думала, прежде чем говорить. А еще было бы неплохо так же смыть воспоминания о прошлом и эти дурацкие отголоски былых чувств и былой любви.       Усаги высушила на скорую руку волосы и заплела их в простую косу. На макияж времени не хватило, да и желания не было. Одела джинсы, белую майку и черный пиджак. Впечатлять своим внешним видом она никого не собиралась. Хотела наоборот превратиться в серую безликую мышь и не попадаться никому на глаза. Особенно Сейе. И пусть их великолепная зам. уволит ее, чтобы не нарушала циркуляцию каких-то там потоков своим скромным внешним видом.       Мако сосредоточенно работала в планшете, пока ждала Усаги. Она не сразу заметила появление подруги, но когда увидела её, брови сами поползли наверх.       — Неет. Ну так дело не пойдет.       — Что?       Усаги осмотрела себя в зеркало, стараясь понять, что с ней не так. Выглядит она, конечно, не блестяще. Но при сложившихся обстоятельствах вполне сносно. Если бы не Мако, она вообще не соскребла бы себя с дивана и роняла весь день слезы, угрожая соседям снизу затоплением.       — Нельзя в таком виде приходить в офис. Так выглядеть в принципе нельзя. Сегодня особенно.       — Мако, я не успею переодеться, и так уже задержалась на десять минут.       — Это плохо. У нас останется меньше времени на прическу. Хорошо, что я уже скинула твои параметры и мы все обсудили.       — А как же опоздание? И с кем ты и что обсуждала?       — В машине лежит наше алиби — коробка с образцами для твоего проекта. Скажем, что подбирали их для нашего клиента. Остальное скоро узнаешь, — заговорщически захихикала подруга и они под ручку направились к лифту.       — Когда ты только всё успеваешь?       — Опыт, милая моя. Опыт.       У стилиста Мако девушки пробыли почти до обеда. Усаги сделали массаж маску на лицо и на волосы, примерили несколько милых офисных комплектов. Мако выбрала самый сексуальный из них. Усаги долго спорила, но аргументы подруги оказались безапелляционными. Нельзя показывать кому бы то ни было свою слабость. Наоборот, нужно вести себя так, будто ничего особенного не произошло и блистать. Ну повздорили, с кем не бывает. Тем более, что всем было понятно — отношения между ними остались в далеком прошлом.       Усаги смирилась с мыслью, что ей всего0лишь нужно немного потерпеть Сейю. Он наиграется в бизнесмена и свалит в очередной тур.       Немного потерпеть. Ей самой становилось неловко от этой мысли, вспиминая их жаркий поцелуй. Потерпеть мысленно менялось на перетерпеть. Перетерпеть собственные порывы.       Как и предполагали девушки, их встретила тишина. Обычно оживленный опенспейс замер, стоило Усаги появиться на этаже. По совету подруги Цукино гордо вздернула подбородок и походкой от бедра проследовала в их с Мако кабинет. По пути девушки углубились в работу и обсуждали те самые образцы. Несмотря на вовлеченность в беседу она чувствовала каждый взгляд направленный в ее сторону. Какие-то из них были любопытными, какие-то полными зависти, в каких-то проскальзывало сочувствие.       «Не дождетесь. Не видать Вам моей слабости». Только оказавшись на своем рабочем месте она смогла наконец выдохнуть. Работа успокаивала. До конца дня их никто не тревожил. Даже Сейя. Но это было к лучшему. Спрятавшись в своем кабинете Усаги не рискнула выйти из него в течение дня, нагрузив себя всевозможной работой. Но одно очень важное дело нужно было сделать. На следующий день Цукино отказалась от сопровождения подруги. Макото рассказала, что Сейя улетел на концерт и его несколько дней не будет. На душе стало немного спокойнее. Хоть можно будет перевести дыхание. Незавершенность того разговора тяготила, но сама поднимать снова эту тему Усаги не рискнула бы. Поэтому нужно скорее закончить с заказом и проблема по имени «Сейя Коу» отпадет сама сабой. Тем более впереди очень важная встреча, на которую она должна пойти в сопровождении Оливии. Ужас. Готовясь к ней, Усаги решила взять несколько планшетов у колористов. Нельзя было допустить ни одной осечки.       Коллеги снова встретили её тишиной.       «Ни стыда, ни совести» — до ушей Усаги долетел обрывок фразы сказанной одной из продажниц. Цукино не думала ни минуты, изменила свой маршрут к группке девиц, бесцеремонно обсуждающих её.       — Есть, что сказать?       Усаги поочередно смотрела в глаза каждой из этих девиц, уверенно подавляя своей решимостью, которую она правдоподоюно имитировала. В душе же хотелось плакать в темном тихом уголке. В ответ в девушку уперлись ошарашенные взгляды. Видимо, они не ожидали отпора от «подстилки» у которой нет стыда.       — Стыда нет у людей, которые копаются в чужом грязном белье. Своя жизнь настолько скучна, что не остается ничего, кроме как обсуждать прошлое коллег? Слишком много свободного времени, что Вы стоите здесь и перемываете мне кости?       Девушки мигом разбежались по своим столам, стараясь не смотреть больше в её сторону. Кто-то из них успел прошептать что-то вроде извините и быстро спрятаться за экраном монитора. Внутри разливалось приятное чувство победы, хоть и маленькой.

***

      Макото с удовольствием любовалась на свои труды. Платье было просто восхитительным. Черная классика приправленная серебряными вставками. Интригующий воображение вырез на спине придавал Цукино ощущение сексуальности. А что за украшения — просто шик. Вкусу Макото стоило только позавидовать. Последним штрихом она зафиксировала волосы в стиле мокрой укладки. Глядя на себя в зеркало, Усаги не верила, что она эта изысканная женщина в отражении.       Несмотря на протесты подруги, Усаги впихнула в маленькую сумочку пауэрбанк, пару шнуров и чуть ли не с боем сгребла с собой планшет. Кино покрутила у виска, но все-таки согласилась оставить его. При условии, что Цукино все же наденет серебряный гартер, дополняющий разрез на левой ноге.       Встреча была назначена в лучшем ресторане старого города. Хоть в этом заведении и необходим элегантный дресс-код, старания Мако казались чрезмерными. Заказанный столик располагался прямо перед панорамным окном, которое открывало восхитительный вид на озеро. Глядя на роскошный интерьер и чудесную обстановку, невольно поднималось и настроение. Официант придвинул стул и предложил меню, однако Усаги решила сначала насладиться видом и дождаться остальных приглашенных. В компании Оливии ей вряд ли удастся насладиться этим великолепием.       Ресторан находился при том самом отеле, в котором однажды проснулась Усаги. Этот факт вгонял девушку в краску. Хотя было бы забавно встретиться здесь с Сейей. Подошел бы он к их столику, если бы увидел их? Увидел её. Цукино прогнала непрошеные мысли о мужчине и снова вернула взгляд к озеру. Сегодня она планировала провести вечер без болезненных мыслей о своей единственной любви.       Озеро раскинулось прямо под окнами ресторана, завораживающе раскачивая свои волны. В вечернем сумраке оно не казалось страшным черным пятном, наоборот, притягивало к себе все внимание сверкающими лампами светлячками расположенными на бортах туристических пароходов и яхт, совершающих свои последние рейсы. Отблески лунного света переливались водяной рябью, убаюкивая заглядывающихся на озеро зрителей.       — Ты пришла раньше, чем я ожидал.       Усаги обернулась и чуть не открыла рот от изумления.       Сейя.       Как всегда выглядит потрясающе. Черный смокинг, белоснежная рубашка, запонки, идеальная прическа, обаятельная улыбка и особый блеск в глазах, который похож на россыпь сверкающих звезд. Усаги невольно залюбовалась им, не сразу заметив, с какой жадностью он смотрит в ответ.       — Что ты здесь делаешь? — она первой нарушила тишину, повисшею неловкостью между ними.       — Сопровождаю тебя на встрече, — его голос звучал как-то буднично, что слегка её задело.       — Что? А как же Оливия? — она скрыла свою обиду за возмущением.       — Я решил лично поприсутствовать. Убедиться, что все пройдет гладко.       Мужчина занял свое место по правую руку от неё. Шлейф его парфюма приятно осел на обонятельных рецепторах.       — Почему я тебе не верю?       — Расслабься, Куколка. И получай удовольствие.       — Последнее время я слишком часто это слышу.       Усаги сложила руки на груди. Как маленькая обиженная девочка, она отвернулась от него, но что-то внутри неё, вопреки здравому смыслу, стремилось к этому мужчине, хотело ластиться к нему и ощущать его тепло.       — Может пора прислушаться? — прозвучало совсем близко, на ушко.       Теплый шепот пронесся по щеке, пощипывая кожу легкими мурашками.       — Может не будешь лезть ко мне со своими советами?       Выдохнула ответ ему в лицо. Их дыхание смешалось, они дышали одним воздухом на двоих, воздухом, пронизанным сильным напряжением между ними.       — Может перестанешь меня провоцировать?       Они были непозволительно близко друг к другу. Не скрывая своего восхищения он разглядывал её очень тщательно, очень внимательно, ловя каждый взгляд в свою сторону и каждый неровный вздох. Его пристальное внимание вогнало в краску. А стоило вспомнить свои недавние мысли, стало вдвойне стыдно и Усаги поспешила спрятать лицо, отвернувшись в противоположную сторону. Она снова пыталась внимательно всматриваться в пейзаж за окном, выхватывая в сумраке далекие горные пики, окутанные вечерним туманом.       — Уже успела побывать в Альпах?       — Только по прибытию в город. Приехала на поезде из Люцерна.       — Прекрасное начало. Можно…       Беседу молодых людей прервало появление еще одного мужчины.       — Добрый вечер. Меня зовут Алмаз.       Мужчина бесцеремонно прервал Сейю, за что тут же получил гневный взгляд. Игнорируя Сейю, он галантно склонил голову, приветствуя Усаги и занял свое место напротив неё. Она практически сразу его узнала.       Звезда шоу-бизнеса, первоклассный актер, обладатель чарующего мужского баритона, завсегдатай строк журнала Forbes и завидный холостяк. Внешне Алмаз был не менее привлекателен, чем Сейя. А может даже…       — Я предполагал, что дизайн для моего гнёздышка разработал определенно привлекательный человек со вкусом, но не ожидал, что вы будете настолько прекрасны.       — Вы мне льстите.       Алмаз явно заинтересовался Цукино. Все его внимание и красноречие обратилось к ней одной, полностью игнорируя Сейю. Ни с кем не церемонясь он начал открыто заигрывать с единственной за их столом девушкой.       — La beauté est le pouvoir, le sourire est son épée.       — Владеете французским? — старалась быть вежливой Усаги.       — Язык любви мой самый любимый, — легкий прищур и коварная усмешка прямо говорили о двойном смысле его слов.       — Может сосредоточимся на том, для чего мы собрались?       Сейя наконец-то вклинился в разговор двух «голубков». Всем своим видом он демонстрировал раздражение и нетерпение подобному тону встречи.       — Уж не ревнуешь ли ты, Сейя.       Между мужчинами разразилась самая настоящая зрительная дуэль. Сейя хмыкнул, недовольно дернув уголком губ.       — Мы здесь не для обмена любезностями.       — Ты себе не изменяешь.       Разочарованно вздохнув, Алмаз подозвал официанта. Троица сделала заказ и приступила к обсуждению важных аспектов грядущего проекта. Еда была вкусная, окружение роскошное, музыка воодушевляющая. Только Усаги не могла вдоволь насладиться всем этим великолепием из-за испепеляющих взглядов своих «кавалеров». А от их постоянных словестных поединков сводило зубы.       Для Алмаза это была игра. Ему нравилось выгонять в краску Усаги и бесить Сейю. Сейя же лениво скрывал свою откровенную неприязнь к клиенту. Возникало ощущение, что они уже давно были знакомы и между ними пробежала чёрная кошка. Целая стая черных кошек. Если Алмаз оказывал Усаги знаки внимания играючи, то Сейя грубо ревновал и эта ревность ужасно её бесила.       С горем пополам вопросы были решены. Не без споров. Хорошо, хоть до рукоприкладств не дошло.       Очередная словесная перебранка мужчин вынудила Цукино отвернуться от них, снова выискивая что-то интересное за окном. Ей приходилось бывать на подобных мероприятиях, но настолько сложно морально не было ни разу. На тех встречах и клиенты были чуть попроще, да и проекты не такие масштабные, только ни разу они не проходили так сумбурно и агрессивно. Ни разу она не находилась на линии огня двух мужчин. Один из которых определённо в ней заинтересован. Или пытается это показать перед своим возможным соперником. Сложно.       — Усаги, позвольте скрасить этот вечер танцем?       Неожиданно Алмаз отбросил пререкания с Сейей и под его свирепеющей взгляд пригласил объект их негласного спора на танец.       Усаги не смогла пересилить себя и посмотрела на своего бывшего возлюбленного. В его лице читалась лютая ревность, злость и надежда смешанная с отчаянием.       Его взгляд кричал — «Нет! Не смей!».       «Не смей? Как можешь ты мне указывать?!       Её взгляд ясно говорил «да» на его мольбы. Она робко вложила свою ладонь в руку блондина. По телу обоих пробежала дрожь, но не от близости Алмаза, а от исступлённого взгляда Сейи.       Сейя тоже был взволнован. Он с трудом сдерживал эмоции, видя, как соперник обнимает его Куколку. Мышцы его лица непроизвольно дёргались, когда рука блондина притянула Куколку за талию, и он с наслаждением вдохнул аромат её волос.       — Не обращайте внимание. Перебесится.       — Не понимаю.       — Сделаю вид, что поверил.       Они были единственной парой на танцполе, медленно покачивающейся в такт плавному музыкальному ритму. Гости за соседними столиками с восхищением наблюдали за их танцем.       Усаги смущённо смотрела в сторону, в то время как Алмаз смотрел на неё. На его лице играла лёгкая снисходительная усмешка, которая не сходила с него весь вечер. Несмотря на первое неприятное впечатление, он вёл себя достойно: не пытался взять её за руку ниже дозволенного или сказать что-то пошлое на ухо.       В какой-то момент ей стало спокойно рядом с ним. Она заметила приятный терпкий аромат, который окутывал их пару, отметила его безупречный стиль и была благодарна, что он больше не пытался с ней флиртовать.       — На сегодня, думаю, достаточно.       Алмаз прервал танец так же неожиданно, как прозвучало его приглашение потанцевать.       — Попрощайтесь за меня со своим драгоценным босом. Не то, боюсь он перестанет сдерживаться, а у меня завтра съемки. Будет не просто объяснить режисеру и продюсеру, зачем я ввязался в драку. Доброй ночи!       Он легко коснулся губами кончиков её пальцев, улыбнулся ей и с чувством собственного достоинства покинул ресторан. Не успели остыть следы его губ, как Усаги тут же уволок за собой разгневанный брюнет, который наблюдал за ними всё это время.