Белые камелии

Мелкий дождь стучал по зонту, пока Ризли спешно двигался в сторону дворца Мермония. Погода никогда особо не беспокоила его, ведь кому из обитателей крепости Меропид есть дело до надземного мира? Но теперь, внезапный дождь вызывал у Ризли не лёгкое раздражение, а беспокойство. Ведь это означало только одно - его Нёви грустил. А Ризли больше всего на свете ненавидел видеть печаль и подавленность в лиловых глазах. Поэтому сегодня он особенно спешил на их привычную встречу в вечер четверга, когда они обсуждали дела за прошедшую неделю. Подходя ко дворцу, он увидел мокнущего у входа Нёвиллета. Он стоял в одиночестве глядя на серое небо и эта сцена напомнила Ризли о чем-то очень похожем много времени назад. Он разумеется уже знал о любви Нёвиллета к воде, но все равно не мог смириться с его странной привычкой мокнуть под дождем. Особенно когда причиной этого дождя являлся сам глубокоуважаемый судья. - Гидро дракон, не плачь. Ризли улыбнулся, закрывая своего дракона от дождя. Нёвиллет вернул ему улыбку, хоть она и была немного уставшей. - Прости. Просто у меня... был длинный день. Да, очередной день после вступления Нёвиллета в должность правителя Фонтейна, который был наполнен кучей дел и обязанностей. Казалось, вокруг не осталось проблемы, которая не требовала бы его внимания. Нёвиллет стойко нёс свой новый титул и безупречно справлялся с возложенной на него ответственностью, но даже он иногда мог уставать. И скучать по одному герцогу, которого из-за занятости обоих не удавалось повидать уже несколько дней. - Посмотри на себя, весь вымок до нитки. А твои волосы, знаешь, как сложно их потом сушить? Добродушное ворчание Ризли заставило Нёвиллета снова улыбнуться. Удивительно, но он стал так часто улыбаться. Ризли тоже заметил это. Юдекс славился своим непроницаемым выражением лица, но рядом с ним, его черты смягчались, а губы то и дело трогала маленькая, но такая искренняя улыбка. Волосы вообще-то Нёвиллет мог высушить и самостоятельно. Власть над гидро элементом позволяла ему за секунды избавляться от лишней влаги, но он уже давно не делал этого сам. Потому что знал, что Ризли любит его волосы и ему нравится заботиться о них. Они вошли в кабинет, который уже стал для Ризли самым родным местом на земле. Здесь все было так же, как когда он пришел сюда впервые. Высокие книжные полки, мягкие диваны, идеальный порядок. Но за последнее время появились два новых обязательных атрибута: чайный сервиз и ваза с белыми камелиями. - Я переоденусь. - Я пока заварю чай. Больше Ризли не нужно было смирно ждать возвращения юдекса, сидя в кресле для посетителей. Он по-хозяйски достал из ящика стола коробочку с чаем, подготовил нежно любимый Нёвиллетом бокал для воды, выложил на поднос подозрительного вида печенье - угощение от Сигвайн. Снял верхнюю одежду, расслабил галстук и расслабленно раскинулся на диване. Нёвиллет вышел из своей маленькой комнатки, в которой переодевался и хранил личные вещи и Ризли принялся бесстыдно разглядывать его. Нёвиллет чувствовал его взгляд, но намеренно не обращал никакого внимания, доставая из стола документы, которые необходимо было обсудить сегодня. Подумать только, раньше этот человек осмеливался лишь украдкой бросать на него осторожные взгляды, а сейчас открыто любовался им. Ризли был очарован. И тогда, и сейчас, и каждый раз, когда видел Нёвиллета. И особенно - когда он видел его таким. Когда строгий плащ не прикрывал длинные ноги, обтянутые высокими сапогами, когда верхние пуговицы белой рубашки были расстёгнуты, обнажая изящную шею и острые ключицы. Когда на идеальных руках не было темных перчаток, а роскошные белые волосы были мокрыми и липли к гладкой коже. Таким Нёвиллета мог видеть только он, только Ризли. Лишь ему одному была дарована честь заглянуть за фасад безупречного верховного судьи. - Сначала причешем тебя. Сказал Ризли, когда Нёвиллет сел рядом с ним на диван, укладывая на колени папку с бумагами. - Не обязательно... - Обязательно. Если не я, кто ещё позаботится о тебе? Ризли без лишних разговоров сходил за расчёской и снова сел рядом с Нёвиллетом, бесцеремонно разворачивая того к себе спиной и снимая ленту с длинных волос. Нёвиллет тихонько вздохнул и послушно подставил голову. Иногда он сам удивлялся, как много позволяет этому человеку. Человеку, который был на столетия младше него, но порой это сам Нёвиллет чувствовал себя несмышленным юнцом рядом с ним. Возможно, люди просто взрослеют быстрее. А возможно, ему просто катастрофически не хватало опыта в подобных делах. Или наглости и уверенности. Но это было не важно, ведь рядом с Ризли, он чувствовал себя более... человечным. Он все ещё лишь учился понимать и проявлять свои чувства и эмоции, а Ризли всегда был рядом, терпеливо помогая ему познавать себя и мир вокруг. Когда он был с ним, мир людей уже не казался таким чуждым, а чувство одиночества все реже напоминало о себе. Ведь у Нёвиллета тоже появился тот, кто всегда ждал его домой. Ризли бережно проводил гребнем по мокрым волосам, которые струились словно причудливые морские растения. Запах дождя, свежести и ещё чего-то неведомого и неуловимого, нечеловеческого. Ризли старательно заплел косу и перекинув ее через плечо Нёвилетта, мягко и невесомо коснулся губами обнаженной кожи на затылке. Юдекс слегка вздохнул. - Ризли, документы... - Потом. Я соскучился. Теплые руки обхватили его со спины, большие ладони привычно легли на талию. Горячее дыхание согрело шею, когда Ризли положил подбородок ему на плечо и прижался лбом к виску. Нёвиллет снова вздохнул, на этот раз принимая поражение и устало закрывая глаза. - Я тоже скучал. Работа может немного подождать. За десять минут Фонтейн не развалится без их неустанного присмотра. Ризли водил носом по нежной коже на бледной шее, вдыхая уже ставший таким родным запах. Касался тонких пальцев, которые были так прекрасны без перчаток. Оставлял маленькие поцелуи под заострённым ушком. Верховный судья Фонтейна, уважаемый юдекс, с недавних пор - правитель нации Гидро. Но для него - его Нёвиллет, его возлюбленный, его дракон. Его Нёви. Лишь ему одному было дозволено его касаться, лишь он мог целовать его, лишь он имел право называть его своим. Только для него были открыты мысли и чувства этого (не)человека. Только он знал, что Великий Лорд Дракон тоже не безупречен. Что он тоже мог сомневаться, бояться, смущаться, смеяться, тосковать, грустить, любить. Возможно, на самом деле в Нёвиллете было намного больше человечного, чем он сам думал. И Ризли любил, любил так сильно, что порой ему казалось, что он может раствориться в этой любви, как когда-то растворялись фонтейнцы в водах Первозданного моря. И Нёвиллет любил тоже. Он смотрел на руки, покрытые старыми шрамами, которые так нежно касались его собственных и чувствовал себя таким живым. Нёвиллет прожил слишком много, чтобы следить за ходом времени, но с появлением в его жизни Ризли, он снова стал его замечать. Считать минуты до их встреч и совершенно теряться во времени, когда они сидели вот так в объятиях друг друга после тяжёлого дня. А ещё, у Нёвиллета впереди была вечность, но у Ризли - нет. И поэтому он учился ценить каждое мгновение, проведенное вместе. Из сказок, рассказов, мифов и легенд, Нёвилетт узнал, что люди считали драконов довольно жадными созданиями. Если был дракон, то обязательно должно было быть и ревностно оберегаемое им сокровище. Нёвиллет не совсем понимал эту концепцию. У него к примеру, никогда не возникало желания заполнить свое жилище каким-нибудь драгоценным хламом. Но потом Нёвиллет понял, что сокровище - это не всегда о золоте и камнях. Ризли был его сокровищем. Сокровищем, которое действительно хотелось спрятать и защищать. Иметь его только для себя и бережно хранить драгоценные воспоминания. На щеках и подбородке Ризли была небольшая щетина и Нёвилетт со смешком поёжился, когда тот принялся целовать его шею. - Ты колешься. - А ты светишься. Нёвиллет бросил быстрый взгляд на свои рога. Действительно, светятся. Он ничего не мог с собой поделать. Иногда его драконья природа выдавала не только его печаль, но и его счастье. Небо за окном расцвело лилово-золотым. Дождь прекратился. А в кабинете верховного судьи Фонтейна все так же витал аромат белых камелий.