Все еще люди

      Наступившее утро было необычайно тихим и мирным. Солнце тёплым светом ложилось на горные вершины и зелёный массив леса у их подножия. Бан Чан сонно потёр усталые глаза, поднялся со старого пластикового стула и с силой потянулся, разминая затёкшую спину.       Взглянув на наручные часы, он взял бинокль и подошёл к невысокому металлическому ограждению на крыше, внимательно осматривая территорию вокруг базы. После ночного дежурства глаза неприятно резало, но Крис всё равно снова и снова всматривался в тёмную линию леса. К счастью, за прошедшие часы не произошло ничего, что могло бы доставить базе новую порцию проблем. Лишь несколько мертвецов сумели подобраться к ограде отеля, но дежурные снизу быстро с ними разобрались.       Вдалеке горы уже наливались яркими красками наступающего дня. Среди деревьев виднелись два домика, а между ними — небольшой пруд, гладкий и неподвижный, словно мир за пределами базы всё ещё мог оставаться прежним. Чан задержал взгляд на этой картине, стараясь запомнить её как можно точнее.       Будущее оставалось слишком неопределённым, но парень был готов пережить ещё один день, каким бы тяжёлым тот ни оказался. С каждой ночью появлялись новые испытания, и их исход зависел только от решений, которые они принимали здесь и сейчас. Чан должен был бороться за базу, защищать свою группу и тех, кто всё ещё надеялся выжить за её стенами.       Не заметив ничего подозрительного, он отложил бинокль на металлический ящик рядом с собой и, широко зевнув, направился к выходу с крыши.       Спускаясь по парадной лестнице отеля, юноша чувствовал, как глаза начинают слипаться, а ноги тяжелеют с каждым шагом, требуя долгожданного отдыха. К сожалению, времени на него не было. Добравшись до первого этажа, он медленно прошёл по просторному холлу, облицованному чёрным мрамором, и направился к задней части здания.       Через пару минут Чан оказался на небольшой открытой террасе с несколькими столиками. Здесь тоже было тихо. Он устало опустился на один из стульев и, склонившись, положил голову на скрещённые руки, собираясь подремать хотя бы полчаса, прежде чем старшие начнут искать его для доклада. Вчера из-за его рискованного решения Намджун был явно не в настроении выслушивать рапорт, но доложить о выезде всё равно следовало. Особенно о группе, напавшей на них в черте города.       Прошедший день выбил Криса из колеи: сначала внезапное нападение в, казалось бы, пустом городе, затем исчезновение Минхо и Айена, а под конец — обнаружение нового выжившего.       «А точно ли выжившего?»       Бан Чан славился почти титаническим спокойствием и умением не показывать лишних эмоций, но внутри, под привычной маской невозмутимости, всё выглядело иначе. Ночью он снова и снова думал о найденном парне. Слишком поздно осознав, что тот мог быть заражён, Чан поставил под угрозу не только своих ребят, но и всю базу. Он поддался самому опасному сейчас чувству — состраданию. В мире, где от прежнего порядка остались одни обломки, действовало только одно правило: выжить любой ценой, даже если ради этого приходилось переступать через моральные и этические нормы, которые человечество строило веками.       История Бан Чана была короткой, но полной символики. С детства он восхищался отцом — майором полиции. Тот собственным примером приучил сына к правилам и чувству справедливости, которым Крис должен был следовать в будущем. И он не подвёл. С отличием окончил полицейскую академию, а после поступил на службу в полицию Сеула.       За несколько лет работы Крис сталкивался с разными ситуациями, требовавшими огромной ответственности. Он часто сомневался, размышлял о правильности собственных действий, но всё равно держался принципов, которые считал важными. Никто не мог предвидеть, что вскоре начнётся зомби-апокалипсис.       Когда ситуация поставила всех жителей Сеула перед необходимостью выживания, Чан был вынужден присоединиться к группе, возглавляемой Мин Юнги. Пока одни выжившие уничтожали мертвецов и искали продовольствие, Крис, следуя приказам мужчины, пытался сохранять хоть какое-то подобие закона и справедливости в обстоятельствах, где сами эти слова звучали почти нелепо.       Лидер базы заботился о своих людях, но его решения порой были слишком жестокими. Особенно по отношению к старшему племяннику. Бан Чан не одобрял методы Юнги, однако, к собственному стыду, слишком часто молчал, не решаясь высказывать недовольство вслух. Как и все остальные в новом мире, он должен был бороться за жизнь, поэтому ему пришлось поставить под сомнение многие принципы, которым он когда-то следовал. Все, кроме одного.       Сострадания.       Чан уже начал проваливаться в сон, всё ещё погружённый в тяжёлые размышления, когда тёплая ладонь осторожно легла ему на спину. — Крис, ты спишь?       От этого прикосновения по спине прошла волна тепла. Он медленно поднял голову и сонно обернулся к Феликсу, заставив того тихо рассмеяться. — М? Ликс? Доброе утро… Ещё рано. Почему ты не спишь?       Ли улыбнулся, чуть прищурившись, и поставил на стол перед Чаном кружку. Аромат свежесваренного кофе мгновенно разлился по террасе, и Крис почувствовал, как настроение хотя бы немного, но поднимается. — Доброе. Ты такой милый, когда спишь, — Ликс сел рядом и стал наблюдать, как парень делает первый глоток. — Я не смог удержаться... Прости. — Это прекрасно, — сказал Чан, поднимая взгляд от кружки с довольной улыбкой.       Феликс кивнул и откинулся на спинку стула, глядя на горизонт и окружающую их природу.       На какое-то время оба погрузились в уютное молчание. Чан почувствовал, как напряжение чуть отступает, растворяясь в уже почти забытом вкусе кофе, мирной атмосфере террасы и тёплом присутствии Феликса рядом. — Как прошло дежурство? — нарушил тишину юноша, подпирая голову кулаком и с интересом поглядывая на Криса. — Сынмин рассказал тебе? — Чан поставил кружку на стол и вздохнул. — Да. Вчера он заходил к нам в медблок и сказал, что тебе сделали выговор за того несчастного парня, которого ты привёз. Собственно, из-за него я тоже не ложился. Всю ночь провёл в Блоке С, наблюдая за его состоянием. — Всё было так непривычно спокойно, что я на крыше чуть не уснул, — Крис неловко усмехнулся. — Кстати, этого парня зовут Хан Джисон. Так что с ним? — Как ты уже понял, он заражён, — Феликс двусмысленно пожал плечами, не давая прямого ответа, и отвёл взгляд. — Он умер?       Чан напрягся. В этот миг ему показалось, что от ответа Феликса зависит слишком многое. Он сцепил руки так сильно, что костяшки пальцев побелели, и положил их на стол, ожидая продолжения. — Нет, — насторожённо произнёс блондин. — Его состояние почти не изменилось, но ночью он так и не пришёл в себя. Чан, ты же помнишь его? В том доме, в Соннаме, мы нашли именно его. Хан уже тогда был заражён. Как такое вообще возможно? Люди обращаются после укуса за полдня, максимум за сутки, а он… — Не знаю, Ликс. Я был поражён не меньше тебя, когда увидел его в супермаркете рядом с Минхо. Наверное, именно поэтому и решил забрать с собой.       Они снова замолчали, каждый погрузившись в собственные мысли. — Если честно, когда я помогал Чимину зашивать раны, его состояние сильно меня встревожило, — Ли поднял на Чана настороженный взгляд. — Ткани были очень повреждены, кожа вокруг укуса слегка посерела… Я всю ночь пытался заметить хоть какие-то изменения, но их не было. У меня есть подозрение, что распространение инфекции остановилось. — Юноша придвинулся ближе и понизил голос: — Чан, а что если у него иммунитет? Странный, конечно, но всё же иммунитет? — Я тоже об этом подумал. Но, как ты и сказал, он всё ещё не очнулся. Вчера по дороге сюда Хан хотел что-то рассказать. Попросил выслушать его, прежде чем мы примем решение. Это до сих пор не даёт мне покоя. — Мы сможем узнать только когда он проснётся… если проснётся.       Феликс опёрся локтями о стол и положил подбородок на сложенные в замок руки. Его взгляд скользнул по верхушкам деревьев, раскачивающихся от лёгкого ветра. Юноша устало выдохнул и прикрыл глаза. — Ликс, тебе нужно немного отдохнуть, — нарушил тишину Бан Чан, тревожно разглядывая его лицо. — Как и тебе. Ты уже больше суток на ногах, — грустно произнёс парень. — Ничего, мне не привыкать. Раньше, когда мы были на заданиях, бывало и хуже, — Чан улыбнулся и отпил из кружки успевший остыть кофе. — Хён… на вас ведь вчера ещё и напали? Кто это был?       Крис недовольно хмыкнул и на секунду задумался, подбирая слова. — Сынмин тебе и это рассказал? — Он посмотрел на Феликса в упор и, не дождавшись ответа, вздохнул. — Я не знаю. Их было двенадцать. Семерых нам пришлось убить. Я не хотел этого, но они просто не оставили выбора.       Юноша широко раскрыл глаза, явно не ожидая такого ответа. — Ты не ранен? — он опустил руки на стол и нервно перебрал пальцами завязку потрёпанного голубого худи.       Крис отставил чашку и мягко накрыл его ладонь своей, слегка сжимая. На первый взгляд Феликс мог показаться слишком впечатлительным: он до смерти пугался мертвецов и легко терял самообладание. Но когда дело доходило до помощи другим, Ли становился удивительно собранным и сосредоточенным. А ещё он был таким же сострадательным, как и сам Чан.       Юноша невольно вспомнил день их встречи. В начале всеобщего хаоса он находился в больнице вместе со своим другом и напарником Чанбином. Они откладывали плановое обследование несколько недель, пока босс не пригрозил урезать и без того скудную зарплату, если те снова проигнорируют назначенный осмотр.       Парни были в середине обследования, когда начались первые беспорядки. Сначала они не поняли, что происходит, услышав громкие крики снаружи. Затем персонал больницы принялся поспешно выводить людей из здания, но Крис и Чанбин находились слишком далеко, в смотровой, и не успели выбраться вовремя. Им пришлось прятаться в одном из кабинетов, пока туда внезапно не ворвались двое выживших: Пак Чимин, работавший в той больнице врачом, и один из его интернов — Ли Феликс. — Ликс… я в порядке, правда, — Чан поднял уголок губ в лёгкой улыбке.       Ли повернулся и с недоверием посмотрел на него. — Не веришь? Вот, смотри.       Чан быстро поднялся, сделал пару оборотов вокруг себя с вытянутыми в стороны руками, а затем приблизился к младшему, закатывая рукава толстовки и демонстрируя предплечья. — Вот. Видишь? — он взялся за край футболки. — Могу поднять, чтобы ты убедился.       Младший резко покраснел. Вскочив со стула, он нервно накрыл его руки своими, не позволяя задрать ткань выше. — Нет, н-не надо! Я тебе верю. Сядь обратно, пожалуйста.       Феликс сконфуженно засуетился и сел обратно, утянув за собой старшего. Его смущение казалось Чану слишком милым, почти забавным. С трудом сдерживая улыбку, Крис наблюдал, как юноша стеснительно отводит взгляд и убирает светлые волосы с лица. Не удержавшись, он всё-таки тихо усмехнулся, заставив Ли возмущённо уставиться на него. — Что?! — Да нет, ничего. Прости.       Бан Чан примирительно поднял руки. — Мы не помешаем?       Разговор неожиданно прервал голос Сынмина, прозвучавший совсем близко. Когда ребята обернулись, то обнаружили, что он вместе с Чанбином стоит прямо за их спинами. Не дожидаясь приглашения, Ким отодвинул стул и сел напротив. Громко отхлебнув из кружки, он деловито поправил очки и уставился на парней. Рядом с шумом плюхнулся Бин. — Здорово, напарник! Как ночь прошла? — Чанбин усмехнулся и перевёл взгляд на Феликса, вновь заставив того покраснеть. — Недавно спустился с дежурства. А ты, я смотрю, выглядишь даже слишком отдохнувшим, — спокойно парировал Чан. — Спал аки младенец, даже снов не видел. Еле до подушки успел дойти.       Со принялся уплетать заваренную лапшу, громко хлюпая и заставляя Сынмина с Феликсом осуждающе на него покоситься. — Сынмин… хотел спросить, что вы вчера обсуждали с Намджуном? Мне всё равно придётся рассказывать ему о выезде, не хочу повторяться.       Чан сделал вид, что отпивает из полупустой чашки, но продолжал пристально смотреть на парня напротив. Кима это, похоже, не впечатлило. Он отзеркалил его позу и откинулся на спинку стула. — Да ничего особенного, — парень ненадолго задумался и пожал плечами. — Ничего такого, о чём бы ты не знал, Чан. Я доложил обстановку на улицах и рассказал о потенциальных местах, где ещё может быть хоть какая-то провизия. Не переживай, основной рапорт оставил тебе.       Бан Чан недоверчиво посмотрел на него, пытаясь понять, о чём тот думает на самом деле. Сынмин всегда держался чуть отстранённо, из-за чего лидер группы порой не мог объяснить некоторые его поступки.       Старший приподнял брови в немом вопросе, но Ким лишь снова пожал плечами. — Кстати о еде, — мечтательно протянул Чанбин, допивая остатки бульона из пластиковой чашки, — жаль, что мы так и не смогли попасть в тот супермаркет. Эх… Как бы там ни было, теперь путь туда закрыт.       Чан сделал последний глоток остывшего кофе и, взяв пустую кружку, устало поднялся. — Ребят, извините, но мне пора. Надо всё-таки подняться в штаб. Сегодня у вас заслуженный выходной, так что отдыхайте.       Он положил ладонь на пушистые волосы Феликса и слегка взъерошил их, получая ошарашенный взгляд блондина и смешок Чанбина.       Ли обернулся и проводил Чана взглядом, пока тот не скрылся внутри здания. — Парни, никто из вас не видел Минхо? Обычно он встаёт раньше всех, — внезапно спросил юноша, вспомнив события вчерашнего вечера. — Не знаю. Может, «сержант Ли» в эмоциональной отключке? — усмехнулся Бин. — Уж больно много он вчера агрессировал. Даже больше, чем обычно.       Испугавшись собственных мыслей, Феликс побледнел. — Ребят, мне тоже пора. Остались ещё кое-какие дела в медблоке… — Он поднялся и виновато посмотрел на парней. — Иди, конечно. Позже увидимся, — миролюбиво ответил Сынмин, поправляя ворот рубашки.

***

      Феликс быстрым шагом направлялся на третий этаж, туда, где располагалась комната Минхо. Запыхавшись, он неуверенно остановился напротив деревянной двери и аккуратно постучал, прислушиваясь к звукам внутри. Ответа не последовало, и юноша постучал снова, уже настойчивее. Он знал, что Хо всегда был замкнутым человеком, но надеялся, что в этот раз тот окажется хотя бы немного доброжелательнее. —Минхо… — негромко позвал юноша.       После долгого молчания дверь с лёгким скрипом открылась, и парень выглянул в коридор. Феликс уставился на его побитое лицо и застыл, не зная, что сказать. — Чего тебе, Феликс? — Извини… я немного переживал после вчерашних угроз Юнги. Просто пришёл проверить, всё ли в порядке, — юноша попытался зайти внутрь, но Минхо подпёр дверь ногой. — Убедился? — Можно я войду? — Феликс взялся за ручку и осторожно толкнул дверь вперёд. — Господи, ты как мамочка. Такой же надоедливый, — раздражённо выдохнул парень. — Со мной всё в порядке, хватит себе придумывать. — Скажи хотя бы, что на этот раз. Рана несерьёзная?       Парень надавил сильнее, заставляя Минхо неловко отступить и чуть шире открыть дверь. Взгляд тут же зацепился за пятно крови на плече его футболки. — Так, дай мне осмотреть тебя. Пойдём, я отведу тебя в медблок… Хотя нет, лучше принесу всё сюда, — затараторил Ли, не отрывая внимательного взгляда от старшего. — Феликс. Стоп. Успокойся и не нагнетай. Со мной и не такое случалось, — Минхо закатил глаза, но, встретившись со строгим взглядом юноши, всё же сдался. — Ладно. Если так переживаешь, можешь аккуратно стащить из медблока пару бинтов. Только, пожалуйста, сделай это так, чтобы Чимин не заметил. — Я мигом, потерпи немного.       Блондин бросил на Минхо последний взволнованный взгляд и поспешил вниз за медикаментами.

***

             Минхо раздосадованно выдохнул и захлопнул за собой дверь. Тяжело привалившись к ней спиной, юноша сполз на пол. Раны невыносимо болели, а голова раскалывалась так, будто по ней били молотом. Он осторожно коснулся пальцами плеча, чувствуя тёплую кровь, но тут же, зашипев от боли, отдёрнул руку и посмотрел на распухшее бедро. — Йоу, реальность бьёт прямо в лицо, да? Ну и что, думаешь, стоит дальше геройствовать? Надеюсь, тебе стало легче после того, как ты снова нахамил ему?       Хёнджин вышел из-за угла спальни и осуждающе посмотрел на него, приваливаясь плечом к косяку. — Не легче. Просто не хочу, чтобы Айен узнал обо всём. Пообещай, что не расскажешь ему.       Хван закатил глаза и возмущённо фыркнул, отвернувшись в сторону. — Ты действительно думаешь, что твой брат слепой? Или что он настолько тупой, м? — Он снова посмотрел на Минхо и растянул губы в саркастической ухмылке. — Знаешь, получить заражение будет особенно весело, если тебе вдруг ампутируют ногу или руку. Тогда ты ещё больше станешь похож на пирата.       Минхо возмущённо склонил голову и раздражённо уставился на усмехающегося парня. — Опять твои идиотские шутки, — недовольно произнёс Ли. — Ты же знаешь, что они ни на грамм не смешные, придурок? — Как по мне, очень жизненные. — Прекращай издеваться. Лучше помоги мне встать и иди уже к себе.       Хван протяжно вздохнул, но всё же подошёл к Минхо и осторожно помог ему подняться. — Так что конкретно мне не рассказывать Айену? Как тебя снова чуть не убил ваш родной дядя, как я тащил тебя в отключке до комнаты или как ты всю ночь бредил после несправедливо заслуженных побоев? — придерживая Ли под здоровую руку, он аккуратно усадил его на кровать. — Ничего из этого. — Я тебя совсем не понимаю. Сначала ты сам бьёшь его ни за что ни про что, а потом так печёшься. Боишься потерять авторитет в его глазах? — возмутился Хван. — Ещё чего. Хватит задавать дурацкие вопросы и возвращайся к себе. Сейчас Феликс придёт, не хочу, чтобы он видел тебя здесь, — парень откинулся на постель и закрыл глаза. — А, то есть вот так? Просто выгонишь меня, своего друга? — не унимался Хёнджин. — Тебе пора, — не открывая глаз, проворчал Ли. — Ну и скотина же ты, Ли Минхо.       Хван обиженно вышел из комнаты, оставив неблагодарного наедине с собственной упрямостью. Закрывая за собой дверь, он заметил быстро исчезающий за углом коридора силуэт Чонина.