Все еще люди

      На тёмно-синем небе белел тонкий полумесяц. Его слабый свет пробивался сквозь ночную дымку и ложился на территорию базы бледными пятнами. Из-за резкого перепада температур со стороны леса потянулся туман. Он медленно сгущался, стелился между деревьями и постепенно подбирался к забору.       В такой тишине даже незначительные звуки казались слишком отчётливыми. Ветер шевелил кроны, листва сухо шуршала в темноте, а из глубины леса время от времени доносились пронзительные звериные крики. Всё вокруг будто застыло в ожидании чего-то, что ещё не решалось выйти из мрака.       Хан и Минхо медленно шли вдоль высокого забора, внимательно осматривая окрестности. Ли двигался впереди, освещая дорогу фонариком. Луч света скользил по траве, цеплял нижние ветки деревьев и выхватывал из темноты неровные полосы металлической сетки.       Джисон осторожно следовал за ним, стараясь держаться на небольшом расстоянии. Паническая атака, пережитая несколько часов назад, уже отступила, но оставила после себя неприятную слабость и внутреннюю дрожь. Сейчас юноша заставлял себя сосредоточиться на каждом шаге и звуке, чтобы не потерять бдительность во время дежурства.       При всём этом Хан с удивлением отметил, что рядом с Минхо мысли становились чуть яснее. Присутствие Ли почему-то возвращало его к реальности и помогало не проваливаться в страх. Однако события этого вечера — сначала столкновение с Чонгуком, затем странная сдержанность самого Минхо — всё равно не давали покоя. В голове Джисона складывалась новая картина, и отдельные детали больше не казались случайными.       «Но почему? Неужели он догадывается о моих симптомах?»       Джисон прикусил губу и посмотрел на парня. Ли по-прежнему внимательно осматривал территорию, но иногда бросал короткие взгляды то на него, то на здание отеля. На его лице не было ничего лишнего, только привычная собранность, от которой Хану становилось ещё тревожнее.       юноша качнул головой, пытаясь прогнать тяжёлые мысли. Он крепче сжал лук, который забрал из комнаты перед началом дежурства, и ускорил шаг, чтобы не отставать.       Сейчас они находились в дальней части базы. Несколько часов подряд парни патрулировали периметр, почти не разговаривая. Время давно перевалило за полночь, дежурство шло по обычному сценарию, и всё же Джисон никак не мог избавиться от ощущения, что рядом есть что-то чужое.       Где-то неподалёку хрустнула ветка.       Хан остановился и резко обернулся на звук. — Эй, ты чего там замер? — Ли направил на него фонарик, на секунду ослепляя ярким светом.       Что-то быстро промелькнуло в кустах уже на их стороне забора. Хан инстинктивно вытащил стрелу и поднял лук в сторону возможной угрозы. Минхо, проследив за его взглядом, без лишних вопросов вытащил катану из ножен.       Из темноты снова донёсся шорох. Джисон напрягся и пригляделся. Среди веток сверкнули два жёлтых глаза. Сердце неприятно ухнуло, когда небольшая тень выскочила на дорожку и метнулась прямо к его ногам. Парень дёрнулся и выпустил стрелу. Та бесшумно ушла в крону ближайшего дерева, не задев цель.       Чёрный кот сердито зашипел, выгнул спину и исчез в темноте так же внезапно, как появился.       Хан застыл с опущенным луком, пытаясь понять, что только что произошло. Из оцепенения его вывел тихий смешок. Он удивлённо повернул голову и уставился на Минхо, который, наблюдая за всей сценой, уже не мог скрыть улыбку.       «Так он всё-таки умеет смеяться?» — Что? — Джисон медленно опустил лук и недоверчиво поднял бровь.       Ли взял себя в руки, но насмешка в его глазах никуда не исчезла. — Не знал, что ты боишься котов. — А сам-то… — младший фыркнул, пытаясь сделать вид, что ничего особенного не случилось. — А стреляешь как! Фантастика просто, — Минхо сложил руки на груди и с нарочитым восхищением посмотрел на дерево. — Поздравляю, ты его победил.       «Похоже, я поспешил с выводами…»       Хан отвернулся, надеясь скрыть смущение, и раздосадованно хлопнул себя ладонью по лбу. Но тревога не исчезла. Напротив, она снова начала нарастать, когда из глубины леса до него донёсся едва различимый шёпот. Джисон замер. По коже прошёл холод, пальцы невольно сильнее сжали рукоять лука. — Да, от такого мужества правда дух захватывает… — Ли снова посветил на него фонариком. — Уверен, что скорую не нужно вызывать? — Что-то не так. Этот шёпот… — Джисон настороженно посмотрел за забор. — Ты слышишь?       Голоса становились громче, хотя слов по-прежнему нельзя было разобрать. Хан зажал уши ладонями, но это не помогло: звук будто шёл не снаружи, а прямо изнутри головы. — Шёпот? — Минхо приблизился к нему и быстро осмотрелся. — О чём ты? Я ничего не…       Парень осёкся, всматриваясь в лицо Джисона, и в его взгляде тут же промелькнуло едва видимое беспокойство.       Истошные хрипы и стоны заставили их одновременно обернуться к лесу. Из тумана показались несколько изуродованных фигур. Мертвецы медленно приближались к металлической сетке, вытягивая вперёд искривлённые руки. Их одежда была разорвана и покрыта грязью; в спутанных волосах застряли листья и мелкие ветки.       Запах гнили ударил в нос, когда трупы добрались до забора. Они бились о прочную сетку, цеплялись за металл сломанными ногтями и тянулись внутрь, не обращая внимания на раны. Минхо быстро пришёл в себя, выхватил охотничий нож и шагнул ближе к ограждению.       Джисон сделал осторожный шаг вперёд, почти не отдавая себе в этом отчёта. Неразборчивые звуки постепенно складывались в слова, вырывающиеся из общего хрипа.       ««Есть…» — прохрипел один из мертвецов.       Хан почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. Руки мелко задрожали, а дыхание сбилось.       Минхо точно прицелился и вогнал лезвие через прореху в заборе прямо в череп ближайшего трупа. Остальные продолжали напирать на сетку. Парень быстро расправился с последними двумя мертвецами, после чего с отвращением вытер рукоять ножа о штанину. — Что с тобой? — А… Я просто… — Хан покосился на тела за забором. Странное наваждение исчезло сразу после того, как последний мертвец рухнул на землю. — Не знаю… Как ты это делаешь? — Делаю что? — Ли устало поднял взгляд к небу.       Джисон попытался успокоить дыхание, но внутри всё ещё держалась смесь отвращения и тревоги. — Убиваешь. — Дело привычки, — спокойно ответил Минхо. — Тем более они и так мертвы. Тебе придётся это принять.       Он развернулся и пошёл дальше, будто ничего особенного не произошло. Хан растерянно посмотрел ему вслед, затем снова перевёл взгляд на мертвецов за сеткой и невольно коснулся холодного лба.       «Может, меня от усталости так кроет? Да не может такого в реальности происходить… Да. Это всё моё богатое воображение. Говорила же мама: меньше читай свои комиксы. Но нет!» — Пошли, бельчонок, пора сдавать пост. — Конечно, — отозвался Джисон после короткой паузы. — Только зайдём кое-куда на минуту.       Минхо обернулся с хитрой улыбкой. — Куда? — Хан насторожился. — Это сюрприз. — Я не люблю сюрпризы. — Ой, да пошли уже.       Спустя пятнадцать минут парни вернулись к воротам, где их уже ожидали следующие дежурные. Они коротко кивнули друг другу и обменялись информацией. Пока Минхо быстро отчитывался, его взгляд то и дело возвращался к Хану. Джисон немного успокоился, но дрожь в руках всё ещё не проходила.       По дороге к зданию юноша снова и снова прокручивал в голове произошедшее. Он прислушивался к каждому шороху, всматривался в темноту, но голосов больше не слышал. Вместо того чтобы сразу подняться на крышу, Ли поманил его в глубь территории. Джисон, уже плохо соображая от усталости, молча пошёл следом.       Они дошли до корта. Минхо остановился у железной калитки, осмотрелся и отпер замок. На поле было пустым. Зайдя за мишени, Ли склонился над одним из металлических ящиков для оборудования и вытащил из-под футболки длинную цепочку с жетоном и маленьким ключом.       Хан замер у него за спиной, непонимающе хлопая глазами. — Зачем мы здесь? — Какой нетерпеливый, — усмехнулся Ли.       Он снял цепочку, вставил ключ в навесной замок и открыл ящик. Согнувшись, парень достал слегка запылённую бутылку, быстро закрыл своё тайное хранилище и снова запер замок. — Виски?! — Джисон уставился на бутылку. — Ш-ш! Не кричи, — прошептал Минхо, пряча её за пазуху. — Всё. Теперь можем подниматься наверх.       Хан тихо цыкнул и осуждающе покачал головой.       Они миновали пустой холл и направились к лестнице. Джисон взглянул на часы и едва сдержал тяжёлый стон.       «Три часа. Чёрт… Ещё три часа дежурства».       С каждым пролётом он сильнее стискивал зубы. Мышцы ныли после тренировки, глаза слипались, а тело всё настойчивее требовало отдыха. Минхо, заметив это, время от времени останавливался на лестнице и давал ему передохнуть. — Ты в порядке? — Ли обеспокоенно окинул его взглядом, когда Хан в очередной раз привалился к перилам. — Последний этаж остался.       Джисон неопределённо кивнул и попытался улыбнуться, но губы лишь устало дрогнули. — Просто сегодня особенно тяжёлый день. Кажется, я могу уснуть прямо здесь, на ступеньках.       Минхо ничего не сказал. Он только кивнул и дождался, пока младший соберётся с силами.       На крыше отеля ветер был прохладнее. Хан с облегчением застегнул толстовку и подошёл к краю. Опираясь на ограждение, он помассировал виски, пытаясь снять напряжение. Обычно вид сверху помогал ему успокоиться, но не сегодня. Туман скрыл большую часть территории, а тёмный лес за забором выглядел слишком близким. Джисон поднял глаза к звёздам, надеясь найти в этой картине хоть немного покоя, но тревога не уходила.       «Блять… Как же хочется спать. Я вообще сегодня до комнаты дойду?»       Минхо тихо кашлянул в кулак и протянул ему бутылку. Хан нехотя обернулся и встретился с его прищуренным взглядом. Парень выглядел таким же вымотанным. Под светом включённого настольного фонаря особенно заметны были его тёмные круги под глазами и бледность, которую не скрывал даже тёплый свет. Чёрные волосы юноши беспорядочно падали на лоб, подчёркивая усталые черты лица. Джисон невольно задержал на нём взгляд, чувствуя странное сочувствие. — Будешь? — спросил Минхо, отворачиваясь. — Я не пью, — Хан аккуратно отодвинул бутылку, случайно задев его пальцы.       Ли едва заметно вздрогнул, но быстро взял себя в руки, хмыкнул и открутил крышку. Отпив из горла, он зевнул и потянулся. — А зря. Здесь особо нечего делать. Единственное время, когда можно немного расслабиться.       Он отошёл от перил и уселся на небольшой диванчик, оставленный для дежурных. — Как ты можешь сейчас пить? — Хан недовольно сложил руки на груди. — Мы же на дежурстве. Что, если что-то произойдёт, а мы не заметим? — Ну и что? — Минхо скорчил страдальческую гримасу, безразлично пожал плечами и сделал ещё один глоток.       Джисон провёл рукой по лицу. Спорить с Ли сейчас не хотелось. День и без того вымотал его настолько, что единственным желанием оставалась тёплая постель. — Говоришь так, будто тебе всё равно.       Хан внимательно оглядел территорию и, убедившись, что всё спокойно, сел рядом. Минхо какое-то время молчал, будто не собирался отвечать. Джисон с осуждением покосился на бутылку, в которой виски становилось всё меньше. Сам он никогда не пил и не понимал, как алкоголь может казаться кому-то спасением. Для него это было лишь попыткой сбежать от реальности. — Так и есть, — тихо произнёс Ли, откинув голову на спинку дивана. — В смысле? — Хан настороженно посмотрел на него. — Ничего. Не обращай внимания, я просто устал.       Минхо небрежно махнул рукой и снова приложился к бутылке.       Ветер пробирался под одежду, заставляя Джисона зябко поёжиться. Он натянул капюшон и прислонился к спинке дивана. Ли повернул голову и внимательно оглядел его с ног до головы. — Что такое? — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — спросил Минхо. — Вроде д-да, — Хан растерянно шмыгнул носом. — Просто этот ритм жизни немного утомляет. — Вроде? — Ли недоверчиво поднял бровь. — Ну… Тело болит так, будто я сутки таскал мешки с бетоном, и холодно немного. А так всё в порядке, — уклончиво ответил Джисон, стараясь говорить ровнее. — А что насчёт того, что произошло внизу?       «Блять… Он теперь точно думает, что я крышей двинулся». — Если ты про этого чёртового кота, то давай забудем? Хорошо? — юноша нервно засунул замёрзшие руки в карманы толстовки. — Признаю, я в очередной раз перед тобой проебался. Никчёмный из меня дежурный.       Ли хмыкнул и после короткой паузы поставил бутылку на пол. Затем снял кожаную куртку и неожиданно протянул её Хану. — Т-ты чего? Зачем это? — Джисон уставился на него с искренним недоумением. — Тебе холодно. Бери. Мне всё равно жарко от алкоголя.       Не дожидаясь согласия, Минхо бросил куртку ему на колени. — Не знаю даже… С-спасибо? — Хан растерянно сжал в пальцах тёплую кожу. — Я согреюсь и верну. — Не парься.       Минхо снова поднял бутылку к губам. Он остался в одной футболке, но, похоже, холод его почти не беспокоил. Парень откинул голову и уставился в небо. В его взгляде было что-то тяжёлое — не раздражение и не привычная насмешка, а усталость, которую он обычно прятал слишком глубоко.       «Да что происходит в его голове?»       Не отдавая себе отчёта, Хан робко протянул руку к его плечу. Минхо будто почувствовал движение и сразу обернулся. Джисон замер, смутившись под его прямым взглядом, а потом торопливо отодвинулся. — Извини… Не знаю, что на меня нашло. — Всё в порядке, бельчонок, — Ли неожиданно мягко улыбнулся. — Передай на секунду куртку, пожалуйста.       Хан вернул ему вещь. В следующий миг Минхо извлёк из кармана что-то подозрительно знакомое. Сердце Джисона сбилось с ритма, когда Ли аккуратно вставил в ухо один наушник и включил плеер. Его плеер. — Откуда он у тебя? — А? Это? — Минхо безразлично покрутил устройство в руках. — Нашёл на улице. — Не может быть… — взволнованно произнёс Хан. — Я потерял его примерно месяц назад.       Он с надеждой потянулся к плееру, но Ли ловко отпрянул и спрятал устройство за спину. — С какой стати ты решил, что он твой? — Тут работает только один наушник, верно? Кнопка включения западает, а сзади несколько наклеек… — Хан посмотрел на него почти умоляюще. — Пожалуйста, отдай. Он очень важен для меня.       Минхо вытащил руку из-за спины и перевернул плеер. Большой палец медленно скользнул по выцветшим наклейкам в виде маленьких звёзд. — Знаешь… Я не уверен, что хочу отдавать его просто так. Но, может, мы найдём компромисс.       Джисон несколько секунд молчал, сдерживая волнение. — Ты хочешь что-то взамен?       Минхо приподнял уголок губ и чуть приблизился, заставляя его смущённо покраснеть. — Поможешь допить — верну.       Он кивнул на бутылку.       Хан ошеломлённо посмотрел на парня. Ли в одиночку выпил большую часть виски, но держался так, будто мог спокойно прикончить ещё одну бутылку. Разве что щёки чуть порозовели, а взгляд стал менее колким. — Это шутка? Я же сказал, что не пью. — Нет, не шутка, — Минхо опёрся на подлокотник, перебирая в пальцах плеер. — Попробуй. Может, поможет расслабиться. Заодно согреешься. — Это против моих принципов, — с сомнением произнёс Джисон. — Принципы иногда полезно нарушать, иначе от них никакой радости. — Но дежурство…       Хан перевёл недовольный взгляд с бутылки на плеер. Эта вещь была последней связью с прежней жизнью — с музыкой, домом и редкими мгновениями спокойствия. Теперь Минхо держал её в руках и предлагал вернуть за пару глотков алкоголя. — Доверься мне, — тихо сказал Ли и положил плеер на диван между ними. — Думаю, мы заслужили немного выдохнуть. — Да чёрт с тобой… — смущённо пробормотал Джисон, принимая бутылку.       Он приложился к горлышку и сделал несколько больших глотков. Виски обжёг горло, ударил в грудь неприятным теплом и заставил его закашляться. Хан быстро вытер рот рукавом и поморщился. — Это просто ужасно! — Не переживай, со временем привыкнешь, — Ли снисходительно усмехнулся, забирая пустую бутылку. — Думаю, теперь он твой. Наслаждайся музыкой. — Сомневаюсь, что когда-нибудь привыкну, — Джисон аккуратно взял плеер и устало привалился к спинке дивана. — Алкоголь — это зло. — Сейчас это единственное, что хоть как-то помогает мне забыться и расслабиться, — Минхо устроился удобнее и заложил руки за голову. — Забыться и расслабиться… Какой прекрасный способ бороться с проблемами. — По крайней мере, он помогает ненадолго отвлечься от всего этого дерьма, — мрачно произнёс Ли, закрывая глаза. — Хотя бы на минуту перестаёшь помнить, что твоя жизнь превратилась в сплошной ад.       Алкоголь подействовал на Хана неожиданно быстро. Напряжение, державшее его весь день, начало отпускать, тело стало тяжёлым, а звуки вокруг — приглушеннее. Крыша, фонарь, туман за ограждением и сам Минхо будто отдалились на несколько шагов. — Сегодня ты ещё более странный, чем обычно, — Джисон неловко повернулся к нему. — Это вообще нормально? — А что, тебя это смущает? — Минхо саркастически поднял бровь. — Уже соскучился по моим злым комментариям? — Нет, просто… — Хан задумчиво склонил голову и посмотрел на его профиль. — Я не привык видеть тебя таким. Это странно. — Каким таким? — Ли зевнул и перевёл на него расслабленный взгляд. — По-твоему, я всегда должен быть агрессивным и саркастичным? Трудно представить, что у меня есть и другие эмоции? — Просто ты всегда был особенным, — без стеснения произнёс Джисон. — Особенным? — Минхо сделал паузу. — Это комплимент или оскорбление? — Без понятия… — Хан тихо усмехнулся. — Ты всегда выделяешься. Нарушаешь правила. Не боишься быть собой, даже если это бесит других. Наверное, сегодня я просто увидел тебя с другой стороны. — Какая неприятная сторона, — Ли фыркнул и демонстративно отвернулся. — А мне кажется, довольно интересная.       Джисон глубже натянул капюшон и по-детски потёр глаза, вызвав у старшего короткий смешок. — Люди меняются, даже если это не всегда заметно, — Минхо равнодушно пожал плечами. — Люди меняются? — младший тихо хихикнул. — Уверен, ты всегда будешь тем ещё засранцем и занозой в заднице.       Минхо посмотрел в пол. — Не могу сказать, что мне жаль, — произнёс он с едва заметной грустью. — Я такой, какой есть. — Кажется, я начинаю понимать… В любом случае… — Джисон сонно зевнул и мягко улыбнулся ему. — Может, у нас есть шанс зарыть топор войны? — В этом нет нужды. Хан, я никогда не считал тебя врагом, — Ли неловко потёр шею. — Просто… Х-ах… Это сложно объяснить. — М? — Просто жизнь не позволяет мне вести себя иначе, — Минхо посмотрел вдаль. — Я стал таким, чтобы выжить. Может, не самое лучшее решение, но другого у меня не было.       Джисон, пытаясь подбодрить его, вытащил руку из кармана и неловко похлопал по плечу. — Так вот ты какой, когда выпьешь… Философ. — Да иди ты, — без злости ответил Минхо. — Я постоянно думаю о многом. О нашей работе, о жизни на базе… И о том, что может случиться завтра. — А что может случиться завтра? — тихо спросил он заплетающимся языком. — Или ты уже знаешь? — Никто не знает. Но нам всем стоит быть осторожнее. Всё слишком непредсказуемо, а я не хочу, чтобы с тобой или с кем-то ещё что-то случилось.       Джисон опустил взгляд на синяки и мелкие порезы на руке Минхо. — Ты беспокоишься обо мне, но не о себе? Такого я точно не ожидал услышать.       Ли неловко кивнул и отвернулся, подбирая слова. — Я просто хочу, чтобы мы все наконец-то оказались в безопасности. — Но мы и так здесь в безопасности… Да, жизнь, конечно, не сахар, но это лучше, чем оказаться там, за забором. — Ты так думаешь? — Минхо вздохнул и на миг опустил голову. — Сейчас не монстров надо бояться. Люди куда страшнее… Никому здесь не доверяй.

***

             Юнги вышел из кабинета так резко, что дверь с грохотом распахнулась настежь и ударилась о стену. Джин, ожидавший его снаружи, успел отступить в сторону, чтобы не попасть под тяжёлую деревянную створку.        Лидер даже не посмотрел на него. Он быстро прошёл по коридору и направился к лестнице. Ким поспешил следом, наблюдая за его напряжённой спиной. — Всё готово? — холодно спросил Мин, прибавляя шаг. — Да, все уже внизу, — как ни в чём не бывало ответил Джин. — Отлично.       Юнги хрустнул пальцами и сунул руки в карманы джинс.       Доступ на минусовой этаж был строго ограничен и предоставлялся только узкому кругу людей. Немногие знали, что на самом деле скрывалось за стенами бывшего эко-отеля. Тем, кто попадал на этот уровень, обычно оставалось два варианта: стать послушной частью системы или исчезнуть из неё навсегда.       Мин приложил немало усилий, чтобы превратить базу в идеальное прикрытие для картеля. Снаружи он выглядел, как обычный отель, но настоящая жизнь этого места начиналась глубже, за закрытыми дверями и камерами наблюдения.       Сокджин тяжело вдохнул, когда они спустились ниже. Бетонные стены, холодный свет ламп и длинный коридор создавали ощущение места, где никто не задаёт лишних вопросов. Здесь не было случайных свидетелей, а чужой крик легко терялся за толстыми дверями.       У одной из металлических дверей Юнги замедлил шаг и повернулся к старшему. На его губах появилась хищная улыбка. — Ну что, повеселимся?       Он размял шею и картинно пригладил волосы.       Джин коротко кивнул. С Мином никогда нельзя было быть до конца уверенным: в какую сторону повернётся его настроение и кого оно заденет следующим. Ким открыл дверь и пропустил лидера внутрь.       В помещении находились четверо. Намджун стоял у небольшого стола и аккуратно раскладывал какие-то предметы. Чонгук удобно устроился в кресле и курил, не скрывая довольной усмешки. Хосок привалился к стене, хмурый и напряжённый; между его пальцами мелькал небольшой нож.       Посреди комнаты, привязанный к стулу, сидел Сынмин. Его руки были скованы наручниками за спиной, рот заклеен строительной изолентой. Юнги медленно подошёл к нему, присел на корточки и заставил поднять голову, схватив за подбородок. — Надеюсь, ты не слишком скучал, Сынмин-и?       Ким смотрел на него покрасневшими от слёз глазами. Дыхание сбивалось, грудь поднималась неровно. Он не пытался вырваться: сопротивляться сейчас было бессмысленно.       Сокджин, наблюдая за происходящим, сжал челюсть. Каждый раз, когда он видел подобное, внутри поднималось болезненное отвращение, но лицо оставалось спокойным. Почувствовав на себе взгляд Чонгука, он тяжело выдохнул и занял свободное кресло рядом. Капитан нервно сжал челюсть и затушил сигарету в грязной пепельнице. — Ты правда думал, что сможешь что-то от меня скрыть? — продолжил Мин насмешливо. — Похоже, забыл: я всегда знаю, что происходит на моей базе.       Сынмин испуганно замычал и отчаянно замотал головой. Юнги только усмехнулся. С силой оторвав изоленту от его лица, он заставил парня сдавленно вскрикнуть.       Юноша попытался что-то сказать, но голос сорвался. — Ну что, готов поговорить? — мужчина притворно ласково провёл ладонью по его волосам, а затем жёстко сжал их в кулаке. — Или мне придётся использовать другие методы? — Я... Я не знаю о чём идёт речь, — начал парень, заикаясь.       Слёзы продолжали стекать по его щекам. — Да что ты? — Юнги поднялся и сложил руки на груди. — И ты правда думал, что никто не узнает о твоих встречах с людьми Хвана? Самонадеянно… Ты вроде не дурак, Сынмин. Тем забавнее, что прокололся так глупо.       Сынмин вздрогнул при упоминании знакомой фамилии.       Сокджин, не отводя взгляда от перепуганного парня, неосознанно сжал подлокотник. Теперь сомнений почти не оставалось: дело принимало худший оборот. — Я... Я... Господин, это всё одна большая ошибка! — Ошибка значит?       Мин ударил его лицу, и на бледной коже юноши сразу проступил красный след. — Думаешь, моя доброта и терпение безграничны? — Я не знал... Я правда ничего не знал, — прошептал Ким, с трудом поднимая на него взгляд. — Пожалуйста, пощадите...       Мин подошёл к столу с инструментами. Взяв скальпель, он медленно вернулся к Сынмину, будто нарочно давая ему время рассмотреть тонкое лезвие. Юноша побледнел ещё сильнее. — Глупый мальчишка… Я дал тебе всё: работу, деньги, защиту. Взамен требовалось только одно — преданность, — с нажимом произнёс Юнги. — Мир изменился, но правила картеля остались прежними.       Он прижал лезвие к шее парня. — Ты знаешь, что я могу сделать с тобой за измену, правда? — Господин, я…       Юнги поднял скальпель к его шее, но в последний момент Джин перехватил его руку. Мин резко обернулся. Взгляд, полный злости, впился в лицо старшего. — Какого хрена?!       Вырываясь, он случайно задел Джина по щеке. На коже сразу проступила тонкая кровавая полоса. Ким не дрогнул: только провёл пальцами по царапине, посмотрел на кровь и медленно опустил руку. — Позволь ему объясниться, — тихо, но твёрдо произнёс мужчина. — Иначе мы можем получить проблемы от другой группы раньше, чем поймём, что им известно.       Мин замолчал, продолжая смотреть на него так, будто всё ещё выбирал, куда вонзить скальпель. Тишина затянулась. Наконец Юнги достал из кармана почти пустую пачку сигарет, злобно щёлкнул зажигалкой и закурил. — Живо отвечай. Что они хотели от тебя? Что за информацию ты им передал?! — мужчина зло отбросил скальпель в стену, от чего парень испугано зажмурился. — Они искали Хёнджина, — всхлипнул Сынмин, дрожа от страха и боли. — Больше я ничего не знаю! Я не проверял содержимое конверта, видел лишь его фото! Я не лгу!       Комната на несколько секунд погрузилась в тяжёлую тишину. Все неотрывно смотрели на парня, который не решался поднять глаза. Хосок оторвался от стены, поднял с пола скальпель и медленно провёл пальцем по лезвию. — Ах вот оно что… И всего лишь? — его голос прозвучал тихо и ядовито. — Да! Клянусь, я больше ничего никому не рассказывал! — Кто поручил тебе это?       Юноша закрыл глаза и испуганно замотал головой, отказываясь отвечать.       Чонгук чуть склонил голову набок, наблюдая за ним с ленивым интересом. — Что будем с ним делать? — беззаботно спросил он, будто речь шла о развлечении. — Ты и сам знаешь ответ, — холодно произнёс Намджун. — Эта мелочь забыла своё место. Самое время напомнить.       Юнги посмотрел на Чонгука с улыбкой, от которой Джину стало не по себе. — Возможно, мы дали тебе слишком много свободы. Не хочешь говорить по-хорошему, скажешь по-плохому. Капитан, можешь приступать, — Мин небрежно махнул рукой.       Намджун кивком указал Сокджину на соседнее кресло, и Ким-старший, закатив глаза, всё же вернулся на место.       Чонгук улыбнулся шире. В его лице появилась та жестокая собранность, которая всегда предшествовала насилию. Он подошёл к юноше и схватил его за ворот грязной футболки. — С превеликим удовольствием… Давненько я не разминался. — Нет! Нет, пожалуйста! — взмолился парень. — Не надо! — Тогда отвечай на вопрос, — Чонгук рывком притянул его ближе. — Кто передал тебе тот конверт?       Сынмин, закусил губу, пытаясь сдержать рвущийся наружу всхлип. — Ну, как знаешь.       Капитан ударил его кулаком в живот.       Стул глухо скрипнул, но верёвки и наручники удержали Сынмина на месте. Юноша содрогнулся, болезненно вскрикнул и согнулся настолько, насколько позволяло крепление. Его пальцы судорожно сжались за спинкой стула, а дыхание сбилось, превращаясь в рваные, хриплые вдохи.       Юнги наблюдал за происходящим с холодным выражением лица, медленно выпуская дым через нос.       Чонгук выждал несколько секунд, будто давая ему возможность передумать, а затем ударил снова — жёстче, точнее, ниже рёбер. — Дружочек, не выводи меня из себя, — тихо предупредил Мин, подходя ближе. — Повторяю ещё раз: кто это был?       Слёзы непрерывно катились по щекам юноши, но он упрямо молчал.       Юнги несколько секунд смотрел на него, будто ждал, что страх всё-таки окажется сильнее чужой преданности. Затем разочарованно цокнул языком и стряхнул пепел на пол. — Что ж, Гук, развлекайся.       Мин вернулся к креслу рядом с Сокджином и сел, закинув ногу на ногу.       Чонгук благодарно кивнул и обошёл Сынмина по кругу. Он выглядел слишком довольным для человека, который просто выполняет приказ. Остановившись сбоку, капитан резко ударил Кима по рёбрам.       Крик юноши ударил по стенам и оборвался сорванным хрипом.       Сокджин заставил себя не отводить взгляд.       После следующего удара голова Сынмина резко дёрнулась в сторону, а на разбитой губе снова выступила кровь. Он попытался выпрямиться, но тело слушалось плохо: плечи дрогнули, подбородок опустился, дыхание стало рваным и шумным. — Парнишка явно не в курсе про компоненты вакцины, — произнёс Джин нарочито ровно, хотя пальцы на подлокотнике сжались сильнее. — И что с того? — Хосок мрачно фыркнул и пнул стоявший рядом столик. — Он всё равно доносчик. Одному богу известно, какую именно информацию он успел им передать. — Хо прав, — Намджун раздражённо провёл ладонью по коротким волосам и бросил взгляд на Сынмина. — Если он встречался с их человеком, речь могла идти не только о Хёнджине. Маршруты, охрана, входы, слабые места базы — что угодно.       Чонгук вновь ударил юношу в корпус. Стул под ним громко скрипнул. Из горла Сынмина вырвался короткий сорванный выдох, больше похожий на хрип. Голова бессильно качнулась вперёд, и несколько капель крови упали на пол между его ботинками.       Джин медленно перевёл взгляд на Юнги. — У него нет допуска до важной информации, — произнёс он ровно. — Максимум, что он мог выдать, — наши координаты или подтверждение, что Хёнджин действительно здесь.       Намджун нахмурился сильнее. — Если люди Хвана интересовались Хёнджином, значит, наше расположение они, возможно, уже и так знали. Или хотя бы догадывались. — Но теперь могли получить подтверждение, — мрачно добавил Хосок.       Юнги молча посмотрел на тлеющую сигарету между пальцами. На его лице не было тревоги — только холодная сосредоточенность. — Вот именно, — негромко сказал мужчина. — И это меняет расклад.       Чонгук на секунду остановился, словно ждал нового приказа, но Юнги даже не взглянул в его сторону. Тогда капитан снова повернулся к юноше и, схватив его за волосы, рывком заставил поднять голову. — Слышь, желание поговорить не появилось?              Сынмин попытался что-то ответить, но из разбитого рта вырвалось только сиплое, неразборчивое бормотание. — Что? — Чонгук усмехнулся, наклоняясь ближе. — Не расслышал.       Он ударил его наотмашь. — Думаешь, они придут за Хёнджином? — спросил Намджун, понизив голос. — Возможно, — Мин затянулся и медленно выпустил дым. — Возможно, предложат переговоры. Возможно, просто нападут. Вариантов достаточно.       Хосок скривился. — И ты так спокойно об этом говоришь?       Сокджин перевёл на мужчину холодный взгляд. — Базу мы защитим. Людей у нас достаточно, оружия — тем более. Хотя Хван вряд ли решится на прямой штурм. Кроме того, у нас тоже есть небольшой козырь в рукаве.       Юнги стряхнул пепел в пепельницу и чуть склонил голову набок. — Проблема не в Хване. И не в том, что он может сделать. Проблема в том, что на моей базе нашёлся человек, который передавал информацию наружу.       Чонгук ударил Сынмина ещё раз — коротко, в живот, а затем толкнул стул носком ботинка, заставляя юношу выпрямиться. Тот держался плохо: голова снова клонилась вниз, плечи осели, дыхание срывалось на глухой хрип. — Не отключайся, — с раздражением бросил Чонгук и хлопнул его по щеке раскрытой ладонью. — Мы ещё не закончили.       Одним резким движением Чонгук повалил Сынмина на пол. Не дав юноше опомниться, капитан шагнул ближе и с остервенением впечатал ботинок в его плечо — раз, другой, третий, пока стул под ним с неприятным скрежетом не сдвинулся по бетону.       Юнги докурил сигарету, бросил окурок в пепельницу и поднялся с места. — Капитан, пока достаточно. Подними его.       Чонгук недовольно сплюнул на пол, но послушно схватил Сынмина за шиворот и рывком вернул стул в прежнее положение.       Парень был почти без сознания. Голова бессильно клонилась вперёд, плечи обмякли, но он всё же с трудом поднял взгляд на Юнги. Сквозь кровь, страх и изнеможение в глазах Сынмина мелькнула ненависть — слабая, но всё ещё живая.       Мин подошёл вплотную и с фальшивой заботой пригладил его растрёпанные волосы. — Ты хорошо выполнял свои обязанности, особенно когда докладывал мне о племянничке, — тихо произнёс он. — Но теперь тебе пора на заслуженный отдых. — Что?.. — едва слышно просипел юноша.       Юнги убрал руку и выпрямился. — Заприте его в камеру. Не раскололся сейчас — расколется позднее.       Он сделал паузу и посмотрел на Намджуна с Хосоком. — Мне всё ещё интересно, кто именно поручал ему эти встречи. Пока он жив, у нас есть шанс это выяснить.       Глаза Сынмина закатились, и его голова бессильно упала на грудь. — Эй, — Чонгук легонько пнул ножку стула. — Живой?       Ответа не последовало.       Джин устало потёр лицо руками. Затем поднялся с кресла, подошёл к парню и проверил пульс на его шее. Несколько секунд тянулись слишком долго, пока под пальцами не отозвался слабый, но ровный ритм. — Отнесите его вниз, — Юнги чуть заметно усмехнулся. — И проследите, чтобы не сдох раньше времени. Он нам еще пригодится.

***

      Юнги размеренным шагом поднялся в холл и направился на улицу. На веранде он вдохнул прохладный воздух и потянулся. Уже начинало светать; первые лучи пробивались сквозь тяжёлые тучи и медленно расползались по мокрым доскам.       Мужчина подошёл к тому, кто сидел за одним из столиков, и остановился напротив. — Хорошая работа. Ты правильно сделал, что доложил. — С ним всё хорошо? — тихо спросил собеседник, нервно перебирая край рубашки. — Конечно… Как я мог ему навредить? — мужчина мягко улыбнулся и посмотрел парню в глаза. — Мы ведь все здесь как одна большая семья.