Истинная вечность

      Так странно было осознавать свою слабость перед врагами. Будучи богиней, она бы избавилась от всех рыболюдей одним взмахом Мусо Иссин. Но сейчас она была слабым человеком. Хрупким и смертным, как и всё, что окружало Эи в этом мире. Оставалось смиренно преклонять голову перед сворой диких псов, гася внутри желание восстать. Райден Эи клялась на верность лишь своей сестре и никому больше. Рабская метка на плече словно горела огнём. Мастером картографии, как предыдущая владелица тела, Эи не была и не собиралась становиться. Достаточно было создавать вид работы, обводя еле заметные черновые линии на листах, оставленные Нами. За это время она освоила основы картографии и навигации, хотя продолжала при первой возможности уходить вглубь острова и проводить часы за тренировками. Этот мир сильно отличался от Тайвата, но, насколько бы не были велики эти различия, люди оставались людьми, а за убийство нужных всегда было принято платить. Сейчас это было идеальным решением: возвращение и совершенствование навыков и деньги для жителей, чтобы те могли платить за свои жизни, пока баланс сил на острове не будет нарушен.

***

Ветер уносит дым от палочек благовоний вдаль и треплет рыжие волосы. Эи вновь пришла на эту одинокую могилу. Как воин, прошедший множество битв, она привыкла терять, но не помнить. Исключением были лишь пара имён. Но вот она сидит перед каменным крестом, вертя в руках монету. Белли, на местный манер. Цена этой деревни по договору составляла 100.000.000 белли. — Договор с врагом – это глупо. Наивно и глупо, но у тебя совсем не было выбора, — медленно произносит Эи и крутит монету, ловя золотистые блики. Она нашла скромное сокровища Нами под деревом апельсина. С информацией о договоре с пиратом соединить все линии было не так сложно. — Я уважаю твою решимость спасти дом, Нами. Раз ты не сможешь — это сделаю я. Эи уходит, оставив на земле палочки ладана, насколько апельсинов и золотую монету.

***

Люди называют её «Копейщицей». Просто и без излишеств, за копьё, которое она выиграла у какого-то пьяницы. До достойного титула ей было ещё далеко, но первое сделанное имя играет большую роль. В Инадзуме всегда считалось, что имена определяют судьбу человека. Если люди из этого мира выбрали называть её в честь оружие, то так тому и быть. Её слава росла, как и росло количество шрамов на теле. Эи теряла немало времени, рассматривая следы человеческой слабости. С ранами после сражений она была знакома, но с их последствиями — нет. На её руках теперь были мозоли и шрамы от копья, на ногах — от верёвки, которой её однажды связали, на плече — от пули морского пехотинца, а на шеё — от приставленного врагом меча. Смотря на свои шрамы, Эи с удивлением понимала, что помнит каждое сражение, в котором их получила. Она преследует каждую цель с решительностью молний во время грозы. За живых дают больше, но Эи не может позволить оставить врага за спиной. Копьё — Райко-но-Яри — входит в тела под идеальным углом и жизнь навсегда исчезает. Кто они: пираты, торговцы, мэры, аристократы — не имеет значения. Они все будут мертвы, и за каждого Эи получит награду и ценный опыт боя. «Копейщица» ступает на борт корабля, чтобы перебраться на другой остров, и капитан начинает молиться, чтобы она пришла не за ним. «Копейщица» обводит уставшим — люди видят в этом угрозу — взглядом базар, и продавцы нервно сглатывают. Эи всё равно на страх. Это не её поданные, и их мнение её мало волнует. В деревне Кокояши с ней не знают, как обращаться. Вроде это Нами, которую все помнят маленькой, несносной девочкой, и которая пошла на сделку с Арлонгом, став его картографом, а вроде и кто-то другой. С шагом воина, с окровавленным копьём, с уставшими тёмными глазами. Но с той же ненавистью к Арлонгу и его пиратам, с тем же желанием помочь жителям деревни, с тем же стремлением дать свободу своему дому. В деревне есть поверье, что человек, умирая, видит прошлое, чтобы вспомнить и попрощаться, и видит будущее, чтобы узнать судьбу родных и уйти с чистым сердцем. Никто не знает, что увидела их Нами за те минуты, когда её сердце не билось, но это изменило её. Несмотря на это, она навсегда останется их маленькой и смелой девочкой.