Однажды в Гусу

      Он танцует так, словно соткан из лунных лепестков. Изгибается подобно изящному и тонкому стеблю бамбука. Расшитые одежды мерцают, цвета перетекают от небесно-голубого до насыщенного кобальта ночного неба. Огни множества свечей танцуют вместе с ним, взвиваются лентами, тянут к нему горящие стебли, вплетаются в магию холода и опадают хрустальными каплями, разбиваясь вдребезги. Их нежный перезвон гармонично вплетается в музыку призрачных музыкантов.       Лань Ванцзи не может оторвать взгляда. Он хочет обладать этим порождением лунного света, окунуться в него. Конечно он знал, что Луна рано или поздно предъявит на него права, но не ожидал, что ее благосклонность будет столь щедрой, чтобы послать к нему это чудное видение.       Любимое дитя богини.       Вэй Ин.       Прекрасный. Неуловимый.       Кто бы ни желал коснуться подола его одежд, чтобы получить удачу. Поймать взгляд, растаять от улыбки.       Вэй Ин продолжает танцевать. Кружит, взметая вокруг себя драгоценные ткани, что неустанно столетиями ткали лунные шелкопряды. Волосы взметаются и опадают на плечи изящными извилистыми прядями. Веер в его изящных пальцах парит, выпуская лазурных бабочек, что тут же тают. Вэй Ин похож на экзотический цветок, идеальными линиями которого хочется восхищаться, преклоняться перед ним.       Лань Ванцзи силой заставляет себя оставаться на месте, как подобает императору Поднебесной. Лишь сжимает напряженными ладонями подлокотники резного трона.       И смотрит, смотрит, смотрит.       Вэй Ин улыбается, притягивая и маня своей аурой, изяществом и соблазнительным танцем. И снова его тело повинуясь невидимому ветру гнется и тянется. Птица, чьи крылья знают лишь ветер свободы.       Все в зале ахают, когда Вэй Ин вихрем приближается к трону, опускается на колени и протягивает руки к сыну Неба. Лань Ванцзи едва ли не силой заставляет себя разжать пальцы, отпустить покрытое лаком дерево и сжать наконец ладони. Их кожа прохладная и мерцает.       — Я пришел за тобой, — говорит Вэй Ин.       Лань Ванцзи следует подняться и последовать на любимцем Луны. Но вместо этого он тянет Вэй Ина на себя, даже не думая в тот момент, что столь кощунственное деяние может его погубить.       Вэй Ин смеется и садится императору на колени, одной рукой обнимает за плечи. Лань Ванцзи прижимает его к себе. Вэй Ин склоняет голову, словно размышляет, дать ли дерзнувшему шанс.       — Я наблюдал за тобой, — говорит он и взмахивает веером, заставляя всех людей исчезнуть из зала аудиенций. Даже огни гаснут, погружая все вокруг во тьму.       Одежды Вэй Ина сияют как сама Луна, освещают лишь их двоих.       — Я выполню одно твое желание, император. Любое.       Какое щедрое предложение. Лань Ванцзи может им воспользоваться и отменить договор с Луной. Но вместо этого он говорит:       — Поцелуй.       — Что? Ты можешь продлить свою жизнь, но готов обменять его всего лишь на поцелуй.       — Твой поцелуй, Вэй Ин.       — Это стоит твоей жизни?       — Да.       Глаза Вэй Ина распахиваются, а губы приоткрываются. Удивить дитя Луны непросто, но Лань Ванцзи это удалось.       — Ты позволишь? — спрашивает Лань Ванцзи, возможно впервые в жизни, обычно лишь повелевает.       Он бесстыдно ведет ладонью по бедру. Шелк будто вода, мягко ластится к коже. А Вэй Ин льнет к руке как лепесток.       — Меня никто никогда не спрашивал о таком, — улыбается он.       Веер в руке тает и пальцы касаются лица Лань Ванцзи. Они нежные и осторожные, аккуратно исследуют контуры скул и рта. Лань Ванцзи прихватывает кончики пальцев губами, ласкает языком. Глаза Вэй Ина распахиваются еще шире. А потом он склоняется и целует. Легко, почти невесомо.       Лань Ванцзи прикрывает глаза и углубляет поцелуй. Прихватывает зубами нижнюю губу Вэй Ина и дразнит языком. Вэй Ин издает чудесный звук и вплетает свои пальцы в волосы Лань Ванцзи.       Императорский головной убор укатывается прочь. Поцелуй становится жарче и жестче, а свет вокруг них становится ярче, вот-вот ослепит даже сквозь закрытые веки.       — Как мне теперь жить без этого? — шепчет Вэй Ин. Лань Ванцзи не знает, что ответить. — Посмотри на меня, император.       Лань Ванцзи открывает глаза и тонет в лунном свете.

Июнь, 2024