Инстасталкер

      Чонгук — ученик первого класса старшей школы. Сколько себя помнил, он всегда был тихим, скромным ребёнком, которому было сложно найти общий язык с другими, более активными детьми. Чонгук никогда не доставлял проблем: ни родным, ни воспитателям в детском саду, ни учителям в школе.       Скорее всего, причиной этому было то, что их с братом мать воспитывала одна. Своего отца он никогда не видел и не знал. Мама не любила говорить про него. Он оставил её беременную с грудным ребёнком на руках. Для него была неожиданностью вторая беременность жены. Старшему сыну был год, когда она родила второго.       Чонгук видел и знал, как маме было сложно воспитывать их с братом. Он и Намджун старались не доставлять матери проблем, помогать ей по дому и даже устраивались на подработки.       Намджун рос активным и общительным ребёнком. У него всегда было много друзей, где бы он не находился. Он был прирождённым лидером. В младшей и в средней школе его всегда выбирали старостой класса. Он был очень ответственным, строго соблюдал правила и следил, чтобы другие их тоже соблюдали. Но иногда его неугомонный характер давал о себе знать. Примерно три-четыре раза в год мать вызывали в школу из-за очередной шалости старшего. Как бы Намджун ни старался себя сдерживать и быть примером для остальных, он всё же был ребёнком, которому хотелось резвиться, шалить и иногда вытворять что-нибудь весёлое.       Это никогда не было чем-то серьёзным, но мама всегда была расстроена после таких вызовов в школу. Вероятно, это сыграло очень большую роль в воспитании Чонгука. Он не хотел быть тем ребёнком, из-за которого расстраивается мама. Он старался не влипать в неприятности, хорошо учиться и примерно себя вести. Своего он добился, проблем не доставлял, но при этом вырос очень закрытым и скромным.       В старшую школу он попал в ту же, в которой учится Намджун. Спасибо маме за это. Она очень переживала за своего младшего сына, видя, каким он вырос. Намджун был его единственным живым другом. Вторым другом был фотоаппарат. Третьим — ноутбук. Именно они и не давали парню скучать и впадать в депрессии.       В социальных сетях Чонгук не был зарегистрирован. Хотя старший брат и пытался его уговорить завести свой аккаунт хотя бы для того, чтобы делиться своими прекрасными фотографиями. Однако Чонгуку было страшно. Он боялся негативной реакции на свои работы. Ведь всегда найдется тот, кому они не понравятся. Именно поэтому все его шедевры видели только брат и мама.       Не помогало в борьбе с этой фобией и то, что Намджун периодически выкладывал самые любимые фото в свой Инстаграм и собирал под ними кучу восторженных отзывов. Показывая их младшему, он надеялся, что в этот раз сможет уговорить его создать свой аккаунт, чтобы делиться этой красотой со всеми, на что получал ответ:       — Они пишут так потому, что это ты их выкладываешь.       И как бы Джун ни старался переубедить Гука, тот был неприступен.       В один прекрасный день Намджун заметил изменения в младшем. Он стал более задумчивым, молчаливым и, что совсем удивительно, на его лице всё чаще стало появляться мечтательное выражение. Джун даже немного испугался: таким младшего брата он видел впервые. С тех пор Чонгук всё чаще стал пропадать в своей комнате. Стал более рассеянным, часто невпопад отвечал на вопросы и постоянно ходил задумчивым. На учёбе это никак не отразилось, но, когда они обедали в столовой, Джун заметил, что Чонгук часто ищет кого-то, осматривая помещение и кушая почти не глядя.       После недели такого поведения старший не на шутку забеспокоился. Он долго подбирал слова и формулировал вопросы, чтобы поговорить с младшим. Переживал, что в силу своего характера тот может закрыться ещё больше. Пока Намджун поджидал нужный момент, тот решил сам к нему прийти.       Джун сидел в своей комнате и доделывал домашку, когда раздался тихий стук в дверь.       — Хён, можно к тебе? — дверь открылась и в проёме показалась макушка Гука.       — Да, мелкий, заходи! — улыбнулся ему Джун.       — Поможешь мне с домашним заданием? — вопросительно посмотрел на него младший. Намджун немного растерялся: Гук никогда не просил помощи и всегда справлялся с домашкой сам. Что же у него случилось?       — Да, конечно! — улыбнулся старший.       Братья занимались около часа. Намджун помог младшему со всеми заданиями и решил, что лучшего момента поговорить с ним может больше не представиться.       — Гук? — старший в упор смотрел на брата, чтобы проследить его реакцию.       — Да, хён? — наивно спросил Гук, дописывая последнее предложение в тетрадь.       — Гук, что происходит? — серьёзно поинтересовался Джун, не сводя глаз с мелкого.       — А что происходит? — однако Джун заметил, что щёки Чонгука окрасил румянец.       — В последнее время ты сам не свой. Молчишь больше обычного, мечтательное выражение с твоего лица почти не пропадает. А ещё ты можешь уставиться в одну точку и сидеть, не шевелясь долгое время. Меня немного пугают изменения в твоём поведении. — мягко, но в то же время взволнованно, проговорил старший.       — Всё нормально, хён! — немного нервно ответил Гук, но его щёки покраснели ещё сильнее.       — Эй, малыш, ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё? — Намджун взял младшего за подбородок и повернул к себе. — Я переживаю за тебя. Мне странно видеть тебя таким. И немного страшно. Я очень боюсь, что кто-то может сделать тебе больно. Ты у нас слишком наивный и ранимый.       — Хён! — смущению младшего не было предела. — Всё, правда, хорошо. Ты же знаешь, что я ни с кем не общаюсь. Никто не сделает мне больно.       — Но, при этом, что-то всё равно происходит? — не оставляет попыток Джун.       — Ну… да, — на выдохе произносит Гук, — мне очень понравился один парень в школе. Ты даже не представляешь, насколько он красив. Он как ангел! Он ходит как будто летает. Его образ всегда воздушный и невесомый. Неважно, одет он в строгий костюм или в спортивную форму, он всегда выглядит великолепно!       Чонгуку уже и самому тяжело было держать эмоции в себе. За его недолгую жизнь с ним такое происходит впервые. Никогда прежде он не восхищался другими парнями. Никогда прежде он не выискивал другого человека среди толпы. Никогда прежде у него не возникало желания смотреть на другого человека весь день. Для него все эти эмоции новы, и он не понимает, что с ним происходит.       — Когда я вижу его, хён, солнце как будто начинает светить ярче. Когда он проходит мимо меня, я силой удерживаю себя на месте, чтобы не идти за ним следом, как собака на поводке. Когда слышу его голос, мурашки устраивают шествие по моему телу. Я не понимаю, что со мной происходит, и это немного пугает меня, — то, каким невинным и наивным сейчас выглядел Чонгук, просто поражало.       Намджун почти с первого предложения понял, что его младший брат влюбился. Впервые он слышал от Гука столько хвалебных слов в адрес другого человека, который не являлся его семьёй. Впервые он видел столько эмоций на его лице. Гук вообще редко показывал свои эмоции, а сейчас они лились из него нескончаемым потоком.       — Я не знаю, как его зовут, — продолжил младший, — я не знаю, в каком классе он учится. Но я знаю, что он мне приятен. Впервые в жизни я чувствую столько различных эмоций по отношению к другому человеку. И это тоже немного пугает.       Сейчас Чонгук выглядел таким растерянным и неуверенным, что Джун не сдержался и прижал младшего к себе, крепко сжимая его в своих объятиях.       — Похоже, кто-то влюбился? — хитро посмотрел старший.       — Да неееееет! — протянул Гук в ответ, при этом по цвету ровняясь с помидором.       — Откуда ты знаешь? — вопросительно посмотрел на младшего Джун. — Ты же сам признался, что прежде никогда не испытывал таких эмоций.       — Я просто не представляю, как можно влюбиться в человека, даже ни разу с ним не пообщавшись? — с интересом посмотрел Гук на старшего брата.       — Можно, мелкий! Очень просто. А ещё можно влюбиться сильнее, просто пообщавшись с ним. А иногда бывает так, что, проведя время с таким человеком, ты понимаешь, что между вами ничего не может быть. Что внутри он пуст, словно воздушный шарик. Поэтому я прошу тебя, не делай поспешных выводов. Попробуй для начала, просто поговорить с этим парнем. Может в жизни он не настолько прекрасен?       — НЕТ! НИКОГДА И НИ ЗА ЧТО Я НЕ СМОГУ ПОДОЙТИ К НЕМУ! — в панике закричал Гук. — Он слишком прекрасен для меня. А я слишком застенчив, чтобы первым подойти.       — Эй, эй, спокойнее, мелкий! — захохотал Джун. — Я не заставляю тебя завтра же подходить к этому парню, просто присмотрись к нему, хорошо? Понаблюдай, как он ведёт себя с другими. Это о многом тебе расскажет.       — Хорошо, Джун, я попробую. Только маме пока ничего не рассказывай! — грозно посмотрел младший.       И со счастливой улыбкой на лице ушёл в свою комнату. С души как будто камень свалился.

***

      Этот день начинался как самый обычный. Утренние сборы, завтрак, дорога в школу, привычный класс и мечтательный Чонгук. Но всё изменил поход в столовую. Джун и Чонгук, как обычно, отстояв в очереди, заняли свой любимый столик в дальнем конце столовой.       К тому, что Чонгук постоянно выискивает кого-то в толпе, Джун уже привык. Тем более, теперь он знал, кого выискивает младший. Но следующие события стали неожиданными для обоих братьев.       — Это он! — шепотом прокричал Гук и пригнулся ниже к столу.       — Где?! — воскликнул старший, принявшись крутить головой вокруг.       — Да тише ты! — шикнул на него младший. — Вон, видишь, стоит на раздаче.       — Который именно? — поинтересовался Джун, разглядывая трёх парней, что сейчас активно наполняли свои подносы и о чём-то переговаривались.       — Тот, который в белой рубашке и в галстуке. В тёмно-синих брюках, — уточнил Чонгук.       — Тебе нравится Ким Сокджин? — Гуку показалось, что брат прокричал это на всю столовую. Не думая, он подскочил со своего места, и, перегнувшись через стол, попытался закрыть брату рот ладошкой. При этом он активно озирался по сторонам, выискивая невольных свидетелей их беседы. На радость Гуку, рядом стоящие столики были пустые.       — Не проще ли мне на лбу это написать? Тогда не придётся кричать на всю столовую. — съёрничал Гук, поймав удивлённый взгляд старшего. — К тому же я уже говорил тебе, что не знаю, как его зовут.       — Его зовут Ким Сокджин, учится в третьем классе. И он боксёр, — выдал немного информации Джун.       — Боксёр? — удивленно спросил Гук, рассматривая парня. — Никогда бы не подумал.       — Да, боксёр. Причём довольно успешный. Он участвует в различных соревнованиях и почти всегда выигрывает, — продолжает свой рассказ Джун. — Он довольно успешен не только в спорте, в своём классе он на первом месте по успеваемости. К тому же он также является старостой класса.       Намджун посмотрел на брата. Сердечки в глазах младшего с каждым произнесённым словом становились только больше. Старший даже немного заревновал, никогда Гук не смотрел так на других парней. Всё его восхищение всегда доставалось старшему брату: опоре и защитнику. А теперь в их жизнях появился какой-то боксёр, который медленно, но верно перетягивает большую часть внимания младшего на себя.       — Ты с ним знаком? — вопросительно смотрит Гук на брата.       — Ну я не скажу, что мы прямо лучшие друзья, но мне доводилось пересекаться с ним несколько раз по вопросам учёбы.       — И как он тебе? — любопытство младшего вылезло из своей норки и принялось активно собирать информацию.       — Нормально, — буркнул в ответ Джун. — Давай обедать, — и показательно схватил свои палочки и принялся за еду.       — Ну, Джууууууун! — законючил мелкий. — Ну расскажи!       — Отвали, я есть хочу!       — Ну и ладно! — обиженно протянул Гук и, последовав примеру брата, принялся за свой обед.

***

      Чонгук еле дотерпел до вечера. Вернувшись со школы, он быстро закинул в себя ужин и ушёл к себе в комнату. Для надёжности закрывшись на замок, он взял свой ноут и завалился на кровать.       Естественно, первым, что он открыл, был Инстаграм. И, конечно же, туда он зашёл с аккаунта брата, благо Джун не успел поменять пароль. Чонгук быстро вбил в поиске два заветных слова «Ким Сокджин». Нужного Сокджина искать не пришлось, он был в друзьях у Намджуна. Как удачно всё складывалось для Гука.       Стоило младшему только открыть страницу боксёра, как его щёки покрыл яркий румянец, а в животе странно закололо. Последним опубликованным было фото, на котором Сокджин стоит без футболки, опёршись на грушу, в боксёрских перчатках и на его груди можно рассмотреть капельки пота. Это фото явно было сделано после тренировки: мокрые волосы прилипли ко лбу, одна прядка так нахально залезала на глаза, что пальцы чесались убрать её на место. Не сдержав свой порыв, Чонгук прикоснулся к экрану ноутбука и провёл кончиками пальцев по той самой прядке.       Он завороженно рассматривал фото. Всё до мельчайших подробностей: острые скулы, волевой подбородок, пухловатые губы, блестящие под светом ламп. Контуры мышц, которые проглядывали на напряжённом теле, острые ключицы, о которые, казалось, можно было порезаться. Мощная грудная клетка с твердыми даже на фото мышцами. Живот, на котором чётко выделялись кубики. Фотография была всего по пояс, поэтому дальше Чонгуку оставалось только фантазировать.       Помимо фото с тренировок, имелись также и повседневные. Джин в костюме выглядел просто великолепно. И не скажешь, что он школьник. Он выглядел как успешный мужчин и подсознательно внушал доверие. Рядом с таким можно было не бояться ничего. Он защитит от любой беды, укроет в своих крепких объятьях и подарит нежный поцелуй на ночь, обещая, что тебя никто не обидит.       Чонгук немного уплыл в своих мечтах, поэтому не сразу услышал стук в дверь. Через несколько мгновений он повторился, но уже более настойчиво, и из-за двери раздался голос Джуна:       — Гук, у тебя всё хорошо?       Чон в панике захлопывает ноутбук, откидывая его на кровать, как что-то страшное, и идёт к двери.       — Да, Джун, у меня всё хорошо! — открывая дверь, произносит младший. При этом щёки его пылают всеми оттенками красного. — Что-то случилось?       — Это я у тебя хотел спросить, — подозрительно смотрит на него старший, — ты раньше никогда не закрывал дверь в свою комнату.       — Просто раньше необходимости в этом не было, — прошептал себе под нос Гук.       — А? Что ты сказал? — уточнил Джун.       — Ничего. Сказал, что просто переодевался, поэтому и закрыл дверь, — Гук посмотрел на старшего честными глазами.       — Да? — хмыкнул в ответ на это Джун, оглядывая младшего. Он был в том же, что и полчаса назад, когда уходил с кухни. — Ну, ладно, я пойду.       — Ага, иди! — вытолкнул Гук старшего из комнаты, снова закрывая дверь на замок.       — Сейчас тоже переодеваться собрался? — раздалось насмешливое из-за двери.       — Пошёл к чёрту! — крикнул младший.       — Ты и такие слова знаешь? — снова раздалось из-за двери.       — И не только! — Чон показал язык двери и снова завалился на кровать. Открывать ноутбук и снова залипать на Джина теперь казалось слишком смущающим, поэтому младший решил всё же переодеться и лечь спать.       Теперь каждый вечер Чонгука был похож на предыдущий: прийти со школы, поужинать и запереться в комнате, чтобы позалипать в инсте на фотки боксёра. Он детально рассмотрел каждую: с тренировок, с боёв, повседневные. Успел немного приревновать к друзьям, с которыми Джин обнимался на некоторых из них.       Фотографии с боёв и тренировок вызывали особый трепет. Низ живота приятно сжимался, когда он проводил пальцами по всем каплям пота, стекающим по крепкому телу. По коже нестройным табуном маршировали мурашки, когда он ловил разгорячённые взгляды, пусть они и предназначались не ему.       Чонгук уже знал, что такое утренний стояк. Спасибо старшему брату, который объяснил напуганному ребёнку, что это просто реакция организма и нет в ней ничего криминального. Но когда при разглядывании очередного фото, член начал подавать признаки жизни, Чон со страха захлопнул крышку ноутбука и не прикасался к нему аж до следующего вечера. В скором времени такая реакция собственного тела уже стала привычной.       До рукоблудства Чон пока не добрался, но эротические сны начали понемногу одолевать юное сознание. Ему снилось, как он слизывает те самые капли пота с мощной груди, как прослеживает рисунок вен на сильных руках, как трогает накачанное тело, изучая все его рельефы и выпуклости. До этого самого рукоблудства осталось совсем немного.       Но однажды вечером все его планы были жестоко нарушены старшим братом. Как и всегда, залипая на новые фотки Джина и освежая в памяти старые, Чонгук услышал настойчивый стук в дверь спальни.       — Гук, открой дверь! — громко раздался голос Намджуна. Он явно был чем-то недоволен, и разнеженный младший не хотел портить себе вечер, но открыть пришлось.       — Что случилось, Джун-хён? — спросил он, впуская в комнату старшего.       — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил Джун, в упор глядя на младшего.       — Н-нет, — заикаясь произнёс Гук, с опаской косясь на открытый ноутбук. Он облегчённо выдохнул, когда увидел, что тот отвёрнут экраном к стене. Всё же не хотелось пока открывать брату, чем он занимается вечерами. Но следующие слова старшего повергли его в шок.       — У меня назрел вопрос! — подняв палец вверх, произнёс Джун, рассматривая заалевшие щеки младшего. — Почему сегодня в школе ко мне подошёл Джин и сказал, что я его сталкерю?       Глаза Чонгука тут же увеличились в размерах, а рот просто открывался не в силах произнести ни звука.       — К тому же сказал, что если он так уж сильно мне нравится, что каждый я вечер торчу на его странице, то он не против сходить со мной куда-нибудь, чтобы приятно провести время. Гук? — вопросительно посмотрел на него брат. — Что происходит?       А Чонгук стоял и смотрел на старшего, хлопая глазами, и не знал, что на это можно ответить.