Dormitory

— Сиджени … — голос Стэй заметно дрожал, парень еле держался на ногах. — мы можешь поговорить?  — Да, конечно — он убрал ноутбук с колен.  — Ты ведь никому не расскажешь?  — Нет, конечно.  — Это, правда, очень серьезно и ты всё равно расскажешь моему отцу.  — Когда это ты отца боялся? — он тихо посмеялся. — садись что ли.  — Нет, я так. Вообщем когда мама умерла я … ну … ты помнишь тогда у меня новые друзья появились. Они мне сказали, что помогут и… — по его щекам стекали слёзы, поэтому он стал смотреть вверх, но это не очень помогало. — я не знаю как сказать. Я начал как бы …  — Употреблять, я понял.  — Откуда ты знаешь?  — Потом.  — Ладно … я как-то ну как бы перебрал. Мы тогда все отдыхали в коттедже, помнишь? Ты тогда ушёл куда-то. Я пришёл, и дальше ничего не помню. Я начал понимать что-то, когда уже пена изо рта херачила. Помнишь, когда меня выписали из диспансера, мне тогда ещё кучу всяких таблеток назначили, Моа каждый день ко мне по несколько раз ходил?  — Ну началось — он вздохнул и подошёл к младшему. — Слушай, если он тебе всё ещё нравится делай что-нибудь, а не ной каждый вечер о нём.  — Если я снова начну употреблять, он меня полюбит?  — Стэй, ты мне скажи — ты дурачок?   — А жаль, я уже начал. — он выглядит жалко.   Стэй медленно оттянул край рукава кофты, показывая свои исколотые руки.   — Так это не ЛСД?   — С чего ты рашил, что я употребляю ЛСД?  Сиджени помотал головой, сглотнув.   — Погоди-ка… — Стэй покопался в телефоне — Моа писал мне пару дней назад и спрашивал меня не употребляю ли я ЛСД… Так ты всё знал и рассказал ему, да?  — Стэй, как я мог рассказать ему про то, что ты употребляешь, если ты просветил мне только сейчас?   — Но ты догадывался?  — Ладно, ты всё равно будешь мучать меня допросами, так что лучше я расскажу тебе всё сейчас. Только, пожалуйста, успокойся и выслушай меня. В тот день, когда ты перебрал мы были не вчетвером. Ты забыл, потому что, когда ты потерял сознание ты сильно ужарился головой об пол. Я тогда думал, что ты подсел, но, если честно, наделся, что ты расскажешь всё сам. Вообще-то Моа тоже знал, точнее это я ему сказал. Ну, то есть я не был уверен, но … — он остановился и поднял глаза на младшего, думая стоит ли ему пояснять. Немного помолчав, Сиджени продолжил: — Ты наверное забыл, но когда ты… вы … вы поступили в один университет и жили в съёмном доме. Он на самом деле очень переживал за тебя, когда ты вечером уходил. Он звонил мне всё время и мне приходилось говорить, что ты у меня. Потом ты вернулся домой и тебе а… вообщем у тебя была сердечная недостаточность… я знаю, что ты этого не знал. Твой отец просил не рассказывать тебе об этом, но ты всё равно узнал бы. Так вот тебе стало плохо. Когда мы были в больнице… твой отец сказал, что не хочет видеть его больше рядом с тобой… Я вообще-то это диалог хорошо запомнил, но я не хочу портить твои отношения с отцом.   — Сиджени, говори всё как было…, пожалуйста…  — Ладно. Когда мы сидели в больнице Моа было так плохо, что ему пару раз приносили успокоительное и твой отец он сказал, что не хочет больше его видеть.   — Ты же помнишь всё. Скажи как он сказал на самом деле.   — Да не могу я.  — Ладно, извини. И что дальше?  — Я не могу всё рассказать, но твой отец думает, что Моа подсадил тебя на наркотики. Я разговаривал с ним, но он не верит мне, потому что пока вы были в отношениях ты начал употреблять. Ему это странным кажется. Вообщем в 5 утра Моа написал, что хочет покончить с собой. Дальше наверное тебе не стоит знать..  — Получается, что всё из-за меня?  — С чего бы это?   — Если бы я не начал употреблять, сейчас бы всё хорошо было.   — Если бы ты не начал употреблять, вы бы может и не познакомились.   — Ты думаешь мы всё ещё можем быть друзьями?  — Зачем?  — Ну он же не будет со мной встречаться теперь…   Сиджени встал с кровати и опираясь на изножье, смотрел на младшего сверху вниз.   — Слушай, ты хотя бы немного вдумайся. Он хотел убить себя, потому что не видел свою жизнь без тебя, а ты спрашиваешь сможете ли вы быть друзьями?  — Ему наверное не хочется об этом вспоминать.  — Если ты хочешь снова с ним быть — сейчас самое время рассказать, что ты всё знаешь.   — Нет, я не могу. Я так ужасно с ним поступил…  — Не ты, а твой отец. — Он почесал затылок — Моа такой наивный вообщем-то. Ну, тебе это сейчас на руку.   — Я знаю, и я не буду этим пользоваться.   Стэй держался одной рукой за угол стола.   — Делай, что хочешь, но ты должен с ним начать встречаться, потому что я поспорил с Энджин, что вы начнёте встречаться и тогда… — он резко замолчал. — он будет моим…   — Сиджени, ты идиот. Ты даёшь мне советы об отношениях, при этом сам поспорил с парнем, который тебе нравиться, что я начну встречаться со своим бывшим?  — Я хотя бы что-то делаю. Пошли спать, нам через 4 часа уже вставать.