Восхождение Кицунэ

Заключи сделку с богиней, говорили они, будешь жить вечно, говорили они, весело будет, говорили они… Жить действительно было весело, а вот насчёт вечности меня самую малость нае… обманули. Технически, мол, мы и так все вечно живём, и даже если какая-то НЁХ сожрёт твою душу, ей достанется только внешняя оболочка, где содержится твоя личность и память. А ядро, божественная искорка истинного творения, улетит на перерождение, и будет у тебя снова квалиа. Ну а то, что перед перерождением тебе возможно придётся помучаться в агонии пару десятков тысяч лет субъективного времени, пока тварь переваривает внешнюю часть твоей души, и что переродишься ты потом скорее всего сраной букашкой — это уже мелочи, серьёзных богов и богинь такое не волнует, и вообще, сам виноват, что дал себя сожрать. Это я всё к чему? Да к тому, что за мою новую весёлую жизнь мою душу пытались четырежды сожрать, трижды уничтожить на концептуальном уровне, пятнадцать раз поработить и тридцать три раза заточить. Или тридцать четыре. Давно это было, всех убитых врагов не упомнишь. Зато скучать действительно было некогда. Ну, поскучаешь тут, когда тебя засовывают в сраную нежить и говорят «подземелье защищай, это твой вступительный экзамен. Справишься — получишь жизнь поинтереснее, не справишься, значит, сам мудак». И ладно бы это было какое-нибудь никому не нужное подземелье на окраине мира, чтобы я, значится, спокойно себе сидел, набивал лвлы на крысах, обустраивал себе под землёй маленькую крепость, набирал армию нежити потупее, или ещё каким способом условно культивировал дянь-тянь. Так нет же, мой данж, такое чувство, был каким-то обязательным пунктом культурной программы каждого молодого авантюриста! Иначе как объяснить, что туда постоянно пёрлись пати сопляков, выглядевших так, словно сбежали из очередного написанного как под копирку исекай-ранобэ? Был бы у моего нового тела хоть один глаз, он бы очень быстро начал дёргаться от всех этих команд по три-пять человек. Состав у них всегда был одинаков — черноволосый ояш-мечник, и два-три персонажа из следующего комплекта: эльфийка-лучница, магичка-плоскодонка, някающая кошкодевка, пугливая жрица. Иногда к ояшу комплектом шёл друг-блондин, тоже обязательно воин, причём в 90% случаев тоже мечник. К сожалению, глаз у меня не было, приходилось просто щёлкать костями. Да-да, я и сам стал живым (ну, вернее неживым) штампом — попаданец-скелет. Отсутствие органов зрения и слуха, совершенно не мешало видеть и слышать, к слову. Точно так же, как и отсутствие мозгов и гормонов не мешало думать и испытывать угрызения совести. Я человек высоких моральных качеств, и попадание в нежить не сделало меня безэмоциональной машиной, так что убивать людей мне претило. Тем более что всем этим несчастным авантюристам на вид и шестнадцать-то не всегда можно было дать, я уж молчу про кого-то старше двадцати. К сожалению, выбор в этом вопросе у меня был незатейливым. Либо убивать их, либо дать им убить себя. Окончательно подыхать я не хотел категорически, иначе ни на какую сделку с богиней после первой смерти бы не пошёл. Так что свою высокоморальность пришлось засунуть куда поглубже и защищать подземелье. Ну, вернее, ядро. Был в глубине спрятан такой алый кристаллик сферической формы, обеспечивавший местечко и меня энергией. Именно к нему, как я вскоре выяснил, и рвались искатели приключений. Все их действия указывали на это. А что они там говорили — без понятия, мне никто не загрузил никакую языковую матрицу или ещё какой чит. С читами вообще было не густо. Даже рпг-систему не дали. Но с каждым убитым авантюристом я чувствовал, что становлюсь сильнее. И всё подземелье тоже. Первую пати из трёх человек я победил только благодаря эффекту неожиданности — они явно не ожидали, что скелет устроит им засаду, что использует своих более тупых сородичей в качестве пушечного мяса, а сам применит тактику «бей и беги». К шестой команде авантюристов подземелье уже кишело скелетами, которые ещё и слушались моих мысленных команд. Правда только когда я был рядом, и только пока я был рядом. Стоило хоть на пять метров отойти, эти костяные утупки сразу же забывали все мои команды. Да и в близи их невозможно было заставить делать что-то сложнее самых примитивных команд. Тем не менее, даже так новички перестали представлять для нас какую-то угрозу. А вот после шестой команды подростков видимо до взрослых дошло, что что-то не так, и в мой данж спустилась команда ветеранов. Шестеро суровых мужиков: два человека, гном, орк, эльф и зверолюд. И вот тут я не кончился только чудом. У этой шестёрки было больше боевого опыта, чем у меня, больше личной силы чем у любого скелета в подземелье, и они были настороже. Подвело их в общем-то то же самое, что и новичков. Они не ждали от скелетов тактики, и того, что нежить будет использовать снаряжение убитых ранее авантюристов. Ох, пригодились луки эльфиек да жезлы магичек… Правда, научить своих тупых костяных собратьев ими пользоваться было той ещё морокой. Хорошо, что я сразу как заметил свои командные возможности, начал тренировать других скелетов! Иначе эта патька ветеранов меня бы точно положила. Да они меня и так чуть не упокоили! Даже при том, что несколько раз ловил этих шестерых в засаду, при том что мои скелетики обстреливали их из луков и магических жезлов, при том что я заманил их в узкий коридор и ударил в спину, погнав вперёд и таким образом заставив специально поставленную в следующем зале толпу нежити стригерриться и атаковать с другой стороны… Даже так я остался буквально один, и лишь благодаря удаче прикончил последнего авантюриста. Один на один, у ядра подземелья, на мечах. В процессе потерял руку, ногу и половину черепа. И при всём при этом, я победил только потому, что уставший, раненый орк, обожжённый магией жезлов, в последний момент оступился и поскользнулся на крови своего товарища… После этого подземелье загудело. Энергия, полученная от убийства шести ветеранов, превосходила всё суммарно полученное от шести команд новичков… И у меня появился доступ к расширенным возможностям. Управление подземельем, создание нежити разных типов, траты накопленной энергии на себя или на других, по своему усмотрению. И вот с этого момента-то всё окончательно и закрутилось… Я развивался вместе с подземельем, которое постоянно росло. Сначала в ширину и в глубину, а потом и в высоту, постепенно превратившись в огромный некрополь, где я отгрохал несколько рядов крепостных стен, а в центре воздвиг башню. У меня потом там даже своё собственное око Саурона появилось, только зелёное. Мне удалось выучить язык местных, и я даже пытался наладить с ними контакт. Но почему-то они никак не хотели заключать перемирие. Я и до освоения языка пытался им как-то просигналить — не лезьте, и всё будет путём. Но нет, лезли что до, что после того, как я несколько раз подряд отпускал пленных, сделав им внушение и настоятельно порекомендовав передать послание. Отправка гонцов в ближайшие города тоже не помогла, эти сволочи атаковали без предупреждения! И даже белый флаг с надписью «мы пришли с миром» их не останавливал. Тогда я решил, что хватит с меня гуманизма. Не хотят по-хорошему, будет, сука, по-плохому. Так что сначала не стало ближайшего города, потом ещё парочки, потом всего королевства, а потом нескольких соседних стран. Заодно я почистил все подземелья, которые нашёл на их территории. Местные делали как — зачищали данж, извлекали из ядра энергию, благодаря которой и качались, а потом давали ядру перезарядится, и повторяли вновь. Эдакий бесконечный источник фарма, главное с мобами справься. А учитывая, что большинство подземелий спавнило не нежить, а вполне себе существ из плоти и крови, в этом мире индустрия гринда данжей была чуть ли не основной, ведь помимо энергии, дававшей личную силу, так можно было добывать, по сути, неиссякаемые ресурсы. Алхимические ингредиенты, материалы для зачарованных доспехов и артефактов, да даже мясо в конце концов. К тому же, многие данжи ещё и содержали магические растения или руду с особыми свойствами… Я же не стал превращать данжи в фермы, а ассимилировал их, слив ядра со своим. Так что моя армия стала быстро пополняться всевозможными химерами, минотаврами, горгульями, гигантскими крысами, муравьями, гоблинами, тентаклевыми монстрами и ещё хрен пойми чем… Ну а потом мои владения упёрлись с одной стороны в морское побережье, с другой в труднопроходимые горы, с третьей в границу огромной империи. На имперцев я лезть не стал… и зря. Они, сука, тоже ни в какую ни шли на переговоры! Началась война… Не буду подсчитывать количество военных преступлений, которые я совершил, чтобы её выиграть, но спустя сто лет по местному летоисчислению, столица империи пала. А ты, сука, попробуй выиграть у лича, который сидит в своей цитадели и умеет командовать своими войсками на любом расстоянии, как в стратежке, окидывает магическим взором полмира, и может запрограммировать любого скелета, зомби или призрака в своей армии покруче чем высокотехнологичного робота! Попробуй повоюй с армией живых мертвецов и чудовищ, которые не прут безмозглой ордой вперёд, а действуют как единый организм, беспрекословно подчиняясь приказам командира, чей взор парит над полем боя и проникает в святая святых врагов, следит за их правителями, генералами и героями… Попробуй сразиться с нежитью и монстрами, которые не размахивают примитивным оружием, а используют полноценные артефакты и магию, немногим уступая твоим «героям». Ох, сколько крови за сто лет войны мне попортили эти «герои…» Ну, фигурально выражаясь. К счастью, всё это ушло в прошлое. В общем, как-то незаметно для себя, я стал местным Чёрным Властелином, и дальше у меня было только два пути. Воевать со всем оставшимся миром на уничтожение, или искать какое-то мирное решение. Первый вариант мне не нравился. И дело было даже не в неиллюзорной возможности получить люлей, всё-таки империя была просто одним государством, доминировавшим в своём регионе, даже не на континенте, и не более того. Дело было в том, что все эти смерти были нахрен бессмысленны. Мне для развития давно не были нужны смерти, я в ходе своих магических изысканий научился поглощать свободную ману из окружающего мира, как это делали ядра подземелий. Так что, если бы имперцы оставили меня в покое, я бы просто сидел себе, экспериментировал, да и торговал бы с ними, а свою нежить бы сдавал им в аренду для защиты от диких зверей и лезших из некоторых подземелий наружу монстров. Нежить безмозглая, её не жалко. Да, сколько бы я не маялся, у меня не получилось создать полноценное разумное существо из другого скелета, зомби, призрака или некрохимеры. Зато остальные монстры, коих я освободил от власти ядер подземелий (и поставил на служу себе, да), постепенно эволюционировали. Речь и культура у них начали зарождаться ещё в первые годы, без моего участия… Ну а там я просто взял всё под контроль. Научил их сначала великому и могучему, потом местным языкам, придумал для них заповеди, на основе которых потом создал свод законов, обучил нормам приличия, открыл школы, университеты… Всё это, конечно, не без ошибок, не без трагедий, и не без косяков, я всё-таки до попадания был плюс-минус обычным человеком, а управлять даже примитивным обществом вчерашних зверей оказалось примерно в триллион раз сложнее, чем играть в «цивилизацию». Но, тем не менее, методом проб и ошибок, с помощью самых талантливых представителей бывших монстров, я, нет, МЫ своего добились. Так что к концу войны с империей у меня уже была своя полноценная цивилизация. Молодая, грубая, неотёсанная и построенная по принципу военной диктатуры с живым мертвецом во главе, но всё же. И вот эту самую цивилизацию мне очень не хотелось и дальше тащить в очередную войну. Ибо я однажды увидел, как плачут маленькие минотаврики, у которых отец из боя не вернулся, и с тех пор просветлился, и понял, что все мы, сука, люди, покуда мыслим и воспринимаем мир более-менее похожим образом. И поэтому я решил пойти мирным путём… Не могу сказать, что это было легко, и что мне без сучка и задоринки удалось помирить новые разумные расы бывших монстров с людьми, гномами, эльфами, орками и зверолюдами. Ой, нихрена это было не легко. Были восстания, были вторжения, были войны, было объявление меня врагом всего сущего и исчадием ада… Но был и прогресс. Были и перемирия, было постепенное привыкание друг к другу, были новые государства, созданные на территории бывшей империи как потомками имперцев, так и выходцами из моих «монстрорас». А потом была и политика, и торговля, и постепенно мир перестал воспринимать нас как априорных врагов. Росла моя зона влияния, росло число стран, где бывших монстров принимали ничуть не хуже людей, орков, гномов и эльфов. Росло число правителей, не боявшихся встречаться со мной лично. Сначала на нейтральной территории, потом и в моём некрополе. Я вот правда в гости ходил редко, и только к десять раз проверенным «партнёрам», а то слишком часто меня пытались заманить в ловушку. То отряд героев в засаде будет ждать, то архижрецы попытаются скастовать обряд изгнания, то место переговоров окажется замаскированной рунной тюрьмой, то просто попытаются напасть на мои земли, пока я в отъезде… Увы, переносить сознание в аватаров я не умел и так и не научился, а некоторые вопросы требовали личного присутствия, так что не получалось всегда сваливать всё на послов. Трюк же с марионетками, когда я отправлял скелета, и наблюдал за ним магией издалека, транслируя ему приказы что говорить, работал только на относительно близком расстоянии. На другой континент такого уже не отправишь, потому что это будет жрать столько энергии, что проще слетать самому и, если там будет ловушка, потратить это же количество маны на тотальную аннигиляцию всего смеющего поднять на меня руку. В какой-то прекрасный момент, лет через пятьсот после победы над той, первой империей, когда я сидел у себя в лаборатории и пытался изобрести зелье омоложения для своих верных соратников из числа живых, ну и на экспорт, чего уж греха таить, золотце лишним не будет, да и выгодно иметь в друзьях бессмертных королей и императоров, точно знаешь, что их наследничку не ударит в голову моча и он не решить объявить очередную священную войну богопротивной нежити, ну после того как с предводителем этой самой нежити его династия триста лет торговала и сотрудничала во всех сферах, благодаря чему и усилилась достаточно чтобы загнать всех своих извечных соперников под шконку… Так вот, в этот прекрасный момент, я вдруг услышал Её. Богиню… Ту самую сисястую сучку, которая под предлогом «вступительного экзамена» и обещания весёлой вечной жизни на шесть с лишним сотен лет засунула меня в нежить и заставила заниматься выживанием, войной, политикой и прогрессорством. Заставила проливать кровь и смотреть как проливают кровь тех, кто тебе дорог, как стареют те, кого ты учил читать и писать, как умирают внуки тех, кому ты был словно отец и кого считал своими детьми… И всё это без возможности познать банальные человеческие радости. Пища, запахи, тепло солнца и женского тела, даже банальный сон — всё это было мне не доступно. Сколько бы я не развивался, как бы не росло моё личное могущество, сколько бы магических школ и направлений я не исследовал, мне были доступны только зрение и слух. Я не нашёл способа не то, что вырастить себе живую плоть или перенести себя в другое тело, но и даже хотя бы на время подключиться к органам чувств другого существа. Причём, такая магия существовала… Просто на меня она не действовала. Нужно ли говорить, что я был абсолютно не рад появлению этой высокомерной божественной суки? Меня уже давно перестал интересовать вопрос собственного выживания. Я готов был уйти в цикл реинкарнации ещё в первые сто лет своего бытия нежитью. И если бы не начавшие проявляться у монстров признаки разума и индивидуальности, я бы давно так и сделал. Но не мог же я их бросить? Без меня их бы растоптали, уничтожили, или, что ещё хуже, поработили бы, и выдали бы это за великую победу сил света над силами зла. Сейчас, наверное, уже можно всё оставить… У меня достаточно умелых некромантов, чтобы взять под контроль всю остальную нежить, и управляются они с ней не хуже меня. Да и механизмы передачи власти на случай моей внезапной кончины давно налажены. Независимость монстрорас и моего собственного королевства давно уже не держится на одном лишь моём магическом могуществе и способностью командовать легионами нежити. Чёрт, да я последние лет пятьдесят вылезал из лаборатории только на дни рождения, свадьбы и похороны, а последний вооружённый конфликт закончился шестьдесят с лишним лет тому назад… — Ты пришла отнять у меня заслуженный покой? — спрашиваю я богиню. — Можно сказать и так, — звучит её насмешливый голос, — но, если не хочешь, можешь остаться тут. Просидеть в лаборатории ещё пару тысяч лет, развивая магию и пытаясь стать живым. Могу сказать, что у тебя даже получится. Получится так хорошо, что ты начнёшь представлять реальную, а не иллюзорную угрозу местным богам. Потому что сам начнёшь приближаться к божественности, во-первых, и, во-вторых, потому что создашь такую магию, которая позволит обычным людям в перспективе стать подобными богам. Вот только моей протекции у тебя уже не будет. Хочешь посмотреть, на что способны настоящий божественный чемпионы, избранные, и аватары богов, а не жалкие герои, которым дали каплю силы и отправили на убой, соблюдая договор со мной? Это даже будет интересно, потому что я, честно говоря, не знаю, кто выиграет. Но я знаю, что тебе придётся пролить столько крови, включая кровь твоих же народов, твоих последователей, учеников и сторонников, что все смерти и страдания, которые ты видел за своё время в этом мире будут подобны капле в сравнении с океаном. Ну, что выбираешь? Уйти и стать моим слугой, или остаться и испытать свои силы в полностью самостоятельном плавании? — Если я уйду… Что будет… с ними? Я знаю, что она поймёт мой вопрос. — Со всеми, кого ты знаешь лично — ничего плохого. Твоё государство давно в тебе не нуждается, ты преуспел, делая для этого всё от тебя зависящее. Они проживут свои жизни, ну может кто-то чуть меньше, чем если бы ты продолжил их нянчить, но ничего радикально катастрофического с ними, их детьми и внуками не произойдёт. Не больше, чем если ты останешься. А так, твоя империя просуществует ещё тысячу-две лет и развалится на кучу государств по естественным причинам. Но некромантия и расы монстров отныне навсегда будут приняты здешней цивилизацией, что в итоге приведёт к пересмотру того, чем являются «подземелья» и постепенному созданию совершенно новой магической цивилизации с сотнями разумных рас, вполне себе уживающимися друг с другом. И это именно тот результат, которого я хотела. И хотя тебя к тому моменту уже мало кто будет помнить, это будет результатом именно твоих действий, и действий твоих учеников и последователей. Доволен? — Поклянись. Секунда тишины. А потом… — Я, Эндия, Верховная Богиня Магии и Всего, с Ней Связанного, Древняя, Повелительница Девяти Пантеонов, обещаю тебе, что не позволю ни одному божеству этого и окрестных миров вмешаться и разрушить то, что ты создал, причинить вред дорогим тебе людям, или любым иным способом нарушить естественный ход вещей. Клянусь. В последнем слове содержалась Сила. Сила, способная стереть этот мир в пыль. Я почувствовал мощь, столь невообразимую, что даже песчинка на фоне галактики казалась мне более значимой, чем я на фоне этой силы. Это были слова, от которых само мироздание дрожало на таких глубоких уровнях, что до сего момента я и не подозревал об их существовании. Эта клятва меня полностью устраивала. — Спасибо, — сказал я, — я готов уйти. — Ну, не прямо же сейчас. Ты там подготовь всё, как надо. Даю неделю. Неделю я готовился и прощался, снимал с себя все полномочья, перестраховывался и подбирал каждому завещание… Назначенный богиней час я встретил спокойно, в собственной лаборатории, опустевшей и ставшей теперь мне гробницей. В этот раз смерть была лёгкой… Я просто покинул своё неживое тело, и через мгновение очнулся в следующем. Стоп, почему я лиса? Сраная лиса! Не лис, а именно ЛИСА?! Эндия, ебать твои сиськи, ты в кого меня превратила?!