Познавая любовь

Всадники освободили Матерь Жизни, это было её великое возрождение. Орден Сопротивления пал в этом сражении. Новое начало или конец, еще никто не понимал как жить в таких реалиях. Принятие того что в настоящее время придется играть по чужим правилам давалось с большим трудом или не давалось вовсе. Вики какой-то промежуток времени находилась в состоянии дезориентации, полное опустошение и незнание как и куда двигаться дальше. Пока она находилась в довольно скромной, одноместной комнатке, которую ей выделили, из потока неразборчивых мыслей ее выдернул знакомый прежде голос, — Как ты? — Голод уже переступил порог, окинув взглядом неприметное жилище. — Ты доволен? Выполнил свою миссию всадник? — Я ведь предупреждал. Матерь пришла бы в любом случае, это был вопрос времени. Ваша борьба была напрасной. — Теперь тебе плевать на меня? Вы добились то чего хотели. — Мне не плевать. — Но ты обещал помочь… думала ты… — Разве не помог раскрыть твою внутреннюю силу? Не показал что в тебе есть особенность? Мой брат догадался об этом и поделился с НЕЙ. Меня ожидает наказание, я же прикладываю усилия чтобы это не коснулось еще и тебя, Вики. От этих слов по щекам девушки непроизвольно потекли слезы. В глубине души она понимала что у него тоже не было выбора, он стал таким же заложником ситуации как и она сама, и что ему придется ответить за свои действия перед Матерью. Голод с каким то непомерным удивлением уставился на нее , — Почему?.. почему ты плачешь? — Не хочу чтобы ты испытывал боль… не хочу чтобы тебе было плохо. — Я не боюсь боли. Но у меня появился мой первый страх. Я боюсь потерять тебя. Лишиться того что так внезапно приобрел. Он достал сигареты, хотел было закурить, но в последнюю секунду почему то откинул их в сторону. Подошел совсем близко, бережно вытер её блестящие слезы, взял за плечи и прикоснулся ко лбу своими сухими бледными губами. Удивительно сколько же нежности и трепета скрывается в этом всаднике или просто мужчине? Вики обвила его своими руками и припала лицом к груди, слышала биение сердца, — Прости меня, я не была готова к этому так скоро. Всадник с особой лаской поглаживал волосы девушки, будто улавливал насколько ей сейчас необходимо утешение, она заметила как и вправду начала успокаиваться, — Ты же слышала что сказала Матерь? Она дала шанс восстановить порядок. Глупо им не воспользоваться. — Но сможешь ли ты быть рядом со мной? — спросила Вики, взглянув в его глубокие пронзительные глаза с ярко-зеленоватым отливом. — До конца. — Голод накрыл губами ее губы, поначалу мягко с придыханием, после его поцелуй стал более настойчивым, пронизывающим всё тело, их языки переплетались так пылко что возможно в этот момент им обоим хотелось забыть обо всем что происходит вокруг них. Он осыпал беглыми, влажными поцелуями шею девушки. Когда его большие руки начали ласкать возбужденные соски через тонкую ткань платья с её бархатных губ сорвался приглушенный стон. — Ты моя, — в пол тона проговорил всадник. — Твоя. — шепнула Вики ему на ухо, запустив мягкие ладони ему под водолазку, ей хотелось ощущать его ближе после того поцелуя на ромашковом поле, хотелось подарить ему те чувства, которых ранее до нее он не испытывал. Задрав кофту выше, она томительно целовала его грудь, живот, прикасаясь языком, оставляла влажные следы. На лице Голода застыло небывалое блаженство. Никто и никогда его так не касался. Впервые он чувствовал себя… желанным? Девушка оперевшись о стену, взяла его за руку, которая была неожиданно теплее чем обычно и вместе с ней прошлась по внутренней стороне бедра, приподнимая платье. Опустила ладонь всадника между её ног, там было влажно и горячо, не растерявшись он стал совершать медленные круговые движения, скользил своими длинными сильными пальцами по клитору с такой легкостью что Вики сладко постанывала. Плавно ввёл один палец внутрь, и ощущения становились ярче. Возбуждение усиливалось до такой степени что в этом порыве она резко расстегнула его брюки. Достала напряженный член, сжала пальцами у основания, двигая по всей длине в неспешном ритме, — Вики… — произнес он охрипшим голосом, впиваясь жадно в ее губы. Хотелось ласкать его всего до предела, давать ему столько наслаждения насколько это было возможным. Компенсировать всё то чем он был обделён за свою одинокую, каждодневную реальность. Когда Голод подходил к разрядке его тело дрогнуло, глубоко дыша, он уперся головой о плечо девушки. Сейчас они только начинали познавать друг друга, и это гораздо больше чем плотская близость. Слияние двух душ, некогда пропавших в одиночестве. Оба осознавали что их связь, которая была опасной и враждебной постепенно становится ничем иным как любовью.