Электрокинез

С того момента, как Рейден получил свой амулет, позволяющий управлять молнией, в голове Кунг Лао что-то щёлкнуло. Мысль глубоко засела в голове, вспыхивая каждый раз, когда он видел, как Рейден использовал эту силу. Красивые, неровные вспышки молнии, точно поражающие врага. Как стихия перекатывалась на сверкающих до локтей руках Рейдена. Как его глаза загорались, не оставляя и намёка на черноту зрачков. Это было очень горячо. На турнире он наблюдал за тем, как точными ударами Рейден поражал каждого бойца Внешнего мира. Он сражался как самый настоящий воин, вызывая у Кунг Лао гордую улыбку. Ему хотелось верить, что большую роль в таких успехах сыграл именно он, постоянно спаррингуясь с детства. Итак, в какой-то момент молчать стало невозможно. Он не мог отрицать что думал о возможности использовать амулет для плотских утех. Из жужжащей далеко мысли это превратилось в навязчивое желание. В один спокойный вечер они делили ужин вместе в доме Рейдена. Тот, как примерный хозяин, подготовил целую поляну к приходу Кунг Лао, не забывая про его монструозный аппетит. Да и нечасто у них получалось поесть только вдвоём. Было необычно тихо, потому что каждый из них погрузился в свои собственные мысли. Рейден, недавно вернувшийся с визитом к клану Ширай Рю, молчал почти всё время. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы использовать свои силы не по назначению? — Тишина нарушается. Кунг Лао задаёт вопрос, терзающий его некоторое время, закидывая себе в рот кусочек тушёной свинины. — Что? — Рейден поднимает взгляд с тарелки, где катал еду палочками, не особо заботясь о том, что она уже стала холодной. — О чём ты? — Ну, знаешь.. — Он играет бровями. Получается нелепо и глупо, вполне в манере Кунг Лао, но намёк доходит до Рейдена. Его глаза расширяются и палочки со стуком падают на тарелку. — Что?! — Он повторяется. Голос Рейдена звучит немного выше, чем до этого. Кажется, Кунг Лао окончательно сошёл с ума. Тот лишь подпирает щёку рукой и пожимает плечами, будто бы в этом нет ничего такого. Рейдену становится плохо только от одной мысли о том, чтобы ударить молнией Кунг Лао. В голове сразу всплывает картина того, как его тело бьётся в конвульсиях, и кожа покрывается уродливыми синяками и красными линиями. От этого вся еда лезет наружу. — Неужели тебе не приходила эта мысль в голову? Только подумай-.. — Нет. — Резко перебил Рейден, вставая со своего места и хватая полупустую тарелку со стола, чтобы унести её. Он слышит раздражённый вздох позади себя. — Брось. Мы не фарфоровые, ты же знаешь. — Кунг Лао склоняет голову на бок, смотря в спину Рейдена, пока тот убирает остатки еды. — Не обязательно принимать всё в штыки. Может, тебе даже понравится. — Лао, как ты себе это представляешь? Этот амулет выкован Старшими Богами. Сила, с которой иногда сложно справиться. А ты хочешь чтобы я использовал её в самый неконтролируемый момент? — Облокотившись о столешницу, Рейден трёт переносицу, слушая аргументы Кунг Лао в пользу того, что это хорошая идея. Ему всего лишь нужно попытаться. Ему нужно подумать. Ему нужно, нужно, нужно. Он бы соврал, если сказал, что мысль немного — совсем чуть-чуть — не интересует его. Страх не справиться с натиском божественных способностей заставлял сердце Рейдена болезненно сжиматься, но в то же время он вспоминает, как они с Кунг Лао в подростковом возрасте читали журналы о всяких.. практиках. Это были те воспоминания, о которых он предпочитал не думать. Помня, как его лицо горело от стыда, а Кунг Лао смеялся почти до слёз. Сомнения и возможности лезут к Рейдену в голову против его воли. Силуэт искалеченного Кунг Лао сменяется им же, но только переполненного блаженством. Кунг Лао ловит вспышку неуверенности Рейдена и его лицо искажается победной гримасой. --- — Я всё равно не знаю, Кунг Лао.. Рейден сидит между ног Кунг Лао на мягкой кровати, обеспокоенно теребя концы верёвок на штанах друга. Он облизывает губы, опухшие от поцелуев, во время которых Кунг Лао пытался раззадорить Рейдена, всячески щупая и говоря на ухо приятности, но всё пошло коту под хвост, стоило ему снова озвучить идею, ради которой они и собрались. — Ты раздражаешь. — Кунг Лао рычит и хмурит брови, но в противоположность этому гладит плечи Рейдена. — Ты уже согласился! Какой смысл от сомнений сейчас? — Но.. Лао! А вдруг я причиню тебе боль? Или, или.. Не знаю. Чем больше Рейден бормочет себе под нос, тем нетерпеливее становится Кунг Лао. Он закатывает глаза, в очередной раз слушая опасения партнёра. — Ты не причинишь мне боль. — Кунг Лао запинается и, не подумав, выпаливает: — Ну, фактически причинишь.. Лицо Рейдена вытягивается и он осознает, что закапывает себя только глубже. Аккуратными движениями Кунг Лао берёт Рейдена за щёки, притягивая к своему лицу, чтобы чмокнуть в нос. — Пожалуйста, не волнуйся за меня. В любом случае у нас есть знаки, помнишь? Если что-то случится, то я обязательно скажу тебе. Кунг Лао всегда был любителем экспериментов в постели. Его неугомонное либидо и воображение играли огромную роль в их сексуальной жизни, постоянно предлагая интересные вещи, на которые Рейден реагировал с разной степенью удивления. Поэтому им просто пришлось выработать систему стоп-слов, которые в некоторых ситуациях спасали положение. Рейден, конечно, не был всегда позитивно настроен, но стоило только его уговорить, как во время процесса он вливался и отдавался чуть ли не сильнее, чем сам Кунг Лао. Но всё же, кажется, эта затея не сильно пришлась по вкусу Рейдену. Божественный амулет был переполнен необузданной силой, с которой он боялся не справится. Артефакт был тяжёлым весом закреплён на его поясе. Кунг Лао опускает руки на предплечья Рейдена, массируя, чтобы успокоить напряжённость в мышцах. Под пальцами чувствуется стальная кожа. Тот действительно нервничал. Не помогал и тот факт, что до этого разговора у него получилось возбудить Рейдена, но он быстро размяк. Поэтому Кунг Лао пытается снова настроить его. Он чертит незамысловатые узоры на груди партнёра. Расстёгнутая рубашка не оставляла места для воображения, выставляя на показ сладкие места. Он обводит большими пальцами оба соска, потом оттягивает, чем заслуживает тихий вздох Рейдена. — Давай просто попробуем. Рейден закусывает губу и смотрит в глаза Кунг Лао. Его встречает тёплый взгляд, полный согласия и обожания. Возможно, ради своего возлюбленного он мог попытаться. Он дотрагивается рукой до голого торса Кунг Лао. Горячая кожа ощущается волшебно. Рейден закрывает глаза и пытается сконцентрировать свою силу на кончиках пальцев. Это сложно, ведь до этого ему нужно было использовать молнии только с целью навредить противнику, а не доставить удовольствие. Треск электричества раздаётся вокруг них. Знакомая щекотка разливается по руке Рейдена, направляясь туда, куда ему нужно. — Ай! Подожди, подожди, подожди. Слишком сильно! — Кунг Лао вскрикивает, хватая запястье Рейдена, из-за чего электричество идёт к нему. Рефлекторно рука отскакивает от места боли. Рейден распахивает глаза, видя под собой напряжённого Кунг Лао, чьё тело сжалось, а живот втянулся, чтобы избежать прикосновения. Он убирает руку, возможно, слишком резко. Паника подступает к горлу, когда он понимает, что навредил Кунг Лао. — Я говорил тебе! — Дрожащим голосом кричит Рейден и прижимает свою руку к груди, будто пытаясь убрать как можно дальше. — Всё.. Всё в порядке. Давай попытаемся ещё раз. Это не так уж и больно. Скорее неожиданно. Кунг Лао выдыхает, откидывая голову на мягкие подушки. Если быть честным — было больно. Конечно, это не сравнится с чёткими ударами того же Рейдена во время спаррингов, но эффект неожиданности играл свою роль. Несмотря на всё, кажется, это только усилило возбуждение. Снова мягкое прикосновение к его животу. Рейден теперь не спешит применять свои силы: сначала щекочет кожу, пытаясь расслабить. Кунг Лао может уловить нервную дрожь пальцев, поэтому аккуратно гладит его запястье. Знакомый треск заставляет зажмурить глаза в ожидании дальнейшего. Проходит пару секунд и намного более мягкий разряд поражает тело Кунг Лао. От места прикосновения разливается покалывание, плавно переходящее в остаточную щекотку. Заряженные пальцы Рейдена водят по всему животу, вызывая небольшие сокращения мышц. Он не решается пойти выше, чтобы случайно не навредить жизненно важным органам. Параллельно с этим вторая рука Рейдена тянется к штанам Кунг Лао, прося того приподнять бёдра, чтобы была возможность стянуть их. Кунг Лао открывает глаза и смотрит в напряжённое лицо Рейдена. Они встречаются взглядами и он ловит момент, когда глаза возлюбленного начинают немного светится, свидетельствуя о возрастании силы. Дыхание сводит. Искры летят вокруг Рейдена. Маленькие молнии кривыми линиями обволакивают его тело, переливаясь из стороны в сторону. Кунг Лао сглатывает. Адреналин выбрасывается в кровь. Он видел как Рейден использует свои силы только в бою и поэтому страх был неизбежен. Где-то в глубине сознания засела мысль о том, что если бы Рейден хотел убить его прямо сейчас, то у него возможно вышло это. Не самый приятный способ умереть, однако. Прикоснувшись к истекающему влагой члену Кунг Лао Рейден заставил его подскочить на месте. Сжав простыни до побеления в костяшках, он шумно вздохнул сквозь зубы. Прикосновение вкупе с электричеством, прошедшим сквозь него приятной вибрацией, заставило ноги непроизвольно сомкнуться вокруг тела Рейдена. Колени больно ударили по его бокам, от чего концентрация сбилась и молнии быстро растворились в воздухе. — Прости.. — Кунг Лао закусил губу, чтобы не рассмеяться, но в итоге провалился, видя недовольное лицо Рейдена. Он разжал ноги, выпуская из подобия капкана. — Ты хоть предупреждай. — Кто знал, что ты начнёшь драться? Рейден качает головой и берёт недалеко лежащий лубрикант, разливая жидкость на пальцы. Нежными движениями он растирает её вокруг кольца мышц, не предпринимая ничего больше. Кунг Лао на это немного ёрзает и притягивает к себе Рейдена для поцелуя. Когда их губы приближаются, электрический ток ударяет его. Болезненное «Ауч» срывается с уст и настаёт время Рейдена потешаться над партнёром. Правда, недолго из-за того, что Кунг Лао снова пытается поцеловать его. Кунг Лао всегда любил целоваться с Рейденом. Неважно, какие обстоятельства или время. Эти губы будто манили к себе невидимой магией. Часто они устраивали небольшие сеансы поцелуев, во время которых не делали ничего, кроме крепких объятий и наслаждения вкусом друг друга. Если бы кто-то спросил, какая любимая часть тела Рейдена у Кунг Лао он бы без сомнения ответил: губы. Рейден вводит первый палец из-за чего Кунг Лао мычит в поцелуй. Руки нежно обхватывают его шею, проводя по волосам на затылке, что, к его удовольствию, были распущены. Нежные движения доставляют удовольствие. Когда лёгкие начинает жечь они отстраняются друг от друга. Кунг Лао ухмыляется у себя в мыслях при виде розовых щёк Рейдена. К ласке добавляется второй палец. Рейден ритмично двигает ими внутри, слушая очаровательную симфонию из тихих вздохов. Он прижимает пальцы к стенке и Кунг Лао резко выгибается в спине, вцепившись в простыни. Вот оно. Победная улыбка едва играет на губах Рейдена, когда он снова активирует силу своего амулета. Стремительный электрический ток бежит по нему. Очередной толчок сопровождается выбросом энергии, от чего Кунг Лао сходит с ума. Он не может сдержать стона, почти захлёбываясь в нём. Свободной рукой Рейден берёт ногу партнёра и приподнимает, давая себе больший простор для движений и более глубокие вонзания в тело под ним. Кунг Лао корчится, извиваясь всем телом. Снова вспышка молнии, проходящая прям по нужной точке. Ощущения такие резкие, что он не может поймать момент когда Рейден снова проедется пальцами по его простате. Боль восхитительно переплетается с удовольствием, заставляя слёзы наворачиваться на глаза. Они жгут, и Кунг Лао пытается сморгнуть лишь для того, чтобы больше солёной жидкости застелило его зрение. От болезненных ощущений хочется метаться вокруг как бешеное животное, но он заставляет себя оставаться на месте. Пара слезинок катится вниз. В воздухе витает запах озона, перемещая сознание в те холодные осенние вечера после шторма, когда земля пропиталась этим приятным запахом. Рейден был ничем иным, как самим штормом. Он заставлял внутренности Кунг Лао скручиваться, как когда очередной гром сотрясает стены. А после всё освещается белой вспышкой на долю секунды, как когда ритмичные движения приближают его к оргазму. Лицо Рейдена оказывается рядом с шеей Кунг Лао, где он начинает посасывать кожу, чувствуя у себя на языке учащённый пульс. Последний удар молнией и Кунг Лао сотрясается. Он кончает с удвоенной силой из-за новых ощущений. По всему телу разливается тепло, делающее его ноги ватными. Кунг Лао закрывает глаза и пытается поймать стремительно уходящее чувство. Было удивительно приятно почувствовать внутри себя удары электричеством. — Ты в порядке? — Когда его дыхание выравнивается, голос Рейдена слышится прям под ухом, всегда обеспокоенный состоянием своего друга. — Лучше некуда. — Кунг Лао слегка морщится, когда Рейден убирает пальцы. Чувство опустошения крайне неприятно. — Чудесно, потому что мы ещё не закончили. Размякший мозг Кунг Лао не может воспринять информацию достаточно быстро, чтобы осознать момент, когда его переворачивают со спины на живот. Лицо утыкается в тёплые подушки. Теперь ему не видно, что делает Рейден и поэтому вздрагивает, когда рука проходит по длине его позвоночника, считая каждый выступ. Кожу обдаёт холодным воздухом, из-за чего Кунг Лао выгибается, чувствуя бегущие по телу мурашки. Рейден наклоняется над ним так, что Кунг Лао может задницей чувствовать его эрекцию. Его губы скользят от плеча до лопаток, не задерживаясь надолго в одном месте. Кунг Лао хватает пары минут чтобы снова начать возбуждаться. Кровь приливает обратно к члену, от чего низ тела приятно тянет. Он неровно дышит в подушку, оставляя на ткани мокрые следы. Мозолистые руки покидают его, после чего сзади слышится шорох ткани. Хоть Кунг Лао и не видит Рейдена, но он может чётко представить картину у себя в голове: сидящий на коленях, он медленно гладит себя, размазывая смазку по всей длине члена. Наверняка он позволяет себе минуту, чтобы разглядеть тело Кунг Лао с ног до головы. — Ты самое прекрасное, что я когда-либо видел в своей жизни. Слова будто иголками впиваются в его сердце. Похвалы были главной слабостью Кунг Лао. Если Рейден хотел превратить партнёра в хнычущую лужу, то без проблем мог бы использовать свои слова и от него не осталось бы ничего толкового. Он повторяет эту фразу у себя в голове снова и снова. Кунг Лао хочет верить, что это так и есть, предпочитая не думать о том, что в мире есть вещи намного прекраснее, чем обычный мальчик с дурацкой шляпой. Он может принять любовь, подаренную Рейденом. — Я бы мог смотреть на тебя вечность и этого бы всё равно не хватило. — Горячий шёпот перекрывается стоном Кунг Лао, когда Рейден одним сильным толчком погружается внутрь. Идеально. Только так он может описать чувство переполненности, появившегося благодаря Рейдену. Его будто разрывает пополам в самом приятном смысле. Кунг Лао поворачивает голову в сторону, чтобы встретиться взглядом с другом. Глаза Рейдена говорят громче любых слов. Под дымкой похоти плещется море любви, сбивающее с ног своей силой. Кунг Лао не может этого вынести и прикрывает тяжёлые веки. Костяшки пальцев очерчивают его скулы с едва уловимой вибрацией силы молний. Рейден водит ладонью по всему телу и чем ниже он опускается, тем сильнее становится вибрация. Он находит свой путь к члену Кунг Лао, обхватывая рукой. Ухмылка касается губ Рейдена, когда его друг сжимает челюсти, вжимаясь в подушку лицом, и сильнее выгибается в спине, насаживаясь только глубже. Он начинает двигать бёдрами и рукой синхронно, слушая приглушённые в ткани стоны. Вибрирование волнами разносит по телу мурашки, особенно когда оно сбивается и становится то сильнее, то слабее. Человек над ним не может в полной мере контролировать процесс, сам находясь в опьянении от близости. Кусая пальцы, Кунг Лао пытается удержаться на ноющих от перенапряжения ногах. Держать равновесие было сложно даже с помогающей хваткой Рейдена на его боку. Особенно когда его вдалбливают в матрац. Рейден двигался неспешно, но грубо, будто пытаясь держать себя в руках и не сорваться. Он был без ума от переполняющего желания. Желания быть рядом с Рейденом, держать его при себе, чувствовать в полной мере. Кунг Лао сглатывает вязкую слюну, вслушиваясь в звуки хлопков кожи о кожу и рваных стонов Рейдена. Было так приятно, что хотелось навсегда застрять в этом моменте. Но к нему начинает накатывать второй оргазм, стремительно приближаясь когда Рейден проезжал по простате точечными движениями. А издающая вибрации рука доводила до крайности. Рейден снова наклонился, ощущая у себя на груди мокрую от пота спину партнёра, и потянулся к его губам. Кунг Лао захныкал, когда у него во рту появилось чувство, будто он съел шипящую конфету. Взрыв фейерверков на языке от того, что электричество бурлило в жилах Рейдена, заставило его громко стонать в губы любимого и сжиматься вокруг члена. Простыни были запачканы, но Кунг Лао было всё равно на это. Рейден хватает его бёдра двумя руками, чтобы сделать несколько неглубоких толчков, ища собственного освобождения глубоко внутри тела партнёра. Они отстраняются друг от друга и Рейден быстро оставляет поцелуй на виске Кунг Лао, после чего чуть ли не вжимает его в кровать, дрожа от долгожданного оргазма. Некоторое время он ещё остаётся внутри, упиваясь их близостью и потом помогает лечь Кунг Лао на другую, более чистую сторону кровати. — Воды? — Он окидывает прилипшие ко лбу Кунг Лао волосы и, увидев небольшой кивок, поворачивается к тумбе, чтобы взять с неё заранее подготовленный графин. Он наливает полный стакан и протягивает его лежащему другу. Кунг Лао, словно не пивший всю жизнь, поднимается с подушек и садится, выхватывая стакан из рук Рейдена. Наконец, вода попадает в пересохший рот и смачивает першащее горло. Он едва ли не стонет от наслаждения, совсем игнорируя текущие из уголков губ капли, что стремительно бежали вниз по шее и груди. — Ты просто сокровище, Рейден. — Кунг Лао ставит стакан на место, вытирая остатки жидкости с губ. Что ж, это определённо был один из лучших опытов в его жизни. Электричество заставляло тело Кунг Лао испытывать целый калейдоскоп боли и удовольствия. Мысли не успокоились, а только усилились новыми возможностями и желанием Кунг Лао проверить своё и Рейдена тела на устойчивость. Особенно видя, как лицо его возлюбленного бесконечно горит красным.