Риверхолд

— И чего же ты стоишь? Цель прямо перед тобой. Иди. Слайми отрешëнно поднял глаза на свою «цель», расстилающуюся у него под ногами. Город. Такой же, как и сотня других. Ряды прямых улиц, разномастные дома, крыши, выложенные выгоревшей рыжей черепицей, залитая солнцем дальняя часть жилых кварталов и дым, поднимающийся из ремесленных цехов. Словно свившийся в кольцо дракон, огибающая его мощная каменная стена. Пахли и цвели сплошь окружающие его зелёные луга, пестрящие пышной растительностью всех форм и размеров, а сквозь них, как вены, проходились многочисленные реки. Ну, конечно. Не зря ведь город назвали Риверхолдом, верно? Монах оттянул пальцем ворот плаща и прислонился к дереву, не отводя глаз от разветвлённой сети улиц. — Позволь отдохнуть. Я шёл сюда почти всю ночь. — Рано. — снова гулко отозвался в голове голос бога, — Иди же. Будто механическая кукла, монах сорвался с места и помчался вниз по холму, юрко проскальзывая по мокрой траве. Кажется, с высот охранных вышек было бы сложно не заметить крыловидные полы чёрного плаща, но Слайми осторожность будто бы не заботила. Он на ходу натянул на голову капюшон и скользнул прямо к крепостной стене. Не теряя времени, подскочил вверх и с ловкостью плута принялся быстро карабкаться, цепляясь за уступы и извиваясь. Плазменное тело без какого-либо напряжения меняло форму, отращивало и теряло конечности, перетекало всё выше и выше, пока наконец в считанные секунды не достигло зубцов стены. «Ты совершенно обнаглел?!» «Ничуть. А что? Рюкзака всё же не хватает, а?» Тёмная фигура перекатилась на плоскую поверхность и крепко встала на ноги с уверенностью, с какой в дом заходит приглашённый гость. «Гостя» и правда уже ждали — расчистили окрестности от нежелательных лиц вроде стражников. Голова в капюшоне одним слитным движением огляделась и коротко кивнула, словно отдав кому-то честь. Превосходная работа. Гостеприимные хозяева поработали на славу. Перед тем, как идти, Слайми подлетел к краю стены и без страха свесился вниз. На улицах царила обыкновенная утренняя суматоха. Сплетники, сбивающиеся в ленивые плотные кружки, работяги, плетущиеся окольными путями на работу, и ещё множество сливающихся в месиво лиц, на детальное рассмотрение которых не было никакого времени. Впрочем, монах не сразу сдвинулся с места. Ещё несколько мгновений, словно с призрачной надеждой в глазах, он скользил пытливым взглядом по толпе, выискивая что-то в ней, но вскоре, ничего не найдя, мысленно махнул рукой и вскочил на зубец стены. Длинные рысьи скачки уже давно стали для него привычным способом передвижения. Слайми разбежался и одним длинным прыжком перемахнул на крышу ближайшего здания. Гулкий хруст черепицы — и крылатый силуэт помчался дальше, минуя в воздухе квартал за кварталом. И так чётко, так выверенно и расслабленно, словно механизм. Бег был для него своеобразной разновидностью транса. Пока тело галопом преодолевает намеченные расстояния, голова может без какой-либо опаски пуститься в глубинные размышления. Тем более, что благодаря таблеткам каждая мысль была прямой и выглаженной, до самого основания послушной, такой, какие мелькают в математическом уме во время решения чётко поставленной задачи. Никакого сбивающего иррационализма, никаких эмоций. Только хладнокровный расчёт. Правда, сейчас показалось, что эта выверенная схема начала давать сбой. Что-то перемкнуло. Ощутимо хрустнуло и надломилось. «Не смей больше так рисковать! Идиот! Мы строимся клином во время битвы не ради того, чтобы ты в первую же секунду высунулся вперёд и получил удар под дых от опасного врага, но ради того, чтобы защищать нас! Самых уязвимых членов команды! Слышал?!» Поворот, перемахнуть через дымоход и по правой диагонали проскользить вниз. «Тише, тише, я в полном порядке, видишь? Хе-хе, твоя штука со спиртом очень помогла… Как она там называлась? Смертельная фальсификация? Хе-хе-хе…» Вовремя затормозить и изменить направление. — Слайми, пошевеливайся, тебя ждут… «…Псевдожизнь. И вообще. С чего ты взял, что я за тебя…» А теперь… Что? — Слайми! Окрик бесцеремонно содрал пелену с глаз. Слайми затормозил и едва удержал равновесие над самым краем крыши. Из-под ног на мостовую посыпалась обломанная черепичная крошка. — Покровитель, я прекрасно расслышал тебя и в первый раз. — Что это сегодня с тобой? — Макаронный Монстр замолк, будто для оценки внешнего вида своего подопечного. И, судя по озадаченному тону, всё же разглядел что-то неправильное. — Может быть, мне стоит немного подправить рецептуру… — Ни к чему. — Монах отполз от края и приготовился совершить длинный прыжок ещё раз. — Я в норме. Просто устал. Я ведь сказал тебе. — В таком случае соберись. Шумиха сейчас явно не то, что нам нужно. — Я помню, к ночи всё должно быть готово. — Плазменные удлинëнные руки зацепились за край и резко подтянули тело вперëд. — Я буду у таверны уже через десять минут. Молчание в ответ подхлестнуло сильнее слов. Слайми побежал, уже не отвлекаясь ни на что и ни на кого. Впрочем, голоса стихли, наконец-то предоставив волю подумать о чём-то своём, но, как назло, мысли не шли. Разве что бег его стал быстрее и отчаяннее, будто по пятам неотступно следовала погоня. Слайми соскочил вниз и с хрустом спустился вниз по стене. Приземлился, убедившись, что никто не наблюдает, вышел из переулка и широкими шагами направился к главной площади. Сколь удобная вещь на деле — плащ с капюшоном. Тебя не видит никто, зато ты волен делать что угодно: подмечать детали, заискивающе вглядываться в лица или осматривать окрестности без малейшего опасения, что тебя в чём-то заподозрят. Потоки людей двигались плавно, со стыдливым видом упирали глаза в землю, и поначалу было ощущение, что ничего особенного не происходит. Никакой посторонней суеты, кроме той, какая обычно образуется на улицах жилых кварталов утром или вечером. Но то лишь на первый взгляд. Голубые смеющиеся глаза пытливо скользили с лица на лицо, с мостовой на дома, улавливая всё больше и больше отклонений от нормы. На досках объявлений синели новостные плакаты, криво перемазанные изображением символа весов, у домов лежали сложенные целыми штабелями цветы, у околотков и рядом с проходами толпились телеги, доверху груженные овощами и фруктами; а подле них, как пчёлы, жужжали что-то бурно обсуждающие стайки людей. От одного такого закутка к другому то и дело перебегали любопытные носы — взрослые и не очень, и если первых грубо выпихивали наружу с криками и тумаками, то последних ласково уговаривали «пойти поиграть и не лезть в то, чего им знать пока не следует». В одной из таких стаек мужчина поднял на руки особо шебутную девочку (наверное, свою дочь) и в попытках её отвлечь принялся что-то бурно ей рассказывать, показывая рукой на разложенные цветы и инструменты. Скорее всего, ему удалось убедить её в том, что взрослые обсуждают всего лишь подготовку к празднованию, потому что девочка, едва коснувшись носками земли, стремглав помчалась к своим подружкам, размахивая ручонками. Тут же, напролом через живущую своим чередом толпу, катилась дорогая на вид карета, запряжённая тройкой лошадей. Люди с руганью и шиканьем расходились прочь от окриков беспокойного кучера, решив, видно, что упрямиться себе дороже. Последовав их разумному примеру, Слайми прошмыгнул мимо упряжки, напоследок бросив на карету тяжёлый, многозначительный взгляд. Пришлось пройти ещё немного, прежде чем взору открылась большая риверхолдовская торговая площадь. Вот где в городе действительно кипела жизнь! Народу — ни проехать, ни пройти. Если на улицах аромат предстоящего веселья был всего лишь едва уловим, то здесь он нещадно бил в нос и лился изо всех щелей разом. Лавки торговцев пестрели товарами всех сортов и видов, а флаги на столбах реяли с особым блеском и размахом. Слайми задрал голову и с пренебрежением хмыкнул, разглядывая белого голубя, порхающего на ало-красных полотнищах. Посреди площади располагался внушительных размеров фонтан («Вот что значит — южная столица…» — подумал Слайми), достающий своими струями по ощущениям чуть ли не до самых небес. Но на созерцание больше не было времени. Найдя взглядом таверну, Слайми круто развернулся к ней и собирался уже идти, как вдруг… Краем уха он услышал нечто, что вынудило его остановиться. «Марк, пойдём сходим в оружейный?» Слайми хмуро провёл глазами по площади и притормозил. Голос, судя по всему, прозвенел в его голове, но у фонтана он вдруг заметил кучку знакомых, похожих на авантюристов, людей. Паладин с солярным символом на груди, плазмоид ростом с самого Слайми, рыжая бард в белой рубашке, стеновидный варвар с длинными космами, старый дварф в кожаной броне и колдунья-полуэльфийка в красном облачении. Их силуэты едва заметно мерцали. Всё потому, что это были не настоящие люди. А лишь воспоминания о них. «Тебе зачем?» — Образ паладина сложил ладонь козырьком и огляделся. Ясно-голубой плазмоид пожал плечами. «Хочу продать тот клинок культиста, что мы взяли из подземелья. Дешёвый он, конечно, много я с него не получу, но всё равно неплохо… Элис, можешь, пожалуйста?..» «Ага.» — не дослушав, коротко бросила колдунья и с готовностью вынула из рюкзака нужный кинжал. Плазмоид благодарно кивнул. «Спасибо! Ну что, идëшь?» «Ай, дьявол… Пошли. Может, и я себе чего-нибудь найду.» — Паладин вытер лоб ладонью и направился к магазину. Плазмоид, вприпрыжку — за ним. Девушка проводила их взглядом и повернулась к рыжей тифлингше рядом с ней. «А ты куда, Мадеус?» — О, это вы! — вдруг окликнул Слайми кто-то сбоку. — Уже думали, не дождёмся… Мадеус пожала плечами. «Не знаю… Может быть, за продуктами схожу. Они нам точно пригодятся.» — Все собрались? — проигнорировал замечание Слайми, невозмутимо подняв взгляд на подошедшего к нему высокого юань-ти. «Вперёд. А я схожу к алхимику. Встретимся здесь же.» «Ага…» — Ждём только вас. — Хи-хи, чудно. — Слайми натянуто улыбнулся, тряхнул головой и зашагал к таверне. Юань-ти, бросив напоследок непонимающий взгляд на площадь, пожал плечами и исчез за дверью вслед за ним.