Звёздные Войны: Что если...? Эпизод II

То, что могло стать прогулкой, по факту превратилось в почти забег. Как минимум соревнования по спортивной ходьбе. Ник неотрывно следовал за Энакином, не забывая крутить головой по сторонам время от времени. Здесь, на верхнем уровне Корусанта, кроме них двоих не было никого, кто бы торопился. Большая часть разумных прогуливалась, разговаривала, кто-то просто сидел на скамейках и наблюдал за транспортными потоками, что словно нитки были протянуты от одного горизонта до другого, и при этом двигались. Изредка от них отрывались отдельные транспортные средства, внося небольшой хаос в имеющийся порядок. Никто из разумных на улицах не проявлял никакого беспокойства, продолжая жить свою праздную или наоборот насыщенную жизнь. Время от времени Ник также сканировал окружающую обстановку через Силу. Но и там всё было спокойно. Единственными вносящими разнообразие в окружающий мир вносили они, два одарённых, следующих друг за другом быстрым шагом, пересекая площади и парки верхних уровней, не обращая внимания на окружающую их красоту.  Ник обратил внимание на присутствующую на улицах местную стражу. Но и те не проявляли никакого беспокойства. А по Нику их взгляды лишь проскальзывали. Скорее всего причиной тому был привлекавший внимание всех Энакин Скайуокер, уже успевший стать героем войны и в меру известной личностью. Так что пока всё внимание было приковано к нему, Ник чувствовал себя более спокойно, но всё же вернул свою маску на место и сам же инициировал разговор.  - Она сейчас в сенате или в своих апартаментах? - Ник шел за Энакином, а тот следовал очень быстрым широким шагом. Было заметно, что парень торопится, из-за сильного волнения за свою любимую. И Ник постоянно нагонял его в этой “непринуждённой” прогулке.  - В апартаментах. Должна быть, - Энакин ответил быстро, порывисто. А Ник после его ответа уловил его манипуляцию в Силе. Он даже смог понять, что Скайуокер потянулся через Силу к Падме. Судя по направлению воздействия шли они правильным путём. Убедившись, что с девушкой всё в порядке, Энакин вернулся в беседу, - Ты тоже её ищешь? Но зачем? “Не быстро он сообразил,” - усмехнулся про себя Ник, но вслух озвучил другое, со вполне серьёзным лицом, - В виду моих озвученных доводов, я предчувствую, что на Корусанте в ближайшее время будет не спокойно. А Падме крайне важна. Я верю, что она может возглавить Республику! - Ник вполне уверенно увещевал Энакина, ведь в какой-то мере верил в сказанное. Правда он не озвучивал очевидные причины для возможного наступление подобного исхода.  Энакин за пару шагов резко сбавил ход, и обернулся на Ника, внимательно посмотрев ему в глаза. Очередное сканирование Силой юноша даже не пытался скрывать. А через один удар сердца нахмуренное выражение лица Скайуокера улетучилось. “Успокоился, так как увидел, что я с ним откровенен. И не испытываю нежных чувств к Падме,” - в очередной раз про себя догадался Ник. Энакин тем временем приветливо улыбнулся Нику, похлопал по плечу, и возобновил быстрый шаг, со словами:  - Тогда давай поторопимся!   - А ты её зачем ищешь? - задал встречный вопрос Ник с ехидными нотками, нагоняя джедая. Он хотел намекнуть юноше, что о его симпатиях и отношениях ему известно. Но Энакин этого не понял, а потому на миг задумался, а затем ответил, кашлянув:  - Она в последнее время очень близка с Палпатином. А если... - Скайуокер прервался, и задумался о возможных последствиях.  - Спокойней Энакин! - теперь пришла пора Ника подбадривающе хлопнуть парня по плечу. Удар вышел чуть сильнее, чем у джедая ранее, а потому он неплохо взбодрил юношу, подтолкнув того вперёд на пару шагов, продолжая, - С ней всё будет в порядке! Мы сейчас доберемся и под нашей защитой она будет в безопасности. Кто сможет нам противостоять? Мы два самых сильных одарённых в Галактике! - Ник безусловно говорил это с сарказмом, учитывая, зачем он вернулся на Корусант. Энакин не сбавляя шага обернулся на своего спутника и тоже усмехнулся, хотя бы чуть-чуть расслабившись.   - Она сблизилась с Палпатином. Он и для меня стал наставником! Но после того, что ты рассказал в Храме... - Энакин явно был не рад. Обнаружить после стольких лет, что человек, которому ты доверял, оказывается, лишь умело манипулировал и тобой, и окружающими — это не легко, - Я не сомневаюсь в твоих словах. Но это заставляет меня лишь ещё больше беспокоиться за Падме. И принялся рассказывать о себе и Падме. За спешной прогулкой их беседа была сбивчивой и не совсем последовательной, но Ник прилагал все усилия, чтобы не упустить ничего важного. Из рассказанного Энакином сразу стало понятно, что появление Ника и его действия пустили всю историю не по канону, хоть последствия на первый взгляд и казались незначительными.  Первая встреча Энакина и Падме случилась после того, как Ник спас Шми Скайоукер. С этой новостью и новой гостьей дворца Падме лично прибыла на Корусант сообщить радостные новости. А заодно предоставила Сенату итоги расследования об обрушении в горах Галло на Набу. По отчетам выходило, что причиной стали действия Ника Шана, разыскивающего следы ситха, но как королева обнаружила, устроил расследование и поиски он без разрешения Ордена или Сената. В произошедших смертях в городке Ди’Джа в горах Падме винила именно Ника, а не С-3РХ или ситхов. К расследованию были приложены так же показания Сабе, но они никак не помогли воспринять инцидент в более положительном ключе. За помощь Шану девушку уволили со службы, а Ника заочно признали виновным и объявили в розыск. Но только по решению Набуанской монархии, Сенат счёл доказательную базу недостаточной. А как раз в тоже время и сам Ник пропал, а обе набуанки начали активные его поиски. Падме утверждала, что Ник прячется для избежания наказания, и искала его для того, чтобы воздать по заслугам. А Сабе, будучи теперь свободным человеком с развязанными руками, искала его с утроенной силой, чтобы убедиться, что с парнем всё в порядке, а заодно подтвердить верность своих показаний.  Ещё больше невзлюбила Падме Ника после того, как были обнаружены остатки от уничтоженного корабля Сабе в системе Вэлк. Ник, услышав о гибели прекрасной юной девушки, что когда-то делилась с ним теплом, заботилась и помогала, готов был полыхнуть яростью, но сдержался. Только скрипнула кожа перчаток из-за сильно сжатых кулаков парня. В её смерти Падме тоже винила Ника. И хоть несмотря на то, что Падме и Сабе с момента появления Шана были отстранены друг от друга, королева не раз делилась своими переживаниями о судьбе Сабе со Скайуокером в последствии, виня во всём именно Ника. В следующий раз Энакин встретился с Падме, когда им с Оби-Ваном поручили охрану сенатора от Набу после нескольких неудачных покушений на её жизнь. И хоть Скайуокер и пересказывал историю вкратце, опуская многие детали, чтобы были известны Нику из фильмов, он всё так же внимательно слушал парня, пытаясь отмечать все отличия. Эта история звучала гораздо каноничнее, и не смотря на расхождение пары деталей, всё же привела их по итогу на Джеонозис, где и началась Война. Всё это Энакин рассказывал хоть и приглушенно, но все же иногда срывался и повышал голос. Эмоции парня прорывались наружу и вся его джедайская выучка не могла с ними справиться. На короткое мгновение Ник остановился и заставил остановиться Скайуокера, прихватив его за плечо и развернув к себе.   - Энакин! Не время поддаваться эмоциям. Ты должен рассуждать трезво  - Я не могу допустить мысли, что с ней может что-то случиться, понимаешь? - резко и порывисто признался Энакин. Они не были друзьями, но что-то в Нике позволило юному рыцарю-джедаю довериться и открыться. Джедай ожидал, что Шан будет напоминать о кодексе джедаев, правилах и прочем, но оказался неправ.   - Ещё как! - глухо отозвался Ник, а его взгляд погрустнел и уставился в пустоту. В словах Шана было так много боли о переживаниях за близких и любимых, что заставило Скайуокера неподдельно удивиться, его глаза округлились, а изо рта почти вырвался удивлённый вопль, который он тут же погасил, плотно сжав губы и огляделся по сторонам. Никто не обращал на них внимания сверх того, что было изначально. “Как же он плохо контролирует свои эмоции и чувства,” - задумался про себя Ник, а тем временем удивлённый Энакин теперь догадался гораздо быстрее о скрытом смысле сказанного и тепло улыбнулся в ответ. Его беспокойство на мгновение отступило, но пара ударов сердца, и озадаченное выражение лица снова вернулось, и он продолжил: - Вот только Падме озабоченна судьбой Республики гораздо больше, чем нашими отношениями... Чем мной... - упавшим голосом почти прошептал Скайуокер. Парни возобновили движение, но теперь не так быстро перебирали ногами. Через пару минут молчания Энакин продолжил свой рассказ, уже не таясь от Ника. Парень безответно влюбился в девушку ещё на Татуине при первой встрече. Вот только его терзали сомнения, взаимны ли его чувства. Он даже какое-то время сомневался, не подтолкнула ли к ответному проявлению смертельная ловушка на Джеонозисе и близости смерти. Энакин ощущал, что в их отношениях он любит слепо и от всего сердца, а Падме только позволяет себя любить.  Ещё сильнее он ощутил это, когда Палпатин негласно стал им обоим наставником. Погрузившись в воспоминания, Скайоукер продолжал рассказывать и сам же находил подтверждение тому, что канцлер не так прост. И если с Энакином их связывала долгая история, его он посвящал в политические дела лишь поверхностно, то между отвешиваемыми комплиментами силе и мудрости парня, то после обещаний великих перспектив, но всё же чаще обсуждал с ним джедайские дела. В том числе военные вопросы, после сражения на Джеонозисе. А вот с Падме Палпатин начал проводить много времени после того, как девушка перестала быть королевой и стала сенатором. Он все сильнее и сильнее затягивая девушку в круговерть Сенатских и Галактических сделок, контрактов, заседаний, переговоров, торгов, интриг и прочего. Уж кто-кто, а Палпатин в подковерных играх был хорош. Падме уже не мечтала о спокойной жизни, и вместо стремления отдалиться от политической трибуны и вести спокойную жизнь, она лишь наоборот с каждым годом погружалась в политическую жизнь Республики, заполучая всё больше и больше авторитета, а вместе с ним и тех, кто прислушивался к её мнению, активно голосовал по вопросам, выдвигающимся сенатором от Набу. Вместе с этим к Падме пришла власть. Не официальная, и уж точно не та, что была у Канцлера, но всё же в галактике она стала видной персоной и заметным политическим лидером. Особенно после того, как системы Конфедерации объявили о выходе из Республики, у неё и вовсе не осталось серьёзных политических противников.  - Наверное, Палпатин всё это время влиял на неё. И меня, - закончил свою речь Энакин, когда они уже приблизились к точке назначения. Дом №500 по Республиканской улице располагался в престижном Посольском секторе Сенатского района. Краткая справка, которую ему ещё загодя выдал НК про него не отражало действительного величия данного здания.  Начать следовало с того, что это был самый элитный жилой комплекс на Корусанте, а вместе с тем ещё и одним из самых высоких зданий. Даже с верхнего уровня улиц не была видна верхушка здания, теряющаяся в облаках. В доме жили богатейшие граждане Республики: политики, бизнесмены, сенаторы и прочие знаменитости. Большее внимание при описании здания НК уделял технической части: пятьдесят три воздушных дока разнообразной конфигурации, позволявший приземляться здесь суднам и челнокам почти любых размеров, сотни частных турболифтов позволяли подняться и получить доступ к апартаментам, сохраняя при том в тайне личную жизнь его высокопоставленных обитателей. Входы в дом охранялись при помощи голокамер наблюдения, скрытого оружия в парадных подъездах, дверных проёмах и коридорах, а количество сотрудников службы безопасности можно было сравнить с небольшой армией. Здесь жил и Палпатин, его роскошная квартира находилась на самом верхнем этаже здания, но Ник и Энакин направлялись не туда. “И слава Силе!” - мысленно про себя выдохнул Шан.  Задачка по проникновению в дом №500 по Республиканской улице была одним из самых сложных моментов в их сценарии номер два, предложенном НК. Ник не мог не отметить, что ему повезло встретиться с Энакином и за беседой пройти как на территорию Сенатского района, так и в сам элитный жилой комплекс. Никто не бросился хватать неизвестного разумного следующего рядом с генералом и героем Республики. Оба спокойно проследовали до нужного турбо-лифта, а как только за ними закрылись двери, тот сразу начал набирать скорость, и, если бы не Сила, Ник бы не смог разобрать сменяющиеся на небольшом дисплее обозначения преодолённых этажей. Вход в скромные апартаменты Падме Амидалы был отдельными, и в следующий раз двери должны были открыться, сразу предоставляя доступ внутрь. Настроение Энакина так же стремительно падало, как быстро они поднимались наверх и это не могло не ускользнуть от внимания Ника. Осознание, что ничего уже не будет как раньше, да и вообще, как разрешится вся ситуация с тем, что Высшее руководящее лицо Республики, которой присягал на верность Скайуокер, являлось одновременно с тем ещё и Владыкой Ситх, угнетало юношу.   - Меня преследуют видения, что Падме умирает во время родов. Я даже обратился за помощью к Йоде, не раскрывая личности человека, рассказал, что в моих видениях умирает близкий... - их было всего двое внутри, но даже так Скайуокер будто бы боялся говорить о подобном в полный голос и звучал приглушённо, но это был лишь временный спад, - А он всего лишь посоветовал отпустить то, что боюсь потерять! Несправедливо! - теперь голос Энакина воспрял, и эмоции снова полыхнули, гневом и яростью.  - Магистр Йода погружает свой взор слишком далеко. Да и за всё то время, что он возглавляет Орден, ты думаешь он не терял никого близкого? - Ник пытался произнести это максимально участливо.голос Ника звучал ровно, но внутри парня всё же разворачивалась буря чувств. Ник был возмущён, что не смотря на его, пусть и жалкие, но всё же попытки не дать парню свернуть на кривую дорожку, не пасть на тёмную сторону, джедаи за столько лет свели всё на нет. Тяжелое чувство потери, из-за отрыва мальчика от матери, не было доведено до абсолюта её смертью, которую Нику удалось предотвратить. Но, как оказалось, и остальных испытаний в жизни Скайуокера хватало, чтобы он был не сдержан, не контролировал свои эмоции. Никто не помог парню с ними справиться, никто не успокоил и не поддержал. А как за пару фраз образумить парня, Ник и сам не знал, но всё же попытался, - Тебе может показаться, что Йода дал глупый совет, но такова жизнь. Никто не будет жить вечно. Есть вещи, которые нельзя исправить. Ты не был всесилен, Энакин!  - А должен быть! Однажды буду... Я стану самым могущественным джедаем! Я научусь делать так, чтобы люди не умирали! - в сердцах воскликнул Энакин. Ник по-новому взглянул на парня. “Возможно, чтобы я не предпринял, как бы не пытался, а изменить судьбу этой Галактики у меня не выйдет? Максимализм, стремление к могуществу и власти, эгоизм — это всегда было в парне, и мне нечего этому противопоставить. Никакие слова не помогут...” - мысли в голове Ника бурлили, а на парня начала наползать глухая безысходная тоска от тщетности собственных потуг.  Колебание в Силе оторвало Шана от тяжелых дум, когда лифт уже начал замедляться. Весь подъём занял у них совсем немного времени и к концу поездки оба парня стояли, тупо пялясь в закрытые двери турбо-лифта.  - Энакин, ты ощутил это? - Ник чувствовал приближающую опасность. Но та не была так же явственна и ощутима, как летящий в тебя выстрел или удар меча. Надвигающая опасность незаметно подобралась и окружила со всех сторон, пытаясь погрузить весь мир вокруг во тьму. Но судя по изменившемуся лицу Энакина, который прислушался к колебаниям Силы, он ощущал лишь малую часть от того, что чувствовал Ник.  - Нет, что именно? - отрицательно помотал головой Скайуокер.  - Будто опасность резко возросла и окружила нас, - к концу речи Ник догадался, что джедай ничего не почувствовал лишь потому, что опасность грозила только ему самому. Турбо-лифт почти остановился, приближаясь к нужному уровню. Ещё до того, как двери открылись, Скайуокер пожал плечами:  - Нет. Но может это потому, что Падме не сильно будет рада тебя видеть? Уровень угрозы явно был совершенно иного уровня, но Ник лишь задумчиво пожал плечами и покивал головой в ответ, всё ещё пытаясь обнаружить источник опасности. Раздался сигнал о прибытии, а двери быстро раздвинулись в стороны. Открывшийся вид на маленькую квартиру и скромную обстановку, что явно уступала в размере и богатстве большинству других апартаментов в доме, позволял окинуть взглядом большой зал, вытянутый в длину и оканчивающийся выходом на большую веранду с частной посадочной площадкой. В центре зала располагалась большая диванная ложа, для проведения частных встреч, по правую руку было несколько дверей в прочие комнаты, а по левой выстроились постаменты с роскошными набуанскими экспонатами, а ещё рабочий стол сенатора, сейчас заваленный всякой всячиной. Впрочем, вглядываться в беспорядок на столе ни Ник, ни Энакин не стали. Они почти синхронно шагнули внутрь апартаментов Амидалы, прожигая взглядом сидящих на диване.  Чуть сбоку, сложив руки на коленях, в очередном наряде сложного покроя чёрного цвета, с причудливо уложенными волосами сидела Падме. Высокий воротник, обтягивающего платья, скрытого под изящной накидкой, большое количество украшений, так же туго обтягивающих шею и ниспадающие на грудь, брошь, закрепленная на линии роста волос, лишь едва свисала над лбом. Строгий взгляд Падме взирал на обоих вошедших, и если при взгляде на Энакина лицо девушки никак не изменилось, то вот на незнакомца, что следовал близ него она перевела взгляд с небольшой задержкой и лишь едва приподняла одну из бровей, словно недоумевая, кого к ней привёл её тайный муж. А вот сидящий поблизости от неё Верховный Канцлер Республики Шив Палпатин был рад и даже приветливо улыбался. Он был одет в тёмно-бордовую блестящую мантию, вот только из-за сидящей близ него девушки и её чёрных оттенков в одежде и его мантия отсвечивала чистой тьмой, что сильно контрастировало с его мимикой.  - Николас! Я так рад, что с Вами всё в порядке! - воскликнул Шив, приветственно разводя руки в стороны. В зале повисла напряжённая тишина. Энакин застыл и переводил взгляд со своей возлюбленной на наставника, Падме переводила недоуменный взгляд с Палпатина на незнакомца в броне, который оказался тем, кого она искала так давно. А Ник и Сидиус сверлили друг друга взглядами, пускай их прямому контакту и мешала лицевая панель шлема Шана. Напряжение в апартаментах сенатора Амидалы резко возросло, да так, что вскоре его можно было бы резать световым мечом.