Глаза, наполненные болью

Перед глазами Нила открывается вид на арену в виде ямы, где сверху виднеется крепкая решетка, а за ней трибуны, на которых во время боев сидят остальные викинги. Он вместе с остальными проходит через высокие ворота, которые сразу же закрываются за их спинами, и оглядывает каменную арену, замечая четыре плотно закрытые, железные двери, мечи неподалеку от них и очень много щитов, некоторые из которых валяются на бетоне. Тревога появляется в тот момент, когда он слышит из самой крайней двери рычание дракона, но на это никто не обращает внимание, кроме Кевина, который с осторожностью поглядывает в ту сторону. — Хочу себе огромный ожог на половину груди! — с восхищением сказал Сет, оглядев всю арену. — Предпочитаю остаться без шрамов, — говорит Элисон, даже не пытаясь рассмотреть место, на котором они оказались. Она встает рядом с Сетом и поправляет юбку, не обращая внимание на остальных. — Без шрамов не так весело, — Эндрю проходит вперед с массивным топором в руке, чтобы осмотреть все пространство. — Да, ведь боль — это так здорово, — еле слышно произносит Нил, потирая левое плечо. Все поворачиваются к нему. — Что? Вам так весело думать об увечиях, которые они могут вам доставить? — Нил? — спрашивает Сет, усмехаясь. — Кто впустил сюда ребенка? Нил закатывает глаза, складывая руки на груди. — Итак, — привлекает внимание Ваймак, проходя вперед, — ваша задача на сегодня — одолеть дракона, но не убивать. Самому храброму и сильному из вас достанется честь, убить первого дракона, поэтому надеюсь на ваше благоразумие. — А Нил уже убил Ночную Фурию, поэтому он не участвует, а смотрит, как это правильно делать, — насмехается Сет, указывая на него своим мечом. Элисон начинает смеяться, поглядывая на хмурого Нила, пока тот косится в сторону растерянного Кевина, смотрящего в сторону дверей, откуда доносится звук царапанья дверей когтями, а потом видит Эндрю, который уже смотрит на него. Нил не понимает, как Эндрю может общаться с такими людьми, как Сет или Элисон, но и не собирается спрашивать, зная, что ему не ответят, поэтому поворачивается к подошедшему Ваймаку, который ободряюще улыбается и кивает в сторону дверей. — Не волнуйся, малец, — обращается он к нему. — Никто в здравом уме не выберет тебя, зная, насколько ты неуклюж во всем, кроме, пожалуй, работы в кузнице. Поэтому расслабь булки и делай все, чтобы не подохнуть раньше времени. Нил не собирается благодарить Ваймака за столь приятные слова, хотя знает, что все, что он сказал, правдиво, но он и не собирался удивлять кого-нибудь своими способностями, которых, очевидно, нет. Вдохнув поглубже, он проходит за Ваймаком, вставая одним из последних в линии рядом с Кевином, и внимательно следит за железными дверьми, гадая, какой из них откроют первым. Из-за всех доносится неприятное рычание и Нил жалеет, что пришел сюда, а не в лес к дракону, который где-то мучается от того, что не смог взлететь. Наверняка у него стресс. Ваймак подходит к первой двери и несколько раз стучит по ней, привлекая внимание дракона по ту сторону. — За все тренировки вам придется сразиться с четырьмя драконами. Один из вас должен будет убить Шипореза, — он указывает рукой на дверь, за которой раздается громкое рычание. Где-то слышится усмешка Сета, который опускает конец меча на бетон и начинает стучать, действуя Нилу на нервы. Он сжимает кулаки, сгибая брови, и посылает в начало линии ненавистные взгляды. Кевин рядом с Нилом громко ахает, привлекая внимание остальных. — Атака: восемнадцать, скорость: восемнадцать, — перечисляет Кевин, не отводя взгляда от двери. — Броня: тридцать два. Нил выпучивает глаза, с опаской смотря на ту дверь, за которой находится предполагаемый Шипорез, и уверенно говорит самому себе, что ни за что не станет бороться с драконом, который заведомо может победить. — А сразиться вам придется со Злобным Змеевиком, — говорит Ваймак, подходя к следующей двери. — Яд: шестнадцать. Огневая мощь: восемнадцать. — Криволапом. — Атака: восемнадцать. Огневая мощь: восемнадцать. Броня: шестнадцать. — Шторморезом. — Скорость: семнадцать. Маскировка: тринадцать. — И с Ужасным Чудовищем, — усмехаясь, громко произносит Ваймак, хватаясь за заслонку для двери. — Огневая мощь: пятнадцать, — на выдохе говорит Кевин, заламывая пальцы. Нил облизывает губы, смотря на последнюю дверь, которую Ваймак скоро откроет, и ищет пути отступления, чтобы не вмешиваться, пока остальные будут пытаться одолеть дракона, выпускающего огонь. — Стойте, — восклицает Мэтт, — а учить нас никто не будет? — Необходимая теория была вчера, а сегодня вы закрепляете её на практике, — пожимает плечами мужчина, открывая заслонку, из которой сразу же вываливается дракон. Нил видит перед собой огромного дракона красного цвета, который пока не настолько зол, чтобы покрыть самого себя огнем, но зато в достаточном настроении, чтобы убить всех, кто находится на арене. Из его пасти выходит струя оня, которая тут же исчезает в камне, и Нил видит в этом повод, чтобы начать бежать от него в другую сторону. Он видит, как Сет орет на дракона, тем самым привлекая внимания к себе, а потом пищит, когда мимо него пролетает залп огня, почти задевший его одежду. Элисон бегает где-то неподалеку вместе с напуганным Мэттом, не знающим, что ему делать, а Кевин решает делать то же, что и Нил: скрываться от дракона рядом со стеной, делая вид, что их здесь нет. — Громкий шум, — кричит Кевин в сторону, чтобы все его услышали. Нил оглядывается в поиске чего-то громкого, а потом видит, как дракон поворачивается в их сторону, и начинает убегать от него, чтобы не поджариться самому. — Щит! — восклицает Эндрю, делая несколько кувырков под драконом, чтобы быстрее добраться до железных щитов с различными рисунками на лицевой стороне. Нил с восхищением наблюдает за быстрыми движениями Эндрю, впитывая в себя каждое его движение, когда тот хватается за щит и начинает стучать по нему своим топором. — Молодец, Эндрю! — доносится до них голос Ваймака. Эндрю салютует ему двумя пальцами и продолжает стучать по щиту, отчего дракон начинает качать головой от невыносимой боли и размахивать длинным хвостом, задевая несколько щитов, стоящих возле стены. — Это мой щит, Сэт! — восклицает Мэтт, пытаясь отобрать из рук друга черный щит. — Иди, возьми тот, что с цветочками, — улыбается Сет, отвлекаясь на рассерженное лицо Мэтта, который резким движением забирает щит и ударяет им в его живот. В другой ситуации Нил бы посмеялся с этого, но не тогда, когда на кону стоит собственная жизнь, а в твоей руке до сих пор нет ни щита, ни меча. Эндрю с Кевином, который за это время успел схватить валяющийся щит, одновременно стучат, сбивая дракона с толку. В то время как Нил бежит за щитом, чтобы нанести больший ущерб для него, дракон сердится и выпускает пламя в сторону Мэтта и Сета, которые в один голос начинают кричать. — Двое выбыли! — слышится голос Ваймака где-то позади. Пока Нил осматривается в поиске безопасного пути к щиту, вылетают Элисон и Кевин, поэтому Нилу ничего не остается, кроме как побежать за щитом в открытую. Он видит Эндрю, который отмахивается от залпов дракона, уворачиваясь всеми способами от его хвоста, и видит неподалеку от себя никому не нужный щит. Не добежав до него, краем глаза он замечает дракона, заинтересовавшегося в нем. — Сзади! — кричит ему Кевин, складывая руки у рта. Нил не знает, куда он бежит, но в итоге оказывается спиной к стене и со злой мордой дракона перед собственным лицом, собирающимся выстрелить в него красным пламенем. Он зажмуривается, отворачивая голову. У него все равно нет шансов для побега, потому что справа и слева находятся лапы этого Чудовища, а перед ним скорая смерть, поэтому он жмется к холодной стене, и ждёт чуда. Струя пламени выстреливает над его головой. Когда Нил приходит в себя и открывает глаза, то видит лишь, как Ваймак закрывает дверь, за которую до этого поместил Ужасного Чудовища. — Запомните, — громко говорит Ваймак, хлопая в ладони, — что дракон всегда хочет убить вас. Нил тяжело дышит, оставаясь возле стены и не решаясь сделать шаг вперед, чтобы поскорее отсюда уйти, и пытается привести свои блуждающие мысли в порядок. Рукой он потирает левый глаз, а головой думает, что это все не для него. *** После случившегося на арене, Нил решает отправиться в лес, чтобы найти Ночную Фурию и понаблюдать за ней, потому что в прошлый раз она странно вела себя: не смогла нормально улететь, а еще не убила его, хотя у нее все для этого было. Нил не понимал, почему дракон, которого он подстрелил и собирался убить, не отгрыз ему голову или хотя бы не оставил несколько шрамов на груди своими острыми когтями. Ничего из этого он не сделал, лишь порычал и улетел, оставляя за собой поломанные ветки, за которыми Нил прямо сейчас наблюдал. Он смотрит на ветки, которые явно кто-то сломал, и идет по этим следам, выходя на большие камни, за которыми виднеется резкий обрыв и слышатся звуки чьего-то падения. Нил поднимается выше и выглядывает из-за камня, сразу же замечая Ночную Фурию, пытающуюся выбраться из ямы, в которую она угодила. Она находится в большом пространстве, из которого трудно выбраться, если ты не знаешь несколько лазеек или не можешь летать, но здесь есть хотя бы небольшое озеро, в котором точно должна быть рыба, а значит дракон не остался без еды. Он наблюдает за растерянным драконом, который пытается выбкараться по стенам с помощью массивных лап и острых когтей, но этого не хватает, поэтому он катится кубарем вниз. Из его груди вырывается раздраженный рык, но он пробует еще раз, пытаясь забраться теперь по корням деревьев, но и это не выходит. Нил достает свой небольшой блокнот и карандаш, принимаясь рисовать тело дракона, чтобы потом отдать это в руки Кевина для его никчемной книги. Линии очень легко идут, поэтому через пять минут перед ним имеется небольшой рисунок маленькой версии Ночной Фурии, которая начинает беситься из-за своего бессилия и прыгать из стороны в сторону, размахивая своим длинным хвостом. Нил склоняет голову, рассматривая дракона. От его туловища отходят четыре лапы с одним изгибом и четырьмя маленькими когтями на толстой стопе. Задние концы крыльев заострены, когти на крыльях отсутствуют. При специальном освещении можно легко заметить на гладких боках Ночной Фурии тёмно-серый узор, исчезающий на шее и хвосте и переходящий в небольшие полоски на лапах. Также на внешней стороне крыльев присутствуют разнообразные пятна точно такого же оттенка, но разных размеров. От носа до половины хвоста идет ряд небольших гребней-пластин. С задней стороны лап присутствует вертикальный ряд небольших шипов, завернутых острой стороной вниз. В районе таза находятся закрылки, имеющие треугольную форму. — Почему ты не можешь улететь? — шепчет Нил, наблюдая за карабкающимся драконом. Он проходится по его телу, замечая, что на конце его хвоста отсутствует левая часть элерона. Хорошо, это можно стереть из рисунка. Дракон в этот момент подходит к озеру, замечая в ней плавающую рыбу, и пытается схватить её в свою пасть, но рыба оказывается быстрее и уплывает от него. Ночная Фурия недовольно рычит и кладет морду на песок, наблюдая за колыхающейся водой. Нил прищуривается и вздыхает, приходя к выводу, что ему нужно принести рыбы, чтобы дракон не умер посреди леса от истощения. Пытаясь забраться повыше, у Нила выпадает карандаш из рук, который катится по камням и оказывается на земле. Он морщится и пытается сделать вид, что его не существует, потому что дракон замечает его. Нил почти не дышит, не отрывая взгляда от внимательных серых глаз Ночной Фурии, которая сужает их и склоняет голову, заставляя Нила еще больше нервничать. «Дракон всегда хочет убить вас», — вспоминает он слова Ваймака, сказанные накануне. Но Ночная Фурия отворачивается от него, даже не пытаясь напасть. Это довольно странно, потому что драконы убивают людей, которых замечают, но этот только отворачивается и не подает признаки того, что он вообще жив. Нил разворачивается и направляется к деревне, чтобы взять от туда рыбы и попытаться задобрить Ночную Фурию. Когда он приходит с рыбой в руках, дракона нигде не видно, но Нила это не останавливает, поэтому он проходит вперед, оглядываясь по сторонам, чтобы вовремя заметить черные чешуйки. Он встает недалеко от озера, поглядывая на рыбу в своих руках, и слышит позади себя еле слышное рычание, которое точно принадлежит ни ему, ни мертвой рыбе. Медленно развернувшись, Нил видит Ночную Фурию, стоявшую на камне и крадущуюся к нему, прижав уши к голове и сузив черные зрачки. Когда она доходит и видит рыбу, то расслабляется, но потом начинает рычать, смотря на пояс Нила. Он чертыхается и сдвигает мягкую накидку, открывая взор на острый нож, на который дракон начинает громче рычать, поэтому Нил достает его и выкидывает, слыша бульк от воды. На самом деле он рад, что ему пришлось выкинуть нож, который давал свои воспоминания о временах, когда он еще жил с отцом. Он смотрит в расширенные зрачки дракона и вытягивает руку с рыбой вперед, внимательно наблюдая за крадущимся, словно кошка, драконом, приближающимся к рыбе. Ночная Фурия раскрывает рот, и Нил видит язык, который раздвоен на конце, и отсутствие зубов. — Оу, — удивляется он. — Я был уверен, что у тебя есть зубы. В следующую секунду у дракона появляются зубы и он выхватывает рыбу у него из рук, заглатывая. Нил дергается, когда дракон переводит свое внимание на него и начинает приближаться, отчего ему приходится сделать несколько шагов назад, спиной уткнувшись в камень. Такая сцена уже происходила сегодня утром, но его почти убили, поэтому Нилу не совсем нравился такой исход событий. Но дракон не начал приготавливаться к тому, чтобы выпустить из пасти заряд энергии, лишь начал издавать странные звуки, после которых из его горла прямо на колени Нила упала половина рыбы с хвостом. — Эм, приятель? — неловко спрашивает он у дракона, который уселся на задние лапы, смотря сначала на Нила потом на рыбу. — Ты хочешь, чтобы я съел это? Дракон делает движение головой, которое Нил расценивает, как «да», и переводит взгляд на мокрую из-за слюни рыбу. Ночная Фурия только что поделилась с ним едой. Что ж, это достаточно необычно. Он берет рыбу в руки, морщась от ощущений слизи на ладонях, и подносит ко рту, пытаясь не вдыхать отвратительный запах, откусывая небольшой кусочек и улыбаясь дракону. Нил жует рыбу, чувствуя ужаснейший вкус, и показывает дракону большой палец, который прищуривается, наблюдая за его горлом. Нил закатывает глаза и с тяжестью проглатывает рыбу, несколько раз качая головой и широко улыбаясь Ночной Фурии. Он смотрит на дракона, который открывает рот в подобии улыбки, и усмехается. — Ты смешон, — улыбается Нил, смотря на подрагивающие уши. Дракон не уходит, поэтому он решает проверить свою удачу и протягивает ладонь вперед, но дракон снова шипит и улетает на другой берег озера. Нил видит, как тот выпускает под собой струю пламени изо рта и укладывается на горячую поверхность. Если Ночная Фурия до сих пор не убила его, значит, поделившись половиной своей рыбы, она поблагодарила его за то, что тот её не убил. Это было довольно интересно и достаточно для того, чтобы подойти к ней поближе и сесть рядом. Она закрыла морду хвостом, поэтому Нил смог разглядеть её хвост без одной половины, но вскоре она убрала его, недовольно поглядывая своими серыми глазами. — Полагаю тебе нужно имя, — пробормотал Нил, замечая на себе заинтересованный взгляд. Дракон приподнялся и начал притоптывать передними лапами в предвкушении, что посмешило Нила. — Что насчет Беззубика? Дракон фырчит, переставая топать. — Хорошо, тебе не нравится, — уши дракона затрепетали. — Просто Фурия ведь подойдет? Дракон обиженно мычит, встряхивая головой. — Начнем с букв? — спрашивает Нил, усаживаясь в позу лотоса. — Итак, буква а? Ночная Фурия фырчит и отворачивается, делая так еще на следующие шесть букв. — Ж? Дракон поворачивается к нему, открывая пасть. — Серьезно, ж? Ночная Фурия ложится, укладывая голову на передние лапы, и смотрит на него в ожидании. — Жак? Фырчанье. — Жульен? Фырчанье. — Ж-ж-жэли? Фырчанье. — Господи, ты такой привередливый, — ворчит Нил. — Жан? Дракон поднимает голову. — Тебе нравится? — спрашивает Нил, склоняя голову. — Жан? Ночная Фурия удовлетворенно мычит, несколько раз кружится вокруг себя и укладывается спать. Нил тяжело вздыхает, решая пойти прогуляться в лес, чтобы скоротать время, пока дракон, точнее Жан, будет спать и набираться сил. Итак, теперь у него есть дракон, которому он придумал имя, и тот даже не пытался съесть его, наоборот, посчитав его своим. Нил не совсем понимает, как он должен к этому относится, потому что его дядя точно не обрадуется, если увидит рядом с племянником страшное животное, которое он ненавидит всей душой. Но винить его за это нельзя, потому что Стюарт собственными глазами видел, как Мэри была растерзана одним из таких тварей. Нил знает, что тот был драконом отца — Смертохватом — одним из самых опасных драконов с ядом на кончике хвоста и с кислотой вместо пламени, разъедающей дерево за считанные секунды. Таких драконов невозможно приручить (только если вы не спасете его от смерти), но возможно подчинить. Нужно всего лишь ввести небольшую дозу яда в мозг, тогда Смертохват становится послушным и покорным тому, кто первым отдаст приказ. Так Натан и подчинил себе Смертохватов, пользуясь их послушанием своему «хозяину». Нил все детство наблюдал за этими хищниками, которые вели себя очень агрессивно по отношению к другим людям и драконам. Его отец был заядлым охотником за другими драконами: он любил устраивать между ними жестокие бои, подчинять себе, исследовать их способности и, в конечном итоге, хотел подчинить себе всех драконов, чтобы создать собственную армию, уничтожая с её помощью всё на своем пути. Смертохваты ему в этом помогали с помощью яда. Если дракону ввести небольшую дозу, то он будет обездвижен, если большую — смерть. Так Натан отлавливал драконов, используя их в своих целях. Смертохваты питались другими драконами, а иногда даже драконами своего вида. За своей добычей они пускаются в догоню, во время которой специально не стараются её убить, желая насладиться охотой подольше. Если им дают вместо дракона другой животное или, например, человека, то они могут лишь пережевать и выплюнуть. Или разгрызть своими острыми зубами шею и оставить умирать. По приказу Натана. Его отца. Его отец убил собственную жену. Мать их ребенка. Нил помнит маму, как сильную женщину, упорно сражающуюся не только за свою жизнь, но и за жизнь сына, в котором текла кровь человека, которого та ненавидела всей душой. Не смотря на это, она любила его. По-настоящему любила и заботилась, прикрывая его маленькое тельце собой, чтобы Смертохваты не смогли задеть его своим хвостом или отец не смог попрактиковаться метаниями ножей, используя собственного сына, как предмет того, куда не нужно попадать. Его мама не была всегда доброй: видя каждый день лицо ненавистного ей человека, она срывалась. Мэри могла дать сыну пощечину, потому что тот хотел пойти на улицу и погулять с другими ребятами, ругалась на него за то, что тот недостаточно тихо ведет себя после очередных побоев, или игнорировала все детские попытки поговорить с мамой. Но она была все той же женщиной, которая обнимала его после долгих кошмаров, гладила по голове, когда отец снова взрывался в своей тираде, оскорбляя сына за его непослушание, и обрабатывала все раны, доставляемые её мужем. Она все еще была его мамой. Мама. Слово, которое Нил давно не использовал, потому что не было необходимости, но такое крепкое и родное сердцу, что хочется прижать его к груди и никогда не отпускать, вспоминая серые глаза матери, смотрящие на него со всей нежностью, мягкие руки, обволакивающие его своим теплом, и тихие слова о любви холодными ночами. — Хэтфорд? До Нила доносится хриплый голос, принадлежащий только одному человеку, который мог находиться в лесу посреди дня, во время которого все пытаются заняться скотом, рыбалкой или кузнецами. Он медленно поворачивается к месту, где под большим деревом с тремя ножами в руках сидит Эндрю и смотрит на него заинтересованным взглядом, проходящимся по его телу. Нил не заметил, как его пульс поднялся, а дыхание стало затруднительным, и на самом деле он не знал, чем это было вызвано, — старыми воспоминаниями о маме или видом открытых рук Эндрю с накаченными бицепсами, выделяющимися на фоне его роста. Но его мысли все еще крутятся вокруг темных волос матери, которая собирала их в высокий хвост и выходила на охоту, оставляя маленького мальчика в огромном замке наедине с людьми отца и его драконами. — Эй, — зовёт его Эндрю, привлекая к себе внимание. — Не советую подыхать в лесу. — Потому что тебе придется тащить мое тело? Эндрю направляет на него нож. — Именно. Нил смотрит на нож и чувствует, как к горлу подкрадывается тошнота, связанная с черствыми руками отца, прижимающие холодное оружие к горлу матери, у которой был стойкий взгляд, указывающий Нилу бежать. В один момент Нил стоял перед Эндрю и смотрел на нож в его руке, а в другой — стоит за деревом и смотрит на всю желчь, вышедшую у него из желудка. Возможно, та тухлая рыба сыграла свою роль в этом. — Мои слова для тебя пустое место? — тихо спрашивает Эндрю, вставая рядом. Нил тяжело дышит, опираясь правой рукой на кору дерева, и замечает, что все ножи Эндрю исчезли из рук и ножен на поясе. — Ну прости, что мой желудок решил устроить чистку, — закатывает глаза Нил, вытирая рот о кофту. Эндрю морщится при этом действии и отходит к своему месту. Нил следует за ним. — Что ты здесь делаешь? — кивает на него Эндрю, усаживаясь на траву. Нил пожимает плечами и решает сесть напротив него, растянув ноги вперед и откинув спину на дерево. — Гуляю? — Ни один нормальный викинг не решится идти в не охраняемый лес в одиночку. Нил поднимает бровь. — Но ты здесь. — Я вооружен, идиот, — раздраженно говорит Эндрю, подтягивая правую ногу к груди. — Думаешь, три ножа смогли бы спасти тебя от дракона? — спрашивает Нил, склоняя голову на бок. — Почему нет? Нил задумывается, вспоминая первую встречу с Жаном, когда тот почти убил его. Он не берет в расчет Смертохватов, потому что с ними он виделся довольно редко. — Потому что они сильнее? — говорит Нил очевидное, а потом добавляет: — Если только ты не знаешь их слабые точки. Эндрю фырчит, напоминая Жана, который делал так, когда ему что-то не нравилось. — А ты знаешь? — Я знаю точки, после которых драконы могу умереть или страдать несколько часов, — монотонно говорит Нил, вспоминая уроки от Лолы. — Но нужно учитывать, что у каждого дракона также есть свои слабости, с помощью которых можно их одолеть. — У них прочная кожа. Нил усмехается, наклоняясь вперед. — У каждого дракона есть свои секреты,— говорит он, не отрывая взгляда от медовых глаз, отливающих карамелью. — Их нужно лишь найти. Нил улыбается ему. Эндрю смотрит в его глаза, не моргая, а потом цыкает, отворачиваясь. — Раздражаешь, — бросает Эндрю, не поворачиваясь. — Не могу не сказать того же о Сете. — Сет — тупица. Нил вытягивается в лице. — Разве вы не друзья? — Нет, — быстро отвечает Эндрю, поворачиваясь обратно к нему. — Ты умеешь пользоваться ножами. Нил замирает от быстрой смены темы, не совсем понимая интонацию, с которой Эндрю это сказал. — Очевидно, да, — пожимает Нил плечами. — Как можно не уметь ими пользоваться, если это вещи, которые необходимы в быту? Нил видит, как у Эндрю закатываются глаза, и думает о том, смогут ли они остаться в таком положении на всю жизнь. — В оборонительных целях, идиот. — О, — тянет Нил, отчего-то смущаясь. — Да? Эндрю удовлетворенно кивает. — Откуда? Нил задумывается о том, чтобы сказать Эндрю о своем ненавистном отце, который любил пользоваться ножами с людьми, предавшими его, или с родным сыном просто потому, что ему так захотелось. Но он не знает, как тот отреагирует, когда услышит о фамилии Веснински, о которой многие знали, как об одном из самых жестоких людей, убивающих не только драконов, но и невинных людей. Человека, который нападал на деревеньки, не оставляя после себя ничего. Такого человека мало, кто любил. Нил непроизвольно смотрит в бок, замирая, когда видит пару серых глаз, наблюдающих за ним с осторожностью. Нил открывает рот, пытаясь что-то сказать, но рядом сидит Эндрю, поэтому он лишь хмурится Жану и глазами показывает в сторону ямы. Дракон склоняет голову на бок и шевелит ушами, сужая зрачки на Эндрю. Черт. Нил смотрит на ожидающего Эндрю. — От дяди, — непринужденно отвечает он. — Он любит иногда попрактиковаться на ножах. Знаешь, такая своеобразная тренировка, на которой он придумывает новые способы убийств. Очень интересно. Я бывал на нескольких, но это довольно скучно, когда ты ничего не делаешь, а кто-то занимается делом. Ну, ты, наверняка, понимаешь меня, да? — От дяди, — твердо говорит Эндрю. — Да, — кивает он головой. — Если что его зовут.. — Стюарт не носит ножи, — с подозрением говорит Эндрю, наблюдая за мешкающимся Нилом. — Ох, да ты знаешь его имя. Хотя это очевидно, ведь он вождь и все такое, — Нил тяжело вздыхает, оглядываясь по сторонам и не замечая Жана, что приводит его в ужас. Ему не очень понравился Эндрю, так что его реакция может быть любой. Боже, Жан может убить Эндрю, если тот достанет свои ножи. — Нил, — серьезно говорит Эндрю, пока Нил встает с места, отряхивая штаны и рассматривая дорогу, откуда он пришел. — Уже темнеет, — замечает Нил, поворачиваясь к хмурому Эндрю. — Надо идти домой. Ваймак остался за старшего и теперь следит за мной, так что.. Я пойду? — Туда? Нил разворачивается, смотря на темный лес. — Выглядит мило, — отвечает он, наблюдая за деревьями. — Увидимся, Эндрю. Он неловко машет рукой, смакуя на губах его имя, и, не дожидаясь ответа, уходит в глубь леса, пытаясь вспомнить определенную дорогу, ведущую к обрыву. Он осматривается по сторонам, надеясь увидеть где-нибудь неподалеку Жана, который каким-то, блядь, образом вылез из той ямы и приперся к Нилу. И хотел убить Эндрю. Нил доходит до нужного места и видит, как дракон висит на ветке вниз головой, словно летучая мышь. Он с тяжелым вздохом садится на камень, взяв в правую руку ветку, которая лежала на нем, и смотрит в сторону спящего Жана. Он качает пару раз головой, понимая, что еще какое-то время мог посидеть с Эндрю, но теперь он тут: сидит на камне и рисует довольную морду дракона. В какой-то момент Жан спускается с ветки, замечая Нила, и подходит к нему, вставая за спиной и заставляя Нила напрячься, но главное — делать вид, что все хорошо. Поэтому он продолжил рисовать, слыша тихое мычание (или даже мурчание? Драконы умеют мурчать? Нил собирался спросить об этом у Кевина) позади себя. В какой-то момент он слышит шорох позади себя, а когда разворачивается, то видит Жана, ходящего на двух задних лапах, с большой веткой в руках, который ходит вокруг Нила, рисуя что-то на песке. Нил нахмурился, наблюдая за хаотичным кружением дракона и его поглядывание на него, когда принимался чертить новую линию. Жан крутился вокруг своего рисунка еще некоторое время, а потом остановился, выплюнув изо-рта ветку. Нил встал с камня, завороженно смотря на то, что нарисовал Жан — дракон, который является животным, не имеющий хорошо развитый интеллект. Нил решил пройтись, но на его шаг резко зарычал Жан, у которого сузились зрачки, а сам он наклонился вперед. Когда Нил посмотрел вниз, он увидел под ногой начертанную линию. Как только его нога перестала касаться линии, Жан перестал рычать, вернув большие зрачки на место. Нил проделал так еще два раза, еще больше удивляясь, а потом наступил на пустое место, найдя на морде дракона спокойствие. Он начал наступать на пустые ячейки, переступая с одного место на другое, кружась в неком танце и улыбаясь самому себе, в итоге оказавшись спиной к Жану. Зачастил он что-то вставать куда-то спиной. Нил медленно разворачивается, чувствуя тяжелое дыхание на себе, и видит любопытного Жана, наблюдающего за ним. Нил смотрит в его серые глаза, которые смотрят на него с едва заметным доверием, и решает протянуть ладонь, ожидая, что тот сразу улетит на свое излюбленное место. На удивление Нила, Жан не зарычал и не ушел, а остался на месте, начиная приближать свою голову к его руке. Нил зажмурился, ожидая, чего угодно от этого, и распахнул глаза, когда почувствовал холодные чешуйки на своей ладони, принадлежащие Жану. Нил улыбнулся такому доверию и ни разу не разочаровался, когда Жан резко улетел на свой берег, оставляя Нила со смешанными чувствами.