Паутина случайностей

Двор занесён снегом. Здесь, среди высоток проживают старшие представители семьи Вернер. Младшие же из них – Лиа, Дементий и Савелий не спеша бредут по протоптанным снежным тропинкам. Впереди них – животное, представляющее собой смесь волка и собаки – волкособ¹. Питомец очень быстро перебирает лапами. Мужчина одëргивает его поводок. – Мы уже пришли, можешь дать мне поводок. – Лиа тянет руку в сторону мужа. – Лучше я подержу его, а ты открывай дверь. – Дементий помотает головой. – От меня он никуда не убежит. Лиа тяжело выдохнула. Она взяла ключи супруга и прислонила их к домофону. Он зазвенел и дверь открылась. Семья Вернеров прошли внутрь. Собака бежала впереди всех. Она быстро перебирала лапами, преодолевая ступеньки лестницы. У двери животное замерло в ожидании. Хозяева открыли дверь. Квартира пуста. Её настоящие хозяева снова уехали. Они отправили смс сыну, когда тот с женой, ребёнком и четвероногим другом семьи уже были в электричке. Старшие представители семьи Вернеров и, по совместительству, родители Дементия часто путешествовали по всему миру. Вот, и на этот раз, они оставили квартиру сыну и невестке. – Квартира полностью в нашем распоряжении. – Лиа прошла в большую гостевую комнату. В ней, ожидаемо, расположились истиные хозяева этой квартиры. Несколько светящихся глаз направились на незванных гостей. Дементий сразу же обошёл эту комнату. Он погладил каждого из котов. Кого-то только за ушком, кто-то получил удовольствие от почесывания мягкого животика. Все "хозяева" довольно мурчали. – Они одобрили наше присутствие! – Мужчина вернулся к жене с сыном. – Можем располагаться. Все трое оставили свои вещи в гостевой комнате. После того, как Раптору помыли лапы, он был волен передвигаться по новому временному жилью. Пëс обнюхал каждый угол комнаты. В то же время, семья Вернеров достала ёлку. Искусственное дерево было собрано меньше, чем за час. Ель высотой в метр стояла на полу. Её ветви украшают большие цветные шары и маленькие игрушки. Мешура растянута между разными ветвями. За окном уже стемнело, когда Савелий подошёл к сидящей за столом матери. – Мам, я хочу погулять с Раптором. – Сам? – Лиа изогнула бровь. – Уверен, что справишься с поводком? Может, подождешь папу из душа? – Вы всё равно будете заняты до вечера. А папа не даст мне самому с ним погулять. – Хорошо... – Женщина выдохнула. – Позволь только я помогу тебе с рейкой. Пëс спокойно стоял, пока Лиа продевала его лапы через кожаные тонкие ремни рейки. Одна лапа. Вторая. Застëгнутый ремешок под животом. Через кольцо застëгнут поводок. После команды «гулять», волкособ радостно завилял хвостом. Его большой шершавый язык то высовывался полностью, то исчезал в пасти почти до самого кончика. – Удачи. – Лиа приобняла сына. Она помахала ему, уже когда он был на лестнице – Не гуляй до поздна! – Спасибо. – Мальчик открыл дверь и питомец рванул по ступенькам. Он быстро нëсся впереди. Поводок натянулся. Савелий бежал вслед за псом. Он помахал матери на повороте лестницы. – Постараюсь. На улице морозный воздух. Один выдох – и из носа и рта валит белый пар. Снег покрывает собой асфальт. Но местами, он протоптан настолько, что видна мёрзлая земля. С ветки на ветку перелетают птицы, из-за чего снег осыпается, обнажая голые ветви. Пальцы рук покалывает. Раптор бежит быстро и шумно дышит ртом. Иногда останавливается, нюхая что-то и зарываясь носом в снег или поднимает заднюю лапу. Савелий оглядывается вокруг. Солнце садится. Небо почти всё закрывают белые облака. Уже включаются фонари. Чем дальше движутся подросток с животным тем темнее становится вокруг. Вырастают новые и новые высотки по обе стороны пути. Ярко горят вывески магазинов. На улице иногда встречаются и другие собачники со своими питомцами разных пород и окрасов. Так, шаг за шагом и поворот за поворотом. Прошло около полутора часов, и вот: уже совершенно незнакомый двор. Вернер огляделся по сторонам. Первой мыслью было заглянуть в карты, что он и сделал. Схема домов и магазины совсем не те, какие должны быть. А обратный адрес... Как мальчик не силился вспомнить, ни одна мысль в голову не приходила. Он совершенно не помнит адрес бабушки и дедушки! Да как тут запомнить, когда приезжаешь пару раз в год? Савелий подергал поводок. Раптор продолжал куда-то идти. Подросток подошёл ближе к животному. Пёс повернул голову в его сторону. – Куда ты нас завёл? Как мы вернёмся домой? – Вернер глядел прямо в глаза волкособу. Как будто тот мог внезапно начать говорить. Но пёс лишь шумно дышал, а его высунутый язык подрагивал. Раптор перевëл взгляд вперёд и оскалился, злобно рыча. Впереди выбежала стая собак. Огромные, они неслись прямо на потерявшихся. Поводок натянулся. Савелий не успел опомниться, как вся лента, что удерживала волкособа, теперь волочится по снегу. Собаки сцепились. Улицу наполнил лай, рычания и поскуливания. Небольшая шайка собак, где - то пять – шесть прыгали на волкособа. Раптор отражал их нападки. Клыки блестели в свете фонарей. Постепенно, в воздухе появился запах железа. На зубах некоторых собак теперь можно увидеть капли крови. Снег под ними вмиг стал мокрым. Мальчик стоял в стороне. В горле застрял ком, а сердце пропустило ещё один удар, когда непрошенные гости наконец поджали хвосты. Раненные дикие собаки медленно отдалялись. Именно тогда Вернер вспомнил, как дышать. Он набрал воздух в грудь. Осторожно, почти на цыпочках, мальчик подошёл к питомцу. Раптор обернулся. Его морда и шерсть испачкана кроваво - красными пятнами крови. В нос попадает отчётливый запах железа. Собака заскулила, увидев хозяина. Только сейчас подросток понял, что она еле стоит на ногах. Волкособ хотел было двинуться вперёд, поднимая передние лапы. Но животное, скуля, опустилось на снег. Громкий скулёж давит на уши. Но, почти сразу прекращается, пока Раптор ложиться на бок на холодное снежное покрывало. Савелий опустился на колени перед питомцем. Под коленями стало мокро. Кровь капала с некогда белоснежной шерсти, растекаясь и пропитывая собой холодный снег. Подросток осмотрел пса. Вся шерсть: шея, бока, живот – заляпаны кровавыми пятнами. Но, кажется, здесь застывшая кровь. Она въелась в шерсть, отчего та местами стала только плотнее и слиплась. «Но я чувствую запах! Он не ослабевает. И раз Раптор лëг и поскуливает, у него точно что-то болит! Рана есть, но где? – Савелий осторожно водил рукой по шерсти питомца. – Тут только чужая кровь, она быстро застыла на морозе и теперь лишь липнет к рукам. Когда ты стоял ко мне боком... Бок! Наверняка, ты лëг раненным боком на снег. Чтобы смягчить боль, да?» Но на то, чтобы перевернуть раненное животное, у мальчика не хватает смелости. Не долго думая, Вернер вытащил телефон и быстро набрал в «контактах» знакомый номер. С той стороны долго шли гудки, пока наконец их не прервал девчачий голос. – Мир, послушай: мне нужна твоя помощь! – Быстро затараторил юный хозяин собаки. Он продолжал сидеть около раненного животного. – Сава, что случилось? – Голос подруги надломлен и чуть завышен. – Можешь включить камеру? – Не могу! Я на улице. Тут очень холодно... – Так иди домой... – Дай договорить! Я не уследил за Раптором и теперь он в луже крови лежит здесь. Что мне делать? Как ему помочь? – Ээ... – Повисла тишина. – А почему ты ко мне - то обращаешься? Я что, врач? – Твоя мама врач... – Мальчика снова прервали. – Моя мама человеческий врач, а не животный! А вот твоя мама, тётя Лиа, ветеринар! Позвони ей. – Я боюсь и не хочу ей звонить. Я не сдержал обещание и из-за меня пострадал Раптор. Ответа от девочки не последовало. – Мир, ты понимаешь, он может умереть?! – Голос Савелия надломился. Глаза быстро намокли, а дыхание участилось. Из-за кома в горле говорить стало больнее. – Ну, а я чем помогу? Я не ветеринарный специалист. – Я понимаю, но ты же изучала зоологию... Или твой папа.. Он сможет помочь? – Говорить было всё труднее. А мысли путались в голове мальчика, сменяя одна другую. – Ты тоже изучал! Год назад! – Миринэ на том конце телефона тяжёло вздохнула. – Сава, мой папа автомеханик. Автомеханик, понимаешь! Как он собаку тебе вылечит? Болты ему прикрутит? Савелий Вернер промолчал. Он дышал, глотая холодный воздух. Наблюдая, как этот самый воздух, вылетая из носа или рта превращается в белый дым. – Сава... Ты ещё здесь? – Голос подруги стал спокойнее и чуть тише. – Да. – Отозвался друг. – Переверни его. Нельзя, чтобы он лежал открытой раной на снегу. Мне мама рассказывала. Может быть обморожение. И это гораздо опаснее ожога. Слишком много воды в ране может... Сава! – Я даже трогать его боюсь... Как я его переверну?... – Голос Савелия сорвался. По щекам текли холодные солёные слезы. Лицо стало мерзнуть. Он быстро моргал, смотря на лежащего пса. Грудная клетка животного медленно поднималась и опускалась. – Ох.. Плохо дело... – Мир, ты далеко? – У бабушки с дедушкой. А точнее, теперь уже, в полицейском участке... – В участке? За что? – Мальчик почти закричал. – Да.. Решила угнать крузер... – Уже тише отозвалась Миринэ. – О! Я знаю! Я позвоню Хайди! – Девочка воодушевилась. – Она всегда знает, что делать! Подожди, она перезвонит тебе. – Хорошо. Спасибо. Вернер повесил трубку. Теперь остаётся только ждать. По щекам непроизвольно текут слезы. Холодный ветер завывает где-то рядом. Темнеет. Людей вокруг нет. Наверно, многие уже готовятся к Новому году и им совсем не дела до того, чтобы выйти на улицу. Подросток склонился над собакой, тело которой перепачканно в крови. Телефон лежит холодной глыбой в кармане. Руки замерзли и пальцы не согнуть. Но в голове сейчас совершенно нет ни одной мысли. Тишина и темнота поглощают окружающее пространство всё больше и больше.