Путь попаданца

Цунаде не находила себе место, сон не шел к ней, как желание выпить. Она лежала на своей кровати и смотрела в потолок, в голове звенящая пустота, а в груди разгорячённое желание броситься прямо сейчас к Мире, чтобы та исполнила ее мечту о возвращении Дана. Вспомнив о нем, слезы непроизвольно потекли по лицу, падая на подушку. Имеет ли она право на то, чтобы быть счастливой? И имеет ли она право тревожить мертвых? Глядя на кольцо, которое было дорогим для нее на свете, потому что в нем находится душа Дана, который оказался там из-за ее эгоизма и страха потерять его окончательно. Тело самого любимого находилось в специальном свитке, которые сейчас запечатан внутри кулона. Но смотря на кольцо, Цунаде подмечала еле заметные трещинки, которые стали появляться в последнее время. И если она ничего не сделает, то кольцо будет разрушено через пару лет, отправив душу Дана в загробный мир к Шинигами. И если она не решится сейчас, то Мира может исчезнуть, ведь ее цель уйти из Конохи и найти путь домой. Цунаде не верила ей полностью, но увиденного было достаточно, чтобы сомневаться в своем неверии. Стоит ли ей довериться в этот раз? Или оставить все как есть, лишив себя счастье быть любимой и иметь собственную семью? Перед ней стоял тяжелый выбор. И Цунаде надо выбрать как можно быстрее, потому что скоро Ива вернется вместе с Аме на поле боя, чтобы смыть свое унижение. И тогда прошлый бой покажется всего лишь репетицией. Хотя до этого, почти за два года войны, это было третья крупная группа вражеских шиноби. Поэтому можно предположить, что Ива готова поставить на кон многое, чтобы сломить их линии и победить. Но в ней не было страха перед подобным, потому что Орочимару и Джирайя здесь. Эти оба очень сильны и в будущем, как и она сама, станут на уровень Каге, если уже не на нем. С постоянными боями они уже забрались высоко, как и сама она в полевом госпитале, где день и ночь спасала раненых и изредка выходила, чтобы отразить крупные силы противника. Но ни в одной не было ни одного опытных шиноби с прошлых войн, как недавно. А это в свою очередь значит, что Ива задумала очередной план и этот план надо выполнить. А вот им помешать и контратаковать, скоро в штаб прибудут Джирайя и Орочимару, вот с ними можно будет посовещаться. «Как же сложно выбирать между счастьем и долгом», - пронеслась эта мысль у Цунаде, закрывая глаза и погружаясь в беспокойный сон.

***

Мир уже давно был на ногах, ему сон и не нужен вовсе, если только не поспать из прихоти, что иногда и делает это. Сейчас работы практически не было, надо было только сменить повязки и использовать свои лимиты, чтобы вылечить тяжелых больных, а потом уже точно ничего не будет. Может кто-то позовет его сыграть в карты или шоги? Но и без этого можно обойтись. Сейчас Мир не знал, как ему быть, уже второй человек знает о том, что он не из этого мира. Но почему-то Цунаде не сразу решила хотя бы частично ему поверить. В этом ее понять можно, если бы ему сказали подобное, то он покрутил бы пальцем у виска. А сейчас Миру не до шуток, потому что этим самым попадуном оказался он сам и в не очень благоприятный мир. Нет, люди здесь встречаются прекрасные, полные желания жить и стремящиеся к своей цели. Но вот как Мир узнал о том, что это Вторая Мировая Война Шиноби, хотя почти чуть больше десятка лет была Первая Мировая Война Шиноби, где погибли практически все первые представители Каге своих селений. А до этого, не стоило ему узнавать у людей, которые отдыхали, про краткую историю, смотрели на него, как на идиота, велись клановые войны. Миру даже показалось, что сперва были феодальные войны между кланами шиноби, потом они объединились и вышли на уровень страны, а за ним следующие. И масштаб войн перешел из локальных в массовый. Если там гибли десятки и сотни, то сейчас тысячи и десятки тысяч. И сколько еще будет таких войн? Этого Мир не знал, но представлять было неприятно, ведь сдерживающего фактора не было, как ядерное оружие в его мире. Хотя тут были какие-то биджу и джинчурики, но не похожи они на то, что сдерживало бы шиноби от массовых войн по всему известному миру. Наверное, и хорошо, что его не было, а то использовали бы на милую душу, чтобы ослабить своего противника. Но нельзя говорить об этом, как 100% вероятность оного. И все же, эти войны также подойдут к концу из-за какого-нибудь триггера, который заставит хотя бы не объединиться, но действовать сообща. Если такой триггер будет. А если и не будет, то он сам создаст. И это если у Мира не выйдет найти путь домой так быстро. «Ага, мирить врагов, которые готовы врагу глотку перегрызть. И что мне такого надо сделать, чтобы они отбросили вражду и действовали сообща?» - мимолётно подумал Мир и выбросил идею в дальний угол, нет у него интереса лезть в чужие дрязги, сами разберутся, будет он еще некой угрозой, а может… «А если я создам эту угрозу в космосе? На какой-нибудь планете в этой звездной системе? И стравлю их? Также передав в руки шиноби технологии путешествия в космосе?» - но это звучит бредово, поэтому идея как вспыхнула, так потухла, слишком идиотский замысел, да и возиться с приготовлениями к задуманному он не желает. Поэтому Мир решил все же оставить все так, как есть и заняться своими делами, после того, как отправиться на вольные хлеба. Все здесь люди взрослые и побывавшие на войне, не захотят, чтобы и их дети были на их месте. Рано или поздно шиноби сами придут к согласию между собой и прекратят устраивать подобные масштабные войны с кучей смертей и подорвавшей экономикой. Да и обычные люди не желают этого, большинство просто хочет жить в мире, воспитывать детей и есть досыта, а не эти все войны на истощения. И что-то слишком много он думает об этом мире. Неужели у него проснулось сожаление к людям живущие здесь? Да вроде бы нет, но и сам Мир хоть и некогда был человеком, который не побывал ни в одной настоящей войне, кроме виртуальных, жил всю свою жизнь тихо и спокойно. А оказавшись здесь, он стал подмечать, что ему на все плевать, кроме себя. Почти на все. И Мир может только догадываться в чем причина, но скорее всего в его аватаре, который перестал быть просто цифровой оболочкой. Но все это только теории и предположения. Да и сам Мирай пропал, он как прибыл вместе с их отрядом, его обратно с собой забрал Кояма после визита Цунаде. Не приняла она его или пришел какой-то иной приказ отменяющий прошлый? Но так даже лучше, а то тот постоянно мешался под ногами, в свое свободное время. Видимо Цунаде стало жалко молодого юнца и вернула его туда, где относительно безопасно. И почему Мир это только сейчас заметил? Наверное, потому что ему нет дела до кого-либо, кроме него самого? Звучит самолюбиво, но так оно и есть, Мирай бы только мешался ему и ходил вокруг да около, боясь что-то сказать. Так даже лучше и спокойнее.

***

— Мира-сан, помогите здесь! — Иду. Направившись в следующую большую палатку с алым крестом на нем, Мира вошла во внутрь и увидела все ту же картину, что и в остальных. Раненные тут и там, между ними ходят медсестра и ирьенины, проверяя их состояние и здоровье. Позвавшая ее медсестра была возле одного из больных, который был без сознания. Стоило ей тут появиться, как многие обратили внимание на нее, потому что слухи разлетаются быстрее куная. Некоторые даже с обожанием смотрели, но таких единицы и слава Богу! — Он потерял много крови, мы делаем все, что можем, но у нас недостаточно доноров, - подойдя к койке больного, медсестра тут же дала Мире объяснение того, почему тот без сознания и бледный, как мел. Не спрашивая ничего дальше, Мира подняла руку и ладонью приложила ко лбу, еще не все лимиты на сегодня исчерпаны, пусть это будут считать прорывом в технике, если кому-то захочется сложить все ее использования за день. Когда тело и рука перестали излучать свет, цвет лица пациента стал постепенно наполняться благоприятным здоровым розовым цветом, а дыхание из прерывистого спокойным и умеренным. Он из тяжелого больного перешел в легко больного за пару десятков секунд. А завтра его уже можно будет выписывать! И это удивляет всех тех, кто занимается врачеванием и техниками ирьенина, поразительная сила исцеления! — Сколько раз вижу, всегда удивляет! – произнес один из ирьенинов, которые уже несколько суток работают вместе с Миром, слегка удивлено и волнительно. – Вы точно никого не можете обучить подобной технике Мира-сан? — Нет, эта техника из кеккай тота, - произнесла Мира, хотя и она не знала, что это точно значит, но постоянно слышал из уст ирьенинов в другом полевом лагере, да и старушка Йоко часто об этом спрашивала, но сама отвечала на свои вопросы, потому что она не знала как ей рассказать, да и не стоило оно того. — Кеккей тота?! – удивились многие, когда услышали, все же услышь они кеккей генкай, потому что тот куда более распространён, но вот кеккай тота известны всего лишь единицы. И сейчас перед ними стоит та, кто является одним из обладателей редкой мутации организма шиноби. Может и те слухи не были преувеличением? Кто его знает какие боевые и стихийные техники есть у Миры-сан. Тут можно только гадать или спросить прямо, но ни один уважающий себя шиноби не будет раскрывать свои секреты ни врагам, ни союзникам, чтобы иметь шансы выжить в любой битве. — На этом все, мне пришлось выйти за лимиты и рискнуть здоровьем, - показывая слегка синеватую руку, Мира просто немного изменила поток крови и сильно замедлила в данной конечности, чтобы показать «последствия» выхода за рамки техники лечения. — Ох! – медсестра, что была рядом, закусила губу и поклонилась. – Спасибо, что спасли пациента, рискнув своим здоровьем! – следом за ней, жест повторили и остальные, ведь каждый ирьенин уважает тех, кто идет на риск, ради того, чтобы спасти больного из лап смерти! — Не стоит, это всего лишь лечение, как отдохну хорошо, все станет так же, как прежде, - но Мира подняла частично здоровую руку, где синими были только пальцы и часть ладони, все же надо как-то начинать строить из себя больного в нужный момент, в прошлые разы ей приходилось выделять пот и раздражение, чтобы выглядеть вымотанной, а тут она немного зашла дальше обычного. И этого было достаточно, чтобы обмануть людей и показать, что про лимиты использование техники лечения были не пустым звуком. Если сказал А, то говорили и Б, так считал Мир, покинув палатку и создав новый слух. Нельзя говорить и не делать то, что ты сказал, иначе в твоих словах будут сомневаться. Это он понял еще тогда, когда стал одним из могущественных игроков, чье слово было не пустым звуком. Пришлось набивать шишки, но оно того стоило, ведь всегда надо держать в голове то, что произнес в слух и реализовывать в реальность. И с Цунаде будет также. Уверен ли в том, что Цунаде согласится на его предложение? Больше 50% Мир уверен на это, потому что каждая женщина и каждый мужчина желает иметь свое счастье. Он сам желал, но не все сложилось так, как хотелось, поэтому его счастьем стала игра. И Цунаде точно захочет вернуть то, что ей приносило удовольствие и радость. Как бы ему было неприятно говорить, но этот наркотик любви девушки к своему возлюбленному тяжело преодолеть, если сама любовь была искренней как у Цунаде, так и у ее будущего мужа. На этом Мир и решил поставить свою ставку. Цинично? Возможно. Но так будет лучше для него, как тому, кто нужен в будущем для запасных планов, так и той, кто обратился к нему, чтобы вернуть единственную любовь. И чем же тот парень так смог влюбить в себя такую твердую женщину? Миру не понять, он никогда не испытывал искренней любви. Да и была ли она в его прошлом мире? Ведь там каждый гнался за деньгами, славой и популярностью. Мир достиг всего этого, хоть и в крупных масштабах, но его узнавали и обращались с заказом. Но вот ощутить на себе чувство искренней любви ему не довелось. Может это и к лучшему? Кто его знает.

***

Дальше Мира помогала переносить больных, если того требовалось, менять повязки, снимать шины и так далее по списку. Эта работа не была сложной, но вот переносить старались не давать ей, пока руки не придут в «относительную норму». Поэтому Мира занималась не особо сложными делами, которые могут сделать практически все, если захотят обучиться. И так она провела до самого вечера, попрощавшись со всеми, Мира вернулся в свою палатку, где ее вновь ждала Цунаде. В этот раз она была с твёрдым и уверенным взглядом, а не пьяным, как вчера, держа в руке свиток и кольцо. И увидев ее, тут же встала и направилась к ней. — Я согласна на все, поэтому нам надо уйти как можно дальше, чтобы никто не видел, - проходя мимо Миры, бросила Цунаде и вышла из палатки. Мира последовала за ней, все же она ожидала много, но не такой твердой уверенности в своем решении. Может что-то случилось? Или времени у нее не осталось? Кто знает, но раз та решилась, то и ждать не стоит, ведь и самой Мире интересно, выйдет ли у нее?

***

Цунаде весь день думала о том, как ей быть, она не сообщала о смерти Дана, потому что прибыла одна, когда пришла весточка. Весь его отряд был уничтожен, а он сам лежал в луже собственной крови, захлёбываясь в ней. Она никому не сказала, промолчав и сделав вид, что все хорошо. Джирайя и Орочимару могут знать о том, что Дан погиб, но не будет поднимать данную тему при ней. И Цунаде хотела сообщить о смерти Дана только по прибытию в Коноху, чтобы похоронить его так, как полагается жене. Да, они поженились в тот день, когда он умирал на ее руках, дав свое согласие. И картина остывающего мужа в ее руках стояла у нее каждый день! И в этот раз она готова на все, чтобы вернуть его и пожениться, как полагается традиции! — Здесь нас не заметят, - закончив свой бег, Цунаде остановилась рядом одной из пещер, где и будет проводиться воскрешение. – Сколько времени займет? – она знала, что такие техники требуют достаточно времени, потому что выходят за рамки разумного. — Мне нужно тело и его душа, - протянув руку, Мира ждала то, что ей нужно. – Не долго. Взглянув в алые бесстрастные и источающие уверенность глаза Миры, Цунаде раскрыла свиток и подала чакру, чтобы явить окровавленное тело Дана. Она чуть не упала, увидев его вновь, ее ноги с трудом смогли удержать ее. Дрожащей рукой, Цунаде с осторожностью передала тело, а также кольцо. — П-прошу, верни его мн-не, - ее голос дрожал, а горло начало першить, еще немного и из нее хлынут слезы. – Ду-уша, - пояснила она за кольцо. Мира не стала ничего говорить и сделала вид, что не видела слабость любящей женщины перед ней. Молча взяв все, она удалились в пещеры, поставив на вход барьер, чтобы никто не вошел и не увидел. Не хочется отвечать потом на кучу вопросов. В пещере было светло и уютно, видимо Цунаде все же постаралась, даже каменный постамент с ростом взрослого человека подготовила. Это хорошо, тем более времени займет всего немного. Уложив мужчину на каменный постамент, Мира обратилась к своим силам, ее алые глаза выцвели и стали выглядеть, как у слепца, засияв тусклым светом. Взглянув на кольцо, она увидела там запечатанную душу, которую тут же извлекла, наблюдая за обращением в пыль сосуда. Но не успела пыль осесть, как она стала возвращаться обратно и собираться в то, что было до этого. Тоже самое кольцо, только без мелких трещин, потом надо вернуть. Душа в руке была истощена, поэтому поговорить с ней не выйдет, слишком долго была в кольце и из-за разрыва с телом, истощила свои ресурсы. А подпитка шла именно от чакры из которой состоит кольцо, чистой и природной энергии. Этому Дану повезло, ведь после смерти связь между телом и душой разрывается, душа отправляется в загробный мир или куда там у шиноби? Но это парень видимо владел какой-то техникой на основе души, что смог закрепить себя за кольцо из чистой энергии и не умереть окончательно. Все, что оставалось Миру, это использовать «Высшее исцеление», самый банальный и просто навык для полного исцеления всех ран. А потом приложить душу к телу и использовать магию высшего уровня, использовав «Воскрешение», чтобы соединить душу с телом. Если при использовании «Высшего исцеления», вся пещера утонула в свете, словно вспыхнула звезда, то при «Воскрешении» никаких спецэффектов не было. Если призрачные цепи можно считать за подобное, которые вырвались из тела и оплели душу, утянув во внутрь. И кажется получилось, испытуемый сделал вдох и закашлялся. — Ааааах, кха-кха… где я?

***

Цунаде не могла найти себе место, она хотела войти и увидеть все лично, но темная пленка барьера не давало ей сделать задуманное. Поэтому ей оставалось мучатся в ожидании здесь. Секунды тянулись словно минуты, а отброшенный страх того, что ничего не выйдет, стал проявляться вновь. И не успел он охватить ее сознание, как барьер исчез и Цунаде тут же ворвалась внутрь, чтобы замереть на месте каменным столбом от увиденного. — Цу?! — Дан?!