Плетущая шёлк

      Троица стояла напротив дома, в котором, вероятно, жил влиятельный человек. К нему собиралась наведаться секта, которая устраивает дебоши по всей Канагаве.        — Что будем делать? — спросил Ацуши.        — Сначала отойдём подальше, чтобы наблюдать издалека. Ацуши, иди направо, мы с Энн — налево.        — Хорошо, — ответил Накаджима и направился вперед метров на 10-15.        — А мы с тобой, красавица, засядем в другой стороне и поближе. Нам нужно рассматривать идущих людей, а твоя задача — помочь опознать того, кто мог бы состоять в Доблестных Ангелах.        — Поняла, только не зови меня красавицей, чувствую себя униженно.        — Хорошо, милашка, — посмеялся Дазай.        — Это тоже неприятно.        — Стой здесь, будем на углу: вроде просто с тобой болтаем, и вроде не близко к дому.       Дазай оглянулся по сторонам: никого не было, Ацуши еле заметен с этой точки, но в пределах досягаемости крика — этого хватает.        — И как мне тогда тебя звать, юная леди?        — Энн. Или Герман.       Осаму навис над девушкой.        — Мне не дано другого?        — Жаль, но нет, — будто не замечая напряжения, которое появилось между ними, Герман оглядывалась по сторонам и выискивала человека.        — Эй, не отвлекайся от нашего разговора, дорогуша, — почти прошептал Дазай.        — Половой партнёрше так будешь говорить. Отойди, пожалуйста. Мне неприятно.        — Мы должны изобржать людей, которые не вызовут подозрения, я это и делаю, — говорит детектив и отодвигается.        — Ты прав, но давай придумаем более приятные образы для себя.       Мимо прошёл мужчина с большой коробкой в кепке и рабочем костюме.        — Это может быть он, — заметила Энн.        — С чего взяла? — поинтересовался парень.        — Выглядит как курьер, может прийти, что-то оставить или просто скзаать, что ошибся, — говорит в пол голоса девушка.        — А ты неплохо анализируешь, Энн.        Мужчина сверился с тем, что написано в бумажках и позвонил в дом. Ему открыл человек лет пятидесяти, с лысиной и небольшим животом, одет он был прилично, хоть и по-домашнему. Они обговорили что-то, хозяин дома подписал документ и забрал коробку, а курьер пошёл в обратном направлении.       Тут же с другой стороны подошёл мужчина в неприметном спортивном костюме и встал у дома. Выглядел лет на сорок, мощные руки и крупное тело.       Глаза Германа округлились.        — Он очень похож на одного из них. Помню, был парень, который меня отбросил к стене. Этот мужчина похож на него.        — Сделай вид, что обиделась на меня и отойди за поворот на пару метров.       Энн так и сделала — театральное прошлое длинною в пять лет прямо сейчас помогает. Она показательно обиделась и ушла за угол. Теперь — дело за детективом.       Дазай пошёл вперед по направлению к мужчине, смотря под ноги. Так они столкнулись.        — Эй, ты охренел?!        — Простите, — Дазай похлопал по плечу подозреваемого.        — Смотри, куда идёшь, — вслед прокричал мужчина.       Дазай дошел до места, где караулил Ацуши.        — Аккуратно сверни за поворот, — сказал он юноше.       Оба зашли за стену.        — Итак, теперь нужно найти безопасное место.        — Думаете, это он?        — Энн говорит, очень похож. Нам нужно с ней встретиться. Давай обойдём два дома и сделаем круг, чтобы пройти незаметно, заодно узнаем, есть ли слежка.       Так и сделали. Молодые люди пришли на то место, куда завернула Герман.        — Ну, как дела? — встретила она обоих.        — Нам нужно в людное место, откуда мы сможем следить за датчиком, — сказал Осаму, потягиваясь.        — Датчик? — почти в один голос спросили Ацуши и Энн.        — Ну, да, вы за кого меня держите? — усмехнулся Дазай и направился вниз по улице.        — За предурка и сексиста, — посмеялась девушка.        — Даже не скажешь, как круто я это провернул? — Осаму остановился и оглянулся.        — А ты хочешь? — игриво уточнила помощница.        — Пожалуй.        — Ты очень круто это провернул, я рада, что работаю с тобой в одной команде, — на этих словах появилось пара-тройка бабочек, которые подлетали то к Дазаю, то к Накаджиме, то кружили над головой Германа, — это касается и тебя, Ацуши, спасибо за работу и доверие.       Она улыбнулась юноше и продолжила путь с ребятами.       Прямо сейчас трое отправляются на место встречи за жучком, который был установлен пол часа назад, пройти пришлось достаточно, чтобы у девушки загудели ноги, но было важнее сейчас логова и люди, состоявшие в культе.        — Мы на месте, — сказал Дазай.        Это оказался какой-то ржавый бункер посреди пустыря, рядом с водоёмом. Выглядел как какое-то хранилище, как будто ранее это место активно использовали моряки, чтобы перевозить товары из Йокогамы.        — Подойдём ближе? — спросила девушка.        — Понаблюдаем, — приглушённым голосом сказал шатен.        За следующие пять минут никто не выходил и не входил в это хранилище.        — Что ж, мы выяснили, можем возвращаться? — спросил Ацуши.        — Нет, мне кажется… — начал говорить Осаму, но его прервал крик.        — Эй, ублюдки, вы там? Выходите, выродки! — неожиданно прибыл парень в черном пальто и в шляпе. Он одним махом разбил дверь и вошёл туда с угрозами и криками.        — Почему они всегда оказываются рядом? — вздыхает Дазай.       Из хранилища слышаться крики мольбы о пощаде, оскорбления и что-то ещё: было плохо слышно.        — Почему он такой шумный, безумие… — появился ещё один парень, в чёрном фраке, с тёмными волосами… Да вообще весь в тёмном.       Он почти дошёл до дверей, но обернулся в сторону детективов.        — Опять вы… Как это раздражает каждый раз. Что вам теперь нужно?        — Не злись, Акутагава, мы на работе, — отвечает Осаму и подходит ближе.        — Мы тоже. И что?        — Мы ловим плохих парней, а вы?        — Мы убиваем тех, кто нам портит жизнь, — отвечат человек в чёрном, — человек-тигр с тобой? Ясно.        — Вы нам, как всегда, сорвали операцию, — расстроено выдохнул Осаму.       Ацуши и Энн подошли к шатену поближе.        — Акутагава Рюноске? — спросила застенчиво Герман.        — И зачем тебе моё имя? — пренебрежительно отвечает парень, осматривая девушку.        — Наслышана про Вашу способность, Вы — один из самых сильных членов Портовой мафии. Я, так, пришла помочь агентству, меня зовут Энн.        — Понятно, кругом один мусор.        Тут двери слетели с петель, и из хранилища показался тот парень в пальто и шляпе. Все обернулись на него.        — Я всё сделал, что ты копашишься? — он отряхнул руки и поднял голову, — твою мать, и что ты тут делаешь?        Он обращался конкретно к Дазаю.        — Работаю, Чуя.        — Валите от сюда, вам здесь никто не рад. Мы просто должны были их научить не лезть к нашим людям.        — Наша работа ещё не закончена, после тебя нужно убираться, как и всегда, — едко заметил Осаму.        — Заткнись, пока я не скрутил тебе бошку.        — Валите по-хорошему, — вмешался Акутагава.        — Хватит уже, — вступила в разговор Энн и прошла мимо членов Портовой мафии вглубь помещения.       Ей в догонку что-то прокричал Чуя, вроде, пообещал заткнуть или что-то в этом роде, но это было не страшно и звучало как ложь.       Внутри было темно, но на стенах можно было разглядеть те символы, которые были на плечах множества последователей, которые, кстати, лежали по всему помещению: кто-то был мёртв, кто-то ранен. Но пройдя ещё глубже, девушка так и не увидела того парня, который подходил к дому.       Выйдя, четверо ещё не порвали друг друга, что было предсказуемо.        — Как обстановка, храбрая леди? — подшутил Дазай.        — Меня зовут Энн. Того парня нет, но он всё ещё здесь.        — Почему ты так думаешь? — спросил Ацуши.        — Я ощущаю, — тихо сказала Энн.        Чуя и Акутагава переглянулись.       Из девушки поднялось много бабочек, которые стали кружить над ней. Она закрыла глаза и стала прощупывать пространство внутренним взором, насколько позволит способность.        — И что это за бабочки такие? — надменно спросил Рюноске.        — Не прекратишь хамить, я устрою тебе катарсис, — отвечает негромко Герман.        Акутагава начал вскипать:        — Ты сдурела со мной так говорить?..        Тут же его остановил Дазай взглядом.        Вот бабочки начинают залетать обратно к Энн.        Она подошла близко ко всем, насколько это возможно:        — Будьте готовы сражаться, он хочет выстрелить чрез три…       Все затаили дыхание.        — Два.       Каждый приготовился.        — Один.        За спиной Энн прозвучал выстрел, пуля летела прямо в неё. Она успела только развернуться, но на помощь пришёл Расёмон.        — Вот где ты — девка с бабочками! — выкрикнул мужчина, выйдя из-за стены хранилища, — давно тебя ищем, ты перебила большую часть нашего великого и неоспоримо правого движения! Наша община оскорблена!       Говоря это, он продолжал направлять пистолет в сторону Германа.        — Ты убила моего брата и поплатишься!       Он бросил оружие вниз и направил руку в сторону девушки.        — Энн, убегай! — крикнул Ацуши.        Но девушка уже упала на землю, держась за сердце.        — Опусти меня! И ты останешься жив! Отпусти! — орала она.       За спиной члена культа появился Чуя, который поднял нападающего в воздух, благодаря чему Энн смогла встать на ноги и окутать себя и остальных бабочками.        — Смываемся! — кричит Акутагава, — он справится.        — Стойте… Идите, — сказала Энн, — я останусь и… Только клянитесь, что ни за что не придёте смотреть на то, что здесь происходит. Поклянитесь!       Ацуши и Дазай незамедлительно ответили. Акутагава просто выдохнул и сказал, что-то типа:"Больно надо».       Энн вернулась к этому мужчине, который боролся с Чуей, хватая его то за сердце, до сдавливая глотку.        — Чуя! Уходи! Я справлюсь!       Как только он это услышал, парень отпустил противника, который тут же свалился на землю, и ушёл следом за остальными.        — Если ты готов пострадать ради миссии, то знай, мне жаль, что это должно произойти. Я только защищаюсь.       Из девушки вылетели бабочки и сели на плечи. Много бабочек. Они почернели, стали в полтора раза больше и распустили шёлк…