when my thoughts kiss the highway

      Это неправильно. Это грязно, недостойно, позорно, а также в высшей степени неразумно для человека с его достатком, внешностью и харизмой. Мага знает. Но оторваться не может.       Белое-белое тело изгибается в остром приступе удовольствия, покрасневший от трения член выплескивает крупные капли на худой живот, мышцы на ногах напрягаются, отрисовывая четкий контур под кожей — и расслабляются, когда нежное, уставшее от ярких ощущений, изможденное несколькими отложенными оргазмами тело оседает на пол. Игрушка врезается в него глубже, и Мага впитывает этот вид всем собой, сжимая свой член сильнее, не обращая внимания на то, что его сверлят пронзительным карим взглядом.       — Собери сперму пальцем и оближи, — просит он хриплым голосом.       Длинные пальцы лениво скользят по ложбинке на животе, и Мага на их движении залипает так, что даже рукой шевелить перестает. Они прекрасные; они ровные и красивые, как будто сошедшие с картины, будто заботливо освобожденные из мраморного плена талантливым скульптором. Маге больно смотреть, но он смотрит: как эти пальцы задевают густые капли, как размазывают их по коже, будто масло мастихином, как они поднимаются к искусанным губам и мажут белым по красному, завершая шедевр. Розовый язык скользит по верхней губе, замирает в уголке под самой родинкой, а потом прячется внутрь, позволяя зубам зацепить измазанную нижнюю.       — Блядь, — шепчет Мага себе под нос.       Взгляд привлекает игрушка, все ещё по самое основание спрятанная в изнеженном теле, зажатая покрасневшим кольцом мышц, ярким мазком выделяющимся на белом полотне кожи. Маге хочется по стыку силикона с нежным чувствительным нутром пройтись языком; Маге невыносимо хочется оказаться внутри самому.       — Для тебя — кто захочешь, — улыбаются тонкие губы.       И Мага знает, что должен остановиться; знает, что он зависим, что у него не стоит уже ни на кого другого, только на это невозможное божество на экране открытого ноутбука.       Надо с этим завязывать, но Мира стонет слишком сладко, улыбается снова и тихо поливает напалмом все вокруг:       — Посмотри на себя. Если бы только твои друзья увидели, как ты на меня дрочишь…       И Мага в очередной раз кончает, забрызгивая спермой собственную футболку. Какой же он жалкий.