Странности в Имладрисе

С шестой попытки Эрестор всё-таки смог закрепить у себя на коленке мятый листок с нотами и текстом так, чтобы его не сносило ветром. Откашлялся, как всегда почему-то делали новички. Тревожно сглотнул и вытер о тунику вспотевшие ладони. Линдир молчал, чтобы не спугнуть, и изо всех сил старался подбодрить его хотя бы выражением лица. Эрестор взял первый аккорд, но рука у него дрогнула, и вышел ужасно негармоничный, почти квакающий звук - Линдир и не знал, что арфа так может. Со второго раза у Эрестора получилось, и он наконец заиграл. Мелодия была простая, ученическая, с парочкой неизбежных ошибок, в целом вполне приличная, но не более того. А вот голос… Непростительно непоставленный, поверхностный, какой-то будто помятый – но в нём ощущался потенциал. Глубина, о которой не подозревал ещё даже сам Эрестор. Неогранённый самоцвет… Нет, из него не просто можно – нужно сделать менестреля! Да и мелодия не так уж плоха, вот этот переход – весьма удачный, даже гениальный для первой пробы пера… Линдир пропустил момент, когда в музыку вплелась сложная гармония, которую ни один новичок не смог бы сочинить, будь у него под рукой хоть все лучшие учебники. Она просто возникла, и одновременно с ней в голос Эрестора влилась Сила, меняя его, искажая до неузнаваемости – нет, не искажая, раскрывая истинную, нездешнюю мощь… Вот только почувствовать страх Линдир уже не мог. Вязкий покой заволок все мысли, стало непривычно тепло и глаза закрылись сами собой. Эрестор продолжал петь, теперь уже не притворяясь и не сдерживаясь, и к тому моменту, когда отзвучала последняя нота, из памяти Линдира совершенно изгладилось и то, что он видел в кузнице, и все подозрения, пришедшие ему в голову после.    - Всё успешно, Atto? - А ты сомневался? Эрестор и незаметно появившийся из-за дерева Элронд обменялись одинаковыми понимающими усмешками. - Вот вы сейчас похожи друг на друга больше, чем Амбаруссар, - сказал с другого конца поляны Намбарион, и явно тут же пожалел, что открыл рот. - Ку-у-урво, - протянул Эрестор, бережно убирая арфу в чехол. – Как хорошо, что ты пришёл. Есть у меня к тебе несколько вопросов. Во-первых. Если ты творишь сложные чары, которые могут нечаянно сбросить с тебя личину, какого Моринготто ты это делаешь с открытой дверью?!  - Мне нужен был поток воздуха. Именно такой и именно в этот момент. - Хорошо, тогда во-вторых. Какого Моринготто ты не встал к этой трижды проклятой двери спиной?! Намбарион пробормотал что-то неразборчивое. - Не слышу? - Я не подумал. - ВОТ ИМЕННО! - Костёр взметнулся, чуть не лизнув его в лицо, пахнуло жаром и мраком. Линдир, не просыпаясь, тревожно застонал и попытался заслонить лицо руками. – Мало того, что я чары держу постоянно на вас троих, я ещё и подтирать за вами должен!  - Ну прости. И осторожнее с Силой, этот-то не проснётся? - Не проснётся ещё три с половиной часа. И не услышит ничего, даже если мы будем орать. Я своё дело знаю. «В отличие от некоторых» осталось несказанным, но Намбарион поморщился.  - Посиделки-то наши будут? - Будут. Сейчас отнесу Линдира в замок и вернусь, обустраивайтесь пока. Элерондо, ты же на весь вечер с нами? - Да я всю неделю только этого вечера и ждал. Кстати, дядя Туркафинвэ сказал, что придёт потом, ему там кого-то надо встретить. - Надеюсь, этому кому-то не придётся тоже стирать воспоминания, - пробормотал Эрестор, но было видно, что он уже не сердится.