И это наш танец над пропастью любви

Черные, как уголь, глаза мужчины потемнели, глядя на Нову. Сейчас ведьма стояла напротив него целая и невредимая, а он истекал кровью по ее вине. Его прожигающий взгляд был острее кинжала и горячее лавы. Длинные пальцы чернокнижника сжимали ноющий, пробитый каким-то острым предметом, бок. Комната разгромлена, гнездо уничтожено, на полу лежит мертвый Хорхе, Оникс за хвост подвешена на каком-то гвозде. Месиво, самое настоящее месиво. Из главной компании в живых осталось двое, Люсьена связали и увезли так что вряд ли он ещё жив, а Веспер в отеле, поэтому в ее целостности Шен тоже не уверен. Зато он стоит раненный напротив ловчей: — Чего же бездействуешь? Добей, — он ухмыльнулся, даже не пытаясь взывать к остаткам своих сил. Его дни сочтены и через считанные минуты тело начнет остывать. — Я не хотела. — Это изначально была твоя цель, догадаться несложно. — Почему не предотвратил? У тебя был шанс убить меня ещё тогда в катакомбах, — чувство вины горьким медом разливалось по венам. Он снова не спас тех, кто был ему дорог. — Я не сказал, что был уверен в этом. Хотелось списать все на свою паранойю. — Стоит чаще доверять себе, — ее голос почти спокоен, а дрожь в руках незаметна. — Возможно, но сейчас это уже не имеет значения. Я умру в любом случае и ты можешь помочь сделать мне это менее болезненно, просто всади ту херню, что крутишь в руках, мне в шею. Буду благодарен за спасение от длительных мук. — Этого не должно было произойти. — Но это уже произошло и твое раскаяние, Нова, абсолютно не актуально. У тебя был выбор стороны, поверь гнездо выдержало бы. Жаль конечно, что твой выбор пал на церковь. Уверен ты так же умрёшь. Умирать в муках может ты и заслужила, но на себя ощущаю как это неприятно. Убей меня и уйди отсюда, — он звучал надрывно и тем не менее уверенно. Даже перед кончиной не позволил себя проявить слабости. Вязкая кровь насквозь пропитала чёрное пальто и капала на пол, создавая лужу. — Ты тратишь последние минуты своей жизни на предательницу. — А какая к черту разница на, что их тратить? Эта предательница просто оказалась слишком близко, излишне близко. Не плачь, пташка, сама сделала этот выбор. Теперь ты можешь либо мне помочь, либо сделать хуже, — Нова сжала в ладони маленький клинок. Он ведь просит, — А теперь подойди и воткни его вот сюда, — отпустив рану, Шен указал окровавленной рукой на сонную артерию, — Ты у меня смелая девочка, я знаю, что рука не дрогнет. Ведьма делает шаг навстречу, ещё один. Страх липким комом встаёт где-то в глотке, мешая дышать. Мысли пытаются прорваться сквозь пелену долга. Она навлекла беду на всех своих друзей, а теперь несёт своей рукой смерть единственному любимому человеку. Так ли серьёзна рана Шена? Может она сможет все вернуть и исправить. Слеза стекла по щеке, скользнув следом на пол синхронно с кровью. Кровь… как же ее здесь много, кажется все стены, пол и даже потолок пропитались ею насквозь. — Не останавливайся, иди до конца. Я принял твой выбор, теперь пора принять мой, — голос Шена набатом бьёт в голове. Нет, нет, она ведь не убийца. Шпионка, предательница, но не убийца, так ведь? Словно прочитав мысли ведьмы, чернокнижник вновь заговорил, — Не своими руками, но ты уже убила их всех. Так разве моя жизнь ценнее? — Ценнее, для меня ценнее. — В глазах твоего бога все мы равны, не жалей меня, пожалей себя за то, что ты сделала, пташка. Наверное больно вырывать свои же крылья, — мужчина сделал шаг навстречу, единственное, на что был способен. Холодная и влажная от крови рука чернокнижника огладила лицо Новы. Тошнота заелозила внутри скользким паразитом. Металлический запах крови поднялся до мозга заставляя девушку закрыть глаза. Эта кровь на ее руках, так разве есть разница будет ее больше или нет? — Ты медлишь, — предсмертный шепот, едва различимый и хриплый, — Ты все знаешь, любовь моя, хватит мучиться. Он последний раз мазнул пальцами по ее щеке. Шен осел на пол, закрывая глаза. Седоватые волосы разметались в стороны. Собрав в себе последние силы, мужчина повернулся, падая на спину. Хриплый выдох и его сердце остановилось. — Нет, Шен, — распахнув от ужаса глаза, Нова рухнула на пол рядом с другими бездыханными телами. Отбросив клинок, ее руки потянулись к бордовому пятну на белой рубашке Другого. Разорванная ткань обнажала пробитый бок. Кожа была разорвана почти животным образом, если отодвинуть повреждённые мышцы в сторону, глаз легко увидел бы внутренние органы. Слезы стекающие градом постепенно превращались в водопад. Впервые за время нахождения в гнезде Нова была настолько одинока. Ее всхлипы раздавались по всему помещению. Абсолютная тишина вокруг сдавливала грудную клетку, лёгкие горели и сжимались, мешая вдохнуть. Ведьма провела пальцами вдоль туловища чернокнижника, достигнув лица она ласково погладила его. Наклонившись ближе, почти пребывая в трансе, она начала покрывать каждый миллиметр кожи поцелуями, ласковыми, прощальными. Придвинувшись ближе, она поставила колени в кровь и уложила на них голову бездыханного Шена. Склонившись ближе Нова прикоснулась лбом к его и запустила пальцы в волосы. Стекая с ее лица, слезы оросили шелковые волосы чернокнижника. — Ты был прав, как всегда. Я сделала выбор и в этом всем виновата я. Прости, за мою ошибку вселенная забрала вас в качестве расплаты.