Судьба

— Как ты можешь продолжать врать мне, когда я буквально видела всё своими глазами! — небесно голубые переполнены отчаянием, и слезами горькими. Ком в горле не давал вымолвить и слова равнодушного, как бы ей этого хотелось. Сильвия слышала свои жалкие нотки, злясь всё больше на свою слабость. Мужчина порывается сделать шаг ближе, видит выставленную перед ним дрожащую руку бывшей возлюбленной. Родной запах кофейни, в которой они находились вызывал тошноту. Это место считалось их местом. Там, где они проводили свои вечера, там где они впервые поцеловались, начали отношения. Предполагала ли Сильвия, что и конец им придёт в этом месте? — На этот раз я буду сильней. Не смей. Мне не нужны твои извинения, обещания или что-то ещё, что ты мне втирал каждый раз. — Не неси дурь, Сили, — нервно улыбается, осматриваясь по сторонам, на посетителей этой жалкой кафешки, что он не ненавидел каждый раз. И верно. Люди с крысиными мордами не открывают от них глаз. Кто-то снимает на телефон. Ненормальная истерит уже долбанные минут пятнадцать после того, как ей написала его бывшая жена. — Тебе будет тяжело без меня. Не надо нас мучать из-за одного моего проступка. — Одного твоего проступка, — коротко кивая себе, стирает слёзы с румяных от нервов щёк, собираясь с мыслями. — Это называется измена, Брендон. Ты изменял мне на протяжении последних месяцев. Теперь чувствую к тебе только отвращение. — А ты спроси почему я изменял! — орёт впервые, а дрожь в теле голубоглазой только усиливается. — Думаешь, ты идеал женщины? — шепчет, словно истину глаголет. — Да, Сили, ты хорошая. Хозяйка замечательная, мозг не ебёшь, простая. Но секс с тобой настолько скучен. Ты бревно, Сили. Нет мужчины, который бы оставался с тобой и не изменил при этом, — замечает с какой скоростью смеются эмоции на чужом лице. Удивление, неверие, печаль. — Если я тебя не удовлетворяю ты бы мог со мной расстаться, — разбито мямлит, медленно моргая слипшимися от слёз ресницами. — Мне стало тебя жалко. Расстанься я с тобой ты останешься навсегда одна, или же тебе изменят очередной раз. Теперь же когда-то милое личико Сильвии выражает чистую злость. Следующие слова она гневно выплюнула на мужчину: — Да кому нужна твоя жертвенность?! Я могла бы переспать с любым встречным мужчиной забыв о твоей наглой морде! — Не смеши меня. Ты даже заказ в ресторане сделать не можешь, потому что трусишь. Давай просто вернёмся домой и обсудим, как решить наши недопонимания. Я могу пообещать, что не брошу тебя, но вынужден удовлетворять свои физические потребности с другими жен... Стой, Сили, — спешит за девушкой, которая уже направляется к выходу, не желая выслушивать этот бред. Хватается за ручку двери именно в тот момент, когда в неё входит незнакомец. Сильвия сталкивается с ним плечами, и невольно заглядывает в тёмные очи, прикрытые капюшоном чёрный толстовки. Мужчина в извинительном жесте улыбнулся, проходя глубже, но Сильвия на фоне сильных эмоций, прибивших гормонов и банального желания отомстить, хватает парня за локоть. Глаза парня вопросительно глядят, позволяя рассмотреть их лучше. Густой карий цвет, вырез глаз хитрый. На лице небольшая щетина, очерченные скулы и привлекательная форма губ. — Переспим? — эти самые губы трогает полуулыбка. Видимо он решил, что она шутит, либо не умеет подкатывать. — Получу порцию кофеина, голубоглазка, — мягкий, хрипловатый голос приятно удивил Сильвию. Она любит красивое звучание. — Мы вернёмся к этому, ладно? — с игривыми нотками посмеивается, подхватывая её пухленькую ладошку в свою холодную, крепкую ладонь. Аромат мужских духов пленил, заставляя забыть, что они не одни. — Ты серьезно, Сили? — ахает Брендон и ей как никогда хорошо. Он звучал всегда неуверенно, а его руки всегда были в мозолях и пахли машинным маслом. Сильвия всегда принимала своего партнера со всеми его минусами, не упрекая, только благодаря за достоинства. Но теперь — ей незачем свыкаться с этим. Сделав заказ незнакомец не отпускал руку. И пока её бывший продолжал капать на мозг, и пока в кафе все шептались. Невозмутимо забрав горячий напиток — обладатель тёмных глаз, красивых рук, приятного запаха и голоса — вышел из кафе. Крайне аккуратно посадил всё ещё потерянную Сильвию в черный спорткар. — Адрес? — мягко просит. Типичное: «к тебе или ко мне» только вежливей? — Мы переспим? — тихо спрашивает, потому что после криков голос сел. Салон машины тёплый, и пропах незнакомцем. Сиденья удобные, большие. Хочется укрыться пледиком и лечь спать. Она помнит какое предложение сделала. Не отказывается от своих слов, ощущает только нервные покалывания в пальцах. Переводит помутневший взгляд на мужчину, что копюшен с головы скинул и волосы в зеркале поправляет резкими движениями руки. Волнистые на концах. Шатеновые. Должно быть мягкие. — Нет. Я отвезу тебя домой или кому-то кто сможет поддержать тебя, — сворачивает на трассу, попивая кофе. — Назови адрес, голубоглазка. — Почему ты не хочешь переспать? Я выгляжу скучной? — нервно играет с мочкой уха, боясь услышать ответ. А если он только подтвердит слова Брендона? — Ты выглядишь разбитой. Твои глаза заплаканные и серые совсем, — чтобы мужчина не говорил, его голос ласкал слух. Сильвия на грани между бессильным сном, и очередной истерикой. Он скорее всего её не хочет. Незнакомцу её стало просто жалко. — Высади меня на ближайшей остановке.

***

Неизвестно сколько она наблюдала за морем, что грубо омывало берег. Пустота внутри всепоглощающая, как не затягивающая рана ноет. Сильвия не понимает что именно так повлияло на неё. Брендон? Его глупое высокое самомнение и нежелание принимать ошибку? Может дело в прекрасном незнакомце, что казался спасением в тот момент, но мало чем отличался от остальных в реальности? В универе все пересылают друг другу видео с того дня, словно момент из сериала пересматривают. Кто-то восхищается, кто-то ищет её номер, чтобы трахнуть. Все эти байки, где главные герои с чистого листа жизнь начинают такие бессмысленные и не реалистичные. А вот если бы инструкцию к ним писали, возможно, Сильвия не была бы так категорична. Ведь сколько бы не читала, не смотрела — теперь не понимает что делать. Её жизнь перевернулась с ног на голову. И единственное на что она способна это сидеть на песке, глупо пялясь на солёную воду. Наверное стоит подняться, кажется дождь начинается. Но какая же лень. Как же она устала. Хочется, чтобы волны её смыли с ракушками. Забрали под воду, там где нет всяких проблем и следовательно их не надо решать. Мыслей тоже нет. Пошёл ливень. Вода разбушевалась, у краёв, где скалы совсем фонтанном плещет. Как же хорошо. От чего столь страшная погода приносит Сильвии спокойствие? Будь она чуть смелей, то в воду нырнула бы, радуясь. Будь она чуть смелей. Может дело в том, что она старается быть для всех удобной? За всё время отношений с Брендоном её волновало лишь то, какой хорошей будущей женой ей нужно быть для него, ведь он неоднократно говорил, как разочаровался в своей бывшей жене. Да и недовольств никогда не высказывала, принимала всё как есть. Ничего никогда не просила. Может ей нужно было показать свою более характерную часть, чтобы...Чтобы что? Опять всё сводится к желанию быть «удобной». Сильвия падает на влажный песок, пачкая волосы, одежду. А разве это имеет значения? Её никто в серьёз не воспринимает. Хоть с кнопкой клоуна ходи. Кстати о клоунах. Брендон пишет регулярно раз в неделю, прося больше не писать (ни разу не делала этого). Как-то даже заблокировал. Но через пару дней вновь повторилась та же история. — Говорят, что если люди встречаются случайно три раза, то они предназначены друг другу судьбой, — звучит сверху и Сильвия открывает глаза, сталкиваясь с карими. — Или кто-то из них сталкер, — бурчит хмурясь от редких капель. — Что ты делаешь здесь? — Живу недалеко. Вышел на пробежку, а тут ты, голубоглазая. В песке валяешься. — Переспим? — толи шутит, толи серьёзно. Сама не понимает, но с песка встаёт. Незнакомец ближе подходит, светлые волосы за ушко заводит с не читаемым лицом. — Твои глаза снова грустные. — Это просто усталость. — Лгунья, — обворожительная улыбка играет на покусанных, обветренных губах. Мужчина пропускает свои влажные волосы через пальцы, и заводит их назад. Видимо, дождь выступил в роли душа. — Но я был рад вновь увидеть тебя, голубоглазка. Всего на секунду она забыла о проблемах, думая о том, как же всё-таки отброшенная назад мокрая чёлка идёт незнакомцу.

***

Прошло чуть больше двух месяцев с расставания, и месяц с того, когда она видела человека, что теперь из головы не вылезает. Пора бы взять ответственность, и признать свою заинтересованность, но девушка глупо не хочет принимать это. Больно будет. Опять. Кажется, прошло так мало, и при этом в жизни Сильвии изменилось многое. В первую очередь она проходит практику в начальной школе. Почти полноценная учительница. Семья гордятся ею, а младший брат то и дело петушится: «Это моя сестра, недоумки». У неё сильно упала самооценка. Ей все мерещится, что видео со дня расставания увидят родители, или хуже — коллеги. Когда возвращается поздно домой постоянно оборачивается, потому что Брендон не оставляет свои попытки достать. А ещё...Сильвия теряет уверенность в своей сексуальности. Разглядывает себя в зеркало, мучает себя постоянными просмотрами «порно», чтобы понять как вести себя, и какие ошибки она совершает. Если бы не возможность работать, Сильвия покрылась бы плесенью в дверях своей небольшой квартиры. — Сильвия Лайкенс! Сильвия Лайкенс! — небольшая ладошка тянет девушку за рукав пиджака. — Когда у нас следующий урок с вами? Полноценно преподавать класс никогда не приходится на практике, но вышло так, что их классная руководительница собирается уйти в декрет. Миссис Гилберд крайне сложно прощаться со своими ребятами, а пляшущие гормоны не идут на встречу, заставляют заливаться слезами. Всё чаще у неё не хватает терпения на преподавание, и в такие моменты Сильвия замещает. Благо сблизилась с детьми, кажись даже сильней, чем этого ожидала. Сможет ли она взять их класс? — Сегодня все уроки, Солнышко Дин, — мягко улыбается. Мальчик лучистый, согревает своим присутствием. Смотря на него невозможно не улыбнуться. Блондин-пушистик. С маленькими веснушками, и большими голубыми глазами. Или, может, дело в том, что ребёнок сам всегда с улыбашкой на лице? — Правда? Здорово! — делиться новостью с одноклассниками, а те разносят по классу. Благодаря этому Сильвия находит силы просыпаться утром, и не теряет веру в то, что хоть на что-то способна. Во время уроков бывает сложно, потому что не всегда удаётся сохранить порядок. Девушка не отчаивается, запасается терпением, а после свыкается с мыслью, что для деток — нормально так себя вести. И она очень рада, что те не сидят роботом, делая всё то, что прикажет грозная учительница. При всей любви к преподаванию, — Сильвия по-быстрому провожает каждого ребёнка в руки матери, — стремится уйти домой. Солнечный мальчик сидит на задних партах, единственный за кем ещё не пришли. Смотрит в окно, выпячивая губу. — Солнышко Дин, твоя мама всегда опаздывает? — садится рядом, пытаясь как-то завлечь в разговор, чтобы время незаметно прошло. — Мама? — поднимает вопросительный взгляд на взрослого. Бровки светлые хмурит. Сильвия внимательно следит за мимикой ребёнка, и вздыхает. — Меня обычно забирает папа. И папа не опаздывает. — Разве я опоздал? — наигранно обиженным голосом звучит со стороны дверей. Сильвия покрывается мурашками от дежавю. Теряется в предположениях кому принадлежит этот ровный тембр голоса, с небольшой хрипотцой. — Папа! — ребёнок шустро встаёт со стола, и по звукам добежав тут же оказывается подхваченным на руки. Девушка боится обернуться. Она хочет, чтобы пол под ней провалился. — Переспим? — Сильвия Лайкенс! — звучит внезапно слишком громко, и учительница дёргается, поднимаясь на ноги. Не хочет видеть чужих глаз, подозревает сколько там усмешки. — Что такое, Солнышко Дин? — прикусывает свой язык. — То есть, Дин? — разглядывая свои ноги, обутые в удобные мокасины, надеется, что не выглядит глупо. — Это мой папа, — хихикает мальчик. — А это Сильвия Лайкенс! — Та самая? — уточняет бархатно у сына, а после короткого «Ага!», перед лицом протянутая мужская ладонь. С красивыми длинными пальцами, и узловатыми венами. Сильвия краснеет от непристойных мыслей, что посетили её голову. Легонько касается своей, и тот уверенно обхватывает её. Горячая. — Та самая Сильвия? — сжимает ладонь. — Пэйтон. — Пэйтон, да, — кивает, неловко поднимая глаза. Зря. Он красивее, чем она помнит. Чертовки привлекателен. Настолько, что дух захватывает. Ребёнок хлопает недоумевающими глазками. Не понимает, что такое с его папой, и почему он не отпускает руку Мисс Сильвии. Видит состояние самой учительницы, что губы кусает. Краснеет, как будто у неё температура. — Папа, ты что не видишь, что ей плохо! Ты делаешь ей больно? — тянет мужчину за брюки. — Всё в порядке, — спешит оправдаться, почти говорит, что отпускать необязательно, благо вовремя закрывает рот. Ладонь всё же отпускают, и тревожно пробегают по Сильвии, оценивая её состояние. — Ты, — отсекает. — Вы в порядке? — Да, — глотает, заправляя непослушные волосы за ухо. — Душновато. Душновато? Да она горит внутри! От смущения, от возбуждения, и подросткового восхищения. Ей будто снова тринадцать, а перед ней крутой старшеклассник, что нравится всем девчонкам. Но блондинке не тринадцать, и перед ней не старшеклассник, а отец её ученика! Которому она предложила переспать в прошлые встречи! Сильвия должна срочно пересмотреть свои принципы. Потому что, кажется, её жизнь катится по наклонной. Только проводив взглядом спину отца Дина сумела расслабиться.

***

Пэйтон. Раскатывает это имя у себя на языке, пробуя на вкус. Мягкое звучание, слегка кусающее зубиков на последнем слоге. Произносит приятно, растягивать удобно. Немного стыдно делать это вот так, но она продолжает звать его вслух, если ей скучно дома. Тетрадки лежат, ждут своего часа, но Сильвия лишь шепчет медленно «Пэй-тон». И хихикает. Телефон издаёт звуки уведомления, с вибрацией. Несколько сообщений подряд заинтересовали девушку, потому та схватилась за мобильник. Неизвестный номер Говорят Что если люди встречаются случайно три раза То они предназначены друг другу Судьбой