Дождь для нас

Прошло уже 2 недели с моего приезда в Ленинград. Я полностью освоилась и наконец-то ощущала себя в свой тарелке. С родителями созванивались раз в 2 дня, долго обычно не говорили, но я по ним сильно скучала. Однако, ранку на сердце затягивали мои друзья и в этом я бесконечно была им благодарна. Несколько дней назад состоялся тот неловкий разговор с Густавом, который не давал мне покоя. Между нами нарастало напряжение, поэтому я приняла решение прояснить все именно сегодня. Меня разбудил звонок в дверь. — Держите, — сонная почтальонша протянула мне беленький конверт с печатью. — Недолго думая, я разорвала конверт и стала вчитываться в текст письма. «…Вы приняты в Академию Художеств имени И.Е.Репина». — Ааа!!! — завизжала я на всю квартиру — Кого убивают?! Ты что орешь? — послышался недовольный голос из соседней комнаты. — Ой, Прости! — я вбежала в комнату родителей Густава и плюхнулась рядом с ним на кровать. — Знаешь что?! — Мне сейчас очень тяжело соображать, — с полузакрытыми глазами пробубнил Густав. — Меня приняли в Академию! Я поступила! — Боже, Лея, так бы сразу и сказала! — подскочив на месте, Густав кинулся меня обнимать. — Ура! Ура! Ура! Наконец-то лёд между нами тронулся и все вернулось на привычные места. — Я невероятно рада, надо рассказать родителям и ребятам! — с эти словами я кинулась в сторону телефона. Обзвонив кого только можно, я наконец отложила телефон и пошла принимать утренний душ. Горячий душ — настоящая терапия для души. Стоя под струями воды, я во всю обдумывала сегодняшний разговор с Густавом. — Что же я ему скажу? …Нет, нет, это не подходит, подумает, что я дура какая, то… Тут дверь в ванную открылась и из-за шторки подул прохладный ветерок. — Черт, опять забыла закрыть защелку, — прошипела я. -Не волнуйся, я не надолго, — Густав уселся на край ванны так, что я видела часть его спины и мускулистую руку. — Звонили из Академии, сообщили, что занятия начинаются 6 сентября, нужно будет принести некоторые документы. В общем-то все, только вводное занятие будет. — Спасибо конечно, но ты мог сказать мне это после того, как я выйду из душа. Я тут вообще-то голая. — Так неинтересно. Может мне просто хочется посидеть рядом с обнаженной девушкой. — Значит так! — я схватила лейку от душа и облила Густава холодной водой, да аж так, что он завизжал. — Шуток не понимаешь совсем! Ванная дверь захлопнулась и все стихло. Тяжело вздохнув, я включила воду и завернувшись в махровое полотенце, вышла в коридор. Быстро прошмыгнуть за одеждой не вышло и на полном ходу я влепилась лбом в нос Густава. — Да что с тобой? Ты какая-то нервная. — озадаченно подметил Густав, потирая ладонью место ушиба. — Я нормальная. Не люблю, когда вмешиваются в мое личное пространство — проязвила я. Тут Густав нагнулся к моему уху и прошептал, едва касаясь кожи губами: — Ты кое-что обранила. Подняв с пола маленькие шортики и протянув их мне, с довольной ухмылкой он удалился в комнату, оставив меня сгорать со стыда посреди стекающей с волос лужи воды. — Джоанна, понимаешь, когда он рядом, я не могу адекватно воспринимать действительность, словно погружаюсь в транс или какой-то гипноз. Я просто не могу нормально думать! It’s unfair! Спустя час мы с Джо уже прогуливались в сквере у дома Густава. Я позвонила ей, потому что мне срочно нужен был совет подруги. — I think you should talk about it today! Я скажу Юре, maybe он поговорит с ним? — Боже, только не надо Каспаряну говорить. Вдруг Густав неправильно поймёт. Лучше уж я сама. Сегодня вечеринка дома, попробую подловить момент. — Как хочешь. Все будет хорошо. Я же вижу, что это взаимно! Может мороженое? — предложила Джо, заглядевшись на прилавок универсама через дорогу. — Давай. — Сегодня мы напьёмся! — сказала Джо с ехидной улыбкой. На обратном пути к дому, мы забежали в магазин и прикупили еды и питья для сейшена — планировалась лютейшая тусовка, все собирались провожать лето. — О девочки, вы пришли. А я ухожу щас к Юрику, у него там какие-то неполадки с гитарой, — обуваясь в белоснежные кеды сказал Густав. — Передавай привет. Мы пока накрывать все будем. — Окей! — Даже не посмотрел на меня. А вдруг я скажу какую-нибудь чушь и он больше не захочет со мной разговаривать… — Сейчас придумаем речь, Джо поставила пакет ну стул и победоносно тыкнула пальцем в стол. Разложив продукты и оформив небольшие закуски, мы открыли бутылку вина и стали подбирать фразы для разговора. — Слушай, дай-ка я что-нибудь включу на проигрывателе, а то все в тишине сидим. — Sure! Покопавшись на полке с пластинками, я неожиданно наткнулась на группу «Форум». Ничего себе, не знала, что Густав таким интересовался. Вынув ещё несколько пластинок Duran Duran и Joy, я все-таки решила поставить Джоанне Салтыкова, конечно же, в образовательных целях. Играет: Форум — «Какая нелепость» Я села на стул у окна и стала вслушиваться в текст незнакомой песни, которая с первых нот меня чем-то зацепила. Наверно, переживаемые чувства героя были мне не в диковинку…

Судьба нас в неравном свела поединке

Который зовется несчастной любовью

В глазах у тебя равнодушные льдинки

А я задыхаюсь от счастья и боли

И трудно быть рядом и страшно проститься

Откуда я знаю что лучше, что хуже

Живешь ты под небом где солнце и птицы

А в небе моем тучи черные кружат

А я ничего больше в мире не помню

А я для тебя все что хочешь исполню

А ты для меня неприступная крепость

Какая нелепость, какая нелепость…

К конце песни у меня непроизвольно потекли слёзы. Почему так обидно? Почему я плачу? Я совсем не понимала своё состояние. — Лея, are you crying?! — Джо мгновенно подбежала меня успокаивать. — Нет, Нет, все хорошо. Просто, вспомнила кое-что. — You're scaring me. Я приготовлю нам ромашковый чай, мама Юры говорит, что он помогает…relax. — Хорошо, спасибо. Тут мы услышали звон ключей — вернулись Гурьянов с Каспарярном. — Да ладно, Салтыков, ты где это откапала? — прокричал Юра из прихожей. — Спроси у своего друга! — намекнула я на Густава. Быстро утерев ладонью намокшие от слез щеки, я решила пойти в комнату и привести себя в порядок, прихватив с собой Джоанну. Живя в Германии столько лет, я обзавелась всевозможной косметикой, которой не было даже у американки, в прочем, она ей и не пользовалась. Высыпав все содержимое косметички на кровать, я стала рассказывать Джоанне о каждой вещице. — Вот тени с блёстками, вот блеск, вот карандаш для глаз и для бровей, есть ещё стразики и ресницы. — Wow, так много всего… — Джоанна осматривала каждую вещь с любопытством и крайним восторгом. — Слушай, давай я и тебя накрашу? — Usually, I don’t wear makeup, but it’s okay, сегодня особенный день! — Класс! Сейчас такой мейк забабахаем, все упадут! Только надо поторопиться. Легким слоем я нанесла на лицо Джо светлый тональный крем, веки украсила фиолетовыми тенями с шиммером, подкрутила ресницы тушью, добавила румянца на щёки и малинового блеска на губы. — Джо, ты похожа на настоящую рок-звезду! — сказала я и протянула Джоанне зеркальце. — Вау! Так непривычно! It looks very nice! Спасибо, ты настоящая волшебница! — восхитилась Джо. — Ой, кажется кто-то пришёл, иди скорее! Продев в ухо большу сережку-звезду, Джоанна побежала встречать гостей, а я занялась своим внешним видом. Мне определенно хотелось впечатлить Густава, а это значило одно — нужно выглядеть на все 100. Надев чёрную короткую юбочку и ярко розовую маечку, я решила сделать немного дерзкий макияж. Подведя глаза тонкой длинной стрелкой, нанеся легкий румянец и розовую помаду, я выглядела просто как участница группы «Комбинация». Распустив пучок, я накрыла плечи длинными волосами — образ был готов. Судя по шуму в коридоре, люди уже стали во всю подтягиваться, поэтому я поспешила их встречать. — Лея?! Вот это да, выглядишь сногсшибательно! Буду себя сегодня изо всех сил сдерживать, но ничего не обещаю! — сказал Африка. — Африка, ты в своём репертуаре. Главное зонтиком меня не прибей! — усмехнулась я, вспомнив недавний случай. — Неет, больше так нажираться не буду. Кстати, что у нас покушать есть? — потирая ладошки, Африка ушёл на кухню. Поговорив с Крисановым и Новиковым ещё пару минут, я пригласила парней на кухню, а сама забежала в ванную. Уже по пути на кухню я столкнулась с Густавом. — Ты сегодня очень красивая, — осмотрев меня с ног до головы, сказал Густав. — Спасибо. Я пойду за стол, ты в ванную? — Ага. Идя по коридору, я проклинала себя за несуразные и тщетные попытки завести разговор, который никак не клеился. Решение было на поверхности — больше алкоголя. А если алкоголя много, то и мыслей меньше. Сев за стол я налила себе стакан вина и сразу же отпила половинку. — Юра, это мне Лея сделала мейкап! — хвасталась Джоанна перед Каспаряном. — Да, девочки, выглядите сногшибательно! Давайте я вас сфоткаю! — предложил Цой. Я принесла ему свой фотоаппарат и мы с ребятами начали позировать — корчили смешные рожицы, разыгрывали сценки и делали вид, что целуемся. Густав тоже подоспел сделать с нами несколько кадров — мы с Джо оставили на его щеках яркие и жирные отпечатки губной помады. Так мы просидели несколько часов, выпивая бокал за бокалом, обсуждая все на свете, слушая модные пластинки и напевая любимые песни. Собрались все: Марьяша пришла, Курехин, Игорь с Леной, ещё «коллеги» ребят из рок-клуба, фотограф Наташа и другие. Пришло человек 15, если не больше, квартира была переполнена хохотом, запахом алкоголя и молодости. К полуночи все уже нажрались в дрова. Ещё более-менее соображая, мы с ребятами решили выйти покурить подышать. Густав, не долго думая, пригласил всех на крышу. Кое-как напялив кеды, мы переместились в поднебесную. Приближались тёмные тучи, небо розовело и готовилось пролить горькую слезу в дань уходящему лету. — Хорошо то как! Боже, я люблю эту жииизнь! — кричала я всей грудью. — Урааа! — подхватили ребята. Вдоволь проравшись, мы встали подальше от края крыши и стали наблюдать за закатом, а мальчики закурили свои любимые сигареты. Лето прощалось с нами. Лето, которое так переменило мою жизнь — эти последние 2 недели августа разбудили во мне желание жить, творить, любить в конце концов. Чёрные тучи уже приблизились к нам, поднялся прохладный ветер и первые капли застучали по металлическим бортикам крыши. Район накрыла тьма. — Пошли скорее! — окрикнул нас Каспарян. Ребята побежали в сторону выхода, а я так и осталась стоять как вкопанная, глядя на покачивающиеся макушки деревьев и людей, бегущих по тратуарам и укрывающихся газетами. Это состояние природы во время начинающегося шторма меня очень впечатлило и напомнило чувства человека перед переломным событием — шагом в неизвестность. Густав, шедший за всеми последним, заметил, что я стою на месте. — Ты чего, Лея, пойдём! Сейчас простудишься! — кричал он мне сквозь шум дождя. Вдруг, меня будто дёрнуло током. Я подбежала к Густаву и схватила его за руку. — Почему ты такой холодный! Я же вижу, что ты тоже что-то чувствуешь. Это электричество! Я не могу просто жить рядом с тобой, я не могу спокойно спать, зная, что ты рядом! Почему наше обращение после того случая в рок клубе так переменилось? И почему ты этого упорно не хочешь замечать? Густав стоял в оцепенении. Прошло секунд 10, после чего он очнулся и сжал мою руку в ответ. — Да я каждый день и каждую ночь думаю о тебе! Я никогда не испытывал таких чувств. Ни к кому! Я не понимаю, что со мной, я совершенно запутался, и да, я не холодный! Вдруг сверкнула молния, за который последовал раскат грома, и мы, не отцепляя рук, выбежали с крыши на лестницу. Молча отскочив друг от друга, мы вернулись в квартиру. — Вы чего там застряли? — спросил Цой, выходя из ванной. — Да вы насквозь мокрые, ребятки! Скорее переодеваться! Придя в сознание, я поняла, что вся моя одежда действительно была мокрая и неприятно прилипала к коже. Умыкнув в комнату, я переодела длинное домашнее платье и вернулась на кухню к ребятам. Переждав грозу и ливень, все потихоньку начали расходиться по домам. Последним ушел Цой, о чем-то пошептавшись с Густавом на прощание. Между тем, я стояла у стола и собирала стаканы, как вдруг почувствовала прикосновение тёплых рук. Играет Vangelis — Love theme — Ты нужна мне, — прошептал Густав, нежно гладя меня по влажным волосам. Я медленно повернулась и оказалась в его объятиях. Наши глаза на секунду встретились. Вдруг, обхватив мою шею ладонью и притянув к себе, он начал страстно целовать мои щёки. Я обхватила его порозовевшее лицо руками и накрыла алые губы робким поцелуем. Постепенно поцелуй становился более чувственным и осознанным. Пальцы моих рук перебирали рыжие локоны и медленно скользили к груди. Расстегивая пуговицы его рубашки, руки предательски тряслись, сердце готово было выпрыгнуть из груди, но это ощущение эйфории было ни с чем не сравнить. — Я люблю тебя, Лея, только будь со мной. — Я буду, обещаю. Люби меня… — прошептала я.