За Звёздный Горизонт

Лёша очнулся от непрестанного, хотя и довольно тихого тревожного писка приборной панели, лёжа на ней головой и попытался встать, чувствуя, как болит всё его тело, а судя по ощущениям, на лице даже была запёкшаяся кровь. Тяжело рухнув на панель от бессилия, он только с третьего раза смог сползти с неё и полусел-полулёг на пол, обессилено глядя на повреждённый потолок корабля, пытаясь для начала вспомнить, что вообще последним отложилось в памяти. И тут же он попытался вскочить на ноги, вспоминая своих преследователей, но тело совершено не дало этого сделать, да и зрение полностью не вернулось к его обладателю, заставляя его испустить протяжный стон от ноющей боли и рухнуть на бок, вытягивая руку в пустоту. — А… Ал… Алеф…— заплетающимся языком еле смог выдавить из себя Лёша,— об… общая… ди.. диаг… диагностика. Кажется каждое слово давалось ему с таким же трудом, как поднятие 80-килограммовой штанги, пока дрожащие глаза юноши уставились на сильно дёрганную голограмму, которая высветилась над ним, услышав голос хозяина. — Оценка состояния пилота закончена. Многочисленные ушибы, есть несколько несерьёзных порезов и рассечений, кажется имеется трещина в паре ребёр. Рекомендуется пройти восстановление в медицинском блоке. Диагностика корабля продолжается, так как многочисленные повреждения не позволяют быстро оценить какие системы бесповоротно повреждены, но многие внешние модули сломаны, двигатель не подлежит восстановлению, ядро реактора цело, кабина пилота сохранила герметичность,— продолжил тихо бубнить голос,— атмосфера этой планеты имеет очень низкую долю содержания кислорода, около 5%, ношение скафандра обязательно. — Ясно… Алеф… про… дол… жай… ди… агнос… тику… акти… вируй… меди…— не успел договорить юноша, как снова потерял сознание от накатившей на него усталости, закрывая глаза и погружаясь в сон. — Вы отследили его до поверхности? Это может быть важно,— всё тот же скрипящий голос раздавался по внутренней связи корабля, что в составе разрозненного скопления летал над атмосферой планеты. — Электромагнитные бури в атмосфере не дают отследить сигналы, ни одну частоту. Скорее всего придётся садиться на эту планету, если мы хотим найти его,— ответил ему командир группы,— никак иначе. Но с такими повреждениями он точно не сможет с неё улететь. — Хорошо, возвращайтесь на материнский корабль, дальше решим, что делать с беглецом,— связь оборвалась и небольшой рой кораблей быстро развернулся, направляясь к границам звездной системы. — Ауч,— Лёша вырвался из сна от словно электрического разряда и дёрнулся, немного ударяясь обо что-то рукой. Голова и вправду чуть покалывала, хотя общее ощущение стало лучше по сравнению с прошлым разом. Внезапно в расплылось образе перед глазами мелькнули три знакомых зелёных датчика, являвшихся глазами медицинского робота, которого судя по всему успел активировать компьютер. Внезапно юноша снова почувствовал это покалывание. — Пациент, не двигайтесь, я провожу операцию,— монотонно произнёс робот,— у вас на голове было рассечение, я прямо сейчас зашиваю его. Для лечения ушибов я использовал нейросенсорный костюм и встроенные микрогранулы, чтобы ввести через них лечебные мази. Трещины в рёбрах могут срастись в течение пары десятков часов, если вы минимизируете активность, иначе введённые вам стволовые регенеративные клетки не будут столь эффективы,— в механический голос было заложено нечто чуть старческое и ворчливое, что иногда забавляло подростка, но с большой вероятностью заставляло его следовать советам,— прогноз полного восстановления успешный. — Алеф… сколько… времени прошло… с момента крушения…— вновь обратился к бортовому компьютеру Лёша,— диагностика корабля и местности завершена… — Гип… дай мне попить,— обратился он к дроиду-медику,— кажется во рту у меня пересохло. — Показатели жидкости в вашем организме умеренные,— методично ответил ему робот. Однако он всё же протянул Лёше небольшой кубик, который он методично укусил, чувствуя как вода разливается по его действительно немного пересохшему рту, а прозрачная оболочка растворяется в его слюнной жидкости — Этого достаточно?— поинтересовался робот. — Да, на первых порах хватит,— стараясь не двигаться поднял голову Лёша, смотря на голограмму Алефа,— так что там по диагностике? — Состояние корабля критическое,— отреагировал компьютер,— его уже нельзя полностью починить: двигатель был критически повреждён во время попадания из оружия противника, внешние модули, включая крылья были критически серьёзно повреждены во время приземления, нельзя починить их подручными средствами. Однако реактор, кислородный генератор, системы связи и часть орудий корабля не пострадали. Ваш скафандр повреждён, но на корабле имеется резервный, более того ремонтные дроиды могут восстановить основной, шлем уже отправился в ремонт. Дополнительные модули к скафандру имеются. — Ты можешь связаться с выжившими с корабля?— быстро оценил ситуацию Лёша,— противники не ведут преследование? Кто вообще это был?!— выпалил он, вспоминая что хоть и читал многочисленные каталоги и базы данных кораблей, но таких точно никогда не видел. — Электромагнитная буря не позволяла наладить связь, однако она быстро рассеивается, сообщу о результатах в ближайшее время,— отреагировал Алеф,— ровно также я проинформирую вас, если мне удастся засечь врага. Большая часть нападавших принадлежит к неизвестному мне виду кораблей, собранные данные фрагментарны и остаточны, а мощностей для анализа не так много, но первичное сравнение не даёт и близко ничего похожего. Однако прямо перед нападением кораблю удалось засечь коррелианский беспилотник. — Коррелианцы?!— удивился подросток,— но что они делают так далеко от своих территорий?! Значит эти странные корабли их союзники? — Я не могу сделать достаточно информативный вывод из имеющейся у меня данных, но ваша теория выглядит довольно реалистичной,— пробубнил Алеф,— какие будут дальнейшие приказы, пилот AM713? — Ты всё же провёл диагностику планеты?— поинтересовался юноша. — Электромагнитные бури затрудняют данный процесс, но мне удалось собрать образцы близлежащей флоры и почвы, а также провести подробный анализ воздуха. Обнаружено совпадение биосферы с близлежащими исследованными планетами в соседнем секторе. Я бы сказал, что это довольно благоприятные планеты. Однако имеется заметное отличие: уровень кислорода в атмосфере около 7%, тогда как у тех планет он порядка 4%,— закончил короткий рапорт Алеф. — Стой…— вдруг что-то щёлкнуло в голове у Лёши,— во время моего предыдущего пробуждения ты говорил о 5%, разве нет,— спросил он? — Секунду… да, предыдущие записи показывают эту цифру, но более точный анализ показывает, что уровень 7%,— ответил ему компьютер. — Ладно… нихрена себе ошибочка,— произнёс Лёша,— кстати, ты так и не сказал мне, сколько времени прошло с момента моего крушения. — 32 часа, в впервые раз вы очнулись через 11 часов после крушения, но быстро потеряли сознание. Простите, что не начал ваше лечение ранее, но первичный анализ показал что ваши повреждения не так серьёзны, поэтому приоритет до вашего пробуждения и приказа был поставлен на анализ и восстановление систем корабля,— сообщил Алеф,— однако вам всё ещё рекомендован отдых, после чего можно будет попытаться начать исследование планеты, согласно общему протоколу Федерации. Ведь согласно закону, как обнаруживший данную планету вы будете иметь долю в правах на любые ресурсы, которые могут быть обнаружены здесь, а также на участок земли. — Отлично, мы тут выжили только что после столкновения с врагом, который предположительно является союзником одним из главных наших противников, связи пока нет, мы на отшибе исследованных систем, а ты предлагаешь мне заняться одиночными прогулками на неизведанной планете?— усмехнулся Лёша, качая головой. — Вы сами заложили в меня приоритеты на исследование дальних рубежей, при наших первых взаимодействиях,— монотонно произнёс робот, по всей видимости не воспринявший его сарказм,— данная планета или по крайней мере тот её участок, где мы находимся, не кажется враждебным. По крайней мере крупных представителей местной фауны я не обнаружил, местная флора очень пассивно реагировала на исследовательских дронов, а ваш скафандр вместе с костюмом защитят вас от практически любых вирусов или бактерий, если вы будете следовать установленным протоколам дезинфекции. — Да понял я тебя,— отмахнулся от него подросток,— лучше сообщи мне, когда сможешь установить хотя бы какую-то связь с нашими, а я пока отдохну. Эй, Гип, можешь принести мне визор дополненной реальности,— обратился он к дроиду-медику, который все это время что-то делал с его телом, периодически сканируя голубым лучом. — Да, конечно, это поможет вам расслабиться и не двигаться, поэтому я поддерживаю подобный запрос,— ответил тот. И вскоре он вернулся с прибором, который позволял юноше погрузиться в мир собственных фантазий, какими бы странными они не были, и уже через несколько минут подросток парил над бесконечными морскими просторами с крохотными песчаными тропическими островами, которые были сформированы на основе тех картинок, что он видел, когда читал базу данных о своей родной планете: Земле. Грубо говоря, Лёша не так много времени провёл на ней самой: родился и вырос он на её орбите, в комплексе ГЕОС, что был построен для решения проблемы перенаселения планеты, параллельно позволяя превращать саму планету скорее в заповедник и место жительства для богатейших людей планеты, так как в своё время планета оказалась чуть ли не на грани экологической катастрофы, и потому выселение большей части населения за ее пределы было жестоким, но разумным ходом. Flashback — Алексей Макаров, приветствую вас,— вежливо обратился к нему механический женский голос, принадлежавший крупнейшему искусственному интеллекту, созданному человечеством: Еве,— результаты вашего личностного тестирования были обработаны и составлен список приоритетных рекомендаций для дальнейшего вашего развития. Есть ли у вас какие-то особенные запросы, до того как я оглашу краткую сводку и передам вам полный рапорт. — Я хочу быть исследователем,— робко произнёс 13-летний Лёша,— у меня ведь есть шансы на это?— умоляюще обратился он к голосу,— я… я всё детство мечтал о бескрайних далёких мирах… перечитывал сотни энциклопедий… читал биографии и заметки исследователей… я… я верю, что готов идти к этому всю свою жизнь… пожалуйста… — Результаты нашего исследования согласуются с вашими словами, и у вас присутствует предрасположенность к этому направлению, однако боюсь, что ваш потенциал недостаточно велик, чтобы ваш дальнейший выбор был одобрен. Отбор в Исследовательский Корпус очень сложен и ваши шансы пройти его будут невелики, помимо энтузиазма от вас будет требоваться строгая дисциплина, профессионализм и серьёзные научные познания в нескольких областях,— наглухо отрезала все фантазии подростка машина. — Вам скорее рекомендуется творческая работа на дальних рубежах нашей федерации для реализации вашего потенциала: из вас мог бы выйти неплохой журналист или пилот, согласно первичному анализу. Это единственный ваш вопрос?— закончил фразу робот. — Точно нет никакого способа работать вместе с Исследовательским Корпусом?— выпалил Лёша,— я… я ведь не бесполезен… я ведь могу помогать им в чём-нибудь… им же не нужны одни только учёные! — Ваш запрос слишком основан на эмоциях, однако я смогла его успешно обработать,— словно пожурила его Ева,— в случае, если ваши результаты в армии федерации будут достаточно высоко оценены вы сможете выбрать более специфичную деятельность, чем у обычных солдат, и есть опция сопровождения и поддержки Исследовательского Корпуса. Пока что это всё, что я могу вам предложить,— сообщила она. На что юноша понимающе вздохнул, кивнул и забрал полный рапорт о своей дальнейшей траектории, покидая небольшую кабинку для оглашения результатов, чувствуя как его словно сдёрнули с небес на землю, четко демонстрируя ему, что все его старания лишь жалкая крупица того, через что бы ему пришлось реально пройти, чтобы попасть в Исследовательский Корпус. Сидя в орбитальном поезде, уносившим его по орбите вокруг планеты обратно в сектор, где находился его детский дом, и сравнивая возможные сценарии для себя, указанные в рапорте, Лёша открыл чат с товарищами по блоку и быстро написал туда сообщение, тыкая пальцами по маленькой виртуальной клавиатуре. — Ребят, кажется я всё-таки пойду в армию,— тяжело выдохнул он и вжался в сидение, понимая, что кажется иного выхода у него нет. End of flashback