No Puedo Ser Alfa

Когда он лег спать в тот день, у него было странное предчувствие. Ночь казалась тяжелой, и то, что во время ужина ему попался зубчик чеснока, было плохим знаком. Как только он заснул, начался сон, который перевел его в кошмар. Пейзаж вокруг него представлял собой поле цветов под ясным небом. Сынгван был рядом, улыбающийся и держащий его за руку. Цвета были яркими, ароматы сладкими, и воздух наполняла ощущение мира. Однако в глубине своего сознания Хансоль ощущал растущее беспокойство, которое заставляло его чувствовать, что тьма подкрадывается к краям его сознания. Вдруг сцена вокруг изменилась. Тепло солнца исчезло, и холодный ветер заменил приятный воздух, превратив его в метель, которая приходила с разных сторон. Небо потемнело впереди них, а цветы начали вянуть и умирать вокруг. Хансоль почувствовал давление в груди, настоятельное желание, которое он не мог игнорировать. Он посмотрел на Сынгвана, который продолжал улыбаться, не обращая внимания на происходящие перемены. — Сынгван, нам нужно уходить, — сказал он, хватая его за руки с тревогой. Сынгван посмотрел на него с недоумением, но прежде чем он успел ответить, Хансоль почувствовал непреодолимое влечение. Его внутренний инстинкт брал контроль. Без предупреждения Хансоль стремительно бросился вперед, его зубы вонзились в шею Сынгвана. Металлический вкус крови заполнил его рот, и волна обладания охладила его тело. — Хансоль… — произнес он тихим голосом. — Теперь мы одно целое. Первоначальное удовлетворение Хансоля быстро исчезло. Сцена вокруг него стала черной, и Сынгван начал исчезать в его объятиях. Хансоль попытался удержать его, но не смог предотвратить его исчезновения. Темнота окутала его, и вдруг перед ним появилась фигура, идентичная ему самому. Этот альтернативный Хансоль имел золотые глаза, сверкающие с жестокостью, которую Хансоль никогда не видел раньше. Фигура усмехнулась, и эта улыбка вызвала мурашки по всему спине Хансоля. — Кто ты? — спросил Хансоль с страхом. Этот человек просто улыбнулся, и после нескольких секунд его слова остановили кровь в жилах: — Навсегда, наш омега, — произнес он жутким голосом. Завывание этого существа наполнило воздух, низкий и пронизывающий звук заставил Хансоля упасть на колени, затыкая уши. Давление в его голове усилилось до такой степени, что ему казалось, что он вот-вот взорвется. Внезапно шум прекратился, и Хансоль резко проснулся, задыхаясь и покрывшись потом. Он огляделся в панике, ища Сынгвана. Кровать была пуста, и комната темной. Отчаяние охватило его, когда он быстро поднялся, почти споткнувшись о запутанные простыни. — Сынгван! — закричал он, когда сделал шаг к двери комнаты. Он вышел в коридор и наконец нашел его, сидящего за столом в столовой, сосредоточенного на своем ноутбуке, пока писал эссе. Хансоль испытал глубокое облегчение, но его тело все еще дрожало. Молча он подошел к Сынгвану и крепко обнял его сзади, зарыв лицо в шею друга и замечая почти незаметный шрам от укусов на его шее. Они не были парой, по крайней мере, пока он не оставил на Сынгване постоянный укус. Хансоль вздохнул. — Что случилось? — спросил омега, удивленно глядя на интенсивность его объятия. — Ты в порядке? — Прости… что так сильно, — прошептал Хансоль. — У меня был кошмар, и я испугался. Сынгван немного повернулся и обнял Хансоля, нежно гладя его по спине. — Я здесь, не стоит больше извиняться. Хансоль не мог отпустить Сынгвана, ему нужно было чувствовать его тепло и знать, что он в безопасности. Образ самоубийцы с золотыми глазами продолжал терзать его разум, а страх потерять Сынгвана поглощал его. — Хочешь остаться со мной, пока я закончу? — спросил Сынгван, предлагая ему утешение. — Мне осталось немного. Хансоль кивнул, не отпуская Сынгвана совсем. Он сел на стул рядом с ним, положив одну руку на его. Сынгван продолжал писать свое эссе, и звук клавиш вместе с успокаивающим присутствием Сынгвана начали успокаивать Хансоля. Медленно утомление от кошмара и облегчение от того, что он рядом с Сынгваном, овладели им. Хансоль положил голову на руку Сынгвана, закрыв глаза, в то время как его дыхание становилось более медленным и равномерным. — Отдохни, Хансоль, — Сынгван пробормотал, когда почувствовал, что его дыхание замедляется. Он продолжал работать, пока альфа спал рядом с ним. Сынгван почувствовал, как на короткое время его охватило облако феромонов от альфы, которые свидетельствовали о том, что Хансоль был напуган несколько минут назад. Ему все еще было удивительно, как две иерархии могли так одновременно улавливать множество вещей.

***

Все вначале казалось нормальным, но Сынгван начал чувствовать себя подавленным, когда они шли по коридорам, полным студентов. Его чувства усилились с превращением из беты в омегу. Запах стал острее, улавливая каждый аромат в воздухе, от сильного парфюма девушки в нескольких метрах до запаха пота кого-то, кто только что закончил урок физкультуры. Его восприятие окружающих также изменилось. Он мог видеть микроэкспрессии на лицах своих одноклассников и вдруг осознал, как ужасно некоторые омеги и альфы смотрели на бет. Группа омег шептались и смеялись, бросая презрительные взгляды на одного бету, проходившего мимо. Сынгван знал его, и если бы раньше увидел, то подумал бы, что он привлекательный, но теперь не мог увидеть в нем ничего хорошего. Альфы двигались с уверенностью и высокомерием, которых он раньше не замечал. Эта новая чувствительность делала все более враждебным и несправедливым. Перед тем как войти в класс, Джихун заметил, что Сынгван был очень отчужденным, и сказал, если ему понадобится помощь, то пусть обращается. Несмотря на все произошедшее, Сынчоль и Джихун продолжали обращаться к ним как прежде, хотя Сынчоль все еще проявлял осторожность, пытаясь защитить Хансоля от возможных неприятностей. Несмотря на кажущуюся нормальность, чувство наблюдения всегда присутствовало. Постоянно витало беспокойство, что что-то может снова вызвать страхи Хансоля или тревогу Сынгвана. — Привет, ребята, — сказала Дживон, появляясь из одного из коридоров и встречая их. Её улыбка была явно искренней по отношению к Сынгвану, но натянутой для Хансоля. — Надеюсь, у вас все в порядке. Девушка бросила напряженный взгляд на Хансоля, и он, избегая ее, просто кивнул. — Спасибо, Дживон, — ответил Сынгван. — Если тебе что-то нужно, — произнесла Дживон в его сторону и бросила быстрый взгляд на Хансоля, — ты знаешь, где меня найти. Мой дом всегда будет твоим домом. Сынгван кивнул, и разговор быстро закончился. Дживон быстро ушла. Хансоль крепко сжал руку Сынгвана, предлагая поддержку без лишних слов. Когда альфа и омега расстались, начались занятия в их соответствующих классах, и Джихун увел Сынгвана с собой. В классе их уже ждали остальные, первым бросив на них взгляд был Мингю. — Эй! Как дела у нового омеги? — весело спросил он, но спустя секунду почувствовал, что сказал невежливо. — Нет... хочу сказать, как мои два друга омеги? Снова Мингю почувствовал неловкость из-за своих слов и, не зная, что сказать, быстро посмотрел на своего партнёра в поисках помощи. — Доброе утро, ребята, игнорируйте Мингю, — сказал Вону, помахивая рукой в приветствии. — Моя мама сделала пироги с яблоками с глазурью, она сказала, чтобы я отдал каждому по кусочку. — Вкусно! — ответил Джихун, возбужденно забирая пирог из рук Вону. Сынгван глубоко вдохнул и почувствовал яркий вкус в горле, почти каждый ингредиент ярко ощущался на языке. — Это слишком, — прошептал Сынгван, его дыхание становилось все более учащённым. — Что ты сказал, Сынгван? — спросил Вону, протянув торт и улыбаясь. — Все слишком интенсивно. Запахи, взгляды... — его голос становился все тише, и ранее угнетенный взгляд Мингю с любопытством упал на него. — Сынгван? — Это... это ужасно. Джихун обнял Сынгвана, стараясь успокоить его, но интенсивность чувств Сынгвана продолжала расти. Он почувствовал подавляющую необходимость убежать. — Мне нужно уйти, — сказал он, отстраняясь от своих друзей и направляясь в туалет. — Мне нужно... Мне нужно побыть одному на минуту. Шаги Сынгвана казались более быстрыми, чем раньше. Изменилась ли его скорость или это всего лишь восприятие, созданное его пятью чувствами, меняющее реальность? Сынгван вошёл в туалет бет, ища безопасное место, где он мог бы успокоиться. Присутствующие беты с удивлением и неприязнью посмотрели на него. — Эй, ты не можешь быть здесь, — смущённо произнёс один бета второго курса. — Не знаю, что ты задумал, извращенец, но выйди отсюда, прежде чем я позову преподавателей, — сказала другая бета последнего года. — Простите, — сказал Сынгван, пытаясь игнорировать тот факт, что от одной из них он чуял запах яблок, которые она, очевидно, ела до университета. — Мне просто нужно немного... — Нет! Убирайся отсюда. — Это омеги придумали это глупое правило о раздельных туалетах по кастам в университете Сеула, и именно они первыми его нарушают? Ты издеваешься? Беты начали повышать голоса, требуя, чтобы он ушёл, но Сынгван не мог сдвинуться с места. Тревога парализовала его. Шум нарастал, привлекая внимание преподавателей и студентов поблизости. Один из бет вышел из туалета и сильно толкнул Сынгвана в стену. Ситуация выходила из-под контроля. Сынгван почувствовал, как воздух стал тяжёлым, а его чувства обострились — всё: звуки, запахи — переполняло его. В конце концов, в туалет вбежали несколько профессоров. Один из них осмотрелся, пытаясь найти виновника, но, заметив Сынгвана на полу, сразу же понял, что происходит. — Хорошо, успокойтесь все, — сказал преподаватель, пристально глядя на Сынгвана с тревогой. — Сынгван, ты в порядке? Прежде чем Сынгван смог ответить, к нему на помощь подбежали Джихун и Сунён. За ними следом шёл Сынчоль, стараясь пробраться сквозь толпу студентов, которые столпились снаружи. — Сынгван! — вскрикнул Джихун, осторожно отодвигая бет, чтобы добраться до своего друга. Снаружи голос Сынчоля, требующего войти, отзывался эхом, но было очевидно, что другие беты снаружи не пускали альфу. — Джихун... это слишком, — тихо прошептал Сынгван, держась за уши обеими руками. — Всё слишком интенсивно. Я не могу это вынести. — Успокойся, Сынгван, — сказал Сунён, гладя его по руке, чтобы он расслабился, а потом обнял его. — Мы здесь. Всё будет хорошо.