Когда наступает ночь

***

      Плеск.       Ботинок расплескивает дождевые капли в стороны и уносится дальше.       Неровности асфальтированной дороги заполнены влагой после прошедшего недавно дождя. Густой тяжелый воздух оседал белым туманным покрывалом, вокруг царила повышенная влажность. Пасмурное небо терялось среди темных крон высоких деревьев, рождая неполный сумрак, что продолжал остывать и синеть. Промозглый холод, сырость и слякоть — противное послевкусие дождливой погоды Чесфилда.       Девушка мчалась изо всех сил вперед, спасаясь от преследователя. Каштановые кудри развевались по ветру, бледное лицо девушки горело от напряжения. Мышцы во всем теле покалывало. Казалось, еще чуть-чуть и она выбьется из сил, свалиться на бесконечно тянущийся вперед асфальт. Ни одной проезжающий машины, но одной живой души, способной оказать помощь.       Она сворачивает с асфальтированной дороги и ищет спасения среди кривых веток и кустов. Сырая тишина встречает ее одиноким безразличием. Ботинки скользят по влажной земле, поэтому она цепляется пальцами за зеленой покров из травы и мха. Те мигом приобретают характерный резкий запах. Пот струится по спине и вискам. Ветровка мерзко липнет к спине, а каштановые завитки к щекам. Девушка продолжает взбираться наверх. Вперед. Дальше. Еще немного. Где-то там она сможет оторваться. Преодолев нелегкий подъем она оказывается на круглой поляне. Мелкие неприглядные полевые цветы, впитавшие достаточно влаги, сияют ярче драгоценных камней. Наступает звенящая тишина. Она чувствует дикую усталость, заложенность в ушах и боль в мышцах.       А затем страх пронзает дрожащее нутро. Она видит по ту стороны поляны нечто. Красные глаза зверя не бликуют — они поглощают свет. Не живые и не мертвые — стеклянные, пугающие, пронзающие до самых костей. С его приходом воцарилась мертвая тишина. Лес безмолвно застыл, словно в оцепенении — в ожидании развернувшейся картины.       Она сделала два неловких шага назад, будто едва научившийся ходить олененок. Затем еще и еще. Зверь двинулся с места. И прежде чем девушка успела закричать, земля под ногами исчезала. Она летела кубарем вниз по склону, на который так утомительно взбиралась. Гулкие удары о землю не прошли даром. Под ребрами болезненно треснуло. Скользкие камни и валуны, волнистые корни, впивались и царапали нежную кожу, орошая кровавыми бороздами. Она заставила себя подняться несмотря на прожигающую, ломающую боль во всем теле. Обратный путь был более долгим, более неясным. Лес перед глазами издевательски плыл, будто пытался ее запутать, сбить с пути и оставить сгнивать среди мха и плесени, облагораживая собственную почву.       Впереди почудился блик света. Дорога! Она ускорилась, захромала активнее. Девушка встала посреди дороги. Это была она — последняя надежда. Тем временем сумерки уступили место непроглядной ночной тьме. Потому впереди вместо желтых светил транспорта она разглядела ядовитые алые огни. Они в мгновение ока очутились прямо перед ней. Треск рвущейся плоти был настолько ужасаем, что она даже не успела ощутить боли. Несвойственный холод коснулся внутренних органов. Горячая жидкость потекла вниз по линии шва джинс. Резкий запах отрезвил, заставляя придти в себя. Крик поднимающийся из груди одной мощной волной заклокотал булькающим звуком. Изо рта хлынула обжигающая влага с отвратительным привкусом. Она заполнила рот, не давая разразиться плачем или дающим облегчение визгом. Тело била крупная дрожь, она дрожала так сильно в стальной хватке незримого зверя, сама не осознавая собственную предсмертную агонию.       Веки девушки опускались против ее воли. Яркие ночные звезды насмешливо блистали среди чернеющей мглы, равнодушные к чужому кошмару.       Не прошло и нескольких часов как долгожданная надежда вывернула руль на необходимое шоссе. Автомобильные фары осветили неподвижную фигуру на обочине дороги, а после загорелась красно-синяя мигалка. Надежда зажглась — осветила непроглядную тьму, разгоняя монстров, прячущихся во мгле. Но было уже слишком поздно. Мертвенно бледное лицо девушки застыло во времени, будто неестественная маска.       Спустя еще некоторое время, едва рассветные лучи коснулись горизонта, участок дороги оцепили. Люди в полицейской форме искали следы того, кто исчез в потемках.       Мужчина провел шершавой ладонью по шее, узнавая в чертах лицах знакомого человека.       — Карлайл, думаете, это мог сделать человек? — Хмурится шериф, обдумывая что сказать дочери, жмущейся на заднем сиденье авто.       — Больше похоже на голодного зверя. Тело полностью обескровлено и растерзано, что говорит о неконтролируемой жажде. — Сухие факты.       — Но она выглядит так, будто… — Шериф не продолжает.       — Будто с ней поигрались? — Откровенно задает вопрос Карлайл. Он видит смесь горечи и смятения в лице отца молодой девушки. Девушки, которая училась вместе с погибшей. Девушки, которая все уши прожужжала про новенькую ученицу. А теперь отчаянно пряталась в глубине машины, не зная как справиться с собственными чувствами. — Понимаю, видя состояние рук и обуви. Она могла пытаться бежать или бороться с безумным зверем, но Вы и сами понимаете…       Мужчины кивают друг другу. Чарли возвращается к машине, собираясь отвезти Лору домой. А Карлайл подзывает носильщиков, чтобы тело сгрузили и увезли.

***

      Я подскакиваю в постели. Тело знобит, вся подушка и простынь промокли. Воздуха категорически не хватает. Я стараюсь проглатывать его порциями, усилием заставляя легкие работать. Сердечный ритм бьет по вискам.       Черт! Проклятие!       Окно распахнуто. Мощный шквал ветра прорывается в комнату, плотная ткань штор взлетает. Прохладный ночной воздух гладит открытые майкой плечи, заставляет мурашки пробежаться по позвоночнику. Голубое лунное свечение озаряет комнату. Полнолуние.       На ватных ногах выползаю из-под одеяла и плетусь к окну. Створки немного заедают и приходится приложить силу. Тонкие лямки лениво сползают с плеч, я раздраженно их поправляю, вновь прикладывая силу к оконной раме. Воздух скользит по бедрам в коротких пижамных шортах, заставляет невольно поежиться. Я недовольно корчусь и наконец расправляюсь с проблемой. Задвигая шторы, замечаю скользнувший среди деревьев силуэт. Но протерев глаза, силуэт пропадает, будто никого и не было.

***

      Мы с Джессикой и Анжелой расположились на школьном газоне. Подростки ловили последнюю возможность поваляться в мягкой траве до первого похолодания. Благо места предостаточно, а потому можно не волноваться, что кто-то рядом пригреет уши.       Пока девчонки обсуждали предстоящий бал, я была погружена в раздумья. Сегодняшний сон выбил меня из колеи. Я будто прожила момент гибели Флоранс. Что же на самом деле здесь происходит, мать вашу?!       Если бы проблемы на этом заканчивались… Я всегда считала процесс запечатления чем-то странным, потому никогда не интересовалась более детально. В памяти только что-то о заботе и обреченности.       Порой кажется, что память меня подводит. Я со скрипом вспоминаю обстоятельства своей прошлой жизни. Такие как номер дома, количество фонарных столбов на улице, сколько из них работают, а какие нет, хотя раньше, уверенна, помнила об этом. Беспокойства одолевали меня, но были вещи, представляющие собой явную опасность и являлись первостепенными.       Пол может и подождать. Тем более я не видела его с тех пор, как он великодушно оставил меня у крыльца.       Лора который день выглядела расстроенной и озадаченной. Она уходила первой, избегала общества своих школьных друзей и производила впечатление человека с серьезными проблемами.       — Эдвард Каллен сбежал стоило ему посидеть с Лорой на биологии. — Вздохнула Джессика с грустью глядя в серое ненастное небо Чесфилда. — А ведь она намеренно поменяла свое расписание, чтобы попробовать поговорить с ним.       — Ужасно. — Встрепенулась Анжела. — Как он мог так поступить?       — Думаешь, он поэтому уехал из города на пару дней? — Предположила Анжела, на что Джессика пожала плечами, удобнее устраиваясь на траве.       — Погода испортилась и Каллены вернулись. — Ответила девушка. — А жаль, так не хватает солнца… — Мечтательно произнесла она.       — Не понимаю, что Лора нашла в нем. Разумеется, он чертовски красив, но… даже не знаю. — Сомнения в голосе Анжелы предостаточно. И в этом я ее понимаю.       — Забейте. Чужая душа - потемки. Позже будем отплясывать на их свадьбе и говорить, что считаем их идеальной парой.       Джессика усмехнулась.       — Ты права. Каллены здесь совсем недавно, а Лора не из робкого десятка. Уверена, у нее все получится. — Она замолчала на пару секунд, а потом приблизилась и с усмешкой заговорила, — к слову, что у вас с Тайлером?       — В смысле? — Мой недоуменный ответ ни капли обеих девушек не смутил, а даже наоборот раззадорил.       — Лора сказала, что вы неплохо поладили в прошедшей поездке.       Я попыталась прикинуть количество фраз, что мы успели сказать друг другу за все (!) время. Тайлер безоговорочно пускал слюни на Лору, а вот она уже сходит с ума из-за Каллена. Джесс нравится Майк, Анжела с Эриком, выходит, мы с Тайлером остаемся не у дел. Спасибо, подруга, удружила. Однако, я не в восторге от парных свиданий. Думаю, мы с Тайлером во время общих — пока потенциальных — прогулок с удовольствием посидим дома. Каждый в своем.       Закатываю глаза, что получается весьма показательно.       — Где же сама Лора? — Пытаюсь перевести тему.       — Я видела ее странного друга возле школы, когда шла сюда. — Ответила Анжела. — Как же его звали? Ну, тот… — Она никак не могла закончить фразу.       — С голым торсом? — Одновременно с ухмылкой поинтересовались я и Джессика, а после захихикали. Анжела снисходительно на нас посмотрела.       Хотелось разъяснить ситуацию до того, как она встанет боком. Искать пришлось недолго. Лора нашлась на заднем дворе — и чего всех сюда тянет? — в компании Джейка. Они о чем-то тихо спорили. Девушка ткнула его острым ногтем в грудь, вынуждая отойти на шаг.       Занятно.       Прячусь за ближайшую стену в надежде услышать на каком этапе сюжета мы находимся.       — Подслушивать чужие разговоры - одно из твоих увлечений?       Я оборачиваюсь с мыслью послать капитана-очевидность куда подальше, но вздрагиваю и вжимаюсь затылком в холодную стену. Чуть склонившийся Эдвард, сложивший руки в передние карманы джинсов, выглядит непринужденно, золотые глаза метают задорные искры.       Только его здесь не хватало! Пару раз хлопаю глазами. И не находясь с ответом — разворачиваюсь обратно. Отсюда почти ничего не слышно, еще и Каллен напрягает своим присутствием. О чем же они говорят?       Внезапно бархатный тембр вампира цитирует развернувшуюся сцену. Я даже замираю в волнении.       «— … не честен со мной!       — Ты сходишь с ума!       — Я знаю ваш секрет, и пока никто не пострадал, верно? Так почему ты не ответишь?       — Это ничего! Не изменит! — Переходит на рык Джейкоб. Я невольно съеживаюсь, ведь теперь практически слышу их самостоятельно.       — Для меня изменит!— Крик Лоры звучит отчаянно. Неужели ей так важна тайна вампиров — тайна Эдварда? — Если существуют оборотни, значит кто-то еще? В…»       Эдвард замолкает на полуслове. Я вижу, как его золотой взгляд темнеет, превращаясь в два черных глубоких омута. Не сомневаюсь, он готов броситься на защиту тайны, а значит своей семьи, прямо сейчас. Свидетелем чего мне быть не то, что не хочется, а даже нельзя.       Внутренний голос подсказывает, что пора валить. Я дергаюсь в сторону, но авантюра с треском проваливается. Меня хватают за плечо и разворачивают обратно, прижимая стальной хваткой к стене.       Проглатываю вязкую слюну в подготовке к тяжелой баталии и уговорам, что «я — могила, Эд, никому не скажу». Хотя прямо так дословно лучше не стоит…       Теперь Эдвард знает о Лоре и ее расследовании, а благодаря ему и я тоже! Не хватало для полного комплекта заиметь еще и главного героя, пытающегося меня убить. Прекрасно, просто сказка!       — Ты не договорила. — Вдруг очень тихо говорит он, наклоняясь неожиданно близко. Через черноту радужки начинают пробиваться золотые крапинки. И я понимаю, что он возвращает себе «нормального» Эдварда. Должно быть, чтобы Джейк не услышал?       Я, поглощенная внутренними разборками с самой собой, озадачено на него смотрю.       — Что у вас с Тайлером?       Чего? Осознание доходит долгие секунд десять. Он подслушал наш разговор во дворе? Стало неловко. Но ему должно быть стыднее! Кто в здравом уме будет заниматься подобным. Ах, да, точно — Эдвард Каллен.       Чувак? Серьезно? Может он пытается запутать меня? Выбить из колеи, чтобы я обо всем забыла?       — Слушай, я совсем забыла! Мой домашний геккон сегодня не обедал, да и вчера тоже. В общем, мне срочно нужно домой. Удивимся!       Надеюсь никогда.       И бегу.       Эдвард дает мне уйти. И, кажется, я видела его улыбку?

***

      Фургон упомянутого Тайлера выворачивает из-за угла. Я машу ему рукой, и он притормаживает рядом. Очень удачно. В конце каждого дня я вылавливаю одного из своих друзей (чаще всего Лору) и прошу великодушно подбросить до дома. Пока никто не отказывал.       — Запрыгивай. Но у меня есть одно дело. — Хитро щурится парень. — Сделаем и поедем.       — Какое дело? — Очевидно проявляю интерес. Знает ли он какие слухи о нас распространяет Лора? Вряд ли ему это понравится.       Фургон движется плавно. Въезжает на школьную парковку. Я замечаю возле ядерного пикапа Лоры саму подругу и остальных наших друзей. Немного приподнимаю уголки губ, радуясь предстоящему разговору, как Тайлер начинает набирать скоростью. В недоумении поворачиваюсь к парню. Открываю рот, чтобы спросить в чем дело, но не успеваю. Колеса криво скользят по асфальту — машину заносит. Даже я понимаю, что так быть не должно, и ситуация выходит из-под контроля. Тайлер резво выворачивает руль, крутит из стороны в сторону, но тяжелая груда металла поддается не владельцу, а силе инерции. Шаловливость и задор в выражении лица парня сменяется растерянностью, а после испугом. Я хватаюсь за панель перед собой, чтобы не биться головой о каждую вертикальную поверхность. И вспоминаю в чем же дело. Тайлер, решивший покрасоваться перед Лорой чуть не убивает ее, но Эдвард, словно прекрасный и таинственный рыцарь спасает главную героиню, открывая ей свою суперсилу и девушка убеждается в своих догадках.       Все происходит, будто в замедленной съемке. Я гляжу, как разворачивается Лора, шокировано прирастает к земле, открыв в изумлении рот. Ее книга летит в лужу. А Эдвард стоит на месте.       Что? Почему? Почему он ничего не делает? Еще слишком рано? Он успеет?       Тысяча и одна мысль пробегает в моей голове. Когда мне кажется, что Лора уже слишком близко — не выдерживаю.       Меня всегда учили — нельзя лезть под руку водителю. Ни в коем случае не мешать! Но сейчас я делаю все ровно наоборот. Не уверенная, что это принесет положительные плоды или хоть какие-то в принципе — я шмыгаю вплотную к Тайлеру, едва протискиваю ногу к педали и нажимаю изо всех сил, хвастаюсь за кожаную обивку руля и дергаю на себя. Оказывается, это была педаль газа. Чудо, но сработало. Авто круто ведет в сторону. Мы пролетаем боком мимо Лоры в считанных сантиметрах и влетаем в автомобиль напротив. В лицо бьет подушка безопастности. Слышу только звон в ушах и болезненную пульсацию.       Машина чуть приподнимается со стороны носа и сдает назад. Совсем немного, но достаточно. Я понимаю — Эдвард. Бросаю тяжелый взгляд в боковые зеркала, вижу бегущих к нам людей. Облегченно выдыхаю, что проделки вампира остались незамеченными в суматохе. Эдвард запрыгивает на капот. Тот противно ухает и скрипит под весом тяжелого тела. Каллен прогибается внутрь салона, и я только сейчас осознаю, что лобовое стекло выбито. Сознание медленно, но верно покидает меня. Чувствую запах пали. Затем осторожные прикосновения ледяных пальцев. Уже не таких отвратительных, а дарящих странное облегчение, успокаивающих боль. Эдвард поднимает меня на руки бережно и аккуратно, словно хрупкого новорожденного младенца. Несет куда-то, что я едва ощущаю движение. Его холодный подбородок касается моего лба, и я теряюсь в закоулках собственного разума.