Горячий придворный роман

Нет! Боже, пожалуйста… я не выдержу… Что толку отбиваться, пытаясь оттолкнуть распаленного зверя, почуявшего во мне беззащитную добычу. Конечно, я брыкался и кусался, бил, куда придется, но силы были явно не равны. Меня приложили затылком об пол, отчего во рту тут же разлился металлический привкус, с тела содрали перепачканные кровью бриджи: краешком сознания я слышал треск разрываемой ткани. — Прекратите! Умоляю, не трогайте меня! Остановитесь! — Хороший, — прогудел над моей головой Поль. — Жалко, маленький, как цыпленок: быстро кончится… Нет, не может быть, что это происходит со мной! Громадное тело вдавило меня в пол, я задыхался от тяжести, ужаса и боли, прекрасно понимая, что сейчас станет в тысячу раз хуже. Меня просто разорвут живьем: унизительно, страшно и совершенно безнаказанно, поскольку здесь нет и не может быть Руана Де Корд — здесь находится лишь какой-то безродный мальчишка, чья жизнь и честь не стоят и ломаного гроша. Я уже не кричал, только хрипел, пытаясь вывернуться из-под насильника, как вдруг что-то изменилось: Поль взревел, словно раненый вепрь, а из его горла вдруг вырвалось острие клинка, похожее на осиное жало. Кровь хлынула ручьем, я едва успел отвернуться, а затем громадная туша свалилась куда-то в бок, освобождая меня от ужасного и позорного конца. — Руан, — ласковые пальцы коснулись моей щеки, стирая слезы, кровавые подтеки и грязь. — Боже, мальчик… Иди ко мне… Ален?! Ален! Не знаю, каким чудом мне удалось выжить, дождаться, дотерпеть… С глухим стоном я подался вперед, в надежные объятия альфы, глаза которого горели диким янтарным огнем. Окунувшись в знакомый и такой родной аромат парфюма герцога, я наконец-то почувствовал себя в безопасности. Ален не даст никому меня мучить… Как же я его ждал… Боялся поверить, но ждал… Герцог снял с плеч длинный дорожный плащ, чтобы закутать меня в него, причиняя мучительную боль при соприкосновении ткани с израненной спиной, но я даже не застонал, опасаясь, что мне все это просто грезится. Я буду терпеть, лишь бы все было правдой… Вцепившись в плечи мужа, я плакал, боясь отпустить его хоть на мгновение. — Тише, мальчик, — шепот срывался с губ альфы прерывистыми выдохами. — Все, мы едем во дворец… — Они меня не выпустят… я убил Жерара… — А я убил их всех, — ладонь Его Высочества скользнула по моим волосам, успокаивая и утешая. — Иди ко мне. Стоять на ногах я не мог, поэтому Алену пришлось подхватить меня на руки, чтобы, перешагнув через тело Поля, направиться к выходу. В коридоре то тут, то там, взгляд находил мертвых охранников, упавших там, где их настиг клинок герцога Лебрана. Отвернувшись, я вжался лицом в мундир Его Высочества, все еще не веря, что покидаю ледяные стены темницы. — Стой! — громкий окрик заставил Алена замереть, а затем медленно обернуться. — Именем короля! Я старший дознаватель приказываю вернуть преступника в камеру и сдаться властям! — Да ну? — хищная усмешка скользнула по губам Алена. — Любопытно… Руан, сможешь стоять? Немного, пару минут? Подавив истерическое желание вцепиться в мужа, прячась от всех опасностей мира в его объятиях, я осторожно кивнул, чтобы не вызвать очередное головокружение. Ален поставил меня на пол, а затем обернулся к месье Шерро, уже обнажившему свой клинок. Ноги подкосились, поэтому я медленно сполз по стене, глядя в спину альфе, который шел навстречу дознавателю с одной целью: убить человека, причинившего боль его избраннику — мне. — Ваше Высочество?! — ахнул месье, разглядев, наконец, в полумраке лицо ночного визитёра. — Что Вы здесь делаете?! — Забираю домой супруга, — с губ герцога сорвалось глухое рычание. — Не пойму только, как у тебя хватило ума запереть здесь омегу! Моего омегу! — Не… не может быть, — выдохнул месье Шерро, отступая на шаг. — Этот мальчишка?! Говорил правду?! — Так он говорил, а ты ему еще и не поверил?! Я услышал звук удара, еще один и еще. — Ваше Высочество, пощадите! Я и предположить не мог! Агр… кх… Судя по всему, Ален держал дознавателя за горло, медленно сжимая пальцы, словно тиски. — Одно мое имя должно было являться для Руана лучшей защитой! А ты поступил с крон-герцогом Де Корд, как с грязным отребьем! Я лежал на полу, не имея сил пошевелиться, поэтому лишь по звукам, доносившимся из полумрака, мог догадываться, что там вообще происходит. — Кольцо… был свидетель… что юноша украл… вот… — Это! Обручальный! Перстень! — Ален с силой трижды вонзил в грудь месье кинжал. — Руана! Тело моего мучителя рухнуло навзничь, когда герцог брезгливо отшвырнул того прочь, вновь оборачиваясь ко мне. — Мальчик? Потерпи еще немного, любовь моя… Я тихонько застонал от боли, когда герцог подхватил меня на руки, но эта боль была такой далёкой, уже пережитой… Все закончилось… все пройдет… главное, что Ален здесь, со мной… — Придется ехать верхом, у меня не было времени брать экипаж, — шепнул герцог в мою макушку, перемежая слова с поцелуями. — Сможешь выдержать? — Я сильнее, чем кажусь, — улыбаться разбитыми губами было сложно, но я справился с этой задачей. — Ален… думал, никогда Вас уже не увижу… Верный конь Его Высочества и ухом не повел, когда вместо одного седока на его спине оказалось сразу двое. Герцог устроил меня впереди себя, прекрасно понимая, что иначе я просто не удержусь. Одной рукой прижимая меня так, чтобы я не сползал и не касался бедром луки седла, Ален направил коня прочь от тюрьмы. Конь шел шагом, послушный каждому движению поводьев, ведь иначе вдвоем ехать было бы невозможно — я был почти без чувств и не способен держаться. — Потерпи, Руан, — альфа бережно кутал меня в плащ. — Сейчас прибудем домой и тебя осмотрит лучший медикус. Только потерпи, прошу… * * * Я несколько раз терял сознание по дороге во дворец, поскольку слабо помню, как мы добирались из города до резиденции Его Величества, но главное, что я ощущал — это надежные объятия Алена, биение его сердца под моей щекой и голос, все время звавший меня по имени. — О, боже… милорд… боже, какой ужас, — донесся до меня тихий вскрик Элен, увидевшей, в каком состоянии герцог возвратил меня домой. — Нужна теплая вода, — приказал Ален, ногой распахивая двери в спальню. — Разумеется, — тут же собралась камеристка. — Нужно сейчас же смыть кровь… Его Светлость без сознания? — Это к лучшему, — Ален осторожно опустил меня на постель. — Подожди, я тебе помогу. Буду держать Руана, пока ты осторожно промоешь раны. — Я сам, — голос звучал так слабо, что мне и самому было едва слышно. — Но сначала пить… К губам тут же поднесли край бокала с водой, и в иссохшее горло наконец-то хлынула освежающая влага. Я пил, захлебываясь и дрожа от жадности. Как же я мало ценил самые простые вещи прежде, чем был их лишен… — Мальчик, — губы Его Высочества коснулись моего виска. — Прости, что не уберег тебя… — Это была честная дуэль, — ответил я, силясь улыбнуться. — Вы бы гордились мной, увидев, как я бился. — Я горжусь тобой, Руан, — серьезно ответил герцог, глядя прямо в мои глаза. — Ты проявил бесстрашие и невероятную силу воли. А теперь нужно еще немного потерпеть. Рубцы на спине требуется промыть. И это будет больно. — Я справлюсь… Когда Вы рядом, мне не страшно. — Хорошо, — Ален снял военный мундир, а следом и рубашку, оставшись в одних бриджах. — Элен постарается быть как можно более нежной, но ты все равно сожми в зубах это. Скрутив шейный платок в тугой жгут, Его Высочество осторожно вложил его в мой рот, чтобы можно было стискивать зубами ткань, если станет совсем уж невмоготу. Моя камеристка сдержалась, чтобы не ахнуть, когда герцог поднял меня на ноги и помог добрести до ванной, полной теплой воды. Представляю, какое кровавое месиво она видела на моей спине, однако девушке хватило выдержки справиться с собой и начать деловито помогать хозяину, не спрашивая того ни о чем. — Сможешь сесть? — альфа держал меня так, чтобы я ни в коем случае не упал, перешагивая высокий бортик ванны. — Будет больно. Я только кивнул, стискивая зубами платок. И да, это было ужасно болезненно, когда теплая вода попала на свежие раны — из горла сам собой вырвался долгий протяжный стон. — Ты чертовски храбрый, мальчик, — герцог взял мягкую губку, чтобы обработать сильно пострадавшую спину. — Терпи. Сейчас придет лейб-медикус и принесет заживляющие мази, но раны должны быть чистыми. Готов? Я вцеплялся пальцами в бортики, когда глаза застилала белая пелена боли, утыкался лбом в плечо Его Высочества, рвано и судорожно дыша. Но я терпел, позволяя мужу помогать мне, абсолютно и полностью ему доверяя. Если Ален говорит, что нужно терпеть — я потерплю, пусть даже по щекам снова катятся безмолвные слезы. — Все, Руан, тише, мой хороший, — Его Высочество кивнул Элен, и та аккуратно полила на уже очищенные рубцы теплой водой из кувшина, в то время как Ален сильно прижимал мою голову к себе. — Тише… Все! Ты молодец! Подавшись вперед, я вжался лицом в грудь альфы, вдыхая и вдыхая запах его кожи, такой нужный мне сейчас. Я чувствовал себя слабым и потерянным, поэтому я физически нуждался в силе, исходившей от вожака моей стаи. Руки не слушались, но я все же обнял герцога за шею, закрыл глаза, проваливаясь в какое-то странное состояние болезненной дремоты. Несмотря на боль, теплая вода все равно расслабляла измученное тюремным заключением тело, а ощущение безопасности согревало изнутри, позволяя расслабиться. Элен споро работала губкой, смывая с неповрежденных зон моего тела камерную грязь и вскоре Ален потянул меня вверх, чтобы закутать в чистый отрез белоснежного мягкого полотна, а затем отнести обратно на постель, уложив на живот. И как раз вовремя — двери распахнулись. Слуга объявил о визите главного придворного медикуса. — На что жалуется Его Светлость? — лекарь жестом потребовал тазик для мытья рук. — Давайте посмотрим… О, боги… Мой чемоданчик! Крон-герцогу потребуются микстуры, снимающие боль! Пока доктор обрабатывал раны, Ален сидел рядом, все время поглаживая меня по голове. Напиток, что дал мне медикус, несколько притупил боль, поэтому манипуляции оказались вполне терпимы. Наконец, все было закончено. — Оставлю рекомендации по уходу за пациентом, — вздохнул лейб-медикус, с сухим щелчком закрывая чемоданчик, где хранились целебные составы. — Пусть камеристка Его Светлости трижды в день дает милорду вот эти капли. Запомните, милочка, не больше пяти капель на ложечку воды. Этот вязкий гель от синяков на лице: наносите каждый час, чтобы гематомы быстрее сошли. И вот эта заживляющая мазь для спины. Накладывать утром и вечером до тех пор, пока раны не перестанут кровоточить. Вы же умеете бинтовать, дорогая? — Я покажу Элен, как надо, — успокоил доктора Его Высочество. — Я военный, помните? Мне не впервой помогать раненым. — Действительно, — чуть улыбнулся тот. — Я буду приходить к Его Светлости каждое утро, сразу после осмотра крон-принца. И еще прописываю Вашему супругу полный покой на ближайшие несколько дней. Никаких посетителей, никакой физической нагрузки. — Разумеется. И, конечно, Вы понимаете, что никто во дворце не должен узнать о состоянии Руана. — Вы почти оскорбили меня, — поджал губы лекарь. — Врачебная тайна важна не менее, чем тайна государственная, Ваше Высочество. — Прошу прощения, — вздохнул Ален, хлопнув собеседника по плечу. — Просто я слишком волнуюсь за моего супруга. — С Его Светлостью все будет хорошо, — убежденно ответил лейб-медикус. — Нужно лишь несколько дней отдыха. Крон-герцог молод и это главное: организм непременно справится с таким потрясением. Вам очень повезло, что юный лорд не в положении, иначе он мог бы потерять еще нерожденного младенца. За сим я откланиваюсь и оставляю Вас наедине. Я слышал, как закрылась дверь, а затем альфа придвинул к постели кресло, чтобы устроиться в нем, не сводя с меня внимательного взгляда. Наверное, герцог думал, что я сплю, поэтому не желал мне мешать. — Ален, — шепнул я, чуть приподнявшись на локте. — Хочу, чтобы Вы легли рядом. Вы нужны мне… очень… — Мальчик, — выдохнул альфа, опускаясь на ложе. — Боюсь причинить тебе боль. — Все равно, — придвинувшись к теплому сильному телу мужа, я обнял его, наконец-то полностью осознав, что я дома. — Обнимите меня, прошу. — Руан… Никогда не прощу себе того, что уехал… Ты — вся моя жизнь. Теперь поспи, нужно восстанавливать силы. Послушно закрыв глаза, я позволил себе заснуть, наслаждаясь ощущением покоя и безопасности. И еще любви. * * * Я пробудился далеко за полдень, когда Элен на цыпочках вошла в опочивальню, желая плотнее прикрыть ставни, чтобы солнечный лучи не разбудили меня, но было уже поздно — сон ушел. И Ален, кажется, тоже. — С добрым утром, милорд, — девушка приблизилась к постели, обеспокоенно глядя на меня. — Как Вы? Хотите поесть? — Где Его Высочество? — против воли во мне всколыхнулся страх: где Ален? Почему его нет рядом?! — Хозяина вызвал к себе государь, — откликнулась моя камеристка. — Все хорошо, милорд. Давайте я обработаю раны и принесу завтрак? Вы должны поесть, чтобы восстановить силы. Усилием воли я подавил начавшуюся панику. Король хочет побеседовать с братом — что в этом такого особенного? Тем более, если страна находится в предвоенном положении, а герцог Лебран является маршалом… Нет никаких поводов для тревоги… Абсолютно никаких… Сегодня ноги почти не дрожали, поэтому я пошел умываться сам, без помощи Элен. Девушка лишь протянула мне полотенце, а затем усадила меня на низенькую банкетку, чтобы снять присохшие за ночь бинты и сменить их на чистые. Шипя сквозь стиснутые зубы, я терпел и, желая отвлечься, решил спросить Элен о том, что интересовало меня с самого утра. — Ты не знаешь, как Его Высочество меня отыскал? — Вас, милорд, отыскала я, — назидательно промолвила камеристка, глядя на меня сверху вниз. — Вы умудрились наделать много шума своей дуэлью! Повсюду говорили о нападении на маркиза Дю Сорель, якобы, это сделал воришка простолюдин, но я-то знала, что Вы пошли тренироваться. И когда Вы не вернулись, я отправила гонца к хозяину. Думаю, герцог сразу сорвался к Вам, в эту чертову тюрьму. Не представляете, как я жалела, что отпустила Вас одного! А Ваш миньон! Хорош друг: взял и исчез, как сквозь землю провалился! — Это я отослал Оли, — признание далось легко, само сорвавшись с губ тихим шепотом. — Только никому не сболтни об этом! Оливер должен мне написать, так что, если придет письмо без обратного адреса, сразу неси его мне. Обещаешь?! — Обещаю, милорд. А теперь повернитесь, я обработаю Ваши губы. Бедный Вы бедный, сколько всего натерпелись… Но как так вышло, что Вас, крон-герцога Де Корд, арестовали, словно… словно… — Безродного мальчишку? Просто я не похож на утонченных омег, а дознаватель — он… — Жестокий мерзавец, — зло сощурилась Элен. — Надеюсь, король отправит его на плаху за такое обращение с супругом принца крови! — Ален его убил, — ответил я, отворачиваясь от девушки: воспоминания вновь нахлынули удушливой волной. — И всех остальных, кто меня… мучил… — О, мой бедный милорд, — камеристка обняла меня, прижимая к себе, будто старшая сестра, которой у меня никогда не было. — Не думайте больше об этом. Все закончилось. — Все только начинается, Элен, — вздохнул я, признаваясь в самом страшном своем кошмаре. — Я убил альфу. И меня за это казнят. Будет суд, вынесут приговор и… Уперев руки в бока, девушка сердито взглянула на меня, хмуря брови. — Господин этого не допустит! Если нужно, Его Высочество рассорится с королем, но не даст никому Вас и пальцем тронуть! Уж можете мне поверить!