Клубничные поля навсегда

Ичиго почти научился держать маску на себе все пять секунд, когда большой розововолосый чувак — Хачи? — заорал. Крик отвлек Ичиго, и, откуда ни возьмись, кувырок фанатички с косичками снова угодил ему в лицо, разбив маску и испарив всю его силу. Он тяжело приземлился на песок, у него перехватило дыхание. Вскоре после этого рухнул барьер кидо. Но если барьер был снят, это означало неприятности. С горящими легкими Ичиго поднялся на ноги. Он крепче ухватился за Зангетсу и подпрыгнул в воздух, чтобы занять лучшую позицию обзора. Используя свое рейацу, Ичиго подготовил Гецугу Теншо. Все Визарды уставились на… Дамблдора. Он ковылял по песку, как будто каждый день вторгался на сверхсекретные тренировочные площадки для шуток и хихиканья. Кенсей, крупный беловолосый громила с пирсингом в брови, скрестил руки на груди и нахмурился, глядя на приближающегося волшебника с тем же раздраженным неодобрением, с каким смотрел на все. Зеленоволосая Масиро выглянула из-за плеча Кенсея, положив пальцы на очки, как будто приподняла их, чтобы лучше видеть. Лав оторвался от своей манги, почесал свое гигантское, пухлое, в форме звезды афро и ткнул Роуза в ребра. Роуз моргнул, словно очнувшись от какого-то счастливого сна наяву. Лиза медленно встала, ее глаза за стеклами очков сузились. Хиери выглядела готовой броситься в атаку, но Ичиго поднял руку, сдерживая маленький ужас. Синдзи, конечно же, подошел, крича: “Эй, старик в платье! Это частная вечеринка, понимаешь?” “Ичиго?” Сказал Дамблдор, глядя поверх своих очков-полумесяцев на песчаные дюны. “Переведи, пожалуйста?” Кенсей нахмурился, глядя на Ичиго сверху вниз. “Твой друг, да? Следовало догадаться”. Мог ли Дамблдор увидеть Ичиго в его форме синигами? На случай, если он не сможет, Ичиго подумал, что ему лучше вернуться в… ах, дерьмо на палочке, где, черт возьми, вообще было его тело? Неужели Фред и Джордж сбежали с ним? О чем, черт возьми, он думал, вот так сбившись со следа? Ичиго на самом деле обнаружил, что в этот момент ему не хватает Кона. Репутация парня была адской для Ичиго, но, по крайней мере, он сохранил свое тело в безопасности. “Серьезно, тебе нужно сматываться, убираться восвояси, убираться нахуй, ясно? Ты даже не должен был пробиваться через нашу защиту. Не уверен, что ты там натворил, старина, — магия? Ну, это не круто. Так что разворачивай свою задницу и иди домой ”. Сказал Синдзи, шагая рядом с Дамблдором. Синдзи также посмотрел на Ичиго: “Эй, Ичиго, ты можешь сказать этому старику, чтобы он свалил?” “Никто из вас, придурков, не учил английский?” Спросил Ичиго. Вложив Зангецу в ножны, он спустился с неба, чтобы встретиться с директором. Роуз пожал плечами: “Я говорю по-голландски”. “Я немного владею португальским”, - пробормотал Хачи. Ичиго проигнорировал их, когда они все начали перечислять различные языки, которые они выучили за последние сто-сколько угодно лет, тем более что кто-то, и Ичиго даже не был уверен, кто именно, уже говорил о ‘языке любви’. Он закатил глаза. “Вы видите меня, Дамблдор-сенсей?” “Довольно хорошо. Твой наряд очень ... стильный, почти как мантия волшебника. Действительно, очень мило”, - сказал Дамблдор, слегка приподняв брови. “Однако, боюсь, это не совсем дружеский визит. Я только что получил сообщение, что твое отсутствие вызвало настоящую панику в Хогвартсе. Ты должен вернуться со мной ”. Синдзи упер руки в узкие бедра. Наклонившись, он переводил взгляд с Ичиго на Дамблдора и нахмурившись. Ичиго повернулся к нему и перевел: “Он видит меня и думает, что мой банкай шихакусо выглядит мило или что-то в этом роде, я не знаю. В любом случае, профессор говорит, что я должен вернуться в школу”. “Странные у тебя учителя, Ичиго”. Отметил Синдзи. Ему потребовалось время, чтобы поправить шляпу под более небрежным углом. “Ты понимаешь, что все еще дерьмово управляешься со своей маской, верно?” Ичиго пожал плечами. Его приводило в глубокую ярость то, как трудно было овладеть маской. Почти все, что он делал до этого, приходило к нему быстро, почти естественно. По какой-то причине он действительно боролся с этой глупостью. Было бы облегчением уйти от постоянных, изматывающих тренировок, но, с другой стороны, Синдзи вроде как был прав. Обращаясь к Дамблдору, Ичиго сказал: “У меня есть ... вещь, которую мне нужно научиться контролировать. Эти ребята помогают мне. Они думают, что я еще не готов, и, как бы сильно это меня ни раздражало, я отчасти согласен ”. Дамблдор кивнул, поглаживая бороду. “Увы, известие о твоей смерти дошло до твоего отца. Он отправился в Хогвартс, чтобы забрать твое тело”. Ах, черт! Козлиная Морда в Хогвартсе? На что это вообще было похоже? И, если папа думал, что Ичиго мертв, что насчет Карин и Юзу? Он повернулся к Синдзи и сказал: “Мне нужно идти”. “Это твои похороны, чувак”, - Синдзи пожал плечами. “Да”, - согласился Ичиго. “Отчасти так и есть”. # Дамблдор не мог выглядеть более неуместно при виде Шотена Урахары, но, поскольку он, очевидно, пришел через нечто, называемое "портключ", им нужно было остановиться в магазинчике Урахары. Конечно, Гэтабоши настоял, чтобы они остались на чай. “Я думал, мы спешим”, - проворчал Ичиго, усаживаясь за низкий столик. “Вежливость занимает всего минуту”, - предупредил Дамблдор. “Это говорит человек, который воткнул палочки для еды в мой натто”, - сказал Ичиго. “ Грубо. И ты это знал." Вошел Тессай с подносом конфет и поставил его на стол. Дамблдор одобрительно хмыкнул. После того, как была произнесена короткая молитва и съедено немного поки, Дамблдор посмотрел поверх очков на Урахару и сказал: “Итак, Киске, что нам делать?” “Я думаю, нам следует рассмотреть тот обмен, который мы обсуждали”, - сказал Урахара, наливая чай. Что за спор? Они говорили о нем? Ичиго попытался прочесть выражение лица Урахары, но, как обычно, его глаза были скрыты под шляпой в зелено-белую полоску. Было немного странно, что у обоих его учителей были характерные шляпы. До этого момента Ичиго никогда по-настоящему не задумывался о том, насколько дурацкая широкополая шляпа Урахары была похожа на остроконечную, усыпанную звездами шапочку волшебника. Как волшебник, Урахара почти никогда не обходился без шляпы, даже в тех местах, где было бы странно все еще оставаться в шляпе, например, за обеденным — или это было время ленча? — столом. Несмотря на это, Ичиго внезапно пришло в голову задуматься, есть ли в шляпе Урахары что-то важное, помимо жалкого чувства стиля? Означало ли это для иностранных волшебников, что он был одним из них? А был ли он? “Да, каким-то образом мы знали, что до этого дойдет, не так ли?” Сказал Дамблдор. Подождите, он что-то пропустил? Ичиго напрягся, чтобы наверстать упущенное. Но либо они говорили загадками, либо каким-то кодом, который он не мог понять, потому что ответ Урахары не имел смысла. Урахара кивнул, делая глоток чая: “Я думаю, что в противном случае мой избранный превзошел бы твоего, тебе так не кажется?” Они говорили о нем? Лучше бы им не говорить о нем, подумал Ичиго. Он никому ничего не значил. “Вероятно. Хотя бы по той простой причине, что твой кажется чрезмерно заботлив”, - сказал Дамблдор за глотком чая. “Моему не нужен старший брат”. Да, окей, они определенно говорили о нем. Вероятно. “Мы уже можем идти?” Спросил Ичиго. “Знаете, я мог бы тренироваться. Разве вам не следовало обсудить все это раньше?” Урахара и Дамблдор одарили Ичиго такими же странными улыбками. “Кто сказал, что мы этого не делали?” - сказали они в унисон. # Папа, конечно, заметил момент, когда Ичиго вошел в лазарет. Конечно, Иссин пытался вести себя так, будто не видел форму духа Ичиго, но их взгляды встретились при обсуждении Придиры, над которой он ломал голову. Карин даже не притворялась. Она посмотрела на него снизу вверх, сидя рядом с его телом на койке, и одними губами произнесла: “У тебя большие неприятности, придурок”. “Грубо”, - сказал он, ткнув ее в нос, прежде чем скользнуть внутрь холодной, тяжелой штуковины. Черт возьми. Его мышцы затекли от недостатка использования, а во рту было ужасно сухо. Ичиго кашлянул и, моргнув, открыл глаза. Казалось, это еще одна причина держать Кона рядом. В животе у него было пусто, и ему захотелось пописать, как скаковой лошади. Однако Ичиго едва успел подняться, прежде чем левый хук Карин угодил ему в щеку, заставив Ичиго свалиться с койки. Папа аккуратно уклонился от размахивающих конечностей Ичиго. Он бросил на Ичиго взгляд ‘самое меньшее, чего ты заслуживаешь’, прежде чем вернуться к журналу. Тем временем Карин перелезла через койку и снова бросилась на Ичиго. На этот раз Ичиго ушел с дороги, быстро перекатившись вправо: “Эй! Остынь!” “Остынь? Остынь! Ты издеваешься надо мной? Я должна поколотить тебя чтобы ты смог выйти из лазарета только на следующей неделе! Мы так волновались, Ичи-нии! Люди плачут над твоей жалкой задницей! Они готовы устроить похороны! Они заставили папу пропустить курсы! ” “На самом деле я не так уж сильно возражаю против этой части”, - сказал Иссин, поворачивая свой журнал, как будто пытаясь прочитать что-то напечатанное сбоку, в то время как Ичиго и Карин упали к его ногам. Ичиго дрался не слишком усердно. В конце концов, он вроде как заслужил это. Позволить Карин нанести несколько ударов было лучше, чем любые фальшиво звучащие извинения, которые он мог попытаться принести. Но, черт возьми, она нанесла сильный удар. Тот последний удар, казалось, оставил звон глубоко в душе Зангецу. Если бы она попала ему в живот, он наверняка описался бы. Прибежала мадам Помфри, нетерпеливо цокая каблучками. “Боже мой!” - воскликнула она, увидев, что Ичиго проснулся, а его сестра карабкается за ним. “ Немедленно прекратите это, дети! “Эй, дети, прекратите это!” - Сказал Иссин по-английски, очевидно, наконец решив, что ему лучше вести себя как настоящему отцу. Отложив журнал, Иссин потянулся к ним обоим, как будто хотел схватить их за воротники или уши. Они оба вскочили на ноги, избегая быть схваченными, Ичиго автоматически принял боевую стойку. Сидевшая напротив него Карин сделала то же самое. “Такое насилие!” Мадам Помфри продолжила, и в ее голосе звучал неподдельный ужас: “Пожалуйста, прекратите это безумие, пока я не смогу осмотреть пациента”. Ичиго понял, что, вероятно, речь шла о нем. В конце концов, он стоял в какой-то странной тонкой белой хлопчатобумажной юкате с крошечными розовыми цветочками, завязанной сзади и слишком короткой — большая часть его ног была видна. “Э-э, теперь я чувствую себя лучше”, - сказал он, потирая затылок. Он бросил на отца взгляд, вроде ‘здесь нужна небольшая помощь’, потому что понятия не имел, что они сказали, чтобы прикрыть его. Дамблдор хранил молчание по этому поводу, даже после того, как они, наконец, отказались от этой головокружительной штуки с портключом и преодолели магическую защиту школы, никто и словом не обмолвился о ‘синигами’. Даже несмотря на то, что это слово было на обложке "Придиры"! Взгляд Ичиго, который блуждал по сторонам в поисках какой-нибудь подсказки относительно того, что сказать, остановился на этом слове. Хотя заголовок был на английском, ‘синигами’ было даже написано снова кандзи, как положено, внизу страницы, символы были выделены ярко-красным. На обложке журнала было изображено что—то действительно жуткое - скелет в черном одеянии, держащий в руках сельскохозяйственный инвентарь. Под фотографией была подпись: “Японский мрачный жнец посещает Хогвартс?!” Подожди, что? Неужели все каким-то образом знали о нем? Папа, проследив за взглядом Ичиго, взял журнал и покрутил его в своем кулаке. Ичиго напрягся, почти ожидая, что ему придется уворачиваться от удара, но вместо этого Иссин просто погрозил ему пальцем: “Это был плохой приступ, Ичиго. Самый долгий что у тебя был”. Болезнь? Ладно, хорошо. Ичиго догадался, что Козлиная Морда, должно быть, действительно получил свой медицинский диплом и использовал его, чтобы придумать правдоподобный предлог. Вау, Ичиго на мгновение был почти впечатлен. “Да, фух, какая прелесть”, - сказал Ичиго, подыгрывая. В животе у него заурчало, что стало еще более неприятным из-за того, как сильно ему захотелось в туалет. “Есть шанс, что мы сможем заняться этим после остановки на отдых?” “Я обеспокоена, что болезнь может прогрессировать”, - сказала мадам Помфри, махнув Ичиго в сторону отгороженной зоны. “Твой отец говорит, что это связано с твоим использованием магии. Чем больше ты тренируешься, тем хуже тебе становится ”. “Чтож, я думаю, это означает, что мне лучше завязать с магией”, - сказал Ичиго, задергивая занавеску вокруг себя. Обычно он был бы слишком подавлен, чтобы помочиться в горшок, когда все стоят вокруг по другую сторону тонкой простыни, но он чувствовал, что готов взорваться. Он попытался подавить вздох, когда поднял дурацкий халат, в который его кто-то одел, и выпустил свой мочевой пузырь. “Хорошо, что папа здесь”, - продолжил Ичиго, перекрикивая шум. “Я могу просто пойти с ним домой”. “Бросить?” Мадам Помфри ошеломленно повторила: “Просто так?” Отряхнувшись, Ичиго огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно вытереть руки. Он нашел что-то с надписью "влажное полотенце" и разорвал упаковку. После этого он выбросил все в маленькую корзину для бумаг рядом с ночным горшком, что явно было волшебным, поскольку из-за этого его моча исчезла или, возможно, превратилась в тот странный аромат роз, который он внезапно почувствовал. Странно. Да, чем скорее он уберется отсюда, тем лучше. Ичиго отдернул занавеску и сказал: “Хорошо, мне понадобится всего минута, чтобы собрать мои вещи, а потом мы сможем идти”. “Тебе нужно разрешение профессора Дамблдора, прежде чем ты уйдешь из школы”, - сказала мадам Помфри. Она на мгновение даже сжала руки, прежде чем добавить: “Я схожу за ним. Не делай ничего опрометчивого! Оставайся здесь!” Она выскочила за дверь. Оставив Ичиго с Карин и Иссином, которые бросали на него серьезные косые взгляды. Иссин, конечно, сказал что-то бессмысленное. “Я не растил лодыря!” Карин, конечно, не выдержала. “Ты бы оставил меня здесь одну, придурок!?” “Послушай”, - сказал Ичиго, снова переходя на японский, поскольку они были одни. “Я отстой в магии, ясно? Все так, как говорит Исида. Я либо полностью включен, либо полностью выключен, и это не подходит для всей этой деликатной работы с заклинаниями. У тебя должна быть — “ах, что это было за слово?“ — тонкость. Да, я просто не умею быть утонченной ”. “Это мягко сказано”, - фыркнула Карин. Иссин почесал верхнюю часть своей туповатой плоской столешницы. “У тебя что, не получается?” “Да?” Неохотно признал Ичиго. Скрестив руки на груди, он попытался не надувать губы и пробормотал: “Хотел бы я посмотреть, как ты попробуешь, старый козел”. “Ха”, - размышляла Карин про себя. “Наконец-то у меня что-то получается лучше”. Ичиго со вздохом разжал руки и почувствовал дуновение ветерка по спине. Он повернулся, пытаясь разглядеть, как была сконструирована эта сумасшедшая мантия, в которой он проснулся. Ах, черт! Сзади была огромная дыра, и только пара завязок удерживала все вместе. Он стоял рядом, демонстрируя свою задницу! “Боги! Это гребаное место”, - прорычал он. “Я ненавижу все, что связано с этим—“ Тираду Ичиго прервали сокрушительные медвежьи объятия. Четыре руки обхватили его и крепко прижали к себе… подожди, четыре? “Ты жив!” - прозвучали в ушах Ичиго голоса-близнецы. “Мы думали, ты мертв”. “Он делает это”, - объяснил Иссин. “Часто умирает. Беспокоиться не о чем. Это просто наш Ичиго! Всегда умирает!” Странно точный, подумал Ичиго. “Ну, больше так не делай”, - сказал Фред. Джордж энергично кивнул, когда они отступили, чтобы дать Ичиго отдышаться. “Серьезно. Это чертовски страшно”. Карин ударила Ичиго по голове. “Что ты говоришь своим друзьям, придурок!?” Тон Карин так напоминал Рукию, что Ичиго автоматически повернулся и отвесил близнецам Уизли глубокий поклон. “Извините”. “Я вижу Лондон, я вижу Францию....!” - спел Иссин. “Папа, ты мог бы не делать этого?” Сказал Ичиго. “Я имею в виду, всего один раз. Это вообще возможно?” “Ах, твоя брань нежно напоминает мне о моей любимом Масаки”, - напевал Иссин. “Но твоя мать была бы в ужасе от того, что я вырастил такого невоспитанного сына! Познакомь меня со своими друзьями, Ичиго!” Друзья? О, ну, они вроде как были. “Э-э, Фред и Джордж Уизли”, - сказал Ичиго, хватаясь сзади за свой больничный халат. “Это придурок, который подумал, что было бы круто назвать своего первенца ‘клубничкой”". “Значит, это вроде как твой папа?” спросил Джордж. Фред толкнул локтем своего близнеца: “Да, он вроде как похож на маленького свирепого гриффиндорца, не так ли?” Джордж посмотрел скептически, но кивнул: “Если бы волосатее”. Фред улыбнулся: “Ты похожа на свою маму, а, Ягодка?” Они начали оглядываться по сторонам, и Ичиго нахмурился, зная, какой вопрос последует дальше. “Твоя мама не придет?” “Не сможет”, - сказал Ичиго как ни в чем не бывало. “Она мертва. Слушайте, ребята, мне вроде как нужно одеться и, возможно, собрать чемоданы”. “Сумки?” Спросил Фред. Джордж добавил: “Куда-то собираешься?” “Ичиго планирует стать рекордсменом”, - сказал Дамблдор, ныряя в дверной проем, его остроконечная шляпа волшебника едва не задела дверной косяк. Йоруичи восседала на плечах профессора, как черная меховая накидка. “Он будет первым в истории Хогвартса временым студентом по обмену”. Ичиго был почти уверен, что знает значение всех этих слов по отдельности, но он понятия не имел, что они означают вместе. Он был не единственным. Все в комнате сказали: “А?” или “Что это?” “Похоже, молодого мистера Куросаки призвали на действительную службу”, - сказал Дамблдор. “Его образование будет отложено до окончания службы”. “Ты солдат?” - Спросил Джордж. Но потом его брат что-то прошептал ему на ухо, и внезапно Джордж слегка побледнел. Он кивнул: “А, точно. Мы думали, что они сами-знаете-что ”. Ичиго понятия не имел, о чем говорит Джордж. Или Дамблдор, если уж на то пошло. Когда это он успел завербоваться в какую - то армию… ах да, готеи были чем-то вроде военной организации, не так ли? Так что, технически, он был чем-то вроде солдата Общества Душ. Но означало ли это, что Айзен напал на Каракуру? Было ли это намеком на открытку Орихиме с ее неистовым: ‘нам и здесь хорошо! Не волнуйся!’? “Да”, - внезапно сказал Ичиго. “Я должен немедленно вернуться к тренировкам”. Дамблдор бросил на Ичиго суровый взгляд поверх очков-полумесяцев. “И, когда все закончится, ты вернешься сюда и закончишь учебу”. Когда все закончится, он, вероятно, будет мертв. Ну, во всяком случае, половину времени он был мертв. “Да, конечно”, - сказал Ичиго, пожимая плечами. “Я могу это сделать”. # На закате Ичиго сел в Хогвартс-экспресс и отправился обратно в Лондон. Козлиная Морда решил остаться еще на пару дней, чтобы осмотреть это место. Он брал домой что-то под названием "летучий порошок". Ичиго махал на прощание из окна. На удивление много студентов вышло к воротам попрощаться. Большинство людей говорили ему, как им жаль, что у него аллергия на магию, а затем рассказывали ему, что они знали чью-то двоюродную бабушку, у которой была такая же проблема. Проводить его спустился весь Хаффлпаффский факультет, как и кучка гриффиндорцев, хотя, судя по волосам, в основном Уизли, несколько любопытных равенкловцев и кучка хеклеров Слизерина. Ичиго забыл их, когда поезд тронулся. Он выпустил Йоруичи из переноски, и она запрыгнула к нему на колени и свернулась в тугой комочек. Погладив ее по голове, он сказал: “Я говорил тебе, что нам не стоило беспокоиться”. “Ммммм?” ответил ее глубокий мужской голос. “Ничто не пропадает даром. Теперь у тебя есть британские союзники. Твоя сестра осваивает важные навыки. Однажды нам может понадобиться магия, которая работает против людей ”. “Люди?” “Как Квинси”, - сказала она, упираясь лапами в его бедра, разминая. “Квинси? Но он только один, и он в некотором роде мой друг ”. Йоруичи либо уснула, либо притворялась, что дремлет. Ее глаза были закрыты, и она по-кошачьи фыркнула. Наблюдая, как замок исчезает за заходящим солнцем, Ичиго открыл свой блокнот. Прислонив его к окну, чтобы не потревожить храпящего кота, он написал: <i>Дорогая Рукия, Угадайте, что? Я возвращаюсь в Лондон, где останусь с Юзу на пару дней, пока не смогу сесть на самолет домой. Больше никаких занятий, никаких книг, никаких неприязненных взглядов учителей! По крайней мере, до окончания войны с Айзеном. Я знаю, это странно говорить, но я надеюсь, это означает, что мы скоро увидимся. Это было бы круто. Вы не представляете, как сильно я скучал по всем вам. Я не могу дождаться, когда вернусь к приличным суши, Чаду, Ишиде, Орихиме, Мидзуиро, Тацуки и остальным. И даже к Кейго. Эй, если ты все-таки придешь? Попробуй потащить с собой Ренджи и еще кого-нибудь оттуда, ладно? Кроме, может быть, Кенпачи. Я думаю, он все еще хочет убить меня и провести матч-реванш. Ичиго снова выглянул в окно, замок был чуть больше, чем темная фигура вдалеке. Ритмичный стук рельсов. Я надеюсь, с Карин все будет в порядке. Она была очень зла, что ее бросили, пока Папаша не сказал, что она вернулась волшебницей. Думаю, для нее было отчасти важно быть в чем-то лучше меня, несмотря на то, что она всегда надирала мне задницу в футболе. Плюс, папа и я — ну, это было почти так, как будто мы обменялись взглядом или что-то в этом роде (странно, правда?) — Но в любом случае, я думаю, мы оба считаем, что она в безопасности там, где она есть. Война Айзена никогда бы не дошла до такого, верно? Ичиго нахмурился. Ну, если бы это было так, ему просто пришлось бы прийти сюда, чтобы драться. Возможно, к тому времени Карин смогла бы ‘одурманить’ Айзена. Хех. Это было бы потрясающе. Я не уверен, что будет справедливо сказать, что я буду скучать по этому месту, но там были классные люди. Как ни странно, я буду очень скучать по этим маленьким домашним эльфам. Они стирают мою одежду и убирают все! И они, наконец, научились готовить приличную еду! Что тут не любить? Бьякуя должен получить немного. Они как невидимые слуги. Скоро увидимся. Мне немного не нравится, что мы всегда встречаемся, когда идут войны и все такое. В Хогвартсе было бы намного круче, если бы ты был здесь. С любовью, Ичиго