Как на минном поле

Это случилось. Том обречённым взглядом смотрел на вывеску «мать и дитя», и всеми силами желал оказаться где угодно, но только не здесь. Тема связанная с родами его откровенно пугала. Но чёрт с два он бы признался в этом. Даже собственному супругу, который приходил на осмотр как к себе домой, и только сегодня решил сделать исключение, буксиром потащив с собой горе-альфу. — Во сколько у нас приём? — В одиннадцать десять. И только посмей сказать, зачем мы припёрлись на двадцать минут раньше! — ковыряясь в сумке, сразу оборвал Гарри, боковым зрением заметив, как альфа открыл рот. — Узист какого-то чёрта сидит на четвёртом этаже. А лифт работает через халтуру, какая мэру не снилась. Так что подниматься придётся пешочком. А я устану. Ты же на руках меня не понесёшь. — Я… могу, — неуверенно заявил Том. Уж что-то, а супругу он поможет всегда. И будет делать это с ещё большим рвением, если нужно помочь отсюда уйти. Да хоть на крыльях унесёт. Но на его предложение Гарри скептически взглянул. Закончивший школу и вуз с отличием, Том, как и положено, ходил на физкультуру спустя рукава, предпочитая качаться умственно. Результат закономерен. А на подрагивающих от нервяка руках альфа далеко омегу не унёс бы, тем более по лестнице. — Идём, мой супермен. Одной рукой Гарри держался за перила, а второй за руку своего суженого, лицо которого стало до того мрачным, что сегодняшние тучи, затянувшие небо, могли позавидовать. «Таким должен быть отец в свою первую встречу с ребёнком, именно». Едва преодолев первый лестничный пролёт, Гарри остановился и присел на банкетку, очень вовремя подвернувшуюся у стены. — Ну? Чего, как лимонная кислота, Том? — спросил, переводя дыхание. Несмотря на то, что прошла только половина срока, общая слабость основательно вгрызлась в тело бывшего Поттера, и потому он чаще проводил время дома, в отличие от других беременных. Хотя ещё совсем недавно был активным. И работу успевал сделать, и дом в чистоте держать, и с друзьями встречался. А сейчас превратился в домоседа, свесив отекающие ножки на плечи супруга. — Нормально всё. Одного взгляда, не утратившего остроту с беременностью, хватило на раскол. Уж чего, а этот талант прочно сидел в омеге с детства. И альфа это знал столько, сколько себя помнил. — Мне не очень… — заставляя себя сознаваться, Том почти ощущал физический дискомфорт, что отражалось и на лице, — эх… некомфортно здесь. Все эти осмотры, УЗИ и рекомендации… А если какое-то отклонение пойдёт? И вообще, все эти походы приводят к неизбежному. Как будут проходить роды, и что нам делать, я… не знаю. — В некотором роде, тебе и не положено этого знать, потому что ребёнка ношу я, а не ты, — омега отвечал спокойно, что с трудом вязалось с его обычной для беременности раздражительностью. Ещё и за коленку поглаживал. — И вообще, обследования не вызывают отклонения, а уведомляют о них. Чтобы с ними что-то можно было сделать. А от тебя требуется только помогать мне всем, чем можно, любить меня, и отвозить везде, куда понадобится. Несложно же, правда? — с лёгкой улыбкой и коротким поцелуем в скулу, Гарри встал и медленно пошёл по ступенькам. — Стой! — взволнованно позвал Том, подрываясь, и обхватил уже не одной, а сразу двумя руками. Удивительным образом ответ Гарри успокоил ураган, бушующий внутри. До сегодняшнего дня он и не думал выговориться. А ведь сколько раз слышал рекомендации о том, что нельзя всё держать в себе. Но каждый раз относился к ним со скепсисом. Теперь же на себе ощутил терапевтический эффект. Гарри мяукнул, ощутив на себе объятия. В голосе его ярко слышалась улыбка. И она окончательно уничтожила мрак в душе Тома из-за переживаний и страхов. Положив ладони на выпирающий живот, Реддл погладил его, а затем крепко поцеловал супруга в щеку. Тот издал ещё один очаровательный звук, похожий на мяуканье. Потому что млел от повышенного внимания альфы. Особенно когда тот обнимал сзади и показывал свою любовь не только по отношению к нему, но и к их ребёнку. К слову, на этом УЗИ они точно узнают, кто у них будет. Определятся наконец с покупаемыми вещами и игрушками. Хотя такая часть, как коляска, кроватка и расходники, уже приобретена. Когда все ступени были преодолены, Гарри ещё немного перевёл дух, опираясь спиной на грудь супруга. Было так приятно слышать об обещании сделать массаж ножек, а затем и принятии ванны. Но это потом. Сейчас предстояло зайти в кабинет врача, в котором как назло кто-то ещё сидел. — Наверняка, очередной любитель потрепаться, — недовольно проворчал Гарри. — Я тут на таких целыми вагонами насмотрелся. — Давай сюда, — Том мягко потянул за собой и усадил супруга в свободное кресло. А сам встал рядом, за неимением больше свободных мест. Многие ожидали приема. И все парочки. Только в углу сидела одинокая девушка, что-то с интересом читая в телефоне. В самом деле, что бы ещё делать в невнятной очереди, как не сидеть в телефоне, где всяко интереснее, чем смотреть на тупые стены с разными рекламными листовками по типу «два по цене одного» или разными скучными фактами из медицины. — Принеси водички, — попросил Гарри, не желая плестись до кулера в конце коридора. Ему и испытания с лестницей было достаточно. Том пошёл выполнять поручение с коротким кивком. Когда он был таким покладистым, его хотелось потискать. Поэтому когда вода, идеальная по температуре, была принесена и выпита, Гарри не стал отказывать себе в удовольствии — обнял супруга за ноги, прижимаясь головой к его животу. — Худенькие они у тебя. Надо бы побольше кушать. — Я хорошо питаюсь, любовь моя, — возразил Том с лёгкой улыбкой. Ладонь его легла на голову омеги, ласково перебирая пряди волос. — С тех пор, как ты начал готовить на троих. — Только совсем не откушался. Неужели начал тайком качаться, а я не знаю? — усмехнулся Гарри, продолжая мурлыкать, и замечая, как сидевшая в одиночестве девушка украдкой стала на них поглядывать. — Ты меня раскусил, — не то в шутку, не то правду сказал Том. — Ля, какой орешек! Попа у тебя, к слову, всегда была отличной. А теперь поцелуй меня. Приличия, касающиеся поведения в публичных местах, мало волновали Гарри. Он хотел, чтобы его поцеловали, и он вытащит трахею из горла тех, кто станет поучать. Том не стал наклоняться, он сел на корточки, для удобства мужа, позволил себя обнять, притянуть ближе, и только тогда поцеловал. Именно он первый коснулся губ Гарри, понимая, что омега может обидеться, обвинить в том, что сам Том ничего не делает, только позволяет, а кое-кому нужно всё внимание, он это заслужил, кто_из_нас_беременный_и_страдает_больше_всех! У Реддла выработалась некоторая стратегия, как вести себя с беременным (и весьма раздражительным) омегой и не пострадать. Самое главное — любить, терпеть, подчиняться и не воспринимать всерьёз случающиеся истерики. Он посмотрел три сезона реалити-шоу «Примерь омежью шкуру». Вышло крайне познавательно. И теперь, среди коллег по работе, у него самый меньший процент ссор с любимым беременным тираном. Но вот посещение с ним здешнего заведения далось трудно — Тома выпороли полотенцем, прежде чем он сдался. А потом тем же полотенцем омега доставал печёную утку. — Постыдились бы хоть, не в отеле находитесь. Отозвался некто совсем рядом, весьма недовольный. Том не смог продолжить поцелуй, Гарри прервал его, оборачиваясь на помеху справа. Ворчащим оказался такой же беременный омега, видно что уже на последних сроках. С ним сидел супруг, упорно что-то строчащий в телефоне. В изрядно расплывшейся из-за беременности тушке, Гарри не сразу узнал своего вечного студенческого оппонента — Драко Малфоя, заставившего супруга, Блейза Забини, взять его фамилию. — От папочкиной половой тряпки слышу. — Ах ты! — мгновенно вспыхнул блондин, багровея от злости. — Тупой Поттер! Нормально вести диалог так и не научился? Мозги с беременностью совсем паутиной заросли?! — Засунь свой язык в задницу, где ему и место! Заносчивый кусок дерьма! — Молодые люди! — проходящий мимо врач окликнул их, совсем потерявших стыд, и взглядом заставил осознать свою вину и заткнуться. Но не перестать сверлить друг друга ненавистными взглядами. И довелось ведь встретиться в клинике! А самое ужасное — забеременеть почти в одно время! Будто это некое извращённое соревнование. К счастью, нужная дверь открылась, и из неё вышел парень, с трудом застёгивающий штаны на необъятном животе, в котором если и есть кто-то живой, то только говядина. Гарри засобирался в кабинет, но девушка с телефоном его опередила у самой двери. — Сейчас моя очередь, у меня талон в одиннадцать десять, — тормознул её Гарри. — Простите, но у меня талон на десять сорок пять, — неловко улыбаясь, девушка сунула ему свой талон. — Приплыли, — раздосадованно буркнул омега. — Мне там недолго, — напоследок протараторив, она зашла в дверь. — Мля. Принеси ещё водички, Том, — попросил омега, недовольно устраиваясь. — Может, ещё чего-нибудь? Шоколадку из автомата или чипсы какие? — Слышал, — обидчиво протянул Малфой, пихнув Блейза локтем в бок и отрывая того, наконец, от телефона, — вкусняшки предлагает. А ты почему нет? Тебе вообще всё равно? Я сам должен всё делать? Да? А я знал. Тебе плевать и на меня, и на сына. Только в телефоне и сидишь! Гарри хотел, немного агрессивно, напомнить, что от дешманского автоматного шоколада он чешется, а чипсы и вовсе можно раз в месяц, но чтобы позлить Малфоя, проглотил эту злость и расплылся в улыбке. — Нет, спасибо, мой золотой. Эвкалиптовые салфеточки возьми, пожалуйста. А то эту жижу после узи ничем не сотрёшь. Осознав, что едва не наступил на минное поле, Том проанализировал сказанную глупость, пообещал себе в будущем думать, прежде чем предлагать варианты дабы угодить, и выбрал цель, где Гарри точно останется доволен. Его собрат по несчастью совсем не понимал, как нужно вести себя с беременным супругом. В их доме наверняка скандалы — частое явление. Так будет яркая демонстрация, как правильно себя вести. — Одна нога здесь, другая там, — пообещал Том, беря Гарри за руку и целуя её. — Мяу, — расплылся в смущённой улыбке Гарри и откинулся на спинку, поглаживая живот. — Скоро узнаем, кто там прячется, да, мой сладенький? Да, мой хорошенький. Малфой продолжал выяснять отношения с Блейзом на пониженных тонах, но Гарри уже не слушал. Всё своё внимание он переключил на ребёнка, воркуя с ним и поглаживая. А когда вернулся Том, садясь перед ним на корточки с принесенным, омега забрал у него всё из рук, и эти самые руки положил на свой живот. Том всё понял и до самого конца, пока не наступила их долгожданная очередь, гладил живот. — Я же говорила, мне недолго, — выскочившая из-за двери девица, взлохмаченная и перепутавшая пуговицы на свитере, спешно засовывала распечатанный результат в сумку, чтобы не задерживать. — Поздравляю с детками! — Ну, спасибо, — чуть озадаченно ответил Гарри, успев проводить её взглядом. А после, уже поздоровавшись с врачом, устроился на кресле. — Давай, Том, смотри! Эпохальный момент! — Мне уже страшно, — нервно улыбнулся Реддл, встав у монитора. — Все альфы превращаются в трусливых щенят, когда речь идёт о детишках, — иронично буркнул врач, щедро сдабривая смазкой головку прибора. — А ведь носить-то не им, — хмыкнул Гарри, устремляя все глаза в монитор, где проявилось изображение, и стал всем видом излучать нетерпение. — Ну, кто там? Кто там? Девочка? Мальчик? Врач не отвечал, сосредоточенно водя прибором по животу. — Не вижу, — наконец сказал он. — Как?! Вы же говорили, что на этом сроке будет видно! Тому пришлось придавить активировавшегося мужа за плечи. На секунду показалось, что тот сейчас полезет с узистом в драку. — Обычно, да. Здесь немного другая ситуация. У вас двойня, господа. И они друг друга перекрывают. Так, папаша, только не вздумайте упасть в обморок! «Поздравляю с детками» — услышанное пожелание в коридоре от неизвестного постороннего человека, похоже, сбылось. Тому придётся готовиться к родительству в два раза усерднее, ведь минное поле только что расширилось.