Как на минном поле

Давненько они не выбирались на прогулку в парк. Всё какие-то дела появлялись, заботы, переживания о детях, особенно за Альбуса с его альфой! Потом катастрофа с «будущими сватами», долгий скандал между Гарри и Драко, временное затишье, вынужденное принятие и… вот они здесь. Наступила весна. Прекрасная солнечная погода. Природа расцветала. Пели птицы. На детских площадках резвились дети, за ними следили родители. По алее гуляли парочки, наслаждаясь видами. Том и Гарри были одной из таких парочек. Держа мужа под руку, Гарри с улыбкой к нему прижимался. На душе спокойствие. Том его чувства разделял, подстраиваясь под неспешный шаг. Они определённо заслужили спокойное время для своих нервов после всего этого театра абсурда. Теперь им обоим потребуется приходить в себя. И прогулка — лучший способ. Даже не слишком любя сладкое, Гарри купил им один на двоих моток сладкой ваты, который можно было не только есть, но и дурачиться с ним. — Наконец-то можно вздохнуть спокойно. — Устроим дома вечер кино? — предложил ещё одно заманчивое предложение Том и открыл рот, видя, что омега хочет угостить его кусочком оторванной ваты. — Всеми руками и ногами за, — согласился Гарри, улыбаясь от одной только картинки, как будет лежать на тёплом и мягком плече Тома, смотря что-нибудь интересное, и, возможно даже, похрустывая какой-нибудь вкусностью. — Чипсы, попкорн, сухарики? — Гренки, горячий багет с сыром, канапе и, пожалуй, твой любимый морс с клюквой? — с улыбкой подмигнул альфа. — Багет с тебя, мой повелитель теста, — не доставая, чтобы поцеловать, Гарри потискал его руку. — А гренки и канапе настругаю я. Идёт? — Будет исполнено, — шутливо поклонился. И они вместе засмеялись, ещё теснее друг к другу прижимаясь. Как же прекрасно не спеша идти рядом со своим любимым супругом, наслаждаясь отдыхом. Ветер доносил запахи свежих цветущих деревьев и ласково ерошил волосы, за время превращая любую укладку в гнездо. И одно такое показалось Гарри хорошо знакомым. — Там не Джеймс, случаем, сидит? — спросил Гарри, указывая рукой в нужную сторону. Том проследил за его рукой. Зрение с возрастом начало подводить, по-хорошему, стоило начать носить очки, но альфа отказывался. Во-первых, они приносили много неудобств, особенно в холодное время года. А во-вторых, Гарри в шутку грозил ему всюду ходить по пятам, потому что «ты слишком сексуален в них, какой-нибудь омега тебя точно уведёт!». Прищуриваясь, мужчина удивленно кивнул. — Да, это Джеймс. Но кто сидит с ним рядом? — Какой-то мужчина, — нервно заметил Гарри, сразу ощущая некий прилив энергии и готовясь подмечать детали. — И по-моему, он наш ровесник. — Да. Одежда выдаёт. Оба почувствовали неладное. Беззаботное чувство, с которым они прогуливались по парку, кануло в небытие. Ускорив немного шаг, Гарри и Том направились к лавочке. Сын сидел в компании незнакомого им мужчины и о чем-то беседовал. На губах играла радостная улыбка, он активно жестикулировал. А сидящий слишком рядом мужчина… Оказавшись ближе и немного обойдя лавочку, родители Джеймса узнали человека. Им был Теодор Нотт. Мужчина-альфа, являющийся одноклассником Тома. Наглец, с нежностью смотрящий на их сына! — Что здесь происходит? — Том, Гарри, привет! — с лёгкой улыбкой кивнул Теодор. — Рад вас видеть. Тоже гуляете? Лицо спокойное, интонация не подводит. Поганец абсолютно не переживал за то, что они выглядят, как совратитель с юнцом. И от одной мысли становилось дико. Можно было бы и усомниться, ведь Джеймс мог просто встретить друга отца и остаться поболтать, но нутро отказывалось в это верить. Между ними читалась химия невооружённым взглядом. — Привет, — помахал рукой Джеймс. Парень пытался выглядеть уверенно, но дрожь и кривая улыбка его выдавала. Так ведут себя люди, которых подловили на чём-то. — Гуляем, — снова взял слово Том, невольно сжимая руки в кулаки. Злость забурлила внутри, грозясь в скором времени выплеснуться наружу, — и вот как-то не ожидали встретить сына в твоей компании, Теодор. Пожалуйста, развей наши подозрения. Вы случайно здесь встретились и разговорились? — Нет. Мы договорились здесь встретиться, и пообщаться. — Зачем? Что вас связывает? — Сначала ты, друг мой. А потом мы и справились сами, как взрослые люди, — скандально-иронично ответил Нотт. — Джеймс, а ты как это прокомментируешь? — хмуро спросил Гарри у сына, нервно отводящего глаза. — Как и сказал Те… а, в смысле, мистер Нотт, — поспешно исправился парень, чем себя и выдавал. Стресс повышался. — Мы как-то встретили друг друга на просторах интернета. Сначала общались, не зная даже имени друг друга, а потом выяснили кто есть кто, и разговор ещё больше завязался. Отец правда был нашей общей темой. Я узнал много нового о вашей жизни в школьные годы. Ну, а потом… — Это где ж вы так познакомились, что там не было видно имени? — не понял Гарри. И тут до Джеймса дошло, что он выдал весьма опасную деталь. В соцсетях обычно ставили настоящее имя или фото. А вот различные клички характерны для других ресурсов. Оправдываться было бесполезно. Кинув мелкий взгляд на мужчину, и увидев в его глазах одобрение, парень выдохнул, готовясь к немедленной каре, и признался: — На сайте знакомств. — ЧТО?! — едва не взвизгнул Гарри. — Зачем?! Вокруг так много альф, которых можно легко закадрить! Зачем лезть в эту западню! Там ведь столько извращенцев! — Одного он подцепил! — повысил голос Том. Оплот спокойствия в их семье, сейчас он рванул подобно бомбе. Резко сокращая расстояние, схватил Нотта за воротник пальто и с силой поднял на ноги. — Что ты успел сделать с моим сыном?! — Ты уверен, что хочешь это знать? — иронично спросил Теодор, а после резким движением отодрал от себя чужие руки. — И даже если да — это не совсем твоё дело. Джеймс может вступать в отношения с кем и как пожелает. Перед глазами встала красная пелена. Разум Реддла отключился в тот миг, когда он занёс руку. Нотт не ответил ударом на удар, лишь отталкивая друга от себя, когда тот попытался ударить ещё раз. Гарри испуганно вздрогнул и попытался оттащить в сторону. — А ну, угомонитесь! Не хватало устроить драку в парке при куче свидетелей! Так недолго стать номинантами на попадание в какой-нибудь видеохостинг. Да и вообще, супруг, распускающий кулаки — что-то определённо новенькое. За ним такого не водилось. Гарри не знал его с такой стороны и, честно признаться, Том его пугал. Глаза совершенно башенные, дышал загнанно, с тихим рычанием, и не рванул вперёд только потому что Гарри крепко его держал. Джеймс, тоже испуганный, вцепился в руку Нотта и что-то тихо ему говорил, пока сам мужчина, свободной рукой прикасаясь к месту удара, улыбкой старался показать, что всё в порядке. А позже приобнял Джеймса за талию обеими руками. — Руки. Убрал. От моего. Сына, — зарычал Том, дергаясь в хватке мужа. — Не хочу. Не отдам. Моё. Теодор чеканил слова, словно отзеркаливая Тома, но при этом меняя отражение. Со стороны казалось полным издевательством, но альфа знал — только так можно что-то втолковать другу, когда тот архизол. Однако, сработает ли это, когда дело касается сына? Небольшая капля сомнений была. Но Нотт не показывал вида. Кто-то должен быть уверенным и стоять щитом. Джеймс выглядел слишком напуганным и Теодор испытывал грусть с желанием как можно скорее его успокоить и чем-нибудь порадовать. Точно. В кармане была шоколадная конфета. Достав её, мужчина вложил её в прохладную ладонь омеги. — Чт-то? — растерялся тот, смотря то на конфету в красивой золотистой упаковке, то на своего альфу. — Скушай. Во время стресса сладкое полезно. Кстати, твоя любимая, — ободряюще улыбнулся мужчина, но лишь на секунду. Лицо болело после хука друга. — Без обид, но с конфетками в кармане ты точно на педофила похож. Не знай я тебя, заподозрил бы худшее, — удерживая Тома силой, Гарри взял «дипломатическую» часть на себя. — Поэтому я и угостил его при вас, — Теодор обратил внимание на родителей парня, — давайте уже пойдем в какое-нибудь тихое, немноголюдное место, и там поговорим. — Поговорить? — в глазах Тома сквозила чистая, неприкрытая ненависть. — Нам не о чем говорить. Ты, ублюдок, тайно встречаешься с моим сыном, и надеешься получить одобрение? Я считал тебя другом. — Вот именно. Ты знаешь меня, как человека, уже давно. А значит, должен понимать моё поведение. В том числе и с твоим сыном. Я бы никогда не позволил себе обидеть его. Неплохое преимущество, знаешь ли. — Ты вдвое старше! — снова повысил голос Том. В отличие от прошлого раза, когда он дёргался в хватке супруга, чтобы освободиться и начистить морду бывшему другу, сейчас схватился за эти самые руки, ища в них успокоение. — Какой у вас может быть союз?! Какие общие темы и ценности?! А что будет в будущем? Ты, друг мой, не молодеешь. Пока Джеймс будет расцветать, ты превратишься в дряхлого старика. — Даже если у меня перестанет вставать — я сделаю своему мальчику приятно другими способами. — И давно ты практикуешь их с Джеймсом? — спросил Гарри, словно перетянув злость супруга на себя. И если бы Том не держался за руки, точно бы подкрался к нему, как рысь на охоте. — Между прочим, совершеннолетним он стал весьма недавно! Скажи что-нибудь, что не даст нам повода закрыть тебя за совращение! — Пап, мне почти девятнадцать, — влез Джеймс, с конфетой за щекой. — Я имею право на личную жизнь. С кем захочу! И давайте правда пойдём отсюда? На нас уже косо смотрят. — Косыми станут — их проблемы. Я сейчас спросил, когда вы начали? — Начали «что»? — Активные действия, — негромко уточнил омега после смущённого покашливания. О таких темах не принято говорить вот так — в лобовую. Тем более, в таком месте, как парк. Поэтому Гарри потащил супруга в другую сторону, а два «арестанта» поплелись за ними. — Ну-у, — неуверенно протянул Джеймс, сжимая руку Теодора. Тот понял намёк и наклонился. — Что мне сказать им, папочка? — шёпотом спросил. — Лучше не врать. Всё равно проколемся, если попытаемся. Я тебя прикрою, малыш. Украдкой посмотрев на родителей, которые по собственной глупости пошли вперёд, оставив их позади, Джеймс воспользовался моментом и тихо чмокнул мужчину в губы. И как ни в чём не бывало, откашлялся, закончивая мысль: — В первый раз, после активной переписки, мы встретились в октябре. Где-то спустя две недели, как Альбус привёл к нам домой Скорпиуса, как своего альфу. — А, так смотрины состоялись? Вот радости-то было, наверное, — подробностей Теодор не знал, и не видел как старший омега скривился от воспоминаний. Том остановился, оборачиваясь с недобрым взглядом. — Молчу-молчу. — Что дальше? — теперь отец потребовал полного рассказа, возобновив шаг. — Дальше мы общались вживую. Встречались не так часто, как хотелось бы, но… м-м, Тео находил на меня время. И, как было сказано ранее, мы много разговаривали о вас. О тебе больше всего, отец. Вы ведь друзья. И если уж хотите знать все подробности, да, мы спали. И нет, мы не ходили по отелям. Папочка приглашал меня к себе, у него така- — ЧТО?! — в один голос воскликнули родители и почти синхронно обернулись с выражением полным ужаса. Джеймс так сильно раздухарился, что невольно назвал своего альфу совершенно непотребным прозвищем. Которое вошло в привычку. Он заткнул собственный рот рукой. Но поздно. Теодор раздосадованно простонал, прижав к себе омегу за талию, словно напарника перед боем. Гарри начал хлопать себя по плечу, из-за чего Джеймс боязливо поёжился. Таким же образом он часто пытался вслепую найти на себе полотенце, чтобы хорошенько им отхлестать. Вопрос — на кого именно сейчас должен был пасть удар? — Как это спали?! — Какой «папочка»?! — Как уже успел выразиться Том, — Теодор вернул шпильку. — Я стану стариком, когда Джеймс будет цвести. А сейчас я как раз в возрасте папочки. И хорошо обеспечен. — Да ты…! — Нет, отец. На этот раз Джеймс не позволил отцу наброситься с кулаками. Он встал между ним и своим мужчиной, выдерживая грозный взгляд. — Хватит. Ну правда. Я — взрослый человек, и я сам решаю, с кем и когда встречаться. И ты не можешь выступать против, используя кулаки! Просто примите тот факт, что я полюбил альфу, который старше меня! Вы же приняли Малфоя. Малфоя! Так примите и мой выбор! — Малфой до сих пор у меня на испытательном сроке, Джеймс! И ты это знаешь, — возразил Гарри. — Так полагаю, теперь мне придётся встать на испытательный срок к своему же другу? — заметил Теодор. — Уверен, я справлюсь. — Ты весьма самоуверен, папочка, — выплюнул прозвище Том. — Должен же был и я когда-то получить это прозвище, — Теодор позволил себе капельку наглости, не отпуская своего омегу далеко, и не оставляя никому шанса его забрать. — Ну всё, хватит, пойдёмте дальше, — начал умолять Джеймс, — вы на машине приехали? Или пешком пришли? — Мы гуляли. Был милый денёк, — выдохнул Гарри. Теперь этот денёк милым не казался. Нет, он превратился в катастрофу. Похлеще дня знакомства с альфой Альбуса. Кто бы мог подумать, что найдётся кто-то похуже Малфоя? И почему их сыновья выбрали себе избранников, которых ни Гарри, ни Том принять не могли?! И оба хорошо им знакомы! А самое главное: что сыновья нашли в этих альфах? Особенно этот вопрос касался Джеймса, ведь Теодор не был столь частым их гостем, как тот же Скорпиус, ещё в детстве не отлипавший от Альбуса. — Когда всё так повернулось-то? — несчастно простонал Гарри. — Без обид, Теодор, ты вроде нормальный мужик, но принять тебя, как альфу нашего сына — это какой-то караул! — Прошу, прими меня, батю- Не дав договорить, Джеймс резвой кошкой подорвался и заткнул рот своего мужчины сразу двумя ладонями. Их взаимоотношения держались на волоске и издеваться — последнее дело. Особенно перед отцом, которому дай только повод напасть снова. Он как бык перед красной тряпкой. — Молчи, пожалуйста, — сквозь зубы попросил, а потом резко обернулся на родителей, выдавливая улыбку, — папочки, давайте поедем домой на машине. Тео нас всех подвезёт. — Тео! Стыд-то какой… — со стойким чувством надвигающегося обморока, старший омега вяло кивнул. — Ни дядя Тео, ни Теодор на худой конец. Дожили ведь! — Не поздновато ли ты испытываешь чувство стыда? — мрачно спросил его Том, заметно ускорив шаг. — Молчи, блин! Лучше скажи, что нам теперь делать с этими двумя гавриками? — Напомню, гаврики слышат, — сказал Нотт, выбравшись из хватки своего малыша. Но тот нашел новый способ заткнуть. Или правильнее, наказать за чрезмерную болтливость — ущипнул за руку. — Одного посадить под домашний орест до конца его дней, а второго убить. Где у нас лежит лопата? — Ну, с арестом точно не прокатит, особенно если Джеймс всё-таки решит сорваться в армию, — сказал старший омега настолько серьёзно, что Джеймс едва не схватил приступ испанского стыда. — А лопату ты одолжил кому-то из коллег для сада, и до сих пор возвращают. Давай план Б. — Выбросить труп в реку. — О, я скучал по вашим шуткам, ребята, — с ностальгической улыбкой протянул Теодор, — вы так идеально друг друга дополняете. Но, спешу напомнить, моё исчезновение не останется бесследным. И я не хотел бы делать своего малыша и его брата сиротами при живых-то родителях, которых упекут за решётку. Так что давайте решать вопрос чуть-чуть более мирным путём. — У тебя же нет гемофилии, да, Теодор? Это болезнь, при которой кровь не сворачивается самостоятельно. Тем самым, даже одна небольшая рана может убить. — Нет. И в роду тоже ни у кого не было, — осторожно ответил Нотт. — Чудно! Значит: пара таблеток, повышающих давление, порция антикоагулянтов, и дать тебе в нос. Рецепт готов! — И это мирный путь? — разозлился парень. — Папы, хватит пытаться навредить моему альфе! — Мы ещё даже не пытались. А вот когда попытаемся, ты это сразу поймёшь, — сурово одёрнул Гарри. Предназначалось только сыну, но пробрало всех. Несмотря на рукоприкладство дома — полотенце никогда не выглядело серьёзно, и чаще воспринималось, как шутка. Но голос сейчас — до мурашек. — Отец уже навредил, — себе под нос пробормотал парень. Вчетвером они вышли из парка. Парковка находилась в нескольких шагах, и машина Теодора выделялась среди других. Дорогой внедорожник цвета металла. Приезжать на такой просто, чтобы погулять в парке — настоящее расточительство. Во всяком случае, в глазах старшего омеги, поскольку рос в небогатой семье. — Будешь ехать больше шестидесяти, Теодор — я тебя придушу, — предупредил Гарри, не любивший быструю езду. — Сэр, есть, сэр! Джеймс успел заметить, как рука папы едва не взлетела вверх, чтобы прописать затрещину, но в последнюю секунду он сам остановился. Джеймс, готовый сесть вперёд, замер под предупреждающим взглядом отца. И сразу понял — его место позади. Рядом с папой. Теодор усмехнулся, краем глаза заметив, как друг садиться по левую руку. — Ну что ты в самом деле, Том? — Что? — вопросом на вопрос ответил, пристегиваясь. И проследил, чтобы его омеги позади тоже использовали ремень безопасности. — Что именно тебя не устраивает в моей кандидатуре для Джеймса? Возраст, интеллектуальный уровень? Или ты просто не хочешь меня ни с кем делить? — позволил себе усмешку Нотт. Отчасти потому, что никто не станет мешать ему управлять. — Возраст, — устало выдохнул Реддл и прикрыл лицо рукой. Вся эта ситуация — разборки, переживания, ярость, — ужасно вымотала. — Ты пойми. Я не могу видеть тебя со своим ребёнком. Чёрт возьми, я рос вместе с тобой. — Вот именно. Ты знаешь меня лучше, чем кого-либо ещё. Я для тебя полностью предсказуем. И у меня есть как мозги, так и возможности, чтобы позаботиться о Джеймсе. Теодор был очень убедителен и спокоен. За исключением одной короткой вспышки гнева, когда какой-то внедорожник подрезал их при перестроении. — Пап, — тихо позвал Джеймс родителя, решив подлизаться. Прильнул к его боку и осторожно стал гладить по руке, — ты же не злишься на меня? — Скорее, я в полном ауте. Мои мальчики оба предпочли тех, кого бы стоило держать подальше, как альф. Как так вышло? Чем тебе Нотт приглянулся? — Ну… — опустив взгляд на руку родителя, парень стал водить пальцами по его раскрытой ладони, — он такой взрослый и понимающий. Мне с ним очень легко, пап. Он умеет слушать, и не стыдиться говорить о своих чувствах. И он думает обо мне и любит в первую очередь как личность, а не как течную дырку, — от последней фразы Джеймс поморщился, вспоминая школьную пору, — мои ровесники альфы такие дауны! Тупые, ревнивые и думающие только о сексе. Я на них смотреть не могу. Благодаря Тео мои предпочтения взлетели до небес просто. Слова сына заставили Гарри призадуматься, но процесс явно был неприятен. У него не было личных мотивов для ненависти, как к Малфою, но вот возраст и потенциальная непредсказуемость Нотта сбивают с толку. — Он как отец, — стал добивать Джеймс, видя сомнения на лице родителя, — только старше. Просто представь, если бы ты встретил отца с большой разницей в возрасте. То же самое и у нас. — Первым делом, я бы задумался о том, что я могу дать такому взрослому человеку. Помимо очевидного. Будет ли ему интересно со мной? Не говоря уже об опыте в других сферах, и я сейчас даже не про секс. Встречаться с человеком старше себя — да, может быть мило, но в отношениях нужно равновесие. — Мы над этим работаем. Я понимаю, что со стороны может казаться, будто я только на роль постельной игрушки кажусь. Именно поэтому я стараюсь работать над собой. Я засел за учебу, кстати! А ещё слежу за своим языком. И много интересуюсь работой Тео. Он тоже окунается в мой мир, — вдруг хихикнул Джеймс, — ты бы видел, как однажды он пытался говорить на молодёжном сленге. Я давно так не смеялся! — Не напоминай! — со стыдливым смехом отозвался Теодор с водительского места. — Это был кошмар. Я не усваиваю всего этого. — Ты мой краш, Тео! — подстебнул Джеймс, утыкаясь в плечо папы и не переставая хихикать. — Можно на человеческом, а? — несчастно простонал Нотт, но его тон был ярко разбавлен смехом, а потом перешёл в коварное предупреждение: — Или я отплачу тебе на архаичном, и ты расплавишься. — Это значит, что ты мой идеал! — Боже мой, — выдохнул Гарри, — я сдаюсь. Вы победили. Том сдался ещё раньше, молча выслушивая разговоры семьи. Нотт чувствовал себя комфортно, при всём своём некомфорте. Скула ужасно болела, но он терпел, обращая внимание на другие вещи, и внимательно следил за дорогой. До дома добрались примерно через сорок минут, чудом избежав пробки. — Я всё ещё могу напроситься на чай, Том? — спросил Теодор, выпустив из машины всех своих пассажиров. И спрашивал весьма закономерно, друг может и сдался, но его негативные чувства остались. — А что, у меня есть выбор? Проходи. — Папуля, — услышав одобрение, Джеймс подобрался к нему сзади и в благодарность поцеловал в щёку. — Не подлизывайся. — Так, марш чай ставить! И на нас, и на ухажёра своего! — Гарри с лёгкостью нашёл полезное занятие для сына. — Бегом-бегом! — Не будь я за рулём — коньяка бы добавил, — с усмешкой ответил Теодор. — Не надо, от тебя потом нести будет! — крикнул парень, убегая на кухню. — В гостиную? Или на кухню? — с выдохом спросил Том. — Давайте на кухню. Вкусного больше, а убирать быстрее, — решил Гарри. Джеймс собирал закуски и готовил чашки, ставя на поднос. А за столом, у окна, сидел Альбус, с интересом поглядывая за поспешными действиями брата. Когда взрослые зашли на кухню, он приветливо помахал им рукой. — Привет, папы. Дядя Тео, — особенно выделил обращение, ухмыляясь. — Так-так-так, — подозрительно прищурился старший омега, взяв полотенце после того, как вымыл руки. — Значит, ты уже давно в курсе, да, Альбус? Младший близнец нервно сглотнул со стойким желанием обругать себя. Попытка подстебнуть обернулась допросом. Не рой другому яму… — Мы своих не предаём, папуль, — попытал удачу Альбус, выставляя кружку немного вперёд, как свой щит, — Джей сохранял мой секрет, а я его, всё честно! — Дебик, — сдавленно простонал Джеймс, хлопая себя по лбу, но уже ничего не сделать. Альбус выдал всё. С потрохами. А это уже «сговор двух и более лиц», что они оба знали, знакомясь с юриспруденцией. Как и их недоучившийся папа. — Раз так, мои маленькие шпионавты, на каникулах почешете к бабкам-дедкам, на месяцок, и будете секретничать там. А ваши джентльмены, которых я рога шатал, пусть поскучают. Приговор озвучен и обжалованию не принадлежит. Том поддержал, кивая в нужных местах, почти поддакивал, пока садился ко второму сыну. А тот, в своё время, убрал кружку и уронил голову на сложенные руки. — Полный провал. — Фиаско, — добавил второй. Папуля, долго пребывающий в неведении, оказался суровым судьёй, когда все обстоятельства вскрылись. — Гарри, хочу напомнить, что они оба — уже взрослые люди и- Урезонить не вышло. Под довольный и почти мстительный взгляд Тома, заклятый друг получил по голове свёрнутым вдвое полотенцем. Что не больно, но крайне ощутимо. — А ну, не разлагай мне здесь дисциплину! Я сказал — поедут к бабкам, значит поедут! Ты сам на испытательном сроке, тоже хочу тебе напомнить! — Понял. Заткнулся, — смирился Нотт, а затем подмигнул своему омеге. Джеймс, расставляя кружки, незаметно от грозных родителей погладил мужчину между лопаток. Альбус был этому свидетелем, выглядывая из-под щели из рук, и тихо фыркнул. — Малфой у тебя на испытательном сроке. Теодор будет к меня, — настаивал Том. — Да-да, конечно. Твой друг полностью в твоём подчинении, — покладисто и, будто само собой разумеющееся, подтвердил Гарри, словно и не было того грозного главы семьи, способного одним взглядом сказать «сейчас ремень возьму!». А всё потому, что Том обладал неосязаемым мощнейшим авторитетом. Гарри слушался его в нелёгком деле по поддержанию порядка в семье, как судебная власть в государстве. Том — их законодатель. И полотенце, которым порой огребала вся семья — такой же символ, как судейские весы. Посмотришь на них — сразу всё понятно. Особенно, когда станешь частью этого дома.