Дом для бабочек

      Тридцать дней сезона позади. Уже скоро подходил новый, меняя атмосферу и температуру окружающей среды. Такое нерадостное время для всех, кроме землевладельцев, которые готовятся собирать урожай на продажу. К сожалению, правительство взымает как часть прибыли с продажи, так и часть с продовольствия. Дикость. Именно на это обращал особое внимание Дазай. Если король не отойдет от заклинания, то запасной план должен иметь твердый фундамент, чтобы не упустить возможности исправить положение в стране. Но если Фукудзава придет в ясность сознания, то в смене правителя нет необходимости.       По истечению времени в другом месте, вдали от дома, Осаму брал бесплатные политические уроки у друга, который со звездочками в глазах помогал магу. Ода с самого начала их знакомства желал, чтобы Дазай занял высокое положение в Уилине. Поэтому все свое свободное время отдавал обучению. Пока его личный зельевар искал успешную формулу, под комментарии примерного эффекта заклинания, Осаму прочитывал большое количество книг и записей. Из-за большой загруженности он выкраивал немного времени, чтобы прочитать письма. Пусть и кратко, но маг старался ответить на каждое.       За тридцать дней у омег многое сменилось в жизни. В башню к ним переехали Акико, Ранпо и По. Это хорошо. Главное, что они не скучали. Общество Акутагавы и Эдгара немного разгладят их серые дни. Ко всему прочему, Накахара основательно взялся за свое здоровье. Как оказалось, его стало еще сильнее беспокоить то, что у него до сих пор не приходила течка. Их нерегулярный цикл и возможная бесплодность выводили его из душевного равновесия. Каждый раз в голове Дазай прокручивал эту информацию без возможности сосредоточиться на делах.       Проснувшись ранним утром, Осаму обессиленно посмотрел на слишком белый чистый потолок. За долгое время пребывания здесь он потихоньку привыкал к этим цветам. Приподнявшись на локтях, маг тут же замер от того, что он увидел. Смущенно отведя взгляд, Дазай вымученно придумывал самые непривлекательные образы, которые только возможно. Глаза бегали по просторной комнате в поисках чего-то, что могло зацепить его внимание. Пустой стол. Все книги и записи давно вернулись на место в библиотеке за несколько дней до сегодняшнего утра. Значит пора собираться обратно. Домой. Переживания нахлынули на него новой волной. Чем дальше течет их совместное время, тем сильнее хочется сделать новый широкий шаг. А ведь раньше маг не думал о таком.       Как он встретил Ацуши в башне и сейчас… Будто абсолютно разные люди. Вспоминая то, как он рьяно убеждал Куникиду, что останется одиноким до самого конца, стыд медленно подкрадывался в каждую клеточку альфы. Стук в дверь отвлек его.       — Войдите, — без раздумий сказал Дазай.       В дверях появился Сакуноске Ода. Его взгляд упал на тело Осаму. Ему хватило секунды размышлений, после чего он с извинениями захлопнул дверь. И что его так напугало? Глаза наткнулись на голый торс. Из-за того, что они как-то давно познакомились случайно, когда Дазай сопровождал Юкичи и Мори в Зоани. С того времени маг уже несколько раз успел поменять свои взгляды. Вздохнув, он опустил ноги на пол и медленно подошел к выходу, открыв дверцу.       — По-моему, я сказал, что можно войти, нет?       — Ха-ха, да? Ладно, — его волчьи уши слегка прижаты к голове от волнения.       Он неуверенно прошел в спальню, когда Осаму уступил ему дорогу. Поспешно подойдя к столу, Ода присел на стул и сдержанно уложил ладони на колени. Его волнение сейчас можно понять, поэтому первым делом маг подошел к гардеробу и накинул на тело рубаху. Застегивая пуговицы, Дазай обратился с вошедшему:       — Так, что-то произошло? Тяжело тебя представить ранней пташкой. Это же не считается оскорблением для волков?       — Приятно видеть тебя хорошем положении духа, — начал Сакуноске. — Решил вот напоследок хорошенько попрощаться перед твоим отъездом. И поговорить немного… По душам. У нас мало времени было для этого.       Его длинный запачканный халат прикрывал поникший густой хвост. А уши забавно дергались от предвкушающего волнения. Тяжело быть зверолюдьми. Годами нужно развивать в себе чувство равновесия и контроль эмоций. И, насколько известно, это мало кому удавалось в совершенстве. Скорее всего, Ода хочет услышать кое-что интересное и новое от Осаму. Иногда слухи о влиятельных фигурах могут разлетаться далеко за пределы одной лишь страны. Хмыкнув, маг уселся на кровать и посмотрел на друга в ожидании.       Его зрачки нервно бегали по комнате. И сразу не скажешь, почему Сакуноске нервничал. Или боялся задеть Дазая, или переживал из-за своей реакции. По своей натуре Ода очень любил детей, но есть небольшая проблема. Он из тех, кто вообще не мог оплодотворить пару. И смотря на него, Осаму задумывался о многом. Герцог добр и нежен. Сколько маг помнил его, он всегда справедлив ко всем слоям населения. Иногда Дазай ощущал себя глупо рядом с таким зверочеловеком.       — Эй, так о чем ты хотел именно поговорить? — нарушил тишину Осаму.       — Ах, да. Точно. Слушай… Я даже не знаю как начать.       — Да, многое произошло, — вспоминая сентиментальность Оды, ответил Дазай. — Я все-таки обзавелся семьей.       Сакуноске удивленно поднял глаза на друга, а затем расслабленно выдохнул. Его искренне радостный вид заставлял мага смутиться. Тяжело рассказывать об этом. Еще каких-то несколько лет назад они в последний день встречи поссорились. И как раз на тему семьи. Прокашлявшись, Осаму локти составил на бедра и прикрыл лицо ладонями. Ода был из тех, кого маг сильнее всего терпеть не мог, но почему-то построил с ним дружеские отношения. Хоть и с усилиями самого герцога, однако они успели сблизиться.       — Мне жаль, — стыдливо проговорил Дазай, не смотря на Оду.       — Глупости говоришь. Я тогда больше беспокоился за тебя, потерявшего смысл жизни. А теперь я рад, что ты смог его найти, — именно поэтому маг ненавидел таких личностей из-за чрезмерной жертвенности.       — Слушай, я тогда поступил с тобой крайне невежественно. И сейчас несмотря на это ты помог мне. Поэтому я действительно сожалею и благодарен тебе за помощь.       — Если хочешь извиниться, то сделай это в виде подробного рассказа. Мне интересно, кто эти смельчаки, которые растопили тебя.       Возможно, Осаму именно этого сейчас не хватает. Поделиться с близким этим новым ценным и обсудить. Выдохнув, маг невольно улыбнулся и начал свой рассказ, начиная со встречи в баре. Как он случайно узнал о домах для бабочек. Как ему в голову ударило посетить «Пион», где он встретил Ацуши. Задерживаясь на это встрече подольше, Дазай почти все рассказал о этом смелом омеге, который упорно просился жить с магом. А как Чуя к нему подошел. Этот момент он никогда не забудет.       Время пролетало незаметно. Сакуноске лишь молча улыбался и кивал почти на каждое слово. Это подбадривало и заставляло Осаму продолжать рассказывать о волнениях и желании обрести семью. Стыдно. Страшно. До этого момента он еще ни разу не открывал кому-то постороннему, кроме омег, свою душу. Но а что плохого будет в том, чтобы рассказать знакомому, которого видит крайне редко? Ничего. И потому маг продолжал свой рассказ.       В скором времени в дверь снова постучались. Ода поднялся и подошел к дверце, открывая ее. Переговорив с нарушителем их идиллии, он попрощался с ним и вернулся на место. В его руках находилась бутылочка с вязкой бесцветной жидкостью, заткнутая пробкой. То самое зелье без запаха, вкуса и, возможно, побочных эффектов. В глазах Сакуноске читалась нерешительность, а уши были еще сильнее прижаты к макушке.       — Что? — склонил голову на бок Дазай и пристально смотрел за движениями друга.       — Может, не стоит так рисковать? Переезжайте сюда. Вдруг… Все пойдет не по плану?       — Перестань.       Его лицо исказила гримаса сожаления. Да, он понимал, что людям тут придется тяжело. Пусть народы не враждовали друг с другом, а теперь с их помощью они пришли к более дружескому союзу, никто не забудет прошлых обид. А дети вовсе не имели границ плохого и хорошего. И магии тут не преподавали. Пусть Осаму не хотел передавать ребенку эту способность, это он контролировать не сможет, а насильно убивать желание у малыша к обучению — не осилит. Ода перекинул бутылек в ладонь друга, а затем поднялся со стула.       — Ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Поэтому я надеюсь, что мы дальше будем поддерживать такое общение.       — Да… Будем.       Все-таки Ода помог ему, пусть и разошлись они по разные стороны с разногласиями. Теперь все иначе. Многое изменилось после того, как в его жизни появились омеги. В последнее время, благодаря им, он стал более странным и неловким в общении с близкими. Он частенько терял самообладание и что-то интимное личное вырывалось из груди. Посмотрев на зелье, Дазай сжал его в руке. Время. Нужно торопиться обратно.       Домой. Руки немного обмякли от предвкушения, а колени бились в мелкой дрожи. Сейчас он чувствовал так ярко, что соскучился по ним. Из памяти давненько ушел приторно-сладкий аромат, который в первое время он не мог терпеть. А теперь готов с помощью Врат отправится в башню, чтобы снова почувствовать его. Руки забыли какого держать что-то теплое и хрупкое. Подорвавшись с места, Осаму наконец отправился к экипажу.

***

      Поднявшись с кровати, Ацуши устало потер глаза. В последнее время высыпаться стало тяжелее в разы. Возможно, то же самое чувствовал Чуя, потому что снов у него не было. Или просто Ацуши не мог сосредоточиться и проникнуть в сновидения, или вовсе разучился это делать. Но это неплохо. Он не чувствовал вину за это, потому что даже без этой способности он остается любимым.       — Агрх. Как бесит! — взревел Чуя, напугав этим Накаджиму.       — Что случилось?       — Вроде мы с тобой друг у друга есть, но все равно так тяжко. Никогда не думал, что буду так убиваться, — протараторил Накахара и поднялся. — Как думаешь, он скоро вернется?       — Думаю, да. Он же обещал.       Ацуши вымученно улыбнулся, а затем опустил взгляд в пол. На самом деле, омега не имел понятия, как скоро приедет Дазай. Да, он в письмах упоминал, что уже вот-вот он должен приехать домой, но планы могут поменяться. Прикрыв глаза, Накаджима приобнял себя руками и протяжно вздохнул. Поднявшись на ноги, омега подтянулся и тут же замер. Жар тут же охватил его тело, а в груди засела отдышка.       Обернувшись, он посмотрел жалобно на Чую. За последнее время он пережил две течки без альфы под присмотром Накахары, но этого мало. Без феромонов Дазая, который пометил Ацуши, переносить этот период становилось тяжелее. И через несколько дней у него снова начнется мучительное времяпровождение.       — Уже? — удивленно спросил Чуя, заметив состояние парня.       — Акико говорила, что из-за разлуки она может приходить чаще раза в месяц.       — Стоит тебе еще раз ее посетить. Может, таблетками какими-нибудь поможет, — осторожность в голосе Чуи о многом говорила.       Ранее он также страдал от зависимости к таблеткам, чтобы не забеременеть. И уж тем более не испытывать течку. О чем сейчас парень сожалеет несколько раз по дню. Возможно, даже эти слова ему удались с таким трудом, который таился глубоко внутри него. Прикусив губу, Ацуши покачал головой. Это неправильно, но, видя, как сейчас мучается Накахара, он боялся как-то медикаментозно влиять на организм. Накинув длинную рубаху, он взял полотенце с собой и побрел медленно в ванную. Холодная вода точно поможет ему остудить разгоряченное тело. Даже если сейчас приедет Дазай, едва ли у них будет возможность провести время наедине. С этими отборами.       Мерзкое тягучее чувство одиночества просочилось под ребра и отравляло его. Он соскучился по твердым мозолистым рукам, потрескавшимся губам и хриплому голосу. И это все обострялось на фоне течки, из-за чего парень еще сильнее ненавидел свой организм. Шагая по коридору, Ацуши смотрел под ноги. Уткнувшись в кого-то, он удивленно поднял глаза и посмотрел на женщину перед ним. Акико внимательно смотрела на него.       Неизвестно, о чем она сейчас думала, но то замешательство от нее о многом говорило. Омега лишь помотал головой и обошел ее. В последнее время она все чаще стала наблюдать за здоровьем парней. Пусть её и позвал Куникида, уговаривая, она всё-таки приехала сюда. И на протяжении всего времени, пока отсутствовал Осаму, была тут. Поэтому, скорее всего, сейчас она хотела что-то добавить по поводу состояния Ацуши, но а что тут скажешь? Он хотя бы здоров настолько, что может выносить ребенка. А боли в теле постепенно стихают и вовсе не беспокоят его. Лучше пусть Акико потратить свое внимание на Чую. Его организм…       Дойдя до ванной комнаты, Ацуши захлопнул за собой дверь и медленно скатился по гладкой поверхности на пол. Всего ничего. Каких-то тридцать дней. Триста шестьдесят часов. А раньше? Когда Дазай находился в башне и почти не видел их из-за работы, это ощущалось не так. Теперь его нет полностью. Ни запаха, ни голоса. Мотнув головой, Накаджима поднялся на ноги и включил краны ванны.       — Горячей поменьше, — под нос расплывчато проговорил парень, чувствуя жар от железа.       Через какое-то время он смог окунуться в прохладную воду. Тело напряглись от температуры жидкости, но так даже лучше. Ацуши немного пришел в себя. В последнее время у них много произошло интересного. Но это связано больше с другими людьми, чем с самими омегами. Именно из-за этого Накаджима в письмах решил умолчать о этих маленьких переменах. Будет лучше, если он сам узнает.       А возможно, Куникида вам признается, что начал испытывать какие-то более глубокие чувства к Акико. Ведь его взгляд… Стоит многого. Ацуши по себе знал его цену. Сама же Йосано в этом плане похожа на Дазая. Сложно узнать, что у нее в голове на этот счёт. Но она ведь не против? Так бы уже уехала отсюда или пресекла черту.       Рюноске очень сблизился с одной помощницей, которую Осаму приставил к нему. Причем так сильно, что его взгляд тут же смущенно опускается в пол. И это чудесно. Он нашел что-то ценное и дорогое в своей жизни. Это прекрасно.       Пока Ацуши думал о других, ему становилось немного легче. Но постепенно мысли стекали в одно русло. Прикрыв глаза, он медленно вдохнул. В носу больше не стоял привычный запах альфы, что удручало.       «Не стоит разводить хандру», — упрекнул себя Ацуши.       Медленным шагом он возвращался в спальню. Но тут в нос ударил аромат табака и кофе. В какой-то момент, Накаджима решил, что он вовсе сошел с ума. Однако незамедлительно прибавил скорость шагу и поднялся на последний этаж. В коридоре Осаму разговаривал о чем-то с Акико приглушённым тоном.       — Все точно наладилось? — спросил альфа.       — Ацуши телом и головой давно готов к этому, а у Чуи, хоть течки так и будут приходить редко, возможность забеременеть действительно повышается. Он хорошая губка для твоей магии. Советую тебе незаметно применять ее для укрепления его организма.       — Ха-а-а, кто же знал, что не только альфы способны колдовать.       — Это все сейчас неважно, — на третье слово доктор сделала больший акцент, посмотрев в сторону лестницы.       Осаму обернулся. Его встревоженный взгляд наткнулся на омегу, который тут же спрятался за стенкой. Так стыдно. Прижавшись к каменной поверхности, Ацуши приложил ладонь ко рту и медленно вздохнул. Мимо него прошла Акико и спустилась по лестнице, не оборачиваясь. Помявшись, Накаджима все-таки вышел из укрытия и неуверенно поднял взгляд на альфу. Он лишь с нежной улыбкой стоял на месте. В скором времени сзади появился Чуя, который недовольно бормотал себе что-то под нос про Йосано. Видно, по дороге наверх он по случайности встретил ее. Уткнувшись в спину Ацуши, омега выругался и посмотрел вперед.       Смятение, растерянность и восторг. Именно это парни сейчас испытывали одновременно. А недавний разговор, который Накаджима подслушал, вызвал в нем смущение. Осаму развел руки в стороны и сказал:       — Я дома.       Ацуши не выдержал. Сорвавшись с места, он подскочил к альфе и прижался, вдыхая давно забытый запах. Рядом уткнулся Накахара со слезами на глазах. Всего тридцать дней. Возможно, эту разлуку они запомнят надолго.

***

      Приятное знакомое тепло окутало тело мага. Пусть первое время он не мог признать сам себе, что скучал по их прикосновениям. Сейчас только сильнее Осаму чувствовал, как привязался к ним за такое недолгое время. Проведя их спальню, Дазай усадил парней на кровать рядом с собой. От Ацуши веяло усиленными феромонами. Это плохо. Отвлекаться на течку некогда, а оставлять мальчика в таком состоянии маг не сможет.       — Как вы тут? — осторожно начал Дазай.       — Тебя ждали все убогое время! Ты даже не умудрился написать, что приезжаешь сегодня. Несправедливо, — подпрыгнул на месте Чуя от возмущения.       — Угу, — рассеяно согласился Ацуши, очарованно смотря на Осаму.       — Чуя, когда это началось?       — Это? — удивленно переспросил Накахара, а затем перевел взгляд на Ацуши.       Накаджима терся щекой об плечо альфы, стараясь как можно больше вдохнуть воздуха. С каждым разом он сильнее прижимался и приласкивался. Никак не получается игнорировать его состояние. Вообще, есть маленький способ остановить течку в этот же день. Но стоит ли? Мотнув головой, он повернул голову в сторону Чуи. Тот лишь пожал плечами с удивленными глазами.       Переместив ладонь на затылок Ацуши, альфа осторожно почесал его. Ацуши блаженно прикрыл глаза с мягкой улыбкой. Запах становился все невыносимее. Это так заводило. Чуя развел руки и поднялся с кровати. Расхаживая по комнате туда-сюда, омега размахивал руками и что-то тараторил. От стоящего в комнате дурмана Дазай смог услышать только половину про то, что ранняя течка — плохой признак. И зная, что Накахара мог бессознательно завидовать, маг не представлял, что стоит предпринять. Потерев висок свободной рукой, он начал:       — Чуя, я понимаю, что ты волнуешься. Но сейчас надо Ацуши принять таблетку и лечь…       С крякающим звуком Осаму ударился спиной о матрас. Омега внезапно придавил его к кровати и уселся сверху. В его туманных от возбуждения глазах читался протест. Потираясь о член альфы, Ацуши только сильнее вдавливал в кровать альфу. Долгая разлука сказывалась на нем. Еще немного и он потеряет контроль над собой. Приводнявшись, он посмотрел в сторону, где должен стоять Чуя, однако там никого не обнаружил.       «Сбежал, засранец» — пронеслось в голове Осаму.       А совсем недавно именно он говорил, что у Накаджимы возможны какие-то отклонения. А теперь оставил его на альфу, у которого не было секса тридцать дней. Когда он успел получить физическую зависимость от них? И важно ли это сейчас?       Постанывая сверху, Ацуши прижался к магу и неловко прикоснулся губами к шее. Если бы только он не испытывал сильную гордость и удовлетворял хоть немного утреннее желание. Если бы только за день до приезда постарался как-то остудить тело таблетками. Сейчас от нежного укуса омеги последнюю каплю разума унесло. Поменявшись местами с Ацуши, альфа увел его в страстный поцелуй. Их нетерпеливые прикосновения друг к другу распаляли только сильнее. Запахи, звуки смешались в единую какофонию.       Скорее всего, Осаму о своем решении позже подумает дважды, а то и трижды. Но это будет после того, как вдоволь насладится нежным податливым телом, оплодотворив его. Инстинкты кричали и требовали этого. И он не сопротивлялся. Дазай позволил себе желать большего, жадничать. Громкие несвязные стоны от Ацуши заводили куда сильнее наэлектризованного от удовольствия тела. Впивающиеся ногти в плечи заставляли его поглощать мальчика без остатка. Ноги обхватившие его талию прижимали альфу ближе и ближе с каждым движением.       Чтобы хоть как-то приглушить себя, Ацуши зубами цеплял кожу на шее Осаму. Удивительно, но они спустя какое-то время привыкли к физическому контакту. Пусть в первое время вслед удовольствию и эйфории приходили вина и стыд. Сейчас, не используя таблетки, Дазай не чувствовал себя отвратительным и слизким. Ему было до звездочек в глазах хорошо. Если бы его попросили описать это словами, альфа не смог подобрать правильных фраз. Сглотнув слишком громко, Осаму в последний раз прильнул к губам омеги и нежно поцеловал его, успокаивая. Вероятно, у Ацуши не мало в голове сейчас мыслей. По одним только встревоженным глазам видно, как он разнервничался. Но сейчас это неважно.       — Просто расслабься, — шепотом проговорил Дазай, чувствуя, как последние нити наслаждения исчезали под кожей.       Накаджима рассеяно кивнул и улыбнулся. После он что-то бубнил себе под нос, что хочет всегда вот так нежится в постели. Это похоже на него.       Со временем тяжелый аромат феромонов растворялся в воздухе. Секс помогает омега эффективнее и дольше обычных таблеток, поэтому до конца всех дел Накаджиме хватит. А после его можно будет снова пригвоздить к кровати и никуда не отпускать до тех пор, пока омега не потеряет сознание от бессилия. Довольно улыбнувшись своим мыслям, Осаму приподнялся и отпустил Ацуши из плена.       Накаджима с забавным мурчанием завернулся в одеяло, скидывая одежду на пол. Стоит его увести в ванную, но сначала пусть немного отдохнет. Приподнявшись с постели, маг в последний раз посмотрел на спящего омегу и, захватив в руки одежду, потихоньку одевался. Желательно, в голове держать план, с помощью которого Дазай приведет в чувства короля, однако все мысли уходили в одну точку. Не хотелось оставлять парнишек одних в башне с таким состоянием. И пугало, что после первого оргазма Ацуши успокоился. Обычно перед сексом Накаджима принимал таблетки для исключения возможности забеременеть. Но от них течка только сильнее ударяет в голову. А теперь он спокойно лежал под одеялом и сильнее вжимался в мягкую подушку. Возможно, об этом стоит подумать потом, на более трезвую голову.       Выйдя из спальни, Осаму тихим шагом дошел до кабинета, где сидел напряженный Чуя. Он не сразу заметил, что внутрь кто-то зашел. Как только альфа сел за стол, повернувшись в сторону Накахары, тот поднял взгляд.       — Я старался сгладить его прошлую течку, пока тебя не было. И тут же еще одна… Это ведь нормально? — его голос звучал беспокойно.       — Чуя, организм у каждого реагирует по-разному на внешние раздражители. Возможно, у тебя точно такая же реакция была бы из-за длительного отсутствия… Кхм, — продолжать фразу Осаму не решился.       Несмотря на это в глазах Накахары прояснилось. Возмущенно хмыкнув, он приподнял нос, а затем повернул голову в сторону. Как же это мило выглядело. Улыбнувшись, Дазай пожал плечами и повернулся в сторону документов. Флакон с жидкостью стоял на столе. Подчиненные Сакуноске разработали новую формулу прям при нем, однако маг никогда не интересовался, на чем или ком они тестировали образцы. Возможно, к лучшему, что он не проявил любопытства. Большое количество одобрительных листов дворян из Зоани. Им выгодно иметь дружеские связи с магами, поэтому в их интересах поддерживать сторону Дазая. Учитывая жажду к полному контроли и власти у Мори, выбор невелик.       Рядом сидящий Чуя внимательно рассматривал бутылек. Однако даже не спросил о нем. Поморщившись, он поднял взгляд на Осаму и неуверенно спросил:       — Если не получится?       — Тогда у меня есть знакомый, который готов принять нас у себя. Пусть там и живут зверолюди, думаю, мы что-нибудь придумаем.       Накахара недовольно сморщил нос. Какое-то время обдумав, он сдался и протяжно вздохнул. Сложив руки на груди, он больше не стал высказывать недовольство и спорить с альфой. Через какое-то время он аккуратно прилег на кровать, ругаясь на ее твердость, и прикрыл глаза. Завораживающее зрелище. Когда омега, переживший нехорошее отношение от альф, так беззаботно выглядит перед Дазаем.       Поэтому Осаму постарается в скором времени обеспечить им спокойную жизнь без лишних переживаний.       — Я переживаю за Ацуши, — проговорил медленно Чуя.       — Почему?       — Две течки. Разе это не слишком?       — Чуя, давай поговорим, — Осаму немного начинает беспокоить эта небольшая одержимость.       Чуя фыркнул и отвернулся. Какое-то время он молча лежал и старательно игнорировал взгляд альфы. Но долго он не смог лежать молча на кровати. Поднявшись, он виновато посмотрел на Дазая.       — Ты ведь тоже хочешь стать «мамой»?       Этот вопрос в лоб заставил Чую вздрогнуть. Его зрачки быстро перемещались с одного на другой предмет в кабинете. Лишь на маге он никак не мог сфокусироваться. К сожалению, Осаму не владел способностью считывать эмоции, поэтому мог неправильно подобрать слова или начать диалог безболезненно. Мысленно себя поругав, Осаму начал с другой стороны:       — В последнее время я вижу, как ты странно себя ведешь при упоминании течек. И я действительно переживаю за тебя. Если Ацуши тут же говорит о своих переживаниях, то ты пытаешься казаться сильным и неприступным.       — Да, я хочу, — тихо пробубнил Чуя, перебирая пальцы на руках.       — Чуя, это обязательно произойдет. Просто тебе нужно чуточку подождать и позволить своему организму отдохнуть от стресса. У Ацуши это заняло меньше времени, потому что он позволил помочь себе. Поэтому и ты расслабься.       Накахара неохотно кивнул. Однако как бы сейчас он не переживал, прошлого не изменить. Если бы он не принимал большое количество подавителей, то забеременел от неизвестного альфы или пострадал во время течки. И эти варианты оба ничего хорошего не предвещали. Вспомнив недавние слова Акико, Осаму коротко улыбнулся. Скорее всего, Чуя ничего не слышал, раз был в спальне.       — Я виделся с Йосано недавно. Слышал, что ты скоро поправишься, поэтому не переживай и помоги себе выздороветь.       Накахара удивленно вздохнул на месте и смущенно отвел взгляд. Пусть он и отвернулся к стенке, Осаму все же успел заметить довольное лицо омеги.       А теперь стоит перейти к делу. В скором времени пройдет финальный бал, где огласят победителя. При любых обстоятельствах выиграет Мори, раз он распространил там свои связи. Поэтому стоит как можно быстрее добраться до короля и подарить народу освобождение. И далее он сам разберется с нарушителями. Стоит подготовиться к этому мероприятию очень тщательно.