Осколки

У предательства вкус был кислый. У вины вкуса нет. Никакого. У медных есть свои привилегии. Бесплатный кофе, например. Они работают больше всех, если брать норму рабочих часов, и у них есть право перехватывать стаканчик горячего кофе в любой точке Полиса. Утром, в обеденный перерыв, в середине ночной смены. Самое ироничное – кофе у них вкуснее. В этих маленьких ларьках с медными крышами – вкуснее, чем в золотом и платиновом кварталах. Или это медь влияет на восприятие вкуса. Какая, в общем, разница. Брут покачивает в руке картонный стаканчик. До того, как браслет напомнит о том, что до начала рабочего времени осталась четверть часа, есть еще несколько минут. Корпорации «ИКАР» больше нет. Официально. Но Брут трудится там же, где трудился, сидит на том же самом стуле, на котором провел последние годы. Неофициально. Теперь, в медном статусе, его норма часов даже меньше, чем была, когда эта норма зависела от того, остановится Икар сегодня или нет. Смешно ведь. На самом деле смешно. Шуткой хочется поделиться – с Лией, с Икаром, по привычке. Но Лия больше не отвечает. Икар – вне доступа. Браслет коротко сжимает запястье, пуская по коже дрожь. Брут поднимается и, отпив, шагает к знакомым, ничуть не изменившимся глянцевым дверям, которые охотно распахиваются, стоит ему подняться на последнюю ступеньку.