Не кусайся!

– Чтоб у тебя хуй отсох, Ким Тэхен, – кричит на весь спортивный зал Чонгук. Он сидит на пятой точке на полу и трет ладошкой ушибленное место. Сволочь по имени Тэхен зарядил ему волейбольным мячом в лоб. Специально! Чонгук стоял в стороне, как запасной игрок, пока остальные альфы играли, и не сразу заметил, как с большой скоростью в него летит мяч. Гук не удержал равновесие и упал. Теперь не только на лбу будет синяк, но и на заднице. – Нужно следить за мячом, а не в пол смотреть, – кричит ему Ким за сеткой. Да, он целился специально в сторону Гука. Ну захотелось. Злой Чонгук такой горячий, особенно в этих обтягивающих шортах. Он готов благодарить директора вуза за такую форму. Чонгук рычит и испепеляет гада глазами, на атомы расщепляет. Два года они воюют. То Тэхен сделает пакость, то Чонгук в ответ. Сложно признать, но обоим нравится. Все называют их женатиками несмотря на то, что оба альфы. Кто-то даже ставит ставки. Чонгук встаёт, отряхивает задницу и направляется к Киму. Он чуть головы не лишился, произошёл такой смачный удар, что по звуку костей позвонки сместились в шее. – Слушай сюда, кабан-переросток, – они почти одинакового роста, но Тэхен намного шире в плечах. – У тебя совсем с головой непорядок? Ты мог меня убить! – шипит Гук, а затем бьёт в нос. Раньше они не дрались, только пакостили друг другу и ругались, но всему есть предел. Тэхен зажимает нос. У Чонгука удар хорошо поставлен, не зря боксом занимается. Тэхен не хочет драться, ведь и вправду заслужил, но отомстить то надо. Он хватает за руку, сжимает до красных пятен, ставит ему подножку и роняет на пол. Чонгук хватает за футболку и тянет за собой. На полу, не теряя времени, кусает за плечо. Тэхен рычит, его альфа брыкается, чтобы его кусали у шеи, да ещё и другой альфа. Ну нет! Их начинают разнимать в момент, когда заходит преподаватель. – Что тут происходит? Ким Тэхен! Чон Чонгук! А ну прекратили, – орёт учитель, он отлучился на пять минут, а эти двое драку устроили. Тэхен отстраняется первым и позволяет себя оттащить. – Живо в кабинет директора! А все остальные десять кругов бегом. Они сидят у кабинета на лавочке напротив друг друга и буравят взглядом. У Чонгука покраснел лоб и образовалась шишка, а у Кима опух нос. Злорадная улыбка так и просится у обоих. – Из-за тебя у меня проблемы, – ворчит Гук. – Из-за меня? А кто набросился на меня? – А нехуй было мячом швыряться. Радуйся, что тебе в задницу не запихал его. – Детка, этот мяч поместился бы только в твою дырку, – специально продолжает злить. Чонгук возмущенно вспыхивает и подскакивает на ноги. Делает пару шагов к альфе, но их отвлекает открывшаяся дверь. Директор качает недовольно головой, понимая, что вышел вовремя, а то опять бы подрались. – В кабинет. Оба! – строго говорит директор и заходит. Тэхен толкает Чонгука в сторону, чтобы зайти первым.

***

Чонгук несёт стопку книг, чтобы расставить их по алфавиту на полку. Их наказали и заставили после пар разложить правильно все книги в библиотеке. Злит даже не это, а то, что и Тэхен тоже тут. Видеть его вообще не хочется. Сильно притягивает. Широкие плечи, сильные руки, офигенные бедра, на которых можно сидеть, чувствуя чужой стояк задницей. – Ты долго будешь торчать у одного стеллажа? Я почти все книги убрал, – возмущается Тэхен и от усталости садится на пол. – В постели ты такой же быстрый? – огрызается Гук, все-таки когда Ким открывает рот, то только желание ударить. Третья полка закончена, до четвёртой ему не достать, придётся на лестницу взбираться. – Так интересно, какой я в постели? Могу продемонстрировать, – облизывает губы и следит за действиями Гука. – Фу, избавь меня от своих гейских шуток и лучше помоги мне. – Что еще сделать? – язвит, но встаёт и идёт помогать. – Я поднимусь по лестнице, а ты мне будешь подавать книги. И без фокусов, – последние слова произносит строго и взбирается. Знает прекрасно, что Тэхен что-нибудь выкинет. На это альфа закатывает глаза. Он протягивает ему книгу за книгой, постоянно зевая, потому что устал невыносимо. Хочется прийти домой, принять душ и лечь спать, но он торчит здесь. Его нос почти не болит, но распух знатно. Чихать больно, а тут столько пыли, будто годами не убирают. Хорошо, что нет аллергии. Закончив с четвёртой полкой, Чонгук поднимается на несколько ступеней выше, и его задница, обтянутая тканью, маячит почти перед лицом Тэхена. Альфа на автомате отдает книги, не отрываясь от аппетитных половинок. Хочется потрогать, сжать и почувствовать, насколько они упругие. Слюна скапливается во рту, и феромоны усиливаются. На Чонгука у него стоит давно. Влюбился ещё на первом курсе, не сразу, конечно, когда увидел, а спустя несколько месяцев после начала их войнушки. Пакостит, чтобы привлечь его внимание. Задница манит, как запретный плод, и Тэхен сдается. Если что, спишет на те самые фокусы, о которых говорил Гук ранее. Ким кладет свою большую ладонь на половинку и сжимает. Как же хорошо его ладонь смотрится. Чонгук округляет глаза, когда чувствует чужую ладонь на своей заднице, и его щёки начинают гореть огнём. Но, несмотря на это, он рыкает и швыряет в Кима книгу. – Ты что творишь? – хрипит и слезает. Ему необходимо устойчиво стоять на полу, иначе свалится. Его щёки все ещё горят. – Ну а че ты задницей своей крутишь? Она у тебя, как у омег, упругая и в то же время мягкая, – жестикулирует руками, изображая пальцами, будто сжимает. – Я тебя сейчас ударю, извращенец. – Я же вижу, тебе понравилось, вон щёки горят и уши, – усмехается и подходит ближе. Альфа Чонгука чувствует, как на него давят чужие феромоны, и начинает скалиться, а сам Чонгук мысленно скулить. – Тэхен, – предупреждающе рычит, когда альфа подходит почти вплотную и ведет носом у шеи, вдыхая насыщенный запах с нотками угрозы. Чонгук стоит истуканом, ему хотя бы отойти, оттолкнуть, но он ничего не делает. Чего-то ждёт. Каких-то действий от Кима. Его альфа слаб, чтобы яро сопротивляться, готов уже подставить шею. – Ты знал, что очень вкусно пахнешь? Особенно сейчас, – шепчет. Ведет носом выше и встречается с напуганными глазами Гука. – Пожалуйста, не отталкивай меня, – просит и впивается в губы. Целует медленно, пробует желанные пухлые губы на вкус, мысленно стонет от удовольствия. Чонгук слегка дёргается, больше от неожиданности, рычит в губы, но отвечает. Альфа требует взять первенство, а Чонгук не позволяет, плавится в крепких руках, отдаётся. Внизу живота у обоих горит, стремительно нарастает возбуждение, и постепенно затуманивает разум. Хочется больше, чем детский поцелуй. Тэхен проталкивает свой язык в рот, проводит по клыкам Чонгука и сталкивается с чужим языком. Оба дышат тяжело, грудная клетка вздымается, феромоны сгущаются. Гук прижимается к горячему телу, чувствует стояк своим пахом, трется об него. Тэхен сильнее сжимает тонкую талию, целует мокро, а затем отстраняется, слизывая нить слюны. – Не думай, что я позволю себя трахнуть, – хрипит Гук, сглатывая скопившуюся слюну. Щёки горят, кончики ушей пылают, а член истекает, пачкая нижнее белье. Шорты давят на возбуждение, причиняя дискомфорт. – Значит, ты не против. А как же: "фу, избавь меня от своих гейских шуток"? – возвращает брошенную фразу Гуком ранее. – Лучше заткнись и поцелуй меня снова, – требует. Ким слушается. На этот раз поцелуй мокрый и грязный. Не жалея, терзают губы друг друга, сталкиваются языками. Гук пытается забрать инициативу и надавить феромонами, но получает недовольное рычание в губы и сдаётся. Оторвавшись на секунду, Ким прижимает Чонгука к стеллажу и поднимает его, закидывая ноги на свою талию. Чонгук сжимает плечи альфы и подставляет шею, когда Тэхен целует молочную кожу и кусает. Метит засосами. Альфа внутри, как мантру, повторяет "моё". Крыша конкретно едет. Хочется воткнуть клыки, сделать своим и плевать, что метка сойдёт спустя время. Новую поставит. Чонгук стонет громко, трется членом о живот Тэхена, чувствуя задницей его возбуждение. – Блять, – шипит, когда Ким клыками царапает кожу на шее. Все заходит слишком далеко, когда Тэхен просовывает руку между их животами и обхватывает через ткань чужой член. Чонгук глаза распахивает и клыки показывает, совершенно не может контролировать своего альфу. Его спасают хлопок железной двери и шаги, которые эхом раздаются по большой библиотеке. – Нас могут увидеть, отпусти, – требует Чонгук, слезая. Ким с недовольным вздохом отпускает и отходит. Оба красные. Оба тяжело дышат. И возбуждение прилично выпирает. – Ты ведь не станешь меня избегать? – смотрит пристально, а сердце от волнения бьётся так, что грудную клетку пробьёт и к Гуку ускачет. – Тэхен... Мы альфы. Это неправильно, – сейчас, когда пелена возбуждения начала спадать, а разум прояснился, Чонгук испугался. – Разве это должно останавливать? Разве наши чувства не важны? Я в тебя влюблён ещё с первого курса. Молчал, потому что не был уверен в твоих чувствах, а сегодня убедился, – Тэхен признается: он не хочет упускать Чонгука. Не сейчас. Никогда больше. Он видит и чувствует смятение, страх, и будет глупой ошибкой дать время подумать. Чонгук просто струсит и начнёт избегать, либо будет игнорировать его, продолжая вести себя так, будто ничего не было. – Я... Хорошо. Да, ты прав. Чувства важны. Ты мне тоже нравишься. Понял, что влюбился, когда нас поставили в пару на борьбу, – смущённо признается, поднимая глаза на Кима. – Так вот почему ты так краснел, когда оказывался снизу. А ещё меня называл извращенцем, – восклицает Тэхен, посмеиваясь. Чонгук возмущенно пыхтит. – Будто тогда ты не представлял, как трахаешь меня в той позе, – Тэхен на это только ухмыляется и толкает язык за щеку. – Уйди с моих глаз, – ворчит Чонгук, сдерживая с трудом улыбку, и идёт на выход из библиотеки. – Так мы встречаемся? – бежит за Чонгуком и задаёт волнующий вопрос. – Да, встречаемся.

***

Чонгук сидит за партой и старается слушать преподавателя, помечая некоторые моменты в тетради. Внимательно слушать не получается. Он страдальчески сжимает зубы и мысленно скулит. Чертов Ким Тэхен. Они встречаются полторы недели, а тот извел его. Нет, безусловно, Чонгуку нравится, но сука, сейчас важная тема, а он сидит с вибратором в заднице, который регулируется Кимом. Член каменно стоит, но из-за джинсов не так заметно. Одногруппники косятся в его сторону, чувствуя его феромоны, но молчат. Кто-то посмеивается, догадываясь в чем дело. То, что они встречаются, знают только их друзья, вот они и посмеиваются гиеной. – Харе ржать, – пихает Гук друга за партой, а следом весь сжимается, потому что вибрация усилилась. – Как ты вообще согласился на такое? – старается не ржать Мингю, чтобы препод не настучал по голове, но получается откровенно плохо. – Тэхен убедительно уговаривает ртом, – шипит Гук и поворачивает голову вбок, чтобы посмотреть на довольного альфу. Тот сидит почти за последней партой, откинувшись на спинку стула, и водит пальцем по экрану телефона. – Фу, – в шутку кривит лицо Мингю. – А вы уже шпили вили делали? – пытается завуалировать, чтобы никто рядом не понял, о чем он говорит. – Нет, – цедит сквозь зубы. Дико хочется разрядки. – А что так? – Сука. Я в туалет, – не выдерживает и вылетает из аудитории. Тэхен прослеживает взглядом за парнем и, подождав недолго, выходит следом. Чонгук кое-как добрался на дрожащих ногах до туалета, проклиная всех и себя за свою слабость. Только в самой кабинке вибрация прекратилась, что позволило нервно выдохнуть. Он жмурит глаза и водит через джинсы по стояку, продолжает над собой издеваться. Альфа внутри него за полторы недели успокоился, почти принял пассивную роль. Позволил в себя затолкать вибратор, но подставиться под Кима пока не решается. – Гуки, я чувствую, что ты тут, – раздаётся негромкий стук в дверь кабинки. – Я тебе не открою, – говорит уверенно, но на последней букве срывается на скулеж. Тэхен с садистским удовольствием врубил вибратор на полную. Щелчок и Ким оказывается внутри, прижимая Чонгука лицом к стенке, а сам прижимается стояком к аппетитным половинкам. Чувствует своим членом, как вибрирует в разработанной дырочке вибратор. – Я тебя ненавижу, – почти рычит Чонгук и трется задницей о каменный член альфы. Тэхен томно дышит, опаляя горячим дыханием ухо, и берет в рот мочку, посасывает. Забирается руками под футболку, ведет по коже ладошками к груди и сжимает соски. Чонгук выгибается дугой, стонет громко на весь туалет, наплевав, что их могут услышать. – Тэхен, пожалуйста… Хватит издеваться, – умоляет. – Так хочется кончить? – давит на вибратор через джинсы. – Даа. Тэхен разворачивает Чонгука и впивается в его мокрые от слюны губы. Расстегивает джинсы и приспускает их до середины бедер. Чонгук блаженно стонет в губы, когда его член оказывается на свободе. Ким сжимает правую половинку до красных пятен, оттягивает её, а затем с хлюпающим звуком вытаскивает вибратор и кладет на бачок унитаза. Гук мычит в губы, ощущая пустоту, и сжимает анус. – Так бы заполнил тебя по самые яйца, – Тэхен приспускает свои спортивные штаны, достаёт член и размазывает по головке капли семени. – Только не в туалете, – хрипло произносит, цепляясь крепче за плечи, когда Тэхен берет оба члена и начинает водить рукой. Водит медленно, издеваясь над обоими, проводит большим пальцем по чувствительной розовой головке Гука. – А где ты хочешь? М? – целует в шею. – Дома... на кровати, – зарывается пальцами в волосы Тэхена, отрывает от своей шеи, и впивается сам в губы, проталкивая свой язык в рот. Ким ускоряет движения и чувствует, как дрожат бедра Гука. Сам сбито дышит, отвечая на животный поцелуй. Чонгук поскуливает, толкается в кулак и с громким протяжным стоном изливается. Следом кончает Тэхен, замедляет движение рукой, выжимая всю сперму до капли. – Думаю, нет смысла возвращаться на пару, – Тэхен вытирает туалетной бумагой руку. – Да. Напишу Мингю, чтобы забрал наши вещи, – Чонгуку хочется скатиться по стенке и присесть на пол. Ноги держать не хотят абсолютно.

***

Тэхен вежливо прощается с клиентом и страдальчески выдыхает. Наконец-то его смена закончена. Вешает фартук на крючок и идёт на выход. Он работает бариста в кафешке недалеко от своего дома. До прихода Чонгука осталось три с половиной часа. Нужно успеть прибраться и принять душ. Они решили посмотреть фильм и есть пиццу, запивая пивом. Тэхен надеется на большее, чем просто фильм. Чонгук постоянно мнется и избегает саму тему секса. Тэхен его понимает, сам бы не смог быть принимающим. Слишком его альфа доминантный. Проще шею себе свернуть, чем подставляться. Удивляет то, как Чонгук согласился на вибратор. Но Ким не против. Податливый и скулящий Чонгук – целое искусство. Влюбляется с каждым днем все сильнее. А запах сводит с ума. Хочется, чтобы каждая вещь в его доме пропахла Чонгуком. Дома он заказывает пиццу на семь часов вечера и за двадцать минут до прихода Гука принимает душ. Только натянув спортивки, раздаётся звонок в дверь. Тэхен выходит из душа, параллельно вытирая мокрые волосы полотенцем. – Привет, – отходит в сторону, пропуская Гука. – Привет, – его взгляд падает на капли, стекающие по груди. Дикое желание слизать их языком, но приходится держать себя в руках. Гук скидывает кроссы и проходит в гостиную. – Кстати, куда пиво ставить? – На стол, в спальню, – кричит с кухни. Чонгук толкает дверь и заходит в спальню. Большая кровать, напротив телик на половину стены и принесенный из гостиной столик. Уютненько. Пока Гук выкладывал шесть банок пива и параллельно рассматривал комнату, доставщик принёс пиццу. – Что будем смотреть? – раздаётся сзади. Ким проходит к столику и кладёт пиццу. – Сумерки? – Решил брать пример со своих подружек омежек? – стебется Ким. – Я тебя сейчас ударю, Ким Тэхён. Давно нос не болел? – угрожает Чонгук. – Сумерки – это святое. И вообще, не только для омег. – Хорошо, хорошо, – сдаётся Ким и залезает на кровать. После трех коробок пиццы и двух банок пива они лежат в обнимку и внимательно следят за битвой в фильме. Чонгука разморило после одной банки. Потеряв какое-либо стеснение, закинул свою ногу на бедро, а голову уместил на груди Кима. Тот не против, водит ладошкой от колена к пятой точке. Чонгуку становится скучно к концу фильма, поэтому он поворачивает голову и кусает за голую грудь Тэхена. Зубы зачесались. Прилив любви случился. Захотелось. Ким, не ожидавший такой подставы, вздрагивает. Шлепает смачно по заднице в ответ. Чонгук порывается еще раз укусить, но Ким зажимает ему рот рукой.  – Ты что творишь? – ошарашено спрашивает Тэхён. Чонгук мычит в руку, слюнявит её. – Насмотрелся на вампиров и решил им стать? – Я не прочь им стать и высасывать у тебя кровь, – забирается на альфу и облизывает губы. – Вот тут, – гладит подушечками пальцев место между шеей и плечом. Тэхену от такого Чонгука дурно становится. Он кладет ладони на бедра и ведет к талии, а затем обратно вниз. – Так хочется тут укусить? – дразнит. – Можно? – удивленно спрашивает. – Нельзя. Чонгук тут же на это рычит. Его альфа недоволен. Он хочет пометить свою пару. – Тогда готовь свою задницу. Я буду сверху, – ставит свои условия Гук. – Сверху ты только будешь прыгать на моем члене, – не уступает. Чонгук упирается руками по обе стороны от головы Кима и угрожающе скалится. Его альфа опять за свое. Знает ведь, что слабее, но все равно провоцирует. Тэхен знает, что сильнее, поэтому даже не отвечает на провокацию. Он упирается пятками в матрац и толкается полувставшим членом в промежность. Гук, потеряв опору, валится на Тэхена, а тот переворачивает их обоих, подминая под себя парня. Сразу же вгрызается в губы, не давая Чонгуку возразить. Ему с такой же жадностью отвечают, оплетая его талию ногами. Поцелуй выходит мокрым и грязным, их языки сплетаются в диком танце. Ким несдержанно толкается бедрами, имитируя толчки. Ловит горячие вздохи губами. Трется своим пахом о пах Чонгука. Хочется только от этого кончить. Альфа тянет футболку Гука вверх, отрывается от манящих губ и снимает, бросая на пол мешающую ткань. Сразу же обхватывает сосок губами, чуть сжимая, лижет, обводит по кругу, а второй потирает пальцами. Чонгук стонет в голос, выгибаясь дугой. В глазах звёздочки искрятся. Как же ему хорошо. Тэхен ведет носом по горячей коже, слегка прикусывая кожу на груди. – Блять, Тэхен, – Гук хватает трясущимися пальцами за волосы альфу и отрывает от груди. – Я тебе зубы выбью, если будешь кусаться, – угрожает Чонгук с пылающими щеками. Его внутренний альфа злится и брыкается, но быстро успокаивается, когда Тэхен затыкает поцелуем. Раздвигает пухлые губы, проникает внутрь языком и ловит тихие стоны. – Хватит мне угрожать, ты не в том положении, – шепчет в губы Тэхен и стаскивает штаны и боксеры с чужого тела. Член шлепает о низ живота, пачкая смазкой. – Так ты растянул себя? – ухмыляется Ким, когда чувствует пробку. – Не хотел тратить время на растяжку, тем более первый раАз, – вскрикивает, когда Ким слегка вытаскивает пробку и засовывает обратно, проталкивая глубже с громким хлюпающим звуком. – В следующий раз я хочу сам тебя растянуть, – низким хриплым голосом говорит Тэхен и нежно чмокает в губы, вытаскивая пробку. Стенки судорожно сжимаются, ощущая пустоту. Смазка вытекает из растянутого ануса, пачкая покрывало. Ким собирает смазку, водит по колечку мышц, размазывая её, и на пробу суёт два пальца, затем добавляет третий. Стенки спокойно растягиваются, не причиняя дискомфорта. Волосы растрепались, чёлка прилипла к потному лбу. Гук убирает волосы назад, открывая лоб, и смотрит в потолок. Щёки и уши горят. Тело словно оголившийся нерв. Тэхен берет смазку, снимает с себя оставшиеся вещи и устраивается между разведенных ног. Смазывает обильно член и пристраивает головку у входа. – Готов? – Ким в любой момент остановится, если Чонгук передумает. – Да, – он чувствует, как головка растягивает стенки, как член медленно проникает на половину. Гук сводит брови и губу прикусывает, ощущая неприятную боль. Сжимается. Член оказался больше, чем пробка. Тэхен обхватывает член Чонгука, надрачивает медленно, отвлекая от боли, и входит полностью одним толчком. Гук издает тихий стон. Его грудь вздымается при каждом тяжелом вздохе. Старается расслабиться и абстрагироваться. – Поцелуй меня, – просит. Тэхен наклоняется и целует. Посасывает сначала нижнюю губу, а затем верхнюю, проводит языком, слизывая свою и чужую слюну. Водить рукой по члену не прекращает, потирает красную головку, размазывая выделившуюся смазку. Чонгук расслабляется, скулит в губы, когда чувствует движение. Тэхен кладет ладони на тазовые косточки Гука, сжимает и на пробу двигается, а когда не чувствует сопротивления, то начинает двигаться быстрее. – Как же в тебе хорошо, как же узко и влажно. Ты так хорошо принимаешь меня, – томно шепчет, смотря поплывшим взглядом в глаза напротив, а Чонгука от этих слов ведет. Член дёргается, обильнее истекая. Тэхен закидывает ноги парня себе на плечи и начинает вбиваться под другим углом, попадая по простате. Чонгука подбрасывает на кровати. Он чувствует, как его трясет от приятных ощущений. Ким продолжает бить по комочку нервов, выбивая из Гука громкие стоны. Водит нежно ладонями по ногам, целует колено. Чонгук закатывает глаза от ласк. – Я скоро… – скулит Чонгук, внизу живота стягивается узел, а бедра дрожат. Пиком становится, когда Тэхен вонзает клыки во внутреннюю часть бедра. Чонгук распахивает глаза, сжимает внутри себя член и кончает себе на живот и грудь. Тэхен от узости и растраханного вида Чонгука кончает следом, замирая глубоко внутри. А когда возбуждение спадает, аккуратно выходит, опускает ноги и падает рядом. – Это было охуенно, – хрипло произносит Чонгук, прижимаясь к Киму. Укус жжет, а сперма толчками выливается. Чонгуку хочется ударить Кима за самовольство, но от мысли, что он теперь меченный любимым человеком, тепло разливается в душе. На него обрушивается прилив нежности, поэтому он оставляет поцелуи бабочки по телу мужчины.  – В следующий раз надо с узлом попробовать. – В следующий раз я трахну тебя, – уверенно говорит Чонгук и щипает за сосок.