Конфитюр

***

      Уставший от дневной работы Влад, приняв душ и переодевшись в чистую темную футболку, пошел в спальню, чтобы отдохнуть за просмотром телевизора. Глеб занимался своими делами где-то в другой комнате и Кожихов не желал ему мешать, потому что знал о том, что мужчина, если захочет - обязательно скажет о своих делах, ведь это очень хорошо, когда твое личное пространство уважают и не нарушают границы. Такое есть и у них.       Заходя в темное помещение, Кожихов включает свет, зашторивает окна и, находя пульт от плазменного телевизора, включает его, кидает пульт на красиво заправленную кровать и плетётся к выключателю, дабы в комнате был лишь один источник света. Перед тем как лечь Кожихов включает себе на фон какой-то рандомный музыкальный видеоряд, убирая с кровати накидку и мажа сухие руки кремом, чтобы смягчить, он укладывается, несильно укрываясь. Телефон стоит на зарядке, готовясь к завтрашнему рабочему дню, а хозяин, раскинув руки под подушками укладывается на живот, собирая ногами холод, накопившийся за день под покрывалом.       Хочется мычать от удовольствия, которое сейчас дарит родная кровать и музыка, исходящая из музыкального центра, подключенного к телевизору.       Глеб заходит в комнату спустя пару видеороликов, видя на экране меняющиеся кадры клипа, который подходит к концу. Кожихов лежит к нему спиной на боку и кажется спит. Подойдя к кровати, мужчина сел, смотря на то, как в телевизоре на белом фоне красной краской и огромной кистью выводят "Ugly Boy", а позже сияющий инструментал заполняет комнату. Его черный шелковый халат красиво растекается по бедрам, как и светлые волосы - по плечам.       — Ладя, — поворачиваясь к парню, ласково завет его Глеб. — спишь?       Он проводит по его плечам своими кистями, а потом пару раз сжимает воротниковую зону теплыми ладонями, вызывая у лежащего мычание, которое, сливаясь с расслабляющей мелодией, звучит очень красиво и нежно. Мужчина спускается рукой к его бедру, начиная поглаживать и сжимать, а после вообще перемещает ее под футболку парня, который начинает томно дышать от таких ласк.

Ooh, I love my ugly boy

So rough and tough

Don't care about anything but me

Yes, I just love him 'cause he's so crazy

Just crazy about me

      Люли на экране причудливо движутся, не думая о том, что сейчас происходит в этом помещении. Голубин, вставая с кровати уходит, но быстро возвращается с бутылечком в руке, который ставит на тумбочку и обратно забирается на кровать. Видя, что Кожихов поменял свое положение Голубин, не заморачиваясь, нависает над ним, начиная водить руками по спине, слыша все то же сбивчитое дыхание возлюбленного. Руки проходятся по бедрам, которые обтянуты тканью темного нижнего белья. В последнее время он часто так спит, игнорируя цветастые пижамы. Глеб наклоняется ближе к лицу юноши, нежно целует его скулу и, спускаясь поцелуями вниз к шее, кусает ее, слыша недовольное шипение сверху.

You

Got nothing to worry about trust me

You trust your Ninjie 'cause he don't play

Everything's going to be okay

I can make your problems go away

And I ain't scared of shit

Whatever the fuck it is I take care of it

      Мужчина укладывает свою ладонь на голову юноше, начиная медленно массировать ее вминающими движениями, рисуя спирали, пальцами от макушки, уделяя особое внимание тыльной части шеи и вискам, которые так нуждаются в снятии накопившегося напряжения. В какой-то момент, пропуская волосы сквозь пальцы, Голубин больно сжимает их и наклоняет голову Влада так, чтобы он смотрел на него.       — Ай бельеве ит’с маджик, ай бельеве ит’с маджик, ай бельеве ит’с маджик, маджик — подпевая, Глеб смотрит в приоткрытые глаза ошарашенного парня, а после тянется к его губам, отпуская волосы. Руки впиваются в матрас, а музыка продолжает течь.

Yes I love my ugly boy

So rough and tough

Aaa he fuck you up boy

Yes I just love him cause he's so crazy

Just crazy about me

Peow!

I love him

      Расслабленному парню ничего не остаётся кроме того, чтобы отвечать на требовательный поцелуй со стороны Голубина, который льнет к нему все сильнее и сильнее, кусая юношу. Видео давно закончилось, но никогда это не волнует, потому что слушатели заняты друг другом. Когда губы Глеба исчезают, переставая опалять лицо Кожихова горячим дыханием, он привстает и, немного скручиваясь, хватает Голубина правой рукой за шею, притягивая к себе обратно, чтобы снова вступить в чувственный поцелуй, страстно сминая губы друг друга. Мужчина тянется кончиками пальцев к подолу футболки юноши и стягивает ее, прерывая прикосновение губ.       На экране уже давно вместо клипа находится просто рисованная обложка альбома, с которого взят играющий трек.

Pretty wise and ugly on the skin

Lovely from within

Baby I love you, and my love is true

You’re my everything, I will do anything for you

I would give up all this pretty real shit for you

If you’re sad I cry for you, if I have to I’ll die for you

      Глеб нагло стягивает с возлюбленного футболку и, толкая его обратно на кровать, ставит свою ладонь меж его лопаток, пытаясь поймать его дыхание. Несколько минут в такой позе не приносят должного результата, поэтому молодой человек берет заготовленное заранее масляный лубрекант с тумбочки, наливая его себе на ладони и растирая, ставя бутылку обратно.       — Что ты делаешь? — хрипло интересуется Влад, чуя приятный аромат, но ответом ему служит негромкая музыка с колонок.       Мужчина кладёт свои смазанные ладони Кожихову на плечи, а от них пальцами спускается к стопам. В этот момент Глеб садится на матрас коленями, подгибая ноги под себя, чтобы положить стопу партнёра к себе на колени, начиная проглаживать ее от пятки к пальцам, вызывая у Кожихова порывы смеха и дерганья.       — Ахахах, Гле.. — смеясь, пытается остановить Голубина Влад, но тот не реагирует, растягивая стопу по диагонали. Он еще пару раз повторяет свои движения, а после берет другую, чтобы проделать с ней тоже самое, слушая хмыканье и смех со стороны мальчишки, которому такие ухаживания в новинку.       Наконец-то ладони Глеба отпускают стопы измученного щекоткой Кожихова и, взяв еще немного масла, скользят по его пояснице к лопаткам. Владу кажется это безумно приятным и он тает от умелых прикосновений возлюбленного, который вдруг решил сделать ему массаж.       Руки мужчины то спускаются, то поднимаются, но по итогу останавливаются у крестцово-копчикова отдела, массируя сначала по часовой стрелке, а затем против, вызывая у лежащего приятное мычание.       Телевизор уже давно ушел на второй план, играя там какие-то непонятные иностранные песни, подкрепляя их не менее странными видеороликами.       Глеб обожал невероятно чувствительне к нежным прикосновениям и поглаживаниям ягодицы своего возлюбленного, которого часто без особых причин любит мять за них, получая возмущения со стороны Влада, ведь это не всегда уместно.       Мужчина стягивает последний элемент одежды с тела любимого и, беря тюбик, не желея льет на кожу, видя как красиво оно начинает растекаться и как взволнованный Кожихов поджимает пальцы на ногах.       Глеб растирает вылитую жидкость, мацая и поглаживая выпуклости, а потом ведет локтевой частью руки по ягодицам как бы вырисовывая квадрат, стимулируя нервные окончания, которые окружают зону простаты. Влад, не стесняясь, громко мычит чуть ли не стонет от действий мужчины над ним. Он явно не ожидал, что после снятия нижнего белья вместо привычной растяжки последует это, но он определённо рад       Голубин, заканчивая с ягодицами, кладет свое предплечье на позвоночник Влада так, что его локоть размещается чуть выше ягодиц. Упирая кисть рабочей руки во вторую руку, он фиксирует предплечье, проводя им вдоль одной стороны позвоночника до верхнего края плеча, слегка нажимая.       — Тебе нравится? — не забывает поинтересоваться Голубин, продолжая. Он смотрит на свой халат, который так иронично накрывает футболку Кожихова. Все как в жизни.       — Даа — мычит юноша не в силах передать свои эмоции иначе.       Мужчина размещает руку на лопатку, а другую – по диагонали на основание ягодиц. На выдохе меняя руки на противоположную диагональ, он выполняет некую растяжку, слыша легкие стоны со стороны. Пальцы Кожихова возбужденно подрагивают.       Руки снова меняются, одна идет вдоль поясницы через плечо и на всю длину по руке, а другая – от поясницы по противоположной ноге, насколько Голубину хватает длины собственных руки. Его ладони почти не касаются кожи, а идут по коротким волоскам. По завершению движения рук он проводит ладонями вверх по позвоночному столбу и спускается вниз по рукам, оглаживая их мягкими ладонями.       Кожихов наслаждается сосредоточенным лицом возлюбленного и его красивым подтянутым, напряжённым телом, которому тоже не помешало нечто массажа.       Разминая руки, Глеб постепенно концентрирует свое внимание на ладонях мальчишки, большими пальцами делая растяжку в стороны от основания ладони, поднимается к основанию пальцев и массирует каждый холмик, на каждом пальце словно крутя спирали, ведя «лыжню» от основания пальцев до основания ладони. Разминающими движениями он поглаживает уже всю ладонь.       Поглаживающими движениями Глеб плавно отходит от рук, спускаясь от груди вниз, совершая круговые движения ладонями на животе, не касаясь возбужденного члена смущенного Кожихова, который, краснея отводил взгляд.       Руки мужчины опускаются возле стоп, давящими движениями растягивая носки от себя, затем к себе. Он ставит ребра ладоней на середину грудной клетки и плавным выжимающим движением ведем от себя вдоль ребер       — М-м-м, Глеб может мы.. — не зная как прервать занятого мужчину, пытается спросить Влад, что-то непонятно мычая и предлагая. — Ну ты.. Я.. Я пр.       — Чего? — не понимая, что хочет Кожихов, Голубин останавливается, смотря на него все тем же серьёзным взглядом.       — Я хочу.. Э...       — Что? — строя дурочка, спрашивает Голубин на что Влад закрывает глаза ладонями.       — Хочу, чтобы ты взял.. меня.       — Что сделал? — переспрашивает мужчина, легонько проводя по горящему от возбуждения члену.       Кожихов громко постанывает, что не проходит мимо возбужденного Глеба, который, закидывая ноги юноши себе на плечи, начинает целовать внутреннюю часть бёдра, оставляя на ней отметены.       — Из-за масла ты выглядишь еще сексуальнее. — подмечает мужчина, стягивая свое нижнее бельё. Он тянет к замученному флакону, чтобы еще чуть-чуть растянуть Влада. Конечно сейчас это не особо требовалось, потому что секс у них был совсем недавно, но все же не хотелось причинять юноше боль.       Голубин, смазав два пальца начинает медленно входить сначала одним, а потом проталкивает второй, слушая задыхающиеся стоны со стороны обескураженного юноши, снова чувствующего заполненность. Три пальца входят без особых усилий, а за ними следует и стоящий колом член мужчины, который проникает сначала на половину, а затем - полностью, гортанно постанывая.       — Чёрт.. — только и может выдать он в этот момент.       Скользя масленными руками вдоль груди к шее, чтобы сомкнуть на ней пальцы, Глеб входит вплотную, видя, как Кожихов застывает в немом крике. Несколько глубоких движений хватает, чтобы почувствовать, как партнёр сокращается вокруг плоти Глеба, находящейся внутри. Он чувствует, как член Влада, дёрнувшись, выплескивает белесую жидкость на его торс. Мокрые, темные глаза опускаются ниже, пытаясь в промежутке между телами разглядеть это безобразие. Для перевозбужденного Глеба это становится последней каплей, чтобы понять безысходность происходящего и кончить через пару минут после младшего. Дыхание сбито будто после марафона, а расслабленное тело отказывается слушаться вообще. Только глаза могут наблюдать за разомлевшим Кожиховым, пытающимся сжать свои пальцы под облегчённый выдох мужчины.

Peow!

I love him