На грани

Ладонь обжигала даже через плотную ткань джинсов. Ярослав прикрыл глаза и зажмурился от этого невинного, но горячего прикосновения, разжигающего пламя внутри. Антон скользнул пальцами выше по бедру, дразня так привычно, так знакомо. До мурашек. Ярослав даже не был связан, он мог оттолкнуть, мог врезать так, что саб рухнул бы без сознания. Они здесь одни. В этой комнате, где так сильно пахло влагой и грязью. — Я так скучал, Яр, — шёпот саба проникал в сознание, делая его таким податливым и взбудораженным одновременно. Ярослав прикусил губу, ненавидя себя за то, что реагирует. Как раньше. За то, что не может оттолкнуть. Снова. — Безумно, — Антон прижался ещё тесней, втянул запах у шеи, почти прикоснувшись носом к коже. Ярослав отвернулся, но не отстранился, чувствуя, как ускоряется пульс, как тоже хочет: сжать в руках, втянуть знакомый запах и окунуться в омут страсти. В голосе Антона столько сокрушительной, обнажённой искренности, что становится невыносимо. — Мне так тебя не хватало, Яр, — простонал Антон, скользнув рукой ещё выше. Он прошёлся пальцами по рукам, посылая дрожь по всему телу. — Не закрывайся от меня. Пожалуйста, — умоляюще произнёс саб, поцеловав его в шею. Прикосновение губ вызывало слишком много затаённых, спрятанных эмоций, от которых становилось жарко и душно. Ярослав помнил всё до последней капли. То, как им было хорошо в самом начале. Насколько ошеломляющими и потрясающими были сессии, насколько охренненым был секс. Насколько свободно он чувствовал себя с этим парнем. Он ненавидел его, ненавидел до глубины души, но не мог оттолкнуть. — Прости меня, малыш, — виновато произнёс Антон. Он стоял всё так же близко, путая мысли, но теперь смотрел ему в лицо. Ярослав поймал пронзительный взгляд, заглянул в знакомые до последней крапинки глаза. Всё такие же яркие, красивые. В них ураган эмоций и сдерживаемая страсть. Ярослав вспомнил, как впервые встретился взглядом с Маратом, как его тогда поразили глаза мужчины. Тоже глаза. Ярослав не сдержал горького смешка и заставил себя откинуть мысли о Марате. Нельзя. Нельзя сейчас думать о нём. Нервно сглотнув, он попытался сосредоточиться на Антоне. И сделать это оказалось легче, чем он думал. Потому что его до сих пор будоражил вид этого парня, несмотря на всё, что между ними было. До сих пор внутри вспыхивало от дерзкого взгляда, от вида идеальных черт лица, нежной кожи и хрупкого, ангельского вида. — Прости за то, что мне пришлось тебя похищать, — выдал Антон невинно. Ярослав запрещал себе вспоминать их последние дни. Это всё помешало бы его плану. Когда он очнулся в этом месте, сходя с ума от страха и паники, от беспокойства за Королёвых, то не сразу смог сообразить, что делать. Пришлось приложить немало сил, чтобы заблокировать соул-связь, чтобы отрезать себя от Марата и Антона, чтобы начать думать. — Тебе не впервой, — заговорил Ярослав, смотря на него жёстко и сурово. Антон это любил. Когда Доминант смотрел на него так — без тени жалости и сочувствия. Как на вещь, которую можно использовать для удовлетворения. — Ты прав. Ты имеешь право злиться, — закивал Антон, обрадованный тем, что с ним заговорили. — Я причинил тебе много боли. Но ты ведь понимаешь, что там я не мог иначе. Шифури насел на меня с этими сабами-"марионетками", я не справлялся со всем, как Даня, но не мог допустить, чтобы тебя убили, понимаешь? Ты ведь знаешь это. Знаешь, что я делал тебе больно, чтобы ты жил, Яр. Давай начнем всё сначала. Никакого Шифури, твоего брата и других сабов. Только ты и я. — Отпусти Королёвых, — потребовал Ярослав. Он хотел отдать Приказ немедленно, хотел вынудить Антона послушаться, быть марионеткой и едва сдерживался. Он слишком хорошо знал Антона, чтобы бездумно бросаться Приказом. У Антона девятый уровень, и Приказ на него не действовал с такой же лёгкостью, как на других. — Не могу. Не сейчас, — Антон мотнул головой, выглядя таким расстроенным и искренним. Ярослав раньше всегда вёлся на это, на его эмоции, настоящие, неподдельные, но сейчас видел. Видел скрывающуюся за всем фальшь, чувствовал её всем существом. Познакомившись с настоящей искренностью, было так легко распознать ложь. — Мне жаль. Я не хотел их впутывать, но сейчас без них никак, Яр. Наши метки. Я не знаю, как они будут вести себя дальше. И нам нужна защита, подстраховка, понимаешь? Но ты можешь не переживать за них. Ты добрый, я понимаю. Ты привязался к ним. Это ведь то, о чём ты мечтал со мной, да? О том, как мы однажды выберемся, подпишем Контракт и создадим семью, помнишь? Ярослава ударило воспоминаниями так сильно, что не было уже никаких сил сдерживаться. Тёплые, сладкие вечера, когда они, прижавшись друг к другу, обнажённые и счастливые после очередной сессии, закончившейся фееричным сексом, мечтали о будущем, пронзили грудь острой болью. Он тогда верил, что у них есть это будущее, он верил, что они вместе навсегда, вопреки всему. Соул-связь была такой крепкой, заботливой и надежной, она укрывала их обоих, как одеяло в холодный день. Он ненавидел Антона за то, что тот оказался ублюдком, который всё разрушил. Разрушил его мечту. Разбил розовые очки, через которые Ярослав смотрел тогда на мир. — Мы можем всё это сделать сейчас! — возбуждённо произнёс Антон, снова прижавшись к нему. Ярослав поднял взгляд к обшарпанному потолку, часто заморгав. Он помнил, как это — сжать этого парня в своих руках, наслаждаться им. — Пожалуйста, Яр. Ты просто запутался. Я понимаю, ты переживаешь за сабов. Ты всегда был слишком ответственным. Но не волнуйся, с ними всё будет в порядке. Я отпущу их сразу, как только мы с тобой всё решим. К тому же Даня приехал, представляешь? Ярослав не мог не отреагировать. Он вскинул напряжённый взгляд на Антона. Саб улыбнулся: — Да, он вышел на нас слишком быстро. Но это неважно, нам он не помешает. Даня как всегда в своём репертуаре. Пришёл за информацией о Шифури, но о твоём подопечном он тоже позаботится. Так что перестань волноваться за них. Ярослав промолчал, стараясь скрыть облегчение. Даня здесь. Рядом с Маратом. Он почувствовал слабость в ногах от этой новости. Нашёл. Нашёл их. Осознание, что брат рядом, придало сил, снимая часть напряжения. Ярослав не сомневался, что Даня позаботится о Марате, выведет его отсюда. Оставалось разобраться с Антоном и вытащить отсюда Бориса. — Что ты хочешь от меня? — прямо спросил Ярослав. — Быть твоим соулом, — улыбнулся Антон, выглядя таким соблазнительным и игривым даже в военной форме. — Как мой соул ты плохо закончил. Может, стоит оставить всё, как есть? — Не могу. И ты не можешь тоже. Не лги себе, Яр. Если бы ты ничего ко мне не чувствовал, моя метка не вернулась бы. И она становится ярче с каждым мгновением, что мы с тобой проводим наедине, — Антон поднял левую руку, показав свою метку. Две полоски. Когда-то они приводили Ярослава в восторг. Он помнил, как целовал эту метку, как чувствовал дрожь тоненького запястья. Как Антон стонал, отдаваясь его Приказам. Ярослав хотел возразить, хотел отказаться от его слов, но не мог. Внутри всё ещё горело. И стоило лишь поддаться этим эмоциям, позволить страсти захлестнуть себя с головой, и всё закончится. Это было легче, чем он думал, и от этого тошно. Отвратительно от самого себя, но так нужно, даже если это поставит точку в отношениях с Маратом. — Давай мы просто закончим с этим, Яр, — попросил Антон, выглядя таким нуждающимся. — Позволь мне стать твоим сабом вновь. Нам ведь было хорошо, — приблизившись, Антон поцеловал его в шею. Его пальцы скользнули под футболку, зажигая пламя внутри. Ярослав нервно выдохнул. От самого себя было мерзко. От правды, которая давила плитой. Антон всё ещё возбуждал его. Этот саб с девятым уровнем, на которого тело реагировало, как раньше. Ярослав протянул ладонь и коснулся лица парня, и это прикосновение всколыхнуло внутри давно забытую бурю. Они оба вздрогнули от этого касания, проваливаясь в другое измерение, где никого, кроме них двоих, не было. Антон шумно выдохнул и прикрыл глаза, откровенно наслаждаясь лаской. Такой отзывчивый, готовый на всё. Податливый и нежный, он ластился, как кот. Ярослав вдруг понял, что где-то в глубине души тоже скучал за слоем ненависти, разбитых надежд и желания убить прямо здесь и сейчас. — Ты не изменился, — произнёс Ярослав, скользнув пальцами на шею саба. Антон шумно выдохнул и улыбнулся. Отринув все мысли, Ярослав грубо схватил его за шею и притянул к себе, впился в манящие губы. Они сорвались одновременно, бросились навстречу друг другу, вцепившись до онемения. Поцелуй сносил все последние тормоза, выпуская наружу сущность Доминанта, уверенного в том, что примут все его желания. Он ожесточённо целовал саба. Толкнул его к стене, прижимая своим телом, желая сорвать всю одежду и выебать так, чтобы кричал, чтобы задыхался и молил. — Яр, — простонал Антон, выглядя так развратно-пошло и невинно одновременно. — Ярик… Ярослав обхватил горло саба и сильно сжал пальцы, заставив того на миг задохнуться. Антон не пытался вырваться, напротив, его глаза засияли так ярко, получая то, что всегда хотелось. — Ты забыл, как надо ко мне обращаться? — ледяным тоном произнёс Ярослав, не понимая, чего ему сейчас хочется больше: надавить сильнее, перекрывая доступ кислорода, или швырнуть на пол, поставив раком. — Хозяин. Ты мой хозяин, Яр, — сладко простонал Антон, уже смотря мутным взглядом. Ярослав заметил, как парень поморщился, слегка дёрнулся, а следом на его лице расползлась довольная, хищная улыбка. — Я рад, что ты выбрал меня, — прошептал Антон, поднимая левую руку. — Позволь мне сделать тебе хорошо, Хозяин. Ярослав посмотрел на его запястье с двумя чёрными полосками, такими невыносимо яркими, и прикрыл глаза. Вот значит как. Даже стараться не пришлось. Неужели природа и правда считает, что ему подходит Антон? Человек, который вывернул его наизнанку? С губ невольно сорвался тихий смешок. Подходит. Они, наверное, стоят друг друга. Прогнившие изнутри, сгоревшие дотла в этой связи, которая плавит мозги и вытравливает душу. — На колени, — Приказ сходит с губ так легко, что пугает даже самого Ярослава. Антон подчиняется, не может не подчиниться, но наслаждается так откровенно, нисколько не сетуя на свою реакцию. От его удовольствия тянет под рёбрами, потому что Ярославу невыносимо сильно хотелось отдать этот Приказ другому сабу. Если бы он не знал, что Даня сейчас с Маратом, то сошёл бы с ума. — Где Боря? — задал Ярослав вопрос. — Не надо, Яр, — попросил Антон. В нём не было вызывающего непослушания, но взгляд стал твёрдым, жёстким. Он готов был подчиняться, он готов был отдать своё тело, но никогда не пускал его дальше, как бы близки они ни были. — Пожалуйста. Не заставляй меня действовать. Ярослав перестал закрываться от своего соула, дав ему почувствовать себя. Эмоции Антона хлынули холодной волной, выбивая на мгновение воздух из лёгких. Ошеломительное желание быть рядом, подчиняться, доставлять удовольствие. Антон не играл, он желал его, желал своего соул-Доминанта. Ярослав видел, как Антон, съёживаясь, застонал, тоже почувствовав его. Ярослав схватил саба за волосы и дёрнул его голову назад, заставляя поднять взгляд. — Это лучше тебе не заставлять меня действовать, — прохрипел он, пропадая в сиреневом шторме, который сейчас стал практически чёрным. Глаза саба потемнели, выдавая парня с головой. Антон вёлся на него, как и прежде, как тогда. — Ты забыл, Тош? — понизив голос до интимного шёпота, Ярослав всматривался в лицо саба. — Я тоже научился использовать нашу соул-связь. — Приказ не будет действовать долго, — напомнил Антон, начиная понимать, в какой ситуации оказался. — Не надо, Яр. Ярославу показалось, что не было никакой свободы, что он снова в плену, слышит этот отчаянный, полный искренности крик. «Не надо, Яр!». — Где Борис? Говори! — сжав волосы парня до боли, отдал Ярослав очередной Приказ. — Этажом ниже, — выдохнул Антон, даже не пытаясь сопротивляться Приказу. — Ты бросишь меня ради него, Хозяин? Ярослава ломало от этого дьявольского шёпота. — Я отпущу их обоих, просто останься со мной, — взмолился Антон. — Мы можем уехать. Можем начать всё сначала, разве тебе не хочется этого? — Если бы ты тогда послушал меня, у нас всё могло получиться, — с горечью произнёс Ярослав. Он помнил себя тем влюблённым парнем, который готов был пойти на всё, чтобы быть со своим соул-сабом. — Если бы ты хоть на одну грёбаную секунду увидел во мне не только Доминанта… Внутренности скручивало от боли. Он чувствовал соул-связь, чувствовал её так же полно, как и раньше, там, в плену. Он по-прежнему оставался для Антона лишь Доминантом с высоким уровнем, способным удовлетворить все его желания. — Оставайся здесь, — бросил Ярослав новый Приказ и вытащил оружие из кобуры. — Сможешь выстрелить? — хмыкнул Антон, продолжая стоять на коленях. — Нет, — убирая оружие за пазуху, Ярослав стянул с запястья саба коммуникатор, достал из кармана ключи и телефон. — Если я направлю на тебя оружие, сработает инстинкт самосохранения и Приказ уже не будет работать. Вы с Даней отлично меня в этом натаскали, — выдавил он из себя полубезумную улыбку. — Научили, как обращаться с сабом. Ты рад, милый? — Сука, — восхищённо протянул Антон, смотря на него с широкой улыбкой. Он ни на секунду не верил, что его планы пошатнутся. И даже сейчас смотрел на него, как на взбунтовавшегося подростка, который вскоре снова окажется в его клетке. — Ты не выведешь его. Не успеешь. — Проверим? Ты ведь любишь играть? — убирая всё добытое, Ярослав взглянул на Антона в последний раз. Он знал, что у него мало шансов. Знал, что, возможно, не успеет даже добежать до Бори, но не мог не рискнуть. — Ты совершаешь ошибку! — выкрикнул Антон. Ярослав не стал его слушать, но, стоило ему выйти в коридор, и вся уверенность разом испарилась. Его выдержка трещала по швам, грозя вот-вот утянуть на чёрное дно безумия. Это место, вся эта грязь, гниль и сырость пробирались под кожу, делая его частью этой сумеречной зоны оставленного в темноте осколка прошлого, которое осыпалось и разлагалось под землей. Он не должен был возвращаться домой. Его место там, в клетке для монстров. Ярослав тихо выдохнул и, оттолкнувшись от стены, перешёл на бег, слыша ругательства Антона. Времени было мало. Порадовавшись, что Антон не выставил охрану в коридорах, Ярослав побежал к ветхой лестнице. Из-за сильной влажности лёгкие, казалось, просто перестали работать. На ходу набирая номер брата, Ярослав едва не свалился с лестницы. В лабиринте тёмных коридоров легко можно было заблудиться. Ярослав даже не понимал, в какую сторону ему идти, и на секунду остановился. — Это я, — устало выдохнул Ярослав, когда брат ответил на звонок. Шумный вздох ярче всяких слов сказал о том, что Даня не был так уж спокоен. — Где ты? — В хреновой жопе, — фыркнул Ярослав. — Где-то под землёй. Как Марат? Ты вытащил его? — Мы в процессе, — резко ответил Данил. — Стой на месте, я приду за тобой. — Боря где-то внизу. На фоне послышались выстрелы и чьи-то крики. Кажется, тихо слинять не получилось. — Марат как? — спросил Ярослав, царапнув пальцами бетонную стену. Грудь заполнило тоской. Он хотел увидеть его. Прямо сейчас. Убедиться, что с мужчиной всё в порядке. Что он цел и невредим. Что вся эта грязь его не затронула. Что он сможет выбраться и жить дальше, что больше никакой Доминант его не обидит. Даня ответил не сразу, и от этого Ярослав потерял последние остатки терпения. — Если с ним что-то случится... — выдохнул Ярослав, зажмурившись от сковавшего его холода. Он бы разобрал себя на части, лишь бы обезопасить Марата. Королёв не мог пострадать. Просто не мог. — Метка исчезла, — выдохнул Даня. Раздался ещё один выстрел. — Не знаю, поздравлять или сочувствовать. Ярослав издал короткий смешок, тоже достав оружие. Так тяжело думать. — Он… он в порядке? — сглотнув комок в горле, задал Ярослав главный вопрос. — Будет, — уверенно отозвался Даня. — Я вытащу его и приду за тобой. — Главное — это они, Дань, ты запомнил? Не я. Главное — это Марат и Боря. — Понял тебя. Жди. Даня сам отключился. Ярослав успел услышать выстрелы, но верил, что брат справится. Он тот, кто может всё решить. А вот что делать ему? Сидеть и ждать подмогу не вариант. Ему нужно было найти Бориса, пока Приказ не спадёт с Антона. Но вот куда идти? — Давай же, костлявый. Подай хоть какой-нибудь звук. Ярослав постарался выровнять дыхание и успокоиться. Заметив над головой полусгнившую трубу, Ярослав ударил по ней пару раз с интервалом в пару секунд. Пусть на него выйдут люди Антона. Если они здесь, то и Боря должен быть где-то рядом. Мгновение было всё так же тихо, а затем он услышал ответный стук, эхо, доносившееся справа. Ярослав подал сигнал ещё раз, чтобы проверить, и улыбнулся, когда ему пришёл такой же ответ. Молодец, костлявый. Почему-то сомнений в том, что это Боря, не было. Ярослав побежал на звук, но его так сильно шатало, что приходилось останавливаться и переводить дыхание. Когда он увидел впереди двух мужчин в военной форме, то не стал использовать оружие, боясь привлечь лишнее внимание. Спрятавшись за здоровыми вентиляционными трубами, Ярослав тряхнул головой. У него то и дело плыло перед глазами. Организм будто не выдерживал всего того напряжения, которое он пережил за один вечер. Сложно было поверить, что ещё совсем недавно он кормил Марата с руки. Грудь заполнило теплотой от этих воспоминаний, которая очень быстро развеялась под тяжестью настоящего. «Метка исчезла». От этих слов веяло безнадёжностью. Ярослав посмотрел на свою правую руку. У него по-прежнему две полоски. Две. И от этого почему-то кошмарно больно. Заставив себя собраться, Ярослав дождался, когда один из мужиков уйдёт, а второй отвлечётся на что-то у себя в телефоне, и выскочил из своего укрытия. Вырубить его труда не составило, тело реагировало на рефлексах, но вот сам Ярослав на ногах не удержался. Свалился вместе с мужиком. Да твою ж… Шум привлёк ненужное внимание. — Эй, Ли… Железная дверь рядом притворилась. — Что за… Удивление на лице быстро сменилось решительностью, но достать оружие охранник не успел: Ярослав выстрелил первым. Оглушительный звук прогремел на весь коридор, отражаясь эхом от стен. Чёрт. Поднявшись, Ярослав ворвался в комнату, пока из неё снова никто не выскочил, и порадовался, что больше на него никто не нападает. — Костлявый, — радостно растянул он губы в улыбке, увидев парня, привязанного к батарее. — Вот отправляй тебя на свидание! Шатаясь, он всё же добрался до напуганного парня. Быстро развязывая его, Ярослав бегло осмотрел Королёва и убедился, что тот не ранен. Сдёрнув скотч со рта Бориса, Ярослав притянул его к себе и обнял. Парня трясло. — Ты пришёл… пришёл, — нервно повторял Борис. — Конечно, пришёл. Всё-всё, тихо, успокойся. Надо выбираться отсюда, — пытаясь успокоить парня, Ярослав и сам пытался вернуть контроль над своим телом. Знакомый запах, в котором было что-то от Марата, его просто раздавливал. — Не ранен? — обхватив лицо Бориса ладонями, Ярослав посмотрел ему в глаза. — Нет. Нет, я…. Я нормально. Что происходит? Кто эти люди? — Ш-ш, — Ярослав натянуто улыбнулся и приложил палец к губам парня. У него не было никаких сил сейчас что-либо объяснять. — Потом, костлявый. Всё потом. Надо выбираться. Не бойся, ладно? Иди за мной. Ярослав с трудом поднялся и часто заморгал. — Держи, — отдал он телефон. — Звони по последнему номеру, если что. Борис смотрел на него с явным беспокойством. Порванная рубашка и паника в глазах, но в целом парень держался молодцом. Истерику не закатывал. — Они ничего тебе не сделали? — с подозрением смотря на помятый внешний вид парня, спросил Ярослав. Боря замотал головой. — Хорошо. Ладно, — выдохнул Ярослав, стараясь собрать себя в кучу. — Ты в порядке? — тихо спросил Боря. — В охрененном. Идём. Там где-то мой брат шастает, он обещал за нами прислать кого-то, но тут хрен разберёшь, куда идти. У меня ещё вот такая штука есть, — достал он коммуникатор, с трудом оставаясь в сознании. Соул-связь горела яростью. Антон явно был недоволен Приказом. Ярослав не сдержал смешка. — Я не знаю, как он работает. — Это вроде портативного компьютера, — включил его Боря, нажимая на какую-то кнопку сбоку. Из-под дисплея вылезла панелька. — Я такие видел на выставке. — Круто, ботаник. Сможешь дорогу проложить? Типа там спутник или навигатор, — прислонившись к двери, Ярослав выглянул наружу. В коридоре было странно тихо и темно. — Тут пароль, — Боря поднял на него вопросительный взгляд. Ярославу захотелось огрызнуться. Какой ещё на хрен пароль? — Четыре цифры. — Попробуй 1212. — Да. Да, сейчас. Сработало! Ярослав застонал. Антон помнил его дату рождения. Почему? Почему, чёрт возьми, он сделал это с ними, поставив его день рождения паролем?! Борис нервно шарил в устройстве, а Ярослав, прикрыв глаза, ждал, когда сердце перестанет лихорадочно стучать в ответ на попытки соула связаться с ним. Антон. Ярослав помнил, как эта связь ощущалась с Маратом. Каким осторожным был Королёв, с какой опаской относился к этой связи. Ярослав хотел сейчас добраться до Марата и уткнуться ему в шею, но понимание, что этого больше никогда не будет, выжигало его изнутри. — Яр, — Боря встревоженно дотронулся до его плеча, вырывая из оцепенения. Ярослав поднял на него усталый взгляд. — Ты… ты можешь идти? Я, кажется, понял, как нам выбраться. Панику на лице парня было легко понять. Не каждый день тебя похищают грёбаные террористы! Ярослав интуитивно выпустил сущность Доминанта, стараясь утешить саба, успокоить его. — Всё нормально, — выдохнул он, игнорируя, что в черепную коробку словно ваты напихали. Ярослав тряхнул головой и отлепился от стены. — Идём. Показывай дорогу, Сусанин. По рации убитого мужика кто-то просил откликнуться. Как скоро они решат проверить это место? Оставаться здесь нельзя, нужно уходить. — Уходим,— повторил он, вываливаясь в коридор. Но, едва они переступили через порог, из темноты послышался приближающийся топот быстрых ног. Чёрт. Не успели. Боря испуганно уставился в коридор в сторону шума. К ним приближались слишком быстро. Надо было бежать, но перед глазами резко потемнело. Ярослав толкнул Бориса снова в помещение и зашёл сам, закрывая дверь. Топот приближался. Было глупо прятаться здесь, но Ярослав не мог больше ничего придумать. В ушах зазвенело, когда началась перестрелка за стеной. Тогда тоже звенели выстрелы, и счет шёл на секунды. Даня умирал в том колодце из-за него. Боря рухнул перед ним на колени. Он испуганно тряс его, что-то кричал в лицо, но Ярослав уже ничего не слышал. Лишь звон. И эхо выстрелов. Боря. Надо было вытащить его, но силы просто закончились. Он словно попал обратно в плен. В груди нарастали безнадёжность и отчаяние. Соул пытался достучаться до него, ему было плохо, но Ярослав не реагировал. Перед глазами у него маячило напуганное лицо Бориса, но Ярослав видел Марата. А они ведь и правда похожи. Отец и сын. Ярослав сдавленно улыбнулся, желая дотянуться до парня, до Марата. В голове всё мешалось. На миг в глазах Бориса промелькнуло удивление, смешанное с паникой и страхом. Его губы шевелились, он пытался что-то сказать, но Ярослав жалел лишь о том, что не сможет больше увидеть Вселенную в глазах своего саба. Гул становился всё сильнее, взрывая ему мозг, но на скрип двери Ярослав отреагировал инстинктивно. Он резко рванул вперёд, загородил Бориса собой и бросился в атаку. Тело словно перешло в автоматический режим, оно слишком хорошо помнило, как нужно бить в ответ. Годы тренировок и опыт боёв без правил делали своё дело, превратив его в машину для убийств. Ярослав бессознательно справился с двумя ворвавшимися боевиками. Он бил в полную силу, разбивая лицо противника и зверея от вида крови. Он уже ничего не видел, лишь фигуру перед собой, готовый убить и голыми руками. Ему казалось, он слышит смех и улюлюканье арабов со стороны. Удар, ещё один. И ещё. Ярослав помнил, как кричал на ринге, выплёскивая всю ярость, ужас и боль, и бил. Снова и снова. Снова и снова. Он слышал хруст сломанных костей и тихий, предсмертный стон своего противника. Его руки были в крови. — Хватит! Хватит, Яр! — прокричал кто-то на ухо, оттаскивая его от мёртвого уже мужчины с разбитым в мясо лицом. Ярослав сорвался и закричал в попытке вывернуть все внутренности наизнанку. Его удерживали сильные руки, оттаскивая в сторону. Ярослав попытался ударить мужика. Он всё потерял. Всё. — Тихо, тихо, свои! Свои, Яр! — встряхнули его снова. — Давай, приходи в себя, сынок. Давай. Ярослав затих, чувствуя себя куклой, которой отрубили конечности. Он обмяк в чужих руках, нервно и часто дыша. Боря. Где… где Боря? Подняв глаза, он натолкнулся на ошарашенное лицо пацана, который прижимался к стене и смотрел на него, как на чудовище. Ярослав и чувствовал себя этим чудовищем. Но главное, что Борис был цел. Сын Марата в безопасности. — Надо уходить. Здание заминировано, — бросил кто-то со стороны. В воздухе звенело напряжение. — Яр? Идти можешь? — спросил всё тот же мужик, что держал его. Голос был смутно знаком. — Меня зовут Николай, я друг Данила. Мы вас вытащим отсюда, хорошо? Ярослав пытался собраться, но его так трясло, что он уже с трудом что-либо понимал. Надо вывести отсюда Бориса. Надо его спасти. Марат не простит ему, если что-то случится с его сыном. От мыслей о Марате в груди словно сверлили дыру. С трудом поднявшись на ноги, он дал понять, что в состоянии идти. Снова были тёмные коридоры, трупы. Ярослава затошнило. Перед глазами продолжало то и дело плыть, но он не отставал. Шёл вместе со всеми. Их было человек пять, один был ранен. Ярослав видел, как кровь вытекала у него из плеча. От вида крови мутило. — Где Даня? — спросил он у Николая, который быстрым шагом вёл их куда-то, сверяясь с электронными данными. — Наверху уже. Там заварушка идёт, попробуем её обойти. Всё будет в порядке, не волнуйся. — Марат? — В безопасности. Уже снаружи здания. Скоро его доставят в больницу. — Он ранен? — чувствуя, как сердце ухнуло в пятки от «больницы», Ярослав едва не вцепился в мужчину. — Нет. Нет, вроде. Я ничего толком не знаю, Яр. Даня направил нас за тобой и парнем, — Николай махнул в сторону Бори, который быстро шёл рядом, обхватив себя руками. — И я выведу вас. Ярослав больше не приставал с расспросами, интуитивно положившись на брата и его людей. Он старался не приближаться к Борису, понимая, что и так уже достаточно напугал парня. Казалось, пропасть между ними стала непреодолимой. Когда впереди забрезжил свет, они ускорились. Добравшись до лестницы, Николай остановился и повернулся к ним. — Как только поднимемся, постарайтесь как можно быстрее добраться до лесополосы. Вас там будут ждать. Всё ясно? — Да, — кивнул Ярослав, улавливая чёткие команды. Борис тоже закивал. — Отлично. Тогда в темпе, — Николай подал какой-то знак своим парням, и первым стал подниматься наверх. Быстро не получалось. Ярослав с трудом передвигал ноги и пару раз чуть не свалился. Если бы его не удержали за локоть, точно бы свалился. Ловя сочувственные и обеспокоенные взгляды, он всё больше раздражался. Что за ерунда? Тряхнув головой, он упрямо шёл вперёд, хотя хотелось просто свалиться на эти чёртовы ступеньки и заскулить побитой собакой. Шум перестрелки становился всё ярче, вызывая сильное напряжение. Они выбрались на первый этаж здания, их прикрывали, переводили, как особо ценные объекты, выстраиваясь живым щитом. — Быстро! Давай! Николай только успел прокричать команду, как со всех сторон началась новая пальба. Крики, пыль, грохот. Всё потонуло в хаосе, в мешанине из тел и вспышек. Это дезориентировало, выбивало из колеи, вызывая тупое животное оцепенение. Всё было так быстро, внезапно и громко, что хотелось закричать и закрыть уши руками. — На выход! Яр, на выход! — орал Николай, отстреливаясь за одной из колонн. Бежать под свистом пуль? Ярослав бросил короткий взгляд на ошарашенного, потрясённого Бориса. Это и заставило его собраться, очнуться от тумана в голове и действовать. Быстро схватив парня за руку, он потянул его за собой к выходу. Борис сразу доверился, не пытаясь вырвать руку. Ярослав старался прикрыть его собой, уводя с места активных действий. Он бежал со всех ног, не останавливаясь ни на секунду, веря, что люди Данила прикроют их, но затормозил у самого выхода. Казалось, там, снаружи, весь мир сейчас обрушится. Стоит только выйти — и уже ничего не вернуть, не отыграть назад. Казалось, за порогом его ждали лишь холод и пустота. Секундная заминка обошлась без потерь. Ярослав выскочил наружу, сразу прячась за голыми деревьями. Стрельба шла в стороне, что позволило им бежать на полной скорости к лесу, но неожиданно Ярослав почувствовал сильную боль в груди. Он споткнулся на ровном месте и остановился, чувствуя невыносимую тяжесть на сердце. Тревога заполнила его до краев. Он чувствовал своего соула каждой клеточкой. Антон был ужасающе близко. От паники Ярослав утратил всякую способность думать, а взгляд сам собой метнулся в сторону, безошибочно находя соул-саба. — Это… — Борис едва не рванул туда, к ним, когда тоже увидел, как Антон держит Марата, прижимая к его виску оружие. Ярослав дёрнул парня за руку, останавливая. — Стоять! — Приказ сорвался сам собой. В глазах Бориса читались непонимание и острое разочарование. — Прости, это для твоего же блага. Ярослав не мог допустить, чтобы Боря пострадал в этой заварушке, но чувствовал, что предаёт парня, используя на нём насильственный Приказ. — Там отец… ты не можешь, нет, Яр… — взмолился Борис. — Беги в безопасное место, — отдал Ярослав новый Приказ, не отвернувшись. Он выдержал злой взгляд парня, не дрогнул и мускулом, но внутри распадался на части. — Нет! — Борис пытался сопротивляться, но его уровень был слишком мал, чтобы выбраться из сетей Приказа Доминанта. Ярославу было тошно и противно от самого себя, но лучше так. Лучше пусть ненавидит, чем пострадает. Борис против воли развернулся в сторону леса и побежал. Ярослав видел горькие слёзы на его щеках, слёзы от предательства. Ярослав знал, что его не простят. Казалось, от него отвалилась ещё одна важная часть. Собрав всё то, что от него осталось, Ярослав бросился в сторону сабов, которые стояли под прицелом двух военных. — О, а вот и мой соул пришёл, — протянул Антон, заметив его приближение. Парня держали на прицеле, но его это будто и не волновало. Ярослав шагнул вперёд, чувствуя, как с каждым шагом осыпается всё больше, теряя последние силы. Было страшно и горько от безысходности и какой-то тотальной необратимости. Он боялся встретиться с Маратом после того, как всё произошло, после того, как он испортил их сессию, позволил каким-то ублюдкам похитить их с Борей, как лишил Марата метки, как лишил их будущего. Он боялся увидеть его, но взгляд всё равно упал на него. Мужчина выглядел плохо. Ужасающе бледный, измученный, в мокрой рубашке. Ему, наверное, холодно. Ярослав чувствовал острое желание согреть саба, прикоснуться к нему, почувствовать его пульс, услышать его голос, поймать хоть крошечную надежду на то, что не всё потеряно. Но взгляд сам собой скользнул на левое запястье с одной полосой. Не соул больше. Ярослав не думал, что это ударит так сильно, наотмашь. Марат молчал и просто смотрел на него в ответ. Не чувствовать их соул-связь было так жутко странно, не было больше тёплого света внутри. Вместо Марата с ним теперь связан другой. Ярослав поднял взгляд на Антона. Тот заметил его внимание к другому сабу и зло усмехнулся. И от этой усмешки, от страха, что сейчас в чужих руках находится жизнь Марата, стало страшно. Где Даня? Как он мог упустить Марата? Как мог позволить Антону взять мужчину в заложники? Ярослав взглянул на двух мужчин, что держали Антона на прицеле. Они явно не знали, что делать, растерянно переглядываясь. — Не стрелять, — отдал Ярослав команду. Те кивнули. — Где Боря? — тихо спросил Марат. Казалось, ему тяжело было говорить, тяжело стоять и дышать, быть теперь так близко к своему Доминанту. — В безопасности, — ответил Ярослав. — Как мило, — едко произнёс Антон. — Ну что, Яр? Сыграем в нашу любимую игру? Убей этих телепузиков, и мы поговорим. Если попробуешь снова отдать мне Приказ, я пристрелю Королёва. Ты ведь знаешь, что я успею? Ярослав знал. Знал, что Антону хватит скорости и сил. Он не мог рисковать Маратом, но и убивать не мог. — Сложите оружие и отойдите на десять шагов, — отдал Ярослав новый приказ, не отводя взгляда от Антона. — Я вроде сказал «убить», — процедил Антон с яркой улыбкой. Ярослав не понимал, как в прошлом он мог попасть в сети этой улыбки. Сейчас он так отчётливо чувствовал фальшь во всём, что делал Антон...Чары соул-связи просто осыпались на глазах, а ведь когда-то он с ума сходил по этому парню. Из-за этого метка вернулась? Потому что он не смог отпустить этого саба раньше? Из-за его чёртовой привязанности Марат оказался втянут в эту грязь! — Они тебе не помешают, — уверил Ярослав, краем глаза замечая, что мужчины с оружием продолжали стоять на месте. — Если не хотите, чтобы я вас убил, проваливайте! — рявкнул он. Мужчины всё же послушались. Сложили оружие и отступили. Один сорвался с места и убежал в лес. Антон усмехнулся, думая, что тот сбежал, но Ярослав верил, что тот побежал за помощью. Надо было потянуть время, надо было придумать, что делать. Нужно вытащить Марата любой ценой. — Давай развлечёмся с ним, как мы развлекались с Даней, — воодушевлённо бросил Антон, выглядя безумным. Он словно до последнего хотел верить во что-то своё. — Ты хоть что-то чувствовал ко мне? — спросил Ярослав прямо, продолжая ощущать тупую боль в груди. Он уже не понимал, кому она принадлежит — ему или Антону. Сожалел ли его соул о том, что сделал с ними? Сожалел ли сейчас о том, что просто не позвонил, когда восстал из мертвых? Лицо Антона скривилось в гримасе. — Ты… ты невыносим, Яр, знаешь? — фальшиво рассмеялся парень. — Я пытался тебя спасти, придурок! Всё время! Я лишь хотел спасти тебя… Ярославу хотелось заорать. — Шифури бы забрал тебя, если бы я не показал, что ты под моим контролем! — выкрикнул Антон. — Если бы ты просто подчинился мне сразу… — Ты пытался подмять под себя Доминанта девятого уровня, сволочь, — простонал Ярослав, желая схватиться за голову. Вспоминать плен, когда к власти пришёл Краснов, было невыносимо. Это всё было уже слишком для него. — Как я мог подчиниться? Как, Тош? Ты убивал меня сам! Ты, а не Шифури и его гиены! Антон замотал головой, словно отказываясь признавать его слова. — Ты сам уничтожил всё, что было между нами, — обессиленно выдохнул Яр. У него не хватало духу посмотреть на Марата, но он отчётливо ощущал взгляд Саба на себе. — Отпусти Марата. Просто отпусти, и мы сможем поговорить. — Почему? — внезапно нервно спросил Антон. — Почему ты продолжаешь просить за него? Будто он для тебя значит больше, чем соул. Антон вдавил дуло в висок мужчины, отчего сердце сделало нервный кульбит. — Яр, я ведь люблю тебя. Всегда любил. Я ведь вернулся из-за тебя, — надрывно произнёс Краснов. Ярославу стало жаль его. Если бы ему не посчастливилось встретиться с Маратом, он бы так и продолжал думать, что любовь это вот так: выламывая внутренности, до крика, до боли, когда всё на разрыв. — Тош, — Ярослав и сам не мог объяснить, почему шагнул вперёд, почему внутри было так невыносимо. — Любить — значит вовремя отпустить, понимаешь? Отпустить, чтобы не тянуть с собой на дно. Чтобы дать возможность взлететь, пусть и с другим. Отпустить, когда понимаешь, что не сможешь дать счастья, не сможешь построить что-то светлое, когда сгнил внутри. Антон снова качнул головой. Он впервые выглядел уязвимым и слабым, настоящим сабом, который нуждался в поддержке Доминанта. — Мне жаль, что всё так получилось, — ещё шаг. Тяжёлый, сложный. Как по зыбучему песку. Ярослав знал, что Марат всё поймет. Услышит то, что он хотел сказать так же, как и Антону. — Прости. Прости. Он не мог приказать Антону, но всё ещё мог приказать другому сабу. — Марат, на колени! — бросил он тихий Приказ такой силы, что саба просто прижало к земле. Марат рухнул на колени, а Ярослав в это же мгновение схватил Антона за руку, отбирая у него оружие. Секундной заминки Краснова хватило, чтобы переиграть ситуацию. Антон, поняв, что его обыграли, истерично рассмеялся. Ярослав краем глаза заметил, как к ним бежит Даня со своими людьми, но лишь чувствовал, как рукоятка оружия прожигает его ладонь. Короткий взгляд в сторону Марата, чтобы убедиться — жив. Марат выглядел дезориентированным и оглушённым под Приказом, но он будет жить. Возненавидит его, наверное, но будет жить. Ведь Ярослав знал, что значит отпустить вовремя. Пусть это и рвало душу в клочья. — И что теперь? — оборвав смех, Антон даже не пытался вернуть себе оружие. — Убьёшь меня снова? Ярослав не мог. Не мог убить своего соула. Он больше не хотел крови на своих руках. — Давай! — Антон раскинул руки в стороны, делая шаг ему навстречу. Ярослав вскинул оружие. — Не надо, — тихо прохрипел Марат, схватив Доминанта за штанину. Ярослав боялся посмотреть на Королёва, он не отводил взгляда от другого саба, который подошёл так близко, что упёрся грудью в дуло пистолета. — Убей меня, — шепнул Антон и улыбнулся, как умел лишь он один — проникая в душу. В нём не было страха и сомнений, но связь передавала боль и горечь потери, от которых хотелось выть. Ярослав не мог убить Антона, но невыносимо хотел, чтобы всё закончилось. Он отвёл руку с пистолетом и приставил его к своему виску. — Прости, — улыбнулся он, закрывая глаза и нажимая на курок. Шокированные глаза Антона, крик Марата и где-то на фоне голос Дани. Всё замедлилось и остановилось, чтобы через секунду исчезнуть в громком выстреле.