Shine (сияй)

Доброго времени суток дорогие мои. Как и обещала, выкладываю продолжение. Очень приятно, что работа нашла читателей. Ещё приятнее видеть, что ждунов прибавилось. События понемногу развиваются. ПБ включена. Сразу скажу. Весь сюжет, события, время, место — только моя фантазия. Медицинские термины и описания взяты с просторов интернета, не стоит углубляться в правильность диагнозов, способы лечения и прочее. Омегаверс на то и хорошо, что полёт фантазии заводит в такие неведомые дали, позволяет придумывать способности, умения. А так же выдумывать новые диагнозы, события, страны и даже вселенные. *** Хосоку кажется, что он так быстро ещё не бегал. Альфе понадобилось несколько секунд на то, чтобы взлететь по лестнице на третий этаж, при этом успев докричаться до Намджуна. Когда Хосок открывал дверь в комнату Юнги за его спиной уже маячил и Намджун и Чонгук, который появился в холле именно в тот момент когда Хосок кричал в трубку телефона «Юнги? Алло… Чёрт… Юнги? Ты так шутишь?!» Реакция Чонгука на возглас Хосока и стремительное его взлетание по лестнице была предсказуемой. Альфа ни минуты не задержался на месте и точно так же быстро поднялся на третий этаж (не забыв при этом аккуратно поставить на пол к остальным вещам коробку с собранными сокровищами). Не смотря на отличную звукоизоляцию комнат Намджун каким-то образом умудрился услышать зов Хосока. Позднее ответит. Альфа услышал потому, что в ванной открыл окно когда умывался, а на втором этаже было открыто окно в коридоре. Вот и весь секрет. *** Нашли альфу лежащим на полу без сознания. Намджун и Чонгук подняли Юнги и уложили на кровать, а Хосок тем временем набирал врача терапевта который в курсе состояния Юнги, который поставлял блокаторы, и который был семейным доктором всех друзей. И Бан сейчас направлялся в дом Юнги. Друзья об этом знали. Особого секрета тут не было, они и сами иногда употребляли подобные препараты, но их блокаторы были на порядок слабее чем у Юнги. Врач ответил почти сразу. Выслушал Хосока, задал некоторые вопросы, дал рекомендации и сказал что уже на подъезде. — Короче. Док сказал, что надо Юнги до трусов раздеть и обтереть холодной водой. Ещё сказал открыть окно чтобы в комнате стало холодно. Если с окном задача оказалась выполнимой, то с раздеванием альфы возникли проблемы. Рубашка оказалась зажата мёртвой хваткой в кулаке альфы. Когда парни попытались её забрать раздался глухой рык и пальцы сжались ещё сильнее. — Ещё и рычит — ворчал Чонгук когда он и Намджун принялись стаскивать с альфы брюки. — Смотри Нам, как бы руки не откусил. Вот же сволочь какая, а. Говорили ему. Нельзя жрать эту гадость больше положенного. Так нет. Переговоры у него… Сука! Вот очнёшься, я тебе скормлю все таблетки, а потом заставлю выблевать и желудок промыть, а заодно и мозги промою. — Кровожадный ты, Чонгук — бурчит Намджун. — Человек так сказать болеет за наше дело, себя не жалеет. А ты его отравить хочешь. Тяни давай штаны, отравитель хренов. Думаешь он лёгкий? — Намджун придерживал тело альфы над матрасом чтобы было легче снять брюки. — Да, тяну я. Тяну. — Чонгук сделал последний рывок и брюки отлетели в сторону. — Вроде худее нас, а почему такой тяжелый-то? Чем он питается когда нас нет, а, свинцом? И не отравить я его хочу, а отпи… Дальше Чонгук не продолжил потому, что в комнату влетел цветочный аромат в сопровождении омег. Джин влетел первым, а в дверях топтался Тэхён. Лицо омеги было встревожено. Если про Джина уже можно было понять каким образом он узнал о Юнги, то с гостем было не понятно. Альфы уставились на омег. — Чего глазами хлопаем? Воды несите. — Джин привёл в чувство альф. Хосок метнулся в ванную. — Намджун, Чонгук, уложите Юнги удобнее. И заберите у него рубашку. Альфы подтянули Юнги к изголовью. Намджун подложил под голову подушку, однако Юнги тут же крутанулся и оказался на боку. Ноги согнулись и притянулись к телу, а руки были прижаты к лицу вместе с рубашкой. Чонгук проворчал. — Сам попробуй забрать. Этот гад без сознания, а рычит так словно мы кусок мяса у него забираем. Я пас. Ещё укусит. Да, Джин… Больно же. — альфа быстро ретировался в сторону от омеги который зарядил подзатыльник ему. — Своего бей, я тут причём?! Я же не шучу. Он и вправду рычал когда мы рубашку хотели забрать. Намджун, ну хоть ты скажи своему мужу что я не шучу. — Джин-и, Чонгук сказал правду. Мы хотели забрать рубашку, но Юнги в неё вцепился как клещ, да и рычал. Вот те крест. Джин качнул головой в недоверии, но лица альф не были весёлыми, скорее озабоченными и удивленными. Неожиданно в голове у омеги возникла одна шальная мыслишка. Джин наклонился на Юнги, вернее над рубашкой, и принюхался. Когда омега поднял голову то все увидели довольную и хитрую улыбку. — Знаете почему он вам её не отдал? — альфы как болванчики закрутили головами «нет». — Да потому, что на ней остался запах Чимина. Видимо он успокаивает Юнги, вот он и дышит им. — А чего тогда в отключке? — Чонгук удивился. — На этот вопрос нам ответит доктор. А сейчас, покиньте комнату. Мы всё сделаем сами. Тэхён будешь помогать. Хосок, поставь воду и марш отсюда. Как только любопытный омега переступил порог хозяйской спальни Джин принялся выталкивать альф из комнаты. Те, естественно стали возмущаться и протестовать. Чонгук пытался что-то вставить, мол негоже омегам оставаться с малознакомым почти раздетым альфой. Что это неприлично, да и вообще он не согласен с Джином. Только кто попрёт против омеги? Правильно. Никто. Да и попробуй против Джина вякни, Намджун порвёт как Тузик грелку. Вон как ноздри раздувает и помогает друзей из комнаты выпинывать. Предатель. Только все возмущения так и остались без поддержки от самих омег, которые вели себя так, словно всё в порядке вещей. Чонгук и Хосок обладали отличным зрением и кулак перед своими носами разглядели отлично. Поэтому им пришлось ретироваться из комнаты дабы не усугублять ситуацию. Тем более Чонгук в ответе за подбитый глаз друга, так что альфа не очень-то и вопил о несправедливости. Хотят омеги сами всё сделать, карты им в руки. Но и уходить от комнаты не собирался. Уселся прямо на пол около стены и замер. На вопрос в глазах друзей ответил. — А если этот бугай очнётся, тогда что? А я туточки. Сижу. Бдю. А вы, топайте отсюда вниз. Спать отменяется. Хосок, твои парни нарыли информацию на омег? — Хосок кивнул. — Ну, вот. Как только док приедет и Юнги проверит, надо будет поговорить и переварить найденное. Что-то подсказывает мне, наши омеги совсем не простые омеги. Да и с пропавшим альфой Чимина мутно всё. Идите, варите кофе. Желательно литров двадцать. Альфа вдруг вздрогнул. Звонок на его телефоне прозвучал неожиданно. Чонгук вытащил гаджет, нажал на вызов и перевёл на громкую связь. — Чон, — услышали альфы голос одного из охранников оставленных в квартире омег, и на его фоне ругательства, удары и треск ломаемых предметов. — Тут козлы какие-то квартиру омег разнесли после вашего отъезда. Мы их повязали. Приезжай. Чонгук скинул вызов и уставился на друзей лица которых были серьёзные. — Это что же за боевик без названия, а? Омеги всему миру пальцы оттоптали что ли? — Всё интереснее и интереснее. — Пробормотал Хосок. — Омеги наши с секретиками. Прямо детективный роман. Я пожалуй с тобой метнусь. Намджун, ты за старшего. В дом всех не пускаешь и из дома никого не выпускаешь. Кусаешь каждого, кто на сто метров приблизится, может от бешенства сдохнут. Надо этот детектив с мистической начинкой прекращать. И альфы дружно потопали к лестнице. Вслед им прилетело: «я те, чё, кобель чтобы кусаться, Хосок! Это твоя идея про собак была, а не моя. Слышишь, ты, гад? И почему это вы едите, а я здесь остаюсь? — Ну, раз ответил, значит с рефлексами всё в порядке. — парировал Хосок, обернувшись на возмущённый голос друга. — Я уж думал тебя аллергия победила, друг ты наш пятнистый, одноглазый. А остаёшься по той причине, что у тебя здесь омеги и дети. Они ценнее чем наши морды. Ясно? Да и с Юнги вы ближе по духу. Он очнётся, ты ему всё расскажешь. И, это, Намджун. Про нападение на квартиру пока ни слова. Омеги и так на взводе, а твой Джин рванёт справедливость восстанавливать. Придумай логическую отмазку нашего исчезновения. У тебя же детей куча, ты умеешь сказки рассказывать… Сказочник. — Да идите уже. — махнул на друзей Намджун. — Сами такие же. Всё будет нормально. Как только друзья исчезли из поля зрения. Намджун приоткрыл дверь и прислушался. В комнате тихо переговаривались омеги. Слов было не понять, но голос супруга альфа узнает из тысячи. Джин что-то говорил и при этом раздавались звуки текущей воды которую, видимо, выжимали из полотенец. Значит пока всё спокойно. Надо топать вниз, встретить доктора. Дальше по обстоятельствам. Когда альфа спустился в холл, со двора уже стартанули две машины. Намджун удовлетворенно хмыкнул. Какими бы героями себя не чувствовали друзья, безопасность свою тоже не ставили на последнее место и поехали не одни. Альфа прошёл в незаметную, для посторонних глаз, дверь в самом углу большого помещения. Там был расположен основной пост охраны где стояли мониторы на которых было видно каждый уголок и территории и дома. В самом доме тоже были установлены камеры, но так чтобы не смущать находившихся. О камерах знали все, но не все знали о скрытых камерах которые записывали все звуки в доме. Об этих камерах знали только друзья. Если бы Джин узнал о записывающих устройствах, то снёс бы альфам головы. Омега был о-очень громким. Записи хранились на флешках в сейфе Юнги. Друзья знали, Юнги никогда ими не воспользуется против если не будет на то причин. Намджуна же в данный момент интересовало только то, чтобы камеры работали исправно, а охрана держала ухо востро. Проверив что все на своих постах и приказав усилить бдительность, Намджун вышел в холл встречать доктора, машина которого въехала во двор. Семейный доктор был уже альфой в годах, но с крепкой фигурой и очень строгим взглядом. Но, за строгостью и серьёзностью скрывалась мягкая, внимательная, сострадательная натура человека который был не просто врачом, он был другом который всегда поможет и подскажет. — Здравствуй Бан, — Намджун подхватил протянутый чемоданчик врача. — Снова мы тебя ночью беспокоим, но без твоей помощи не справимся. — Здравствуй, Намджун — врач пожал руку альфе. Скинул с плеч плащ и повесил аккуратно на стойку для одежды. Потом присел на пуф, скинул туфли и надев тапочки отправился прямо в туалет чтобы помыть руки. Альфа терпеливо ждал. Этот ритуал Бан выполнял всегда. В каждом доме его ждал пуф в котором хранились его персональные тапочки. Так же и с руками. Пока альфа не отмоет до скрипа руки, никого смотреть не станет. Руки вымыты. Бан забирает чемоданчик и начинает подниматься по ступеням. Рядом идёт Намджун и рассказывает, что произошло. Дойдя до комнаты док останавливается, глубоко вдыхает и негромко стучит по полотну. Через несколько секунд, не дожидаясь ответа, Бан открывает дверь и скрывается в комнате. Намджун остаётся в коридоре. Проходит пару минут и из комнаты выходят омеги. Джин серьёзен, но спокоен, а вот Тэхён был бледен и руки омеги подрагивали. Ничего не сказав, Тэхён уходит и скрывается за дверью соседней комнаты. Джин присел на кресло стоящее в нише, Намджун опустился на корточки, взял супруга за руки и внимательно посмотрел омеге в глаза. Альфа так хорошо знал своего омегу, что и вопросов задавать не нужно. Захочет, расскажет сам. Джин вздохнул. — Юнги реально плохо, Нам-и. Перебор был с блокаторами. Его так скручивает, смотреть страшно. Я умом понимаю, что это передоз, но не настолько же. Почему он потерял сознание? А если он не выйдет из этого состояния, Нами… что тогда? Что делать Джун? — на глазах омеги выступили слёзы. — Не смей так думать Джин. — Намджун протянул руку и пальцем провёл по щеке, вытирая слезу которая выкатилась из глаза. — Юнги сильный альфа, он не такое переживал. За блокаторы он конечно получит, только в себя пусть придёт, я ему зад надеру. Обещаю. Наш доктор знает своё дело и не позволит каким-то таблеткам свалить Юнги. Не плачь. Давай я тебя в комнату отведу, ты отдохнешь, а я тут покараулю. Давай? Пойдём, любимый. Не забывай, что наши детки чувствуют все твои эмоции. Не нужно их втягивать в переживания. — Нет, Намджун. Я не уйду пока доктор не выйдет. Дети спят. Ты лучше рядом будь, мне так спокойнее. Что остаётся альфе. Только сесть на соседнее кресло и перетянуть на свои колени омегу. Джин прижался к широкой груди супруга, уткнулся в шею и затих. Не часто Намджун видел в таком состоянии своего омегу. Джин обладал сильным, волевым характером и нужно очень постараться чтобы выбить его из равновесия. Сейчас же альфа чувствовал как омега ищет защиты, что омега растерян и не понимает как себя вести. Намджун лишь крепче прижимает омегу и слегка покачивает, баюкает. Альфа уверен, Джину нужно время и ласка. Конечно же у Намджуна есть вопросы. Ему хочется узнать почему Джин решил выгнать альф, а оставить Тэхёна. Тэхён же только-только появился в их окружении. И вообще, почему Тэхён появился в тот момент когда Юнги нужна была помощь. Почему ушёл из своей комнаты или он туда не заходил? И почему Джин так загадочно улыбнулся когда почувствовал запах на рубашке, а вот Намджун его не учуял. Да и не пахло там ароматом Чимина, с чего Джин это взял? Альфа только головой покачал, отгоняя лишние вопросы. Так можно додуматься до чего угодно. Выйдет доктор, станет немного яснее, а остальные вопросы ответы тоже дадут, альфа уверен. Ещё ни один вопрос не оставался без ответа. Интересно, что нарыли спецы об омегах и кто опять влез в их квартиру? Кому нужны эти двое? Что за тайны вокруг омег? Вопросы, вопросы… Слишком много вопросов… Пока… *** немного о появлении Тэхёна около комнаты Юнги. …После того как омеги вошли в комнату прошло совсем немного времени. Чимин и Тэхён даже опешили когда вошли в комнату. Они увидели то, чего совсем не ожидали. Комната была раза в два больше их квартирки. Чимин был растерян и вместе с тем с восхищением рассматривал комнату. Впрочем, как и Тэхён. Помещение было грамотно разделено на зоны. Слева, в стороне от огромных окон в пол, стояла кровать. Эта кровать была размером с их кухню. По обеим сторонам стояли тумбочки с лампами. На кровати лежали горкой подушки. Огромный, пушистый ковёр раскинулся по всему полу. На него даже вставать было страшно. Справа стояли два уютных кресла и небольшой диванчик, которые дополнялись столиком на витых ножках. На стенах картины в светло бежевых рамах. На полотнах изображения цветов, леса, птиц и заката. На полу стояли вазоны с цветами. Рядом с кроватью омеги заметили детскую кроватку. Около кроватки стоял пеленальный столик. О таком омеги могли только мечтать. Полочки были заполнены необходимыми средствами для ухода за ребёнком. Тут же стопочками лежала детская одежда. Это послужило толчком и омеги, сняв обувь робко ступили на пушистую поверхность. Блаженство — вот что ощущали омеги пока шли к месту отдыха. Ноги утопали в мягкости, запахи цветов ненавязчиво успокаивали, а сама обстановка располагала к отдыху и расслаблению. Чимин без сомнений уложил спящего малыша в кроватку. Омега устал. Дом альфы действовал на него успокаивающе. Чимин впервые за длительное время почувствовал себя спокойно. Руки неприятно кололо от того, что они затекли. Омега начал растирать конечности при этом внимательно изучая обстановку. Чимину здесь нравилось. Очень. Тэхён тем временем уже нашёл ещё одну дверь и открыл. — Ничего себе! — только и смог сказать омега так и застыв в проёме. Ванная комната впечатляла не меньше. Как и все в этом доме, комната была заполнена в светлых тонах. Посреди этого великолепия, блестящего белоснежным мрамором, стояла в огромная ванна на витых ножках. Слева от двери расположились 2 тумбы с раковинами чашами, над ними висели белоснежные шкафы. За стёклами покрытыми изящным рисунком в виде ажура, были видны полки с различными предметами уходовой косметики, а также видно было аккуратные стопки полотенец, на стойке вешалке висели махровые халаты. В самом углу, за столами-тумбами стоял стоял столик с небольшим диваном на котором можно было присесть после принятия ванны чтобы спокойно отдохнуть и переодеться. Тут же, на столике, лежали стопкой вещи и бельё для омег. Отдельное восхищение вызвала ванночка для ребёнка на специальной подставке. Тут же расположилась этажерка на колёсиках которая была заставлена средствами гигиены для малыша, лежали сложенные детские банные полотенца. Чимин убедился, что Тэджин спит и решил посмотреть что же так удивило брата. Омега так и застыл глядя на торжественное великолепие ванной комнаты. Только разглядывал омега недолго. Взгляд Чимина выхватил неожиданный предмет для этой комнаты — оттоманку сверкающую белоснежной кожаной обивкой. Перед глазами всё поплыло, к горлу подкатил комок тошноты и Чимин чтобы не упасть схватился за дверь. В голове шумело, а потом через шум начали проникать звуки голосов. Омегу накрыло воспоминаниями… Очнулся Чимин от того, что Тэхён со всех сил трёс за плечи. — Чимин… очнись. Чимин. — Тэ… — прохрипел омега, — они опять пришли за мной… не отдавай меня… я не хочу… Тэхён чуть не плакал. Прошло же уже достаточно времени и Чимина перестали мучать кошмары. Неужели это снова повторится? — Чима, давай встанем. Поднимайся, Чим. Пойдём, я тебя уложу. — Тэхён тянул за руки брата, а тот только головой мотал и бормотал «не надо… я не хочу… отпустите» Только Тэхён не сдавался. Он всё же заставил подняться на ноги Чимина. Довёл до кровати и уложил. Чимин не сопротивлялся больше. Страх отобрал последние силы и омега провалился в тревожный сон. Тэхён оглянулся вокруг. Ему нужно было найти воду. После приступов Чимин много пил, но в комнате не увидел ни графина, ни стаканов. Тэхён заглянул в кроватку, Тэджин спал. Омега решил быстро сбегать на кухню за водой. Благо найти было не сложно. Однако выйдя в коридор омега увидел распахнутую дверь в комнату Юнги и услышал взволнованные голоса. Любопытство привело омегу в комнату, а потом он оказался вместе с Джином который выгнал альф за двери. *** комната Юнги — Я не могу вам помогать, господин Джин. Чимину нехорошо, я пошёл за водой. Отпустите меня, пожалуйста. — Быстро, чётко и по делу. Говори. — Джин уставился на омегу. Тэхён быстро рассказывает о том, что произошло в комнате. Омега чуть задумался. — М-м-м… я понимаю тебя, Чимин сегодня пережил стресс, да ещё и смена обстановки. Его паника следствие слишком быстрых смен событий. Но, раз он уснул, значит будет спать какое-то время. Ты мне помоги, пожалуйста, а потом мы с тобой пойдём к Чимину. — Но, почему я? — удивляется Тэхён. — Здесь же ваш муж и друг альфы, пусть они помогут вам. Почему вы их выгнали? — Как бы тебе доходчивее объяснить? Понимаешь, у Юнги гон должен был быть, да ты уже об этом знаешь. А он, чтобы твоего брата не тронуть, сожрал, зараза такой, непозволительно большую дозу. Блокаторы сильные, их нельзя есть как конфеты. Знаешь сколько раз мы и доктор предупреждали. А он… Только отмахивается. Накидается и по делам. Словно дела главнее здоровья. Вот теперь и расхлёбывает по полной. Видишь как его скрутило. — Джин кивает в сторону кровати, где альфа свернулся в позе эмбриона. Нам, по сути, делать ничего не надо. Скоро доктор приедет, сам всё сделает. Я почему тебя попросил остаться. Вы ведь с Чимином братья и запахи ваши схожие. Видишь как он вцепился в рубашку? — Тэхён вытянул голову и кивнул. — Так вот, вещи Чимина нам сейчас бы очень пригодились. На рубашке остались частички запаха твоего брата. Тебе покажется это странным, но похоже Юнги признал Чимина своим омегой. Вот такие дела, Тэхён. Твой запах появился в комнате и Юнги притих. Значит чувствует своё. — И что теперь делать? Может мне сходить вниз, там одежда наша же есть. Я могу принести что-то из одежды Чимы. Только… только там всё чистое… оно не поможет, да? — Не поможет. — сокрушенно пробормотал Джин. — А скоро запах на рубашке исчезнет и я боюсь будет совсем плохо. Сам понимаешь, к альфе в гон другие альфы не приближаются, чревато. И просить Чимина о чём-то неудобно, да и твой брат похоже в Юнги не очень заинтересован. Так мне показалось, по крайней мере. Я не знаю, что делать. — Джин вздохнул, присел на край кровати. Смочил полотенце в холодной воде и сменил его на то, что лежало на лбу у Юнги. — А если, — Тэхён замялся. — Если мою футболку оставить? Наши запахи похожи. Юнги конечно потом определит, что это не Чимина вещь, но ведь это будет потом. Если ему действительно поможет, то я могу снять. Только я прошу, не заставляйте Чиму помогать Юнги гон пройти. Пожалуйста. Если хотите, то я… я… могу вместо него. Только Чимина не трогайте. — Тэхён рухнул на колени перед опешившим Джином. Джин с удивлением смотрел на омегу, который чуть не плача просил его… о чём?.. Омега пришел в себя как только до него дошли слова Тэхёна. Он быстро наклонился и заставил встать омегу на ноги. — Ты… ты, с ума сошёл. О чём ты сейчас говоришь?! У меня даже в голове таких мыслей не было, а уж если Юнги узнает о твоих словах, то ты огребёшь по полной. Никто… Слышишь? Никто никогда твоего брата и тебя не под кого не подложит. Слышишь? Это дело добровольное и Юнги не сволочь последняя чтобы омегами пользоваться только по тому, что у него гон. Он эти таблетки жрёт горстями, а ты… Да сколько я его знаю, он за пять лет всего раза три услугами омег пользовался, да и то из агентства. Так что вбей себе в голову. Вы в этом доме в безопасности. Юнги руки себе отгрызёт, но Чимина не тронет и тебя тоже. Сдохнет, но не тронет. — Извините — пролепетал Тэхён, — я… я… — губы омеги задрожали, решимость исчезла из глаз. — Я не хотел вас обижать. Правда. Просто Чима, он… его. Джин прижал к себе перепуганного мальчишку. — Ш-ш-ш… успокойся. Я тебе верю. Давай сделаем так. Ты пойдёшь в комнату к Чимину и ляжешь отдыхать, а я останусь тут и дождусь доктора. — А можно мне воды в комнату принести? Чимин проснётся, пить захочет. — Тэхён, ты наверное плохо смотрел. В каждой комнате есть холодильник. Там и напитки и вода, и даже перекус всегда есть. Ты не поверишь, но Нани слишком заботливый и обожает Юнги. Этот дом для него не просто дом. Потом всё поймёшь. Возвращайся в комнату и оглядись внимательнее. Не мог Нани вашу комнату оставить пустой. Тем более он знал, что будет омега с ребёнком. Правда о тебе тогда речи не было, но думаю там и Чимину всего хватит и тебе. Слова Джина прервались тем, что в комнату вошёл седовласый, высокий альфа. От него веяло таким спокойствием, уверенностью, что у Тэхёна рот приоткрылся. — Джин, быстро и по делу. — Скомандовал Бан. Пока омега рассказывал то, что знал, доктор уже приступил к осмотру. Он ловко перевернул Юнги на спину. Тэхён покраснел и отвернулся. Альфа же лежал практически голый, из одежды на Юнги были только боксеры. Джин резво встал перед омегой, спиной прикрыв от альф. Сам тоже старательно разглядывал шторы на окне, но с доктором разговаривал. — Ты бы поаккуратнее, Бан, здесь вообще-то ребёнок находится. — Отправь этого ребёнка спать, Джин. Да и сам уматывай отсюда. Нечего тебе здесь делать. Намджуну не понравится, что ты пропах чужим запахом. Джин возмущённо всплеснул руками. Столько лет этот альфа является их общим семейным доктором, а никак не может привыкнуть к его прямолинейности. Однако Джин не очень обижался. Знал. За таким, казалось бы, равнодушием и показательной грубостью Бан скрывает свои переживания. Он ведь Юнги давно знает и относится к нему как к брату. Что связывает альф, омега не знает, но знает, что Бан появился в городе вместе с Юнги. Да и других врачей Юнги к себе не подпускает. Доктор сразу влился в дружную компанию и его приняли как родного. Бан был женат и у него были два сына-альфы, которые работали на Юнги в охране. Сразу же Бан, как только оказался в их компании, заявил чтобы к нему все были на «ты». Друзья приняли это сразу, омегам понадобилось немного больше времени ведь разница в возрасте была ощутимой, но потом Джин и Сани перестали обращать внимание на разницу тоже. В профессионализме своём Бан убедил друзей быстро. Он же нашёл отличного оменолога, который наблюдал омег и детей. Даже Джин того врача принял, а он был очень разборчив и кому попало бы точно бы не доверился во время родов. Однако в этот раз врач в городе отсутствовал, Бан связался с ним по телефону и доктор обещал быть на связи как только Бан начнёт осматривать ребёнка Чимина. Однако осмотр омеги и ребёнка отложил приступ Юнги. Бан предупреждал альфу, что при приёме этого препарата могут возникнуть нежелательные побочки. Лекарство только только прошло тестирование и его не было в широкой продаже, но разве Юнги что-то остановит. Хотя, про проблемы альфы Бан знал. Бан убеждал Юнги, что ему нужно не таблетки глотать, а найти омегу который будет по духу и к телу. Тогда и проблема отпадёт сама собой. Однако Юнги этот вариант отмёл сразу. Бан его понимал. Не легко склеить разбитое сердце, но он надеялся на чудо. И это чудо похоже случилось. Как только Бан увидел что альфа прижимает к лицу рубашку, сразу понял. Тот ищет остатки запаха. Того самого, который может вернуть Юнги к полноценной жизни. Вначале Бан решил, что омега который стоял рядом с Джином и есть тот самый. Однако, наклонившись, альфа втягивает воздух и понимает. Нет. Не тот. Хотя запахи похожие. Осматривать при омегах альфу, да ещё в гоне, моветон. Но, как выставить отсюда Джина? Тот мальчишка, понятно, сам убежит. Вон как трясётся. С Джином будет сложнее, он ведь «мать Тереза». Всех лечит, всем помогает. Но Бан знает один маленький секрет. Джин терпеть не может когда ему приказывают. Тут вариантов два: Джин оскорбится и выйдет или обозлится и тогда выйти придётся Бану. Потому как в действии Джина он уже видел. Тот встанет грудью на защиту слабых и хрен подпустит Бана к альфе. Сам будет за ним ухаживать пока Юнги не очухается. Одного не знает Джин. Как только Юнги очнётся его так накроет, что альфе будет всё равно кто и чей омега перед ним. Вернее, под ним. Вот такая побочка у препарата. Бан видел на испытуемых действие и надеялся, что Юнги это не коснётся. Он ведь показывал записи из лабораторий, отговаривал. Юнги слово дал, что использует таблетки только в крайнем случае и ни в коем разе не в двойной дозе. Однако, судя по состоянию альфы, тут явно не две таблетки были приняты. Одно радует, гон Юнги пережил за эти годы всего три раза, этот раз четвёртый. Может и получится быстро очистить организм. Но, для этого необходимо омег выгнать. Не для нежных сердечек процедура. Бан даже не оглянулся когда омеги вышли. Недовольство Джина сразу почувствовал. Как и почувствовал, что омега понял почему он их выпроводил. Бан извинится перед омегами позднее, в данный момент в приоритете Юнги. *** Пока Бан осматривал Юнги, а Намджун и Джин ждали вердикта, Тэхён уже нашёл искомое — холодильник. Джин оказался прав. Холодильник был спрятан за фальш панелями комода. Да и про «набитый» холодильник омега тоже не пошутил, тот и правда был полным. Здесь стояли фрукты и овощи, блюда с сырной и мясной нарезками. Молоко, соки, морсы, детское питание: от соков до пюре. Тут же молочные смеси. Судя по ассортименту, помощник Юнги не знал чем кормят малыша и приготовил всего понемногу. Откуда ему знать, что Чимин кормит грудью, только-только начал прикармливать овощными пюрешками Тэджина, но омега с благодарностью думает о помощнике Нани. В сложном мире не просто выживать без таких преданных, верных людей. В недавнем, мрачном прошлом Тэхёна и Чимина тоже есть такой человек… или был? Тэхён мрачнеет. В груди тревожной болью разливается опасение, что угрозы Ванхо сбылись. Если так, и чёрная лента имеет прямое назначение, то это значит что больше некому заботиться об омегах. Значит их путь стал на одного… нет, на единственного защитника беднее. Хотя. Куда уж беднее. Они и так не живут — выживают. С Джинхеном было легче, спокойнее. Теперь только Тэхён у Чимина и Тэджина и Чимин с Тэджином у Тэхёна. Не верит больше в чудеса омега. Даже после сегодняшнего вечера, который принёс столько событий и поворотов. Не верит. Всем, всегда что-то от омег нужно было. В доме родителей омеги должны были продолжить дело папы. С этим Тэхён согласен, даже благодарен за подаренные годы которые заложили такие важные частички мастерства. Жаль, что мало… Единственные кому с радостью отдавал бы «долги» омега — родители. Но их нет… А после ухода родителей омеги обросли долгами, но уже реальными и количество долгов только увеличивается, как будто с горы летят и этих долгов и обязанностей всё больше и больше. Только появился просвет в их мрачном туннеле, как вновь закрылись шторы пропустившие лучик надежды. Джинхен пропал. С альфой пропали и надежды. Тэхён как мог утешал Чимина. Придумывал разные отмазки и причины отсутствия. Но, чем больше придумывал тем слабее звучали аргументы и грустнее становились глаза брата. Тэхён крутился как мог. Чимин с трудом восстановился после родов, а маленькому Хеджину не хватало родительского присутствия ведь папочка был вынужден пойти на подработки. Небольшое чудо всё же случилось, омегам повезло. В соседнем доме жил омега, который за мизерную плату и за продукты согласился сидеть с маленьким Тэджином. Чимин приносил сына к няне, а сам бежал на подработки. Тэхён в тайне от брата складывал в копилку понемногу, копил на аренду хоть какого-то другого жилья. Здесь оставаться было опасно. Чего не знал Тэхён, так это того, что и Чимин тоже закидывал крохи в копилку, экономя на своём здоровье он тоже мечтал сбежать из этого прогнившего, насквозь провонявшего злом места. Копилка, в виде фигурки кота, была единственной ценностью омег. Её-то первой Тэхён упаковал в коробку. Коробка! Тэхён аж подпрыгнул. Он так замотался, что забыл про неё. Надо бежать вниз и забрать её. Но как оставить брата и племянника? Омега бросил взгляд на Чимина. Брат дышал с трудом, губы были сжаты, а под закрытыми веками быстро-быстро бегали зрачки. Нет. Тэхён не спустится вниз, не оставит сейчас брата. К Чимину вновь вернулись кошмары. А копилка… Никуда она не денется. Неприятные мысли и растерянность отошли на задний план, вернулась забота о ближнем. Джин же сказал, что здесь их не обидят. Может стоит поверить… ещё раз… последний… Ради Чимина. Ради Тэджина. Да и этот, друг хозяина — Чонгук. Вроде не плохой альфа. Смотрит так… На Тэхёна так ни разу не смотрели. Уфф… Что-то понесло не туда. Как там в сказке:«утро вечера мудренее»? Значит утром и решит как поступить, тем более что утро почти наступило. Тэхён тряхнул головой. Несколько шагов. Омега забрал из холодильника кувшин с морсом, над холодильником нашлись стаканы на полке. Всё это богатство Тэхён поставил на прикроватную тумбу со стороны Чимина. Сам омега сходил в ванную комнату, быстро принял душ, переоделся. Удивился, что одежда подошла. Потом проверил малыша, залез на кровать, обнял брата и провалился в тревожный сон. Проспать или не услышать ребёнка и брата Тэхён не боялся. У обоих омег сон был чутким и осторожным. Годы проведенные в интернате для сирот не проходят просто так, мимо. Опыт нажитый в подобном месте не исчезает за мгновение, а остаётся на всю жизнь. ***дом омег Огромные, блестящие, чёрные внедорожники быстро и уверенно двигались по оживающим улицам города. Сеул просыпался. Прохожие торопились к метро чтобы попасть вовремя на работу в отдаленных местах мегаполиса. На автобусных остановках уже толпились люди. В витринах магазинов всё ещё горели зазывающие, яркие огни реклам, но сами магазины уже принимали первых покупателей. Всё как обычно, всё как всегда: люди, машины, рекламы. Только в этот привычный ритм просыпающегося города ворвалось нечто. Нечто мерзкое, пугающее. То, чего не должно происходить. В незаметном месте, в трущобах, в одном конкретном доме царил хаос. Квартира представляла собой жалкое зрелище. Перевёрнутая, разбитая скромная мебель. Осколками посуды вперемешку с крупами засыпан пол на маленькой кухне. Те вещи, которые омеги оставили, были безжалостно разорваны, раскиданы и затоптаны беспардонными налётчиками. Даже местами обои были сорваны со стен. Полки с сувенирами и мелочами были разбиты, под ногами хрустело стекло. Спальная комната омег вообще представляла собой ужасное зрелище. Вспоротые матрас и подушки, вывернутые с полок одежда и постельное бельё. При свете одинокой лампочки, посреди комнаты именуемой залом, на полу сидят налётчики со связанными за спиной руками и разбитыми лицами. Альфы всё ещё беснуются, сыплют угрозами и вариантами отмщения. Грозят карой от имени их хозяина. Вокруг брызжущих слюной бандитов стоят молча охранники Юнги. Они на провокации не ведутся. Налётчики спеленутые так, что единственное что им осталось, только орать да угрожать. Они пока не в курсе, что совсем скоро им придётся потерять свою уверенность в безнаказанности, а их так называемый, хозяин не прибежит на помощь. Никому не нужны неудачники. И эти альфы никому не интересны. Хотя… Полиция будет благодарить охранников за поимку отморозков которые слыли неуловимыми и уже полгода кошмарят немногочисленное население трущоб. *** Хосок и Чонгук едут в полнейшей тишине. Не до разговоров. Альфы думают каждый о своём. Хосок переживает, что так и не попал домой. Конечно же он отзвонился несколько раз и разговаривал с Сани, но телефонные разговоры совсем не то. Альфа так сильно любит своего солнечного, мягкого омегу, что дышать без него совсем не хочется. Сани не приехал в дом Юнги только потому, что омега находится в больнице. Совсем скоро у четы появится долгожданный малыш и Сани госпитализировали дабы избежать неприятностей. Хосок даже рад, что его супруг не дома. Конечно же альфа промолчал про возникшие проблемы. Он понимает, Сани всё равно узнает и ему придётся долго выслушивать нотации, но волновать омегу он не будет даже под дулом пистолета. Хосок уверен и в своих друзьях, которые тоже не позволят просочиться неприятностям. Поэтому альфа в данный момент уверен, спокоен… почти. Всё же сроки родов прошли, а их альфочка упрямо не желает покидать папин животик. Врачи говорят, что это нормально, что омега вот-вот разрешится бременем, но Хосок всё равно дёргается от каждой вибрации на телефоне. Альфа надеется, что до тех пор когда наступит утро и омега захочет по видеосвязи пообщаться, они решат проблемы. Чонгук тоже погружен в размышления. Давненько их так не будоражила жизнь. Альфа даже скучать начал. С бизнесом у Юнги было нормально-стабильно. Конкуренции практически не было, последние переговоры были тому подтверждением. И вот, внезапно всё перевернулось с ног на голову да так изящно и стремительно, что у альфы голова кругом идёт. События за последние несколько часов держат всех за «яйца». Давно так не было весело. Одних вопросов жизнь набросала столько за эти часы, словно ждала момента и сосуд лопнул. Вопросы. Вопросы. Когда уже начнут они получать ответы? Хосока спецы что-то явно нарыли. Не зря друга так переклинило, Чонгук видел как изменилось выражение глаз альфы. Однажды Чонгук уже видел этот лёд во взгляде, это означает одно — спецы нашли не просто информацию. Информация касалась не только омег. Так Хосок реагировал только на одного человека, но этот человек уже вот лет несколько как не на этом свете. Или же нет… Если нет, то значит: ДА ЗДРАВСТВУЮТ ПРОБЛЕМЫ. Чонгук передёрнул плечами, словно мышцы затекли от долгого проведения в одном положении. Но это было совсем не то. Альфа таким движением скидывал с себя мерзкое чувство которое неожиданно поползло холодом по спине. Знакомое чувство, чёрт бы его побрал. Это то самое чувство, когда ты понимаешь что на тебя смотрят в прицел, а ты не видишь стрелка. Ну да альфа не так просто ел свой армейский хлеб, он столько раз балансировал между реальностью и невозможностью, так впитал все правила выжидания, ожидания, что его не напугаешь взглядом в спину. К решению проблем Чонгук всегда подходил с «холодной» головой. Не кидался с дуру на амбразуру, не порол горячку. Как бы не было мало времени, Чонгук старался оценить все риски, все возможности и только потом кидался в омут с головой. Правда расчётливость и хладнокровие в эту ночь подвели хозяина, рассыпались, сгорели под искрами из глаз меткого стрелка яйцами. Вспомнив об омеге у альфы дрогнули губы и лёгкая улыбка коснулась их. Этот омега был совсем не такой как те омеги с которыми альфа предпочитал иметь дело. Не собирался Чонгук в ближайшие лет сто пропадать под омежьим очарованием. Ему хватало внимания со стороны слабого пола, но серьёзность в отношениях не была вторым я альфы. Не нужны были Чонгуку ни домашние хлопоты, ни сопливые носы детишек, ни семейные завтраки, обеды и ужины. Вот до этого самого дня были не нужны. Как бы альфа не обожал своих друзей, как бы не уважал Джина и Сани, Чонгук себя в качестве супруга не видел. Да и какие серьёзные отношения, если альфа то в спортзале веса тягает, то в тире порох нюхает, то по полям да лесам скачет аки заяц, чтобы форму не растерять. Только похоже отскакался Чонгук. Руки до сих пор чувствуют тепло хрупкого тела. Перед глазами до сих пор стоит милое личико с крохотной родинкой на кончике носика. Носик… Чонгук вздохнул. Так хотелось чмокнуть этого дерзкого птенчика, прямо в эту самую точечку. А какой меткий омега, а? Стольких здоровенных бугаев под прицелом держал и головы высунуть не давал. И выбор «оружия» поражал. Это надо же было догадаться использовать яйца. Только вот вопрос: где он столько тухлых яиц взял? Вот же… опять вопрос… Даа, подумал Чонгук, правильно сказал Хосок. Скучно не будет. *** дом омег За своими размышлениями альфы не замечали мелькания домов и улиц за тонированными стёклами машин. Очнулись когда машины остановились. Мысли сразу же улетучились. Тела подобрались как перед прыжком в бездну, ну или в неизвестность, как вам больше нравится. Рывок. Двери с двух сторон открываются одновременно. Быстрый взгляд вокруг. Оценка обстановки. Двор не изменился, только машин прибавилось. Рядом с двумя машинами охраны стояла старая, покоцанная временем «Honda». Альфы быстро, без слов, двигаются в сторону подъезда. Тоже без изменений. Так же темно и так же воняет прогорклым маслом. Знакомый маршрут преодолевается за считанные секунды. А вот квартира встречает полным хаосом уже около порога. Узкий коридор в нескольких местах перегорожен остатками разбитой мебели. Быстрые взгляды. Оценка погрома. Ванная комната: сломана душевая лейка, штора валяется на полу и безжалостно вырвана раковина, детская ванночка раздавлена чьими-то ногами. Кухня: побитая посуда, поломанные дверцы у навесных шкафов, рассыпанные скромные запасы продуктов в перемешку с битой посудой. Чонгука приводит в ярость увиденное. Баночки, которые привели в восторг Джина и не только его, разбиты, а изящные крышечки раздавлены. На полу следы… Чонгук узнаёт отпечатки армейских ботинок. Он эти ботинки вместе с ногами вырвет! Комната в которой совсем недавно витал аромат омег, которая была наполнена светом гирлянд, прелестными мелочами на полочках, картинками в рамках на стенах, больше походила на свалку ненужных вещей. Везде разруха, хаос и грязь. В проём двери виден беспорядок царящий и в спальне. Чонгук звереет ещё сильнее. Кто… кто посмел нарушить хрупкий мирок омег, который создавался с таким трепетом, с такой любовью… Кто?! Воздух становится удушливо тяжелым. Альфа смотрит на тех, кто стоит на коленях и в его глазах приговор уже вынесен. ВИНОВНЫ! Пощады не будет. Хосок успевает перехватить Чонгука за занесенную для удара руку. — Чонгук. Стой. Успеешь зубы посчитать. Вначале дело. — Затем бросает в сторону поверженных. — А вы ещё не поняли? Вы отсюда не выйдете. Альфа отпускает руку Чонгука, тот уже не рвётся вперёд, но кулаки так и не разжимаются. Не отвечает другу, смотрит на поверженных словно удав на кроликов. Под тяжестью взглядов Чонгука и Хосока налётчики теряют свою смелость. Уже не с такой агрессией сыпятся угрозы, а через несколько секунд и вовсе смолкают. Страшно. Самый смелый предпринимает последнюю попытку. — Что вам от нас нужно? — Нам? — голос Хосока спокоен. Вопрос задан без удивления и тем самым страшит ещё сильнее. — Нам. Хмм. Нам, ничего. А вам? Подумай прежде чем ответить. От твоего ответа зависит многое. Жду. *** дом Юнги В комнате тихо, но не спокойно. Бан разместился на крою кровати. Пальцы одной руки окольцевали запястье, во второй часы. Альфа считает удары пульса. Слишком частый. Нельзя работать сердцу в подобном ритме, может не выдержать. Сердце быстрыми толчками разгоняет кровь, организму подобное только во вред. Перенапряжение вызвало сбой, учащает сердечный ритм. Обморок прямое последствие этой перегрузки, однако Бан допускает банальное пережатие сосудов. Однажды такое уже было, у Юнги есть проблемы с шейными позвонками. Последствия неудачного падения. Бан отпускает руку, вставляет в уши наконечники фонендоскопа, нужно послушать орган который ответственен за жизнь альфы. Слух доктора улавливает малейшие изменения в ритме сердца, однако отклонений нет. Сердце хоть и бьется быстрее, но это последствие гона — не отклонение. Уже радует. Выходит внутренний альфа умнее хозяина и просто вырубил Юнги. Однако нельзя сбрасывать со счетов передозировку и необходимо как можно быстрее очистить организм от действия препаратов. Конечно, таблетки приняты и растворились. Препарат создан для экстренных случаев и действует за считанные секунды, но антидот тоже создан. Плохо опробован, но он есть и Бан решается применить его. Уже нет выбора, надо спасать альфу пока есть шанс. Из открытого чемоданчика достаёт ампулы, шприцы, систему, раскладной штатив. Действия доктора чёткие, спокойные, уверенные, выверенные годами. Штатив собирается за секунды. Флакон с раствором занимает своё место в креплении. Бан проверяет поступление лекарства, перекрывает клапан и возвращается к Юнги. Гибкий жгут-турникет плотно охватывает каменные мышцы руки. Тонкое жало иглы легко проникает в вздувшуюся вену. Щелчок. Жгут падает на полотно простыни. Гибкий шланг прикрепляется к игле, пластырь фиксирует неустойчивую игру иглы, открывается клапан, регулируется частота капель. Теперь остаётся самое сложное — ждать. Бан убирает лишние с кровати и только после этого позволяет себе расположиться в кресле, которое подтянул ближе. Отходить нельзя. В любой момент Юнги придёт в себя и нельзя пропустить этого. Иначе альфа и себе навредит и пострадают другие. Лекарство блокирует разум зверя, а не человека, если конечно не злоупотреблять. В данном случае Бану неизвестно, что происходит в организме Юнги. Экспресс анализ показывает странные показатели, таких доктор не встречал. Догадки о том, что зверь сам вырубил человека только догадки. И если антидот подействует, тогда альфу вновь накроет гоном, но уже сильнее. Бана волнует поведение внутреннего зверя альфы. Обычно альфа защищает от зверя, а не наоборот. В случае Юнги произошло по другому. Только почему? Какие изменения происходят в организме альфы? Юнги бы в лабораторию, под наблюдение. Но. Что-то подсказывает Бану, что альфу из дома перевозить нельзя, но и оставлять в доме опасно. Здесь же дети, а самое главное — омеги. Бан вздыхает. Встаёт с кресла. Проверяет частоту поступления лекарства, затем немного прибавляет. Подходит к двери, приоткрывает, выглядывает. Взгляд сразу же падает на Намджуна и Джина. Омега, кажется спит, прижавшись к груди супруга. Бан прикладывает палец к губам. Практически не слышно, произносит. — Я закрываюсь в комнате с Юнги. Что бы ты не услышал, не смей открывать. Намджун даже кивнуть не успевает. Доктор уже скрывается, слышится щелчок замка. Бан жертвует собой, альфа это понимает. Как понимает и то, что с Юнги всё намного сложнее чем они думали. Намджун принимает единственное, на этот момент, решение. Он не уйдёт от комнаты друга. И на шум реагировать будет. Просто снесёт эту дверь к чёртовой матери, но Бана один на один с беснующимся Юнги не оставит. Против силы и агрессии альфы есть контрмеры — электрошокер. И если нужно будет Намджун нажмёт на кнопку. Извиняться будет потом, позднее. Альфа кивает сам себе и решается на недолгое отсутствие. Намджун встаёт с кресла и уносит свою драгоценную тушу в комнату, где сладким сном спят дети. Выйдя из комнаты, альфа закрывает дверь на ключ. Понимает последствия. Джин ему потом плешь проест. Но, это будет потом. Сейчас же альфа уверен в правоте своих действий. Достаёт телефон, быстро печатает текст. Уже на ходу нажимает на отправление. Быстрое передвижение на этаж и альфа замирает, прислушиваясь к тревожной тишине за полотном двери. *** комната Чимина и Тэхёна. Чимин просыпается от тяжести во всём теле. Веки открываться не хотят, словно свинцом налились. Усилие. И сквозь ресницы просачивается неяркий свет. Глаза открываются. Омега несколько секунд крутит глазами туда-сюда, пытается понять где находится. Взгляд изучает. Осознание того, что Чимин не в своей комнате, приходит медленно, тягуче. Словно пробирается омега сквозь плотный туман который до сих пор мешает вздохнуть полной грудью. Комната чужая, но в ней нет той удушающей обстановки, которая может вернуть Чимина в былое прошлое. Глаза привыкают к полу свету, ушла резь и зрение становится яснее. На смену остроте зрения приходят запахи. Пахнет знакомым, свежим… чем-то таким, от чего по телу разливается тепло. Чимин садится и чувствует рядом тело. Опускает взгляд и улыбка появляется на губах. Подкатившись под брата сладко спит Тэхён. Спит крепко, спокойно. Чимин давно не видел такого расслабленного лица у Тэхёна. Омега чувствует себя ни хорошо, ни плохо. Хмурится, вспоминает где они и почему. Память услужливо подкидывает моменты: Темнота улицы… Проход между гаражами (там всегда темно и страшно, но этот путь короче и поэтому омега идёт по нему)… он почти доходит до дома… машина. Там была машина, около дома… Ванхо… Из машины вывалился Ванхо. На лице мерзкая улыбка, от альфы воняет немытым, потным телом, а может это его природный запах, Чимин не знает, этот человек всегда так пахнет. Альфа снова отпускает свои сальные шуточки, хватает за руку. Омега вырывается и кричит. Только на крик никто не реагирует в этом районе. Здесь по ночам всегда кто-то кричит. Немногочисленные жители с приходом темноты из своих углов носа не кажут, боятся. Еще полгода назад было спокойнее. Теперь каждый вечер люди молятся чтобы дожить до утра. На квартал налетели рейдеры. Совсем озверели от того, что люди отказываются покинуть дома. А куда им идти? Здесь остались те, у кого за душой ни гроша: старики, сироты, да калеки. С калеками проще, им предоставят места в интернатах, по крайней мере говорят так. Только люди не верят. Просачиваются слухи о тех, кто согласился, их находят совсем в других местах и не в здравии. Как только переговорщики поняли, что люди не собираются покидать свои квартиры, на район налетели рейдеры. Эти не церемонятся. Угрожают, избивают, разрушают. Несколько домов сгорело, хорошо хоть людей в них не было. Однако все понимают, это временно. Власти сюда не появляются, полиция отбивается обещаниями, а люди боятся. Кто смог, тот съехал. Чимин поэтому и хватается за всё, что может помочь собрать хотя бы крохи. Только откуда-то появляются огромные счета за свет и воду и они съедают накопленное. Не заплатишь, сразу приставы тут как тут. И ведь не слушают, что дома давно не на балансе района и что на подстанцию люди сами складывались и покупали. Из их дома две семьи выкинули на улицу. Остались Чимин с Тэхёном, да две пары пенсионеров стариков. Ванхо постоянно кидает предложение стать его любовником, сулит золотые горы. Чимин его боится, но вида не показывает, отбивается как может. Вернее, отбивался. Пока Джинхен был рядом, Ванхо только облизывался, теперь попёр в наглую. Чимин понимает вдруг, в этот вечер он не сумеет отбиться от Ванхо. Альфа не просто пристает. Его люди окружили омегу отрезая всяческие пути для бегства. Единственное, что успевает Чимин, это со всей силы ударить Ванхо между ног. Следом приходит боль от укола в шею и омега проваливается в темноту. В гаснущем сознании вспыхивает и тут же гаснет просьба небесам «пожалуйста… не оставьте…» Приходит в себя омега от холодной воды, которую на него выливают из ведра. Голову с трудом поднимает, в затылке пульсирует боль. Понимает: сидит на стуле, руки связаны за спиной, как и ноги. Напротив сидит Ванхо. Поза властителя мира сего, ноги расставлены широко, на лице гримаса: смесь улыбки, похоти, злости и ненависти. Чимин переводит взгляд с лица ниже и усмехается. Между ног альфы сидит омега и держит на паховой области мешочек со льдом. Выходит удар получился не слабый. Чимин рад этой маленькой, своей победе. Только вот альфа радости с ним не разделяет. Сплёвывает на затоптанный пол и шипит. — Рано радуешься, сука… Не в твоём положении радоваться. Ты теперь мне ещё больше должен. — Должен? — Чимин удивлён, — я тебе должен, Ванхо, а не ты нам? — Я. ТЕБЕ. НИЧЕГО. НЕ. ДОЛЖЕН! — рычит зло альфа. Отталкивает омегу и встаёт на ноги, тут же кривится от боли. — Сука… ты за это тоже заплатишь, Чимин. Сполна заплатишь. Ванхо нависает над омегой, давит феромонами. Однако альфа ошибается. Вместо того чтобы увидеть страх в глазах, он видит презрение и насмешку. Чимин принял своё положение и понял, что живым отсюда его не выпустят, однако просто так он свою жизнь и честь не отдаст. Омега резко вскидывает голову и меткий удар под челюсть сваливает альфу на пол. Ванхо воет от злости, отталкивает руки своих людей которые спешат на помощь и сам встаёт на ноги. Чимин ждёт ударов которые должны обрушится на него, но ничего не происходит. Ванхо дышит тяжело, смотрит в глаза омеги и видит непокорность. Не выйдет легко сломать омегу. Да ничего, и не таких ломал. Отвлекается альфа на звонок телефона, который достаёт из кармана. — Говори. — выплёвывает со злостью. — Что? Кто? Почему?! Вот, сука! Ладно, решим проблему. — Тонкие губы альфы растягиваются в мерзкой, торжествующей улыбке. Он уже знает решение. Пусть не он, но этот омега получит наказание и пожалеет об отказе его покровительства. — На какой день он забронировал номер?.. — Отлично. Будет ему омега. Готовь номер. — альфа сбрасывает звонок. Некоторое время рассматривает Чимина, обходя по кругу вокруг пленника. Затем делает жест рукой и Чимин вновь чувствует укол в область шеи. И темнота… Очнулся омега уже в другой комнате лежащим на полу, на тонком матрасе. В комнате горела тусклая лампочка и было холодно. Кое-как принял положение сидя. Голова кружилась, во рту было сухо. Обвёл помутневшими глазами по комнате. В углу стояло ведро. Около стены небольшой стол. На столе графин с водой. Ноги дрожали, как и всё тело, но омега заставил себя дойти до стола и с жадностью припал к сосуду с влагой. вода оказалась невкусной, пахла затхлостью, но это лучше чем жажда. Назад, к матрасу, отступать было легче. Грудь ломило. Омега провёл по груди, под руками пульсировала налившаяся грудь. Омеге нужно кормить ребёнка. «Тэджин… Как он? Тэхён успел вернуться или малыш всё ещё один?» В тишине поворот ключа в замочной скважине прозвучал как выстрел. Омега мгновенно среагировал. Подобрал ноги, скрутился в комочек и со страхом смотрел на открывающуюся дверь. В проёме стоял Ванхо. Кинул в лицо вещами. — Переодевайся, тебя ждут. — Мы поедем домой? Ванхо, отвези домой. Ты же знаешь, у меня ребёнок. Пожалуйста. — омега комкал в руках одежду. — Одевайся. Ты поедешь туда, куда я тебе скажу. Если будешь паинькой, увидишь своего сопляка. — Пожалуйста, Ванхо. Мы же были друзьями… — Друзьями? — Мы?! — Ээ, нет. Никогда мы не были друзьями. Это тебе так казалось, Чимин. Я всегда хотел… Не важно. Больше ты мне не интересен, как и твой припадочный братик. Я тебе предлагал, но ты оказался глупым и бесполезным. А сейчас, когда я узнал всё, что нужно, ты мне больше не нужен. Однако наказание за годы нервов ты понесёшь и попробуй только отказаться. Слышишь? — Альфа сделал два шага вперёд и усмехнулся. — Если хочешь увидеть своего щенка и избавиться от меня, ты составишь компанию моему знакомому на этот вечер. Ведь ты хочешь увидеть сына, а Чимин? Омега кивнул. Что ему оставалось делать, только согласиться. Нужно любыми путями выбираться из подвала, а там уже будет по обстановке. — Только на вечер? Ты обещаешь? — А я тебе врал когда-нибудь? Конечно на вечер. Переодевайся, альфа ждать не любит. Да не трясись ты. — Ванхо усмехнулся. — Ему от тебя нужна компания, а если в твоей голове осталась хоть капля мозгов, заинтересуй его и будешь в шоколаде. Может этот альфа будет в твоём вкусе, ты меня же не хочешь. Чимин вздрогнул. Ему было противно слушать подобное. Но в голове омеги билась только одна мысль «Тэджин», его маленький сын один в квартире, ведь няня же отпросился. Нет выбора у омеги. Придётся подыграть. — Ты бываешь убедителен, Ванхо. Только зачем мне чужая одежда, я могу и в своей пойти. — Твоя мятая и грязная — альфа скривился, брезгливо глядя на омегу. — А мой знакомый уважаемый человек. Хватит нести чушь, Чимин. Переодевайся. — Отвернись. При тебе я не сдвинусь и с места. — Скромник — Хмыкнул Ванхо, — ну-ну. Только стоять к тебе спиной не безопасно. Ты слишком прыткий. У тебя пять минут. — Ванхо развернулся и вышел. Чимин вздохнул. Посмотрел на свои помятые брюки. Этот толстяк прав. Вид у одежды так себе. Больше не затягивал. переживание за ребёнка подстегнуло к действию. Омега быстро стянул с себя джемпер, надел тот что принёс Ванхо. Нежная ангора приятно нежила тело. Брючки почти подошли, были чуть коротковаты, но зато чистые. Да и выглядели вещи совсем не ношенными, скорее скромными. Только успел кое-как руками пригладить волосы, дверь распахнулась и опять ввалился Ванхо. Головой кивнул и пошёл вперёд. Чимин осторожно вышел из своего заточения. Около двери стояли два огромных беты. Теперь стали понятны смелость и дерзость альфы. Это же служило помехой для побега. Что же, может быть выйдя на улицу удастся сбежать? Только надежды на побег сразу отрубились. Стоило омеги выйти из комнаты, беты подхватили под руки Чимина и потащили за Ванхо. Не останавливаясь, довели до машины, затолкали на заднее сиденье. Ванхо уселся рядом. Только прежде чем машина тронулась, альфа достал платок. — Я должен завязать тебе глаза, Чимин. Место, куда мы едем, особое. Тебе негоже знать дорогу. Не бойся, тебе ничего не грозит. Сопротивлялся ли омега? Нет конечно. Против трёх здоровенных мужчин не попрёшь, только хуже будет. Молча позволил завязать платок на лице, только вздрагивал от мерзких прикосновений пальцев альфы. Тот не сдерживался и то по щеке проведёт, то по шее. Пыхтит от возбуждения. Но, вот что странно — не позволяет себе больше ничего. Сколько ехали до места назначения омега не знает. Чимину дорога показалась бесконечно долгой, а надежда на побег таяла с каждой секундой. Наконец-то авто остановилось, омегу выволокли из салона и не позволили снимать платок с лица. Ванхо потащил Чимина под руку за собой, мерзко шипя на ухо. — Вякнешь, шею сверну и тебе и твоему щенку. После слов альфы стало по настоящему страшно. Безнадежность, вот что почувствовал Чимин. Дорожное полотно сменилось ступенями. Ветром по лицу пробежал поток воздуха от раскрывающихся дверей. Теплом окутало внутреннее помещение. Ванхо не очень-то церемонился, тащил спотыкающегося мегу за собой словно вещь. Затем поездка в лифте. Чимин считал секунды, они вышли на пятом этаже. Ванхо уже не шипел, не угрожал. Резко изменил стиль поведения. Подхватил под руку, услужливо забормотал: «аккуратнее… не спеши». Шаги глушил палас под ногами. Пахло приятно, но это не доставляло удовольствия. Чувство чужого присутствие появилось внезапно. Альфа остановился. — Куда? — спросил посторонний голос. — Прибыл заказ господина. — Руки. — раздался приказ. Чимин не понял, что обращаются к нему. Ванхо сам поднял руки омеги, слащаво хихикая. — Это он от счастья голову потерял. Такая честь для омеги, ведь он будет обслуживать дорогого гостя. Чужие руки быстро общупали дрожащее тело омеги. Чимину с каждой минутой становилось всё страшнее, хотя тот кто осматривал его, делал это аккуратно. В голове стучало набатом «почему не снимают платок? куда привёз меня Ванхо? почему обыскивают как преступника?» Дальше было как во сне. Открылась дверь и омегу чуть с ног не сбил густой запах ветивера. Теперь стало понятно. Гость, к которому привезли Чимина — альфа в гоне. В голове звенело от страха. Не за себя, за сына. Ванхо что-то лепетал, хихикал. Голос альфы был приятно бархатным, с недовольными нотками. Слов омега не разбирал, да и надо было? А альфа оказался не чудовищем. Узнав, что у Чимина есть сын так разозлился, что дышать стало ещё тяжелее. только омега понял, злится альфа не на него. Новость, что уже понедельник, а значит Тэджин больше суток находится один забрали последние крохи сил у омеги. А дальше сплошной вакуум… *** Как вам эта часть? Смогла дать хоть какой-то ответ или ещё больше запутала? Пишите, не стесняйтесь. Диалог: автор — читатель, это стимул писать дальше. Я решила изменить расписание выхода частей. Следующая будет в четверг. Поставила себе цель — закончить работу в этом году, у меня есть перед вами долги из-за недописанных работ, надо их тоже закончить. Но с процессниками уже работа будет в Новом году. Спасибо за поддержку. Она очень важна для меня. В себя омега пришёл когда альфа нёс его на руках… затем машина… их квартира… сын обессилевший, голодный.