Luminous/Проливающая свет

Из личного архива.

В надежде, что однажды это будет передано на хранение доверенному лицу, другу и товарищу. … Запись 1. Говорят, перед смертью ты видишь моменты из своей жизни, погружаешься в воспоминания, осознаешь, что прожил жизнь не зря. Или огорчаешься, что ещё многое не успел. В идеале — отпускаешь то, что тревожило долгое время. Когда я буду умирать, я не уверен, что захочу увидеть что-либо из моей жизни ещё раз. … Запись 11. Всё началось в тот день, когда Самаэль повёл нас за собой. Я был мальчишкой, совсем ребёнком. И я ничего не понимал, просто следовал за сестрой. Она верила Лилит, Лилит верила Самаэлю, а я — я верил ей. Я верил Чарли. Мы никому не говорили. Мы молчали о наших родственных связях, потому что иначе меня бы почти наверняка убили. Ты удивишься, но даже на небесах рождались бастарды. Я был одним из них. И всю жизнь мы хранили эту великую тайну. Я всегда был никем. Серым ангелом, о котором никто и ничего не знал. Позже — серым демоном, который точно так же не был никому известен. Мы с Чарли были рождены от разных отцов, но от одной матери. И мой отец вряд ли бы возгордился тем, что все бы узнали его истинную сущность. Он бы убил всех нас. Всю нашу семью. В этом я не сомневаюсь. Поэтому мы молчали. … Запись 14. После смерти мамы в списке знающих кто я и откуда была только Чарли. И в день, когда не стало и её, этот список уменьшился до нуля. Мама никому так и не смогла признаться. Даже когда умирала. Её я не виню, совсем нет. Отца же… отец виновен во всех моих бедах. И ему я бы не простил это даже перед его смертью. Да, это было не секретом, что мы с Чарли были близки. Она всегда была моим единственным другом. И утаить такое от общества было сложно. Признаться честно, когда Самаэль спросил меня, любил ли я её, я ответил «да». И не соврал. Разве что… не смог признаться в том, что не так, как можно было подумать. … Запись 17. Я храню ещё одну тайну. Мы стали падшими. Все мы. Эту часть истории ты и так знаешь. Но Чарли так любила свет и свою ангельскую суть… Что сумела уговорить Лилит помочь ей. Самаэль согласился. И она, вопреки всем нашим правилам, законам и устоям, осталась ангелом. Всё верно. Чарли была ангелом до самого конца. Единственным ангелом, живущим в Аду, позиционирующим себя демоном. Родившим демона. Она единственная знала каково это — быть мной. Каково это, прятать свою историю, свою суть, свои силы. Каково это, быть не таким. И она единственная понимала, что я испытываю. Я был ребёнком. Всего лишь мальчишкой. Я видел, как строился Ад. Видел, как он наполнялся демонами. Как рождались дети. Видел, как спустя сотни лет у Чарли появился сын… Он с самого первого вдоха был чудесным. И я не мог не думать о том, что не могу к нему даже притронуться. Позже она изменила это. Пока он был совсем крохой, она позволяла мне держать его на руках. Недолго, но… Именно так я научился обращаться с младенцами. Сейчас я понимаю, что не зря. В противном случае, Вики бы погибла просто от моей небрежности и твердолобости. Если бы я только мог представить, что мне будет так сложно жить на расстоянии вытянутой руки от него, от всех них, и не иметь возможности даже обнять… Кого я обманываю. Я бы ничего не изменил. Мой племянник родился в невероятно сложных условиях. В тот день я познакомился с Мэдисон. С её помощью они наложили на малыша кучу заклинаний, отобрали его способность к магии, несмотря на то, что он всё равно оставался демонорождённым магом по крови своего отца, они скрыли даже от него самого его сущность и истинные способности, и так и не успели ему ничего рассказать. Аластор был невероятным тактиком, именно поэтому ему так легко давалось управление армией Самаэля. Но то, что с ними случилось, он не смог бы просчитать ни в каком из вариантов развития событий. Он был отличным демоном, но, что важнее, он был прекрасным отцом. И он никогда не хотел, чтобы его дети страдали. Он пытался как мог. Ангелы долго планировали это нападение. И они сделали всё чисто. Пришли за ними в ночи, выждав нужный момент. Самый нужный. Грамотно подставив Уриила… Когда я узнал я… я торопился как мог. Аластор отбивался. Я видел следы борьбы. Их было слишком много. По случайности оставшись почти без всей своей охраны, ему было не выстоять. А Чарли… Чарли была истинным ангелом, она не владела даже парой приёмов, но зато обладала огромным сердцем. Левиафан жив только благодаря ей. А Вики… Что ж, Вики жива благодаря многим факторам. Слишком многим. Я один из них. Ты — один из них. … Запись 20. Чарли никому не говорила, что она беременна ей. Знали только Аластор и я. При этом Аластор не был в курсе о моём знании. Иногда мне кажется, что именно тайны нас и погубили. Всех нас. Да, друг? Она скрывала всё сильной магией, потому что знала, что ребёнку не позволят даже родиться. Ведь если ангелы узнают… Чарли взяла с меня слово, что я буду защищать ребёнка, что не позволю ей погибнуть, что сделаю всё, чтобы уберечь её. Я думал, это не более, чем мера безопасности. Что до этого никогда не дойдёт. А потом. Потом всё произошло так быстро… Слишком быстро. … Запись 21. У меня даже не было времени оплакать своего единственного близкого. Вместо этого… вместо этого мне пришлось вскрывать живот и вытаскивать оттуда плод. Живой плод, хвала всем высшим силам. У меня не было знаний и сил, чтобы лишить её магии, как это сделали с её братом. У меня не было ничего… никого. Я пошёл к Мэдисон. Я неплохо заплатил ей, чтобы она помогла и сохранила тайну. Не знаю, повлияли ли на это деньги или её чистейшее доброе сердце, о котором никто и не догадывался, считая её сумасшедшей, но она сохранила. Сохранив и Вики, поместив её во что-то наподобие вакуума. Когда-то я слышал, что одно существо уже проходило через подобное. Цербер. Да, именно он. Белый волк проходил через подобное, и выжил, благодаря его матери. В тот момент меня страшно успокаивало то, что это, гипотетически, возможно. Откуда Мэдди знала заклинание такого масштаба, я не спрашивал. С Мэри Уилсон она вряд ли была знакома. То, что ей удалось наложить его, было достаточным для меня. Я поверил, что на этом мои — наши — проблемы закончатся. Ведь Мэдди совершила невероятное. Она спрятала её прямо у всех под носом — в небе. Вики была звездой, нет, буквально, и если и привлекала внимание, то только своим свечением. О, они долго искали её. Очень долго. У меня было время, чтобы попытаться что-то придумать, но мне его не хватило. Они всё равно нашли. Та энергия, что она излучала, даже будучи нерождённым ребёнком, привлекала их, и я ничего не мог с этим поделать. Долбанная Охота шла по пятам. А потом она родилась. Магия Мэдисон была не такой мощной, и было очевидно, что рано или поздно малышка всё же появится на свет. Одной тёмной ночью так и случилось. Когда я увидел её. Когда она посмотрела на меня своими крохотными и полными света глазами… Она была лучшим, что я видел в этой жизни. Её сияющие голубые радужки, её улыбка… Вся она. Она ни разу не плакала. Только улыбалась и смеялась. Я полюбил её сразу, как увидел. А кто бы не полюбил? … Запись 28. В конечном итоге я не учёл одного. Ребёнок моей сводной сестры был настолько могущественным, что её магия была с ней отроду. Представляешь? Сразу, как только она появилась, она могла колдовать. Мне вдруг стало понятно, почему они заблокировали способности сына сразу после его рождения. Ангелы пришли бы за ним. Это должен был быть его крест. Но… но Богу нужна была девочка. Дочь. Как если бы он… если бы… Мать твою… Нет. Не может быть. Кажется… Кажется, я только что понял… Невозможно, но… Он считал Чарли своей дочерью. Он знал. Он знал кто я. Всё это время, все эти годы, эти столетия, он знал, кто я. И думал, что Чарли, как и я, была рождена от него. Бог проклял не Самаэля. Он проклял Чарли. Он хотел, чтобы она почувствовала то же, что и он. Он хотел показать ей, какого это — потерять дочь. Проклятье… Он сделал это специально. Но как он… как он мог! Как он мог допустить это. Чтобы проклятье предназначалось этому хрупкому и восхитительному существу. Моей маленькой синеглазой девочке… Моей чудесной маленькой принцессе. С самого начала… Мне срочно нужно выйти на воздух. Мне надо покурить. … Запись 41. Меня хватило на пять месяцев. Пять месяцев я пытался убедить себя, что смогу о ней позаботиться. Что смогу спрятать её, уберечь. Но моих сил и связей хватило только на то, чтобы её имя не появилось ни в одном фолианте, ни в одной летописи, ни в одном блокноте. Я смог сделать так, что её рождение не зафиксировали нигде. Потом я сделал так, чтобы её нашёл ты. Знаю, в академии мы были не то чтобы друзьями, но мы.. ладили. Ты… Что ж, ты всегда был тем ещё ублюдком, но ты был надёжным товарищем и, что более важно, невероятно сильным и умным воином. И этого было достаточно, чтобы когда я узнал о том, что ты потерял жену и ребёнка, незамедлительно принял решение, кому я могу доверить своего. Она была суждена стать спасением. Не только моим. И ты принял это спасение. Я доверил её тебе. Но я заставил тебя нести этот крест. И, хоть ты действительно полюбил её… я всё равно прошу у тебя прощения. … Запись 44. Я знал о том, что ты работал на Самаэля. Все эти годы я знал. Чего-чего, а шпионских способностей у меня всегда было не занимать. Знаешь, когда столько лет прячешься в тени, начинаешь общаться с этими тенями на одном языке. Я знал и то, что ты опасен и жесток, знал, что ты невероятно силён. Но я также знал, что ты очень добр, что ты любил, и после твоей ужасной потери… я подумал, это судьба. Мой выбор пал на тебя, как мы уже все это поняли. И я ни разу об этом не пожалел. Ты назвал её Вики. Виктория Элисон Уокер. В честь твоей Элисон. Идеально. Это было идеально. Ребёнок с человеческим именем и отсутствием истории. Под опекой одного из самых сильнейших демонов, что я знал. Да, с магией на земле. Но ты ведь всегда был отшельником, а потому, скрыть это от всех не стало проблемой. Ведь не стало? О её брате всегда было кому позаботиться. Он рос не в самых нежных условиях, но я бы не назвал их плохими. К тому же, я приглядывал за ним. У Вики были только мы с тобой. И моё участие я слабо могу назвать полезным… … Запись 47. Её демонические способности проявились раньше, чем я ожидал. Сильно раньше. Ей пять. Блять. Пять. Ей всего пять, а у неё прорезались крылья. Аарон, слава всем высшим силам, ты не запаниковал, и тут же обучил её прятать свою сущность. Может, однажды я поблагодарю тебя за это. Может, однажды ты меня за это убьёшь. … Запись 77. Не хотел хвастаться, но я знал, что ты отправишь её к Реймонду, когда придёт время. Возможно, я немного этому поспособствовал. Возможно, я сделал так, что Рей заинтересовался ей куда больше, чем любой другой ученицей. Так она будет под большим присмотром, ты ведь знаешь. Потому что сейчас я не могу быть близко к ней. И как долго это «сейчас» продлится, я не знаю… Как на зло именно сейчас мне попалась наводка на тех, кто может знать, как снять её проклятие. И эта наводка слишком хороша, чтобы её проигнорировать. Долбанные колдуны, всегда так не вовремя. Поэтому, я оставляю её под защитой Реймонда. Который, я уверен, глаз с неё не спустит, будучи уверенным, что она неконтролируемая. А уж поверь, об этом я на славу позаботился. … Запись 81. Какого же было моё удивление, когда я вернулся и обнаружил, что она не только задружилась со своей соседкой, но ещё и влилась в компанию самых влиятельных демонов. В компанию с двумя сыновьями Самаэля, Цербером, дочерью Мамона на пару с её подругой и с Левиафаном… С её братом. … Запись 93. Леви всё время был под боком. И если с ним я мог держать себя в руках, чтобы никогда не нарушать его границ и не подпускать его близко, то с Вики я с каждым днём всё больше понимаю, что не могу. Обучать её рунам, конечно, полезно, для неё самой. Но я совру, если скажу, что не делаю это в том числе и для себя. И нет, я имею в виду не только своё спокойствие, что она будет знать больше, что сможет постоять за себя. Я провожу с ней время. Как проводил ты. Я могу касаться её. Как мог касаться ты. Я могу смотреть ей в глаза и находиться на расстоянии вытянутой руки. Я рядом с ней, и каждый раз я вижу в ней Чарли… Она так похожа на неё. Так похожа на свою мать. Также прекрасна и открыта, также излучает свет. Левиафан больше пошёл в Аластора, они так похожи, но мне даже не жаль. Жаль только, что Леви не имел возможности узнать своего отца ближе. Если бы они с Вики были одним лицом, скрывать всё это было бы довольно затруднительно. Так что… Согласись, хоть в чём-то нам упростили задачу. Только вот усложнили мы её себе сами. … Запись 96. Я бы пожал тебе руку, если бы мог. Я бы крепко обнял тебя и поблагодарил за то, что ты обучил её всему, что она знает, а знает она даже больше, чем необходимо. Спасибо, что ты был рядом. Что любил её. Она бы никогда не простила меня за то, что я видел каждый ваш бой с Охотой и не вмешивался. За то, что не участвовал в её жизни напрямую. За то, что прятался. Она бы никогда не простила мне того, что я не рассказал ей про брата. Да и ты не простишь. Я никогда не прощу себя. Знаешь, когда она пришла в академию… Я испытал неописуемое чувство восторга, но его тут же заглушило чувство вины. Она сильнее, чем я когда-либо мог мечтать. Сильнее, чем кто-либо, кого я встречал. Не только физически. И ты, как никто, должен понимать это. Её ментальные щиты, её сила воли, её стремление и упорство, находчивость и выдержка — я чертовски горжусь ей каждую чёртову секунду. И, надо признать, чертовски завидую тому, что ты даже развил с ней связь. Она твоя дочь, Аарон. Твоя дочь. Не по крови. Но… она твоя. И это одновременно утешает и разрывает меня на части. … Запись 107. Рей стал догадываться, ещё и впутал во всё это Яна, а потом в академии объявился ещё и ты. Нет, я был рад тебя видеть, не подумай, но… Блять. Вот так воссоединение. В свои годы мы могли бы стать неразлучными друзьями, если бы каждый из нас не носил внутри столько секретов. Не так ли? Впрочем, это не важно. В данный момент я, как придурок, всё в той же тайне от всех пишу тебе чёртовы записи, в надежде, что, может, однажды, ты увидишь их. Ты убьёшь меня, когда узнаешь. А я лишь скажу тебе спасибо. … Запись 113. Теперь ты понимаешь. Она не в безопасности даже в академии. В этом мы все ошиблись. Теперь я понимаю, что ты возненавидел бы меня ещё больше. А я понимаю лишь то, что нам нужно что-то придумать. Глупо, что мы будем делать это раздельно, но… что есть, то есть. … Запись 114. Произошло первое нападение. И когда я понял, что сделал Лиам, что это он подменил их имена, мне было чертовски сложно не выдать своего знания. Своего волнения. Мне пришлось отыгрывать искреннее удивление и веру в то, что никто не мог подменить задание. Ага, как же. Конечно мог. Конечно это был он. И конечно я понимал, по чьей просьбе. Мне не хватило ума придумать, как сказать об этом. Я пытался не посеять панику, но, как и всегда, сделал только хуже. Они справились сами. И Люцифера я зауважал ещё больше (не то чтобы меня кто-то вообще спрашивал). А ещё я уверен, что в этом дерьме замешаны как минимум две ангельские предательские особы. Так что… я начинаю готовиться. … Запись 136. Я никогда не хотел этого. Не хотел её страданий. Её слёз. Её жизни в бегстве. Но это единственный способ сохранить ей жизнь. Пожалуйста… пожалуйста, если вы оба сможете меня понять, если только… Я поклялся Чарли. Я поклялся ей. И каждую последующую секунду своей жизни я ненавижу себя за это. Я не должен был. Я должен был поступить иначе. Вики не должна была страдать. Но она страдает — за всех нас. … Запись 153. Я не уберёг её. Не смог. И сделал то, на что бы никогда не согласился, если бы не мои страхи. Я ненавидел его, их обоих, в ту самую секунду, как Самаэль приказал мне пойти и привести Мэдисон, а Лилит поддержала его. Ненавидел их просьбу. Ненавидел «не позволяй их смерти стать напрасной». Потому что они оба знали, что я не оправился от смерти Чарли и Аластора. Мне даже не приходилось оправдываться. Все понимали, что терять своего единственного друга тяжело. Тяжелее, чем оставаться в живых. И я действительно имел в виду то, что сказал — я давал ему клятву верности не для того, чтобы мы отдавали нашим врагам невинные жизни наших детей. Эти слова были сказаны ещё когда мы оплакивали Чарли. Ещё когда он попытался утешить меня тем, что они бы всё равно добрались до неё. Они бы убили её. Чтобы она не смогла больше родить. Какая ирония. Если бы он только знал, что она смогла. И что до её ребёнка они так и не добрались. Что более того, этот ребёнок сейчас стоял перед ним, предлагая добровольно сдаться. Конечно, это была моя ошибка, что я однажды проговорился, что знаю одну невероятно сильную ведьму. Ту, что настолько глубоко погружена в древние заклинания, что переживёт всех нас. Ту, что забрала магию Левиафана. Я сам виноват в том, что цепочка событий привела к этому. Но как они не понимали. Они не смогли бы исправить то, что случилось, пожертвовав Вики. Они не смогут… Они не смогут вернуть упущенные годы её жизни без спокойствия и свободы. Без любви и друзей. Без родителей и брата. Они не смогут извиниться за то, что ей одной приходится страдать за то, в чём повинны мы все. Создавая Ад, мы бежали от терании. Но мы не сбежали. А лишь перебросили её на другого. Погрузили в клетку, из которой нет выхода. Которую не взломать и не открыть. Глубоко внутри я понимал, что это может быть единственным вариантом, в котором она выживет. Потому что даже если бы вся армия, весь народ Самаэля защищал её до последнего вздоха, нас было бы недостаточно. Я согласился. И в ту секунду я по-настоящему захотел умереть. Вместо неё. За неё. Он посмел попросить меня об этом, зная... Зная, что я не смог простить ни себе, ни ему, ни всем вокруг смерть Чарли. Зная, что Левиафана лишили сил и отобрали у него важную часть его жизни из-за всего этого. Зная, что мы бы никогда не отдали Леви в лапы ангелов. Но мы отдавали Вики. И если бы я только смог возразить. Если бы признал, что она моя семья. Что она моя. Что она — ребёнок и его друзей. Если бы я закричал, что даже если она единственная, кто может спасти нас, я эгоистично не отдам её. Уверен, ты бы поддержал меня. Люцифер бы поддержал. Но я не смог. Жалкий трус, который побоялся рискнуть. А теперь ты мёртв. Вики у них. А я остался один. … Запись 247. Десять лет пыток. Они не выбили из неё ни слова. Ни мысли. Мои предыдущие записи не содержат ничего, кроме злости и вычеркнутых страниц. В какой-то момент я едва не сжёг весь этот блокнот к чёртовой матери. Я даже не знаю, зачем пишу это. Ведь ты уже никогда не сможешь прочитать это. И всё же… я пишу. Они держали её в подвале. Без окон, без дверей. Пытали. И заставляли меня смотреть на эти пытки. А потом заставляли лечить её. Зашивать раны. Возвращать с того света. И после стольких лет… она всё ещё сохраняла рассудок. Мои зелья помогают, но она делает всё сама. Она абстрагировалась и прячет своё сознание так глубоко, что не помнит не только того, что мы стёрли у неё, но и вообще ничего. Ни имени. Ни своей жизни. Ни своих мыслей. А я… я один во всём этом. Эффект заклинания оказался сильнее, чем мы все думали, и Самаэль с Лилит забыли о том, что Вики сдалась в плен добровольно. Даже о том, что попросили меня быть с ней. Когда я понял это — было уже слишком поздно. Ангелы приняли меня. Они даже съели ту нелепую историю о том, что я всей душой ненавижу Самаэля, Лилит, всю их адскую семейку, всё королевство и весь адский народ за то, что всегда был никем. Пара гнусных проверок, пара пыток, пара убийств… пара нужных воспоминаний, подсунутых им из моей головы, как надо мной всю жизнь издевались и ни во что не ставили — и они купились. Но цена была. И я заплатил её сполна. У нас всегда были свои заклинания, у них — свои. И мы недооценивали их. Ангелы не многим слабее нас. Да, у нас есть тёмная магия, есть ведьмы и колдуны, есть адские твари, но Бог наградил их невероятной силой и без всего этого. Ведь у всего должен быть баланс… Они наложили на меня обет молчания. Я не мог рассказать никому и ничего. Не мог, даже если бы пытался, даже если бы боролся, даже если бы умирал. Не мог сделать это даже через Мэдди. А сама Мэдди толком ничего и не знала. Она не знала, где теперь Вики. Не знала, с чем пришлось столкнуть мне. Поэтому, все мы все оказались в собственной же ловушке. И только так они мне доверяли. Только так я мог быть рядом с Вики. Только так я мог контролировать всё, что с ней происходит. Только так я мог надеяться на то, что весь этот план может сработать. Что однажды мы вернём её. Я не горжусь тем, что делал в рабстве у Михаила и Селесты. Точнее, я не горжусь ничем, что сделал за это время. Я превосходный шпион, раз за столько лет меня ни разу не заподозрила ни одна из сторон. Раз никто даже не подумал выследить меня, проверить, испытать по-настоящему. Те пытки, что надо мной проводили ангелы, никогда не сравнялись бы с теми пытками, которые я ежедневно испытывал и без них… Видеть, как она страдает. Как каждый раз получает новые увечья, шрамы, как истекает кровью, как беззвучно плачет, как кричит… как она держится несмотря ни на что — хуже этой пытки они не смогли бы придумать, даже если бы действительно умели. Я спасал Вики от смерти столько раз, что уже перестал вести счёт, но я помню о каждой белой полосе на её теле, о каждой ссадине, о каждом шраме и о каждой пролитой слезе. Я заставил их поверить в то, что я её ненавижу. Я ненавидел, но не её. Её решение. И это то единственное, что помогало мне отыгрывать свою роль на отлично. Что помогало не лишиться рассудка. Что помогало злиться и не вызывать подозрений. Надо отдать должное Люциферу. Он действительно искал её не смыкая глаз. Но сложно найти нужную песчинку в необъятной пустыне. Я помогал им как мог, подкидывал крохотные наводки, направления, которые не касались ангелов напрямую, но были способны подвести к ним логически. И они преуспевали, даже почти нашли нас, почти нашли и камень времени… Если бы только у них получилось. Они бы воссоздали то, что там произошло, воссоздали бы битву, увидели бы, что она сделала, и сумели бы прийти к заклинанию в архиве Самаэля. Они бы поняли. Они почти добрались до нужного источника информации, и заставили ангелов сомневаться. А потом и действовать. … Запись 248. Я убил служанку во дворце Самаэля. Не Люцифер. Я. Я знал, что он взбесится и казнит её, если заметит рыскающей возле его кабинета. Знал, что он не станет даже разбираться. Я очень много знал, и очень мало мог сказать об этом. Ещё меньше я мог сделать. Эта отобранная жизнь будет на моей совести. Но она была необходимой. Иначе Вики никогда бы не отправили туда. Иначе мой план ушёл бы в канаву. Убедить ангелов в том, что спрятать Вики на самом видном месте, у всех под носом — это гениально, не составило труда. Там её действительно не станут искать. Там она сможет стать для них дополнительным источником информации. Звучит невероятно волнительно и интересно. Особенно если вложить туда отработанный годами смысл чистой ненависти. Я, как бы невзначай, рассказал им о вакантном месте на эту «должность». Так выгодно освободившемся. Сделал так, что они решили, будто это их идея, а не мой совет, который они услышали краем уха. И план действительно хорошим. Ей нужно оказаться там. Помимо неё там будут ещё две служанки. Эллен и Клэр. Клэр невинна и чиста, как слеза младенца. У неё очень тяжёлая и печальная судьба, но она никак не связана со всей этой историей. Поэтому я решил её не трогать. Даже не спрашивай. Эта девушка появилась буквально сразу, как исчезла Вики. И она вряд ли знает и о её имени. Никто ведь не разбрасывается им с тех пор... С Эллен было сложнее. Сильно сложнее. Оказалось, она тоже работала на ангелов, хоть и пользы от неё было не сильно много. Вероятно, как и многие, её использовали просто для утех. Раньше я не догадывался, не обращал на неё внимания, но ангелы уже давно пустили свои корни в нашу жизнь. И избежать этого было нельзя. Они пытали Эллен, но совсем не как Вики. При этом — они контролировали каждый её шаг. Пользы от неё было мало, потому что её никто не жаловал во дворце. Никогда. И всё же — была засланцем, хоть и не по своей воле. Поэтому, я выбрал третью девушку. Она не заслужила смерть. Но убить Эллен мне бы не позволили, а Клэр... Клэр я просто не смог. Ты был бы вправе осуждать меня. Но ты всё ещё мёртв. А я... я вряд ли поступил бы иначе. … Запись 254. Мне нужно было подготовить её к жизни во дворце, который когда-то был её домом. Когда я привёл её туда, когда я увидел её страх на лице, я снова окунулся в океан боли. Её боли. А потом вошёл он. Люцифер почувствовал её даже сквозь астральную проекцию. Едва ли, совсем немного, обманчиво расплывчато, но… Именно этого я и добивался. Его мозг, его разум и даже его силы не могли обнаружить её, но его замок... Он бы не подсказал ему, что это она. Не смог бы. Её энергия была скрыта так сильно, что этого бы не сделал никто, даже если бы часами смотрел ей в глаза и держал за руки. И всё же, крошечный импульс прошёл через него, когда он прошёл сквозь её проекцию. Он обернулся. Он. Обернулся. И мне этого было достаточно. Я знал, что он всё ещё любит её. Ждёт её. Возможно, даже сильнее, чем прежде. Знал, что дворец всё ещё видит в ней свою хозяйку и поможет ей. Знал, что Вики справится. А значит, должен был и я. … Запись 262. Я обучил её всем правилам этикета и поведения слуг. Вики не помнила ничего о своей жизни в темницах и пыточных. Если это вообще можно назвать жизнью. Она… она не помнила о страданиях, и это странным образом утешало меня. Но недолго. Чтобы не выдавать себя, мне приходилось играть роль монстра. И я продолжаю это делать даже вдали от них. Я грубо разговариваю с ней, требую и приказываю. Повышаю голос. Но лишь для того, чтобы она услышала меня. Чтобы проверить, правильно ли она действует. Чтобы убедиться, что она никого не подпустит к себе близко, что она будет бороться. И, когда придёт время, даст отпор. … Запись 270. Благодаря хорошим отношениям с Одри, мне удалось незаметно даже для неё самой убедить поселить Вики в самую дальнюю комнату. Она находилась сильно дальше от двух других. Всё тех же Эллен и Клэр. Я верил, что однажды это поможет мне. Или ей. Чем дальше от любопытных глаз Эллен она будет — тем лучше. Кто знает, может новым заданием Эллен было следить за мной. ... Запись 279. Иногда перед сном я рассуждаю. Прокручиваю в голове план. Мэдисон была частью моего плана с самого начала. И она создала заклинание ровно такое, какое я попросил от неё — заблокировать весь её разум, спрятать так глубоко, что даже ей самой будет до него невозможно добраться. И когда придёт время, только когда придёт время, я приведу Вики к ней, и она поможет ей вернуться назад. Я молился в ту минуту, когда просил Вики запомнить про завесу, молился, когда убеждал не сдаваться и помнить про свет, когда просил её позволить мне найти её. Я прошу об этом каждый день и теперь, когда просыпаюсь по утрам, когда ложусь спать, когда вижу её, когда лечу после пыток. Я прошу её… умоляю… Простить меня и вернуться. Та идиотская записка, что я отправил ей, «не бойся темноты, думай о чём угодно кроме», должна помочь ей, должна внушить ей на подсознательном уровне, что в ней не должно быть места страху. Что если думать о другом, она сможет спрятать что-угодно. Пожалуйста. Пусть ей удастся спрятать всё... пусть ей удастся… … Запись 284. Всё сработало. Один за другим все стали возвращаться во дворец. Сатана послушал меня, и даже согласился провести приём. Первый за все эти годы. Замок был совсем плох, Ад был совсем плох. Нужно было поднять общий дух, и, поэтому, идея с долгожданным мероприятием была не такой уж плохой. Одри, опять как бы случайно последовавшая моему совету, убедила их, что пора возвращать сына, пора напомнить ему о долге. Придуманная невеста всегда будет моей любимой частью этой нелепой вечеринки. Ты бы оценил. Как же быстро эта новость собрала всю их делегацию в одном месте, и как же быстро это «сдружило» их снова. Конечно, они ссорились. Но, зато они делали это вместе. Как мы когда-то… Неосознанно они все начали крутиться вокруг неё, сближаться. Боги, она всё ещё излучает так много света, даже находясь в полной темноте во всех смыслах этого слова… Так много, что они тянутся к ней, как светлячки на фонарик. Я и сам тянусь. И только это помогает мне жить. … Запись 287. Она нашла библиотеку. Её подруга показала ей её. И как же она ей понравилась. О большем я и мечтать не мог. С её просыпающимся любопытством, она сможет найти верную информацию. Сможет помочь себе сама. Главное, чтобы об этом не узнали. Никто не узнал. ... Запись 291. И вот он. Худший кошмар моей жизни. Вики снова пришлось страдать. Так, как никогда до этого. Я… я не могу говорить об этом. Но то, о чём я ещё недавно упоминал... Её выследили и поймали прямо в библиотеке. И... Нет. Я не могу. Она могла погибнуть. Действительно погибнуть. Но замок помог мне, помог ей. Одри помогла. Она даже не заметила как много сил отдала на её восстановление, видимо, посмотрев на шрамы и решив, что не может бросить её. Дворец же питал её до самого конца, иначе я не могу объяснить её исцеление. С тем уровнем лишения сил у всех слуг, что забирает Самаэль, у неё не было и шанса. И всё же, она выбралась. Мне не стыдно признать — я рыдал той ночью как мальчишка. Заперевшись так далеко и глубоко, что никто бы не услышал. Рыдал, снова и снова прокручивая в голове слова Алека, когда он зачитывал её повреждения, написанные моей же рукой, пока я едва ли справлялся с тем, чтобы не выдать себя, пока мои руки предательски тряслись… Прости меня, Чарли… Прости меня, Аарон… Простите меня... … Запись 301. Я соорудил всем служанкам защитные браслеты. Точнее, сигналы о помощи. Александр вмешался в моё заклинание и адаптировал браслет под себя. Затем это сделала и Лилит. Пускай. Я не против. Так они сделали браслет Вики даже сильнее, ещё более могущественнее. Я не уверен, что именно Лилит сотворила, но даже заколдованная ангелами энергия Вики стала незаметной для всех остальных. Даже для них. Она усилила заклинание ангелов, и Вики стала неуловимой. Едва ли не невидимой. Иногда мне казалось, что не только дворец помогает ей, но и сама природа. Ветер, земля, небо, сад... что угодно — всё питает её, оберегает и защищает. Но всего, что я делаю, недостаточно. Мне нужно ускоряться. Срочно. Мне нужно найти в себе силы и действовать в два раза быстрее... ... Запись 305. Когда я нашёл её в саду… я не поверил своим глазам. Сад цвёл. Медленно. Пока ещё тускло. Но он цвёл. Все подумали, что это из-за возращения Люцифера. Я бы и сам так подумал, но... она сидела там совсем одна на одиноком каменном выступе, и все растения вокруг тянулись к ней. А она — она любовалась видом. Любовалась. Когда любой другой — ужасался. Она подумала, что я отберу у неё воспоминания, её просыпающиеся чувства, и я почти сделал это. Ради её же безопасности. Но я всё же решил рискнуть и спрятал их так далеко в её же сознании, что ангелы бы не добрались. Или я только надеялся на то, что они не смогут. Ей не обязательно было помнить, что это сделал я, поэтому я стёр из её головы и это. Стёр, что приходил к ней, что касался её, что был там. Так было лучше. Так она не начнёт понимать, что я на её стороне. Так нас не заметят. Взяв её за подбородок, я ощутил, какая на самом деле нежная и мягкая её натура. Она даже не сопротивлялась. И если бы не стальной воин внутри неё, я бы назвал её цветком. Розой. Единственной розой на всём этом кладбище давно высохших сорняков. … Запись 311. Мне удалось убедить Сатану, что надвигается буря. Лилит меня поддержала, думаю, она говорила с ним о том, что это может быть она. Самаэль отправился собирать всех своих самых верных воинов и друзей, чтобы скоординировать все имеющиеся силы, в то время как Люцифера попросили проводить больше времени во Дворце, чтобы не оставлять его без защиты. Лилит много читала, она выискивала заклинания, которые могли бы иметь тот эффект, который она подозревала. Это именно то, что мне было нужно, но это именно то, чего я боялся. Алистер всё ещё молчала. Ах да, она у нас. Тварь, загнанная в клетку. Я не видел её со времён «пропажи» Вики, и когда я узнал, что Люцифер доставил её в темницу.. на долю секунды, лишь на долю секунды я понадеялся. Она могла бы дать ему ответ, где Вики. Могла бы привести прямо к Михаилу. Могла бы сильно помочь мне в моём одиноком плане. Но она молчала даже под пытками. Молчала, даже несмотря на то, что Люцифер не сдавался. Но, надо признаться, плюсы всё равно имелись. Симфония из её криков — теперь одна из самых моих любимых мелодий. Удивительно, но именно она помогает мне уснуть в самые тяжёлые дни. ... Запись 318. Каждый раз, когда я смотрю на целого и невредимого Уэйда, стоящего на своём посту, будто он вообще никогда не был даже ранен, я думаю о тебе. О том, что мы могли бы попробовать вернуть и тебя. Но прошло уже столько времени… И ты, хоть и был тварью, в каком то смысле (без обид) но не той категории, что нужно. Может, однажды, когда Вики всё вспомнит, она попытается. Думаю, у неё бы получилось. Но я хочу, чтобы ты знал, и я не совру — лучше бы ты был простой адской тварью. Тогда я бы вернул твою назойливую задницу сразу, как только узнал о твоей долбанной жертве. Тогда я бы перевернул всё и всех, но возродил бы тебя. Потому что один я уже не справляюсь. … Запись 320. Браслеты должны были работать исправно. Но даже нашей общей магии не хватило для того, чтобы браслет Вики работал без перебоев. Ангелы дождались отсутствия Самаэля и приходили во дворец, вопреки моим рекомендациям не делать этого. Они выкрали что-то из библиотеки, и я упустил их. Я даже не знаю, что они забрали, потому что я сделал выбор в пользу Вики. Она не должна была быть там, не должна была быть в опасности, но она была. Как всегда. И её браслет не сработал, потому что Михаил наложил тот же купол, что и много лет назад, когда никто из нас не мог найти её в стенах академии. Про который все так успешно, блять, забыли… Я выбрал Вики, а не безопасность своего Короля и Королевства. И я не собираюсь за это извиняться. Или говорить, что жалею. Они почти нашли её! Она почти выдала своё местоположение! Почти выдала то, что ей позволяли во дворце слишком много! Я не буду оправдываться. Они бы никогда не выпустили её из камер со своей паранойей о бесконечных заговорах. Они бы замучали её до смерти, и заставили бы меня смотреть на это. Люцифер уверен, что ничего не пропало. Но я знаю, что Михаил нашёл, что искал. Вопрос времени, когда он использует это. Так что, полагаю, мы в любом случае выясним. … Запись 324. Удивительно. Но отваги в ней больше, чем во всех нас вместе взятых. Даже после всего произошедшего, она вернулась туда. Вернулась в библиотеку, потому что отчаянно хотела найти ответы. Я подкинул ей книгу о Лавке Мэдди. А чуть позже попытался вернуть ещё одного важного персонажа из её прошлой жизни. И вполне успешно, надо сказать. Опустим тот факт, что после того, как во дворец пробрались чужие, а она снова оказалась в самом эпицентре событий, Дьявол психанул и предложил ей сделку. Опустим, что из-за этого теперь всё наверняка пойдёт наперекосяк. Этого я никогда не учитывал в своих планах. Но именно это дало мне понять, что начинается самое страшное. Вопрос времени, когда про сделку узнают ангелы. Счёт пошёл не на дни. И я бы сильно переживал, но… я стараюсь успокаивать себя. Сделка это хорошо. Сделка это шаг в нужную сторону. Хоть и неожиданный. Вместе со сделкой он дал ей свою семейную реликвию — свой амулет, который и станет её помощником. Ещё одним. Да, Дьявол сделал это из эгоистичных целей, но... Но она всё-таки выбралась в город, и он ей в этом очень поспособствовал — это главное. Там же, кстати, она и столкнулась с этим ещё одним важным персонажем, которого я попытался вернуть, и он едва ли не узнал её, но она просто сбежала. Что ж. Придётся позвать его ещё одним способом. … Запись 327. Я не могу не поделиться этим. Встреча с Мэдди прошла просто отлично. Вики всё ещё безрассудная, но такая смелая… Мэдисон не знала, что она придёт. Я не успел предупредить. Но Вики зашла к ней так уверенно и смело, что у моей старой знакомой не возникло и мысли против. Вики предложила свою душу в обмен. Как и, блять, всегда. Мне начинает казаться, что её синдром спасателя вышел на новый уровень... Мэдди, естественно, согласилась. И то, чего я так долго ждал, свершилось. Она справилась. Завеса преодолена. Она вспомнила своё имя. И что-то ещё. Я не уверен, но это должно быть чем-то важным. Мэдисон была в ярости. Но я не мог ей объяснить даже то, что я связан обетом. Всё, что я мог — только продолжать говорить загадками и повторять, что всё это часть плана. И молиться. За то я и отсыпал ей чуть больше монет. Ну, и за то, чтобы она не говорила Люциферу. Ещё рано. Ещё слишком рано. Но времени так катастрофически не хватает. У нас есть план. У меня есть план. Нужно его просто придерживаться. Ведь так? ... Запись 329. Пришла пора действовать радикально. Зак хоть объявился в Дите, но до Дворца так и не дошёл. Я дал наводку на него Мими и Алеку. Каюсь. Они бы в жизни его не нашли без меня, учитывая, что от коня Вики, за которым все эти годы и приглядывал Зак, исходил такой поток заколдованной энергии, что всё место вокруг них было словно под куполом. Они были под куполом. Я догадываюсь, зачем она попросила его об этом, но мои догадки, если и подтвердятся, то точно не сегодня. Кстати об этой парочке, они сильно близки к тому, чтобы признать тот факт, что это она. По крайней мере, их последний разговор уже открыто кричит об этом. Лилит и Самаэль тоже догадались. Они решили не рассказывать Люциферу, но они будут действовать. Бал состоится. И они подготовятся к нему. Они... ... Запись 330. Я пишу в спешке. У меня очень мало времени. Поэтому записи будут не слишком разборчивыми, уж прости. В прошлый раз я даже не смог закончить запись. Они пришли за мной слишком неожиданно. Я едва успел спрятать этот дневник. Меня забрали. Держали несколько дней в подвале. Пытали. И следующая на очереди Вики. Это проблема. Это большая проблема. Я даже не знаю, что здесь произошло за эти дни. Краем уха я услышал пару новостей, пока бежал в свою лабораторию. Я успел выяснить то, что Люцифер чувствует себя предателем. Он даже разнёс кабинет на этой почве. И если бы не Зак... который наконец объявился. Он не влюблялся в неё, но в нём продолжают просыпаться первобытные чувства. К Вики, не к Гвен. И, как бы он этому не противился, он просто не может. Их души тянутся, и нить эта натягивается с каждым днём всё больше. Он злится на себя, что испытывает к ней что-то, но разве кто-либо не злился бы?... Злость движет и мной. И я всем сердцем желаю, чтобы эта злость помогла мне. Кажется, Алек наконец поверил. Тени передали мне. Он даже согласился взять на себя роль жениха, лишь бы брату не пришлось предавать свою верность его единственной женщине в мире. Он проверил Вики. Немного жестоким образом... Заставил её отвечать на его вопросы, довольно прямые и простые вопросы. И когда увидел своими глазами, что она не может, когда ощутил весь её ужас, её боль, он наконец прозрел. Возможно, ему подсказал сам замок. Не исключаю. Но я всё же ставлю на то, что он сложил все данные и получил ответ на свой самый неприятный вопрос. Он понял, что она не просто так не способна ответить ему. Что что-то ей мешает. И у этого чего-то есть причина. Мне жаль. Действительно жаль его. Ведь осознание того, что всё это время перед ними была она, а они не смогли определить… Что она вытерпела столько пыток и унижений, а они и не замечали... оно убивает. Медленно и мучительно. Я понимаю его. Это очень сильно бьёт по каждой клетке тела. Ужас проходит сквозь тебя, пронзает, заставляет беззвучно выть. Мы близко. Мы очень близко. И я всё ближе к тому, чтобы уверовать в собственную веру и помолиться за неё. Всё, что я могу сейчас — успеть принести последний эликсир для Вики. Бал состоится. Они будут на нём. Все. Он состоится и делают его специально, чтобы собрать всех вместе. И тогда они смогут. Я знаю это, чувствую. Ангелы нападут на них. И лучше бы всем кругам защиты Алека быть готовыми к этому. Они выкрали ключ к тайному проходу во дворец. Вот, что это было той ночью. Они, блять, выкрали запасной вариант попадания в наши же собственные стены, а мы даже не узнали об этом. А теперь уже поздно. С минуты на минуту они заберут её. Заберут, чтобы убить. И у нас нет никаких шансов остановить это. Пока её друзья мирно планируют план по захвату ублюдка, что едва не убил её, Михаил открыто действует в их же доме. Мне надо успеть. Я должен успеть собрать последний эликсир. Должен успеть найти её. Должен спасти её. Слишком мало. Мэдисон повлияла на неё слишком мало. Мне остаётся только надеяться, что тех доз, что я давал ей, постепенно готовя её разум к возвращению, к тому, что на неё обрушится, и к тому, что мы собираемся с ней сделать в дальнейшем, будет достаточно и без вмешательства магии Мэдисон. Заклинание, которое вернёт её назад, способно убить, если не рассчитать всё верно. Или навсегда стереть границы её разума. Но, поскольку я что-то да смыслю в этом… надежда всё же есть. Эликсир с экстрактом голубого аталита, которым я регулярно пичкал её все эти годы в тайне от ангелов, помогал ей прятать в глубинах сознания то, что она вспоминала или видела во снах. Постепенно я увеличивал дозу, и он начал оказывать даже больший эффект, чем я рассчитывал изначально, и какого же было моё удивление, когда она сумела самостоятельно совершить прорыв и рассказать своей новой подруге Клэр хоть что-то. А потом и не только «что-то». Хотя это напрямую противоречило вбитой в её голову установке «быть тихой». Быть тихой. Быть услужливой. Надеюсь, когда Вики вернётся, она не подчинится больше ни единой душе. Никогда. Ни за что. Я знаю, что они уговорят Люцифера прийти на бал. Знаю, что там-то мы и закончим начатое. Теперь назад пути уже нет, ангелы сильно ускорили все мои планы. Как и сами Вики с Люцифером. Клятва верности, которую они когда-то успели дать друг другу в виде признания в любви и начатой церемонии, и сделка, заключённая между Дьяволом и добровольно отдающей душу в его власть ведьмой, образующие нечто особенное, внесло свои коррективы. Они образовали связь, сами того не понимая. Нет, не ту, что у Люцифера была с Алистер, и не ту, что они пытались заключить путём брака перед тем, как Вики забрали. Что-то ещё более глубокое, ещё более древнее. И эта связь усилила все мои заклинания, что я накладывал на неё, все мои эликсиры, что я вливал в неё столько лет. Теперь её питал Ад. Теперь об этом знали и ангелы. Надеюсь, Самаль успеет. Надеюсь, всех наших сил хватит. … Запись 331. Она у них. Вошли через парадную дверь и забрали её. А заодно прихватили и Эллен. Моя идея с отселением Вики в самую дальнюю комнату, как оказалось, была совсем неплохой. Эллен сильно ослабили каким-то долгосрочным заклинанием, наивно полагая, что там, где жила она, будет жить Вики. Ангелы поручили задание либо кому-то очень тупому... либо чересчур умному. Это уже не важно. Они сломают её. Убьют её. Я должен пойти за ней и должен освободить. И я не знаю, выберусь ли оттуда. Они прислали мне долбанную записку, что их планы изменились. Что ж, видит Бог, мои планы тоже. Эликсир из красного Саладина и обсидиана, который я собрал в грёбаной пещере в самом смертельно-опасном месте, в грёбаной долине Триполи, с которой, о чудо, Александр смог наладить кое-какой контакт (если однажды кто-то увидит эти записи, запомните это место и эти травы, когда-нибудь, в самый нужный момент это может сильно помочь), должен дать ей достаточно сил и адреналина, чтобы активизировать её мозг минимум на сто двадцать процентов, чтобы её мышцы, её тело, её подсознание вспомнили движения и приёмы, которые она когда-то могла использовать даже во сне. Я дам ей последнюю дозу. Чтобы она успела выбраться, успела… Я знаю, она сможет. Вики знает, где выход. У неё будет всего пара минут, но этого должно быть достаточно, если моё зелье подействует верно. Мэдисон получила послание от меня. Она телепортирует её. Как только Вики доберётся до открытого пространства, до любого, как только она доберётся до окна, этого хватит. Мэдди заберёт её оттуда и направит прямо на бал, забрав на себя все её увлечья, обменяв их физическое состояние и энергии на время. А дальше... Дальше всё будет зависеть не только от неё. Они поймут что делать. Сатана поймёт. Он всё поймёт, как только увидит. Вероятно, это моя последняя запись. Они никогда не отпустят меня живым, как только узнают, что я сделал. Но она должна жить. Ради всех нас, вместо всех нас. Я не хочу ещё раз терять её, я не смогу… Самаэль, Лилит, умоляю, позаботьтесь о моей девочке. Позаботьтесь о Левиафане, как заботились всегда. Пожалуйста. Пожалуйста. Снимите с неё заклинание. Помогите ей… Передайте ей, что я люблю её. Передайте Левиафану, что я люблю его. Всегда любил. Больше всего на свете. И я всегда мечтал быть рядом с ними. Мечтал о такой семье, как они. Передайте, что мне жаль. Мне жаль. Мне жаль. Мне так жаль. Мне жаль… … Конец записей.