Скорость

      Новый день приветливо встречает мое пробуждение ласковыми солнечными лучами. Последние недели сентябрь не радовал теплой и комфортной погодой, а заливал опустевший город обильными дождями. В такие моменты особенно сильно хочется быть рядом с кем-то и согреваться объятиями, пока отопление не ожило в замерзших батареях. В моем окружении есть два родных человека, которые всегда заботливо согласятся помочь даже с такой проблемой, как выдуманное переохлаждение. Но сегодняшним утром согреваться мне не придется из-за яркого солнца, ударяющегося о стекло высокого окна, рядом с которым мирно располагается моя пережившая многое кровать. Приятно просыпаться, осознавая то, что голова не будет разбиваться на осколки от боли, во рту не образуется детская песочница, а глаза не будет остро драть, как будто в них залили литр лимонной кислоты. Это утро было именно таким, наполненным смыслом и радостью. Нагретая постель легко отпускает меня во взрослую жизнь, не переживая за последствия вчерашней ночи, которую я провела не на безнравственной вечеринке, а мирно сопя в перьевую подушку. Ступни опускаются на колючий ковер, который я давно хочу выбросить на свалку. Я не ощущаю похмелья и болезненного состояния, меня поднимает сильный прилив энергии.       Я очень люблю готовить, но не занимаюсь любимым делом, потому что обычно не нахожу в себе силы на то, чтобы баловать себя и подруг изысканными блюдами. Резерва хватает только на то, чтобы обессилить тело на танцплощадке. Сегодняшнее утро удивительно не только потому, что мое физическое и эмоциональное состояние переступили за грань привычного, но и потому, что я нашла в себе силы и желание на собственноручно приготовленный завтрак. Ветром устремляюсь на тихую кухню. Света и Маша до сих пор не вышли из комнаты, досматривая, наверное, тысячное сновидение, и наполняя организм таким приятным процессом, как крепкий и глубокий сон.       На сковородке шкварчит полуготовый бекон, яйца пашот остывают в глубокой тарелке, обнимая друг друга, подсушенная брускетта намазана спелым авокадо и ярко-красным томатом, порезанными на кубики, в турке медленно закипает крепкий кофе, сваренный на троих. Сентябрьское солнце освещает всю кухню, залезая даже в самые маленькие щели. Я вижу, как вьюгой танцует пыль и горячий пар от приготовленных блюд. Не спеша накрываю на стол, чтобы случайно не уронить столовые приборы на кафель и не спровоцировать истошный звон, и мысленно желаю о скорейшем пробуждении девочек. Подруги будто читают мои мысли и по очереди выходят из узкого дверного проема их комнаты, потирая сонные глаза тыльными сторонами ладоней.       — Вау! Сегодня какой-то праздник? — Света энергичным вихрем подлетает к столу, наклоняясь ниже, чтобы вкусить божественный аромат свежих блюд.       — Внатуре! — Маша с идентичным восторгом подходит ближе ко мне. — Доброе утро!       — Доброе утро, зайцы! — язык моей любви нынешним утром — это ласковые слова. — У меня просто хорошее настроение. Не обольщайтесь, это разовая акция.       Звонкий смех паразитирует кухонное пространство и девушки по очереди заключают меня в нежные объятия. Язык их любви нынешним утром — это прикосновения.       — Восторг! — Света активно дожевывает последний ломтик хрустящей брускетты. — А че у тебя настроение-то хорошее? Какой повод?       — Выспалась.       — Понимаю, — подтверждает Маша и широко зевает, отчего на моем лице невольно расползается неподдельная улыбка.       Последние крошки аппетитного завтрака съедены. Моя выспавшаяся и радостная голова все же привычно заполнена назойливыми мыслями. Я давно хочу обсудить с девушками несколько насущных вопросов и сейчас самое подходящее время для искренности, ведь все сыты, очень довольны и сияют от наслаждения.       — Маш, хотела спросить, как давно ты знакома с Дашей и Лизой? — я с осторожностью заглядываю в большие карие глаза девушки, не пытаясь скрывать свой непонятный интерес.       — Ну, с Дашей я познакомилась еще на первом курсе, — Маша запускает пальцы в волосы, нежно массируя область возле висков. — Мы тогда со Светой в первые дни поехали на какую-то тусовку по приглашению, которое нам какой-то хуй дал в универе. Ты тогда уезжала остатки вещей из дома забирать, — подруга стягивает брови ближе друг к другу, будто это помогает ей рисовать картинки прошлого. — Там с Дашей и познакомились.       — Познакомились — это громко сказано, — Света тихо перебивает рассказ Маши, который я внимательно слушаю. — Вы тогда друг другу чуть ебальники не сломали, а потом в итоге сломали его какому-то типу.       — Короче, так мы и познакомились, — забавно смеется Маша, не намереваясь завершать монолог. — Мы с ней особо никогда близко не общались, пересекались иногда на тусовках, обсуждали хуйню всякую и разбегались. Потом Даша вообще пропала с радаров, — подруга затихает, переводя взгляд на Свету, словно желая получить помощь в выстраивании цепочки событий.       — Потому что Лиза втянула ее в бизнес своего отца, чтобы Даша помогла с его развитием, — Света подхватывает на лету прозрачные намеки Маши. — До сих пор мутят что-то. Они подруги с детства, так что вполне логично, что они доверяют друг другу.       — Что за бизнес?       Я допиваю остатки остывшего кофе, кладу скрещенные руки на деревянную поверхность и укладываю на них подбородок. Заняв максимально удобное положение, продолжаю слушать интригующее повествование подруг. Маша и Света иногда переглядываются, чтобы помочь друг другу сопоставить детали пазла в целостное изображение.       — Да хуй его знает, они никогда не рассказывали, — недовольно и немного обижено высказывается Маша, а я непонимающе бегаю глазами от нее до Светы, — типа коммерческая тайна.       — Не знаю, они мне обе никогда особо не нравились, мутные какие-то, — вносит свои коррективы Света. — Так-то нормальные вроде, но что-то все равно есть отталкивающее.       — Кстати, насчет Лизы, — Маша хищно облизывается, вгрызаясь взглядом в моих глаза. — Между вами что-то есть. Колись давай!       — Я по дискам, — стараюсь перевести неловкий разговор в шутку, но выходит не совсем убедительно. Света присоединяется к Маше и теперь они вдвоем сверлят во мне дыры. — Ладно-ладно, я не знаю. Что-то есть, я сама понять до конца не могу. Вроде нравится она мне, но, блять, реально мутная.       — А я говорила! — Света громоподобно один раз хлопает в ладоши.       — Ага, а еще Саня твердила, что Лиза — «динамо и ебаная шестерка».       — Отвали, Маш! — я наигранно скалюсь, но внутри загадочные чувства длинными пальцами щекочут сердце. — А Диана или как ее там?       — Диана — поклонница Даши, скажем так. Думает, что они в отношениях и вроде бы так и есть, но, — Маша голосом акцентирует внимание на подозрительном «но», — Даша, походу, так не думает. Хуй их знает, они по несколько раз в день расстаются.       — Мне Барби говорила, что у них все серьезно и другой пиздеж, — Света вновь прекрасно обрисовывает непонятные линии сюжета своими дополнениями, — а потом я говорила с Дашей, в дерьмо пьяной.       — И че она? — в унисон удивляемся мы с Машей.       — Ну, она затирала что-то про то, что Диана — не ее человек, но и отпускать не хочет, типа любит, но мне слабо верится.       — По-любому не любит, — произношу я и моментально жалею о сказанном, но не договорить варианта у меня не было. — Если бы любила, не поцеловала бы меня.       — Че? Внатуре? — Маша беззвучно шипит, потирая шею, а Света загорается ярким пламенем от потрясения. — А че я не в курсе? Это было, когда Маша сорвалась тебя «спасать»?       — Да, — я замолкаю от стыда, ведь для меня обидеть Свету — уничтожить весь мир, — хуевая ситуация, прости, солнце.       — В пизду, — обиженно произносит подруга и поспешно выходит из-за стола, я ловлю на себе осуждающий взгляд Маши и мне становится еще хуже.       — Не так резко, Сань.       Настроение опускается куда-то в пятки, а затем еще ниже — в подвал нашего многоэтажного дома. Я закусываю внутреннюю сторону щеки от осознания, что сказала нечто и вправду метко шокирующее искреннее сердце. Ногти беспощадными ножами вонзаются в предплечья. Я не чувствую физической боли, но моральная — быстрыми темпами разрушает маленький городок в душе. Я не хотела ее обидеть.       Маша и Света ушли от меня на прогулку несколько часов назад. Девочки не посвятили меня в свои планы, но я осознавала, для чего Маша так трепетно уговаривала Свету выйти из дома хотя бы на пару минут освежить головы и вновь одурманить их крепким никотином. Я была бы рада снять с себя груз ответственности и передать его Маше для того, чтобы она во всех деталях, что знает, расписала по пунктам мои извилистые дороги с нашими общими знакомыми. Света не умеет долго обижаться и злопамятством не отличается, но эти факты никак не избавляют меня от мучительного угрызения совести.       Мое одиночество проходит вполне банально, но я все равно наслаждаюсь им, не ощущая сильно давящего чувства вины перед Светой. Если бы все это время подруги находились со мной в одной квартире, она стала бы для меня особенно угнетающей. Сигаретный дым помогает отпустить напряжение в невесомость. Не знаю, сколько сигарет я уже скурила, но пепельница кричит мне о том, чтобы я, наконец, остановилась прожигать хилые легкие. Я лежу на мягком диване, вытянув и расслабив длинные ноги, и не делаю ничего полезного, лишь миллионный раз пролистывая пустые соцсети. Противные звуки уведомлений выводят меня из пучины бездействия, но от внезапности их появления я не сразу принимаю решение ответить на сообщения. [16:37] Неизвестный номер: Привет, это Лиза. [16:37] Неизвестный номер: Как ты? [16:38] Неизвестный номер: Не спрашивай, как я достала твой номер. Это неважно. [16:38] Неизвестный номер: Я соскучилась. Давай встретимся сегодня? [16:38] Неизвестный номер: Я заеду за тобой. [16:40] Саша: Привет. [16:41] Саша: Все в порядке. Ты как? [16:41] Саша: Давай встретимся, я не против. Приезжай в 18:00. [16:42] Неизвестный номер: Теперь дела намного лучше. [16:42] Неизвестный номер: Очень жду встречи. Целую.       Лицо мелкими иголками закололо от неожиданности, я потираю раскрасневшиеся щеки пальцами, чтобы привести себя в чувство. Если бы мне сказали, что сегодняшний день окажется именно таким, таинственным и противоречивым, я бы ни за что не поверила. Я моментально переименовываю неизвестный контакт в простое и сухое «Лиза», чтобы анонимность не мозолила удивленные глаза. И все же неясность вопроса о том, кто дал мой номер Лизе, гадкими спицами проникает в вены. У меня в голове лишь один вариант и этот «вариант» сейчас находится рядом со Светой в сумеречной атмосфере города.       До боли родное зеркало во весь рост радушно встречает мое отражение, молчаливо высказывая свои комментарии по поводу моего нового образа, который я подобрала для свидания с Лизой. Я совсем не знаю девушку, ведь видела ее всего два раза на нескромных вечеринках, но этого вполне достаточно, чтобы в голове воспроизвести возможный внешний вид Лизы. Оба раза девушка была одета в строгий черный цвет, из чего я делаю непрочный вывод о том, что третий раз цвета ее одежды не будут отличаться светлыми оттенками. Выстроив хрупкую логическую цепочку, безжалостно тянусь за коротким черным платьем с воротником и длинными рукавами. Заплетаю русые локоны в высокий тугой хвост, внимательно контролируя, чтобы ни один волосок не выбился наружу. Заканчиваю образ серебряными часами, тонкими кольцами и все той же дорогой сердцу цепочкой. Последний раз взглянув на себя в пыльное зеркало, накидываю на острые плечи тренчкот в пол и обуваю ботинки челси со стретчевыми вставками на лодыжках. Я немного опаздываю на встречу, ведь пунктуальностью с рождения не обладаю, но Лиза не разрывает мой телефон назойливыми сообщениями и звонками, а терпеливо ожидает у тяжелых дверей в подъезд. Если все это не обман и она все-таки приехала ко мне.       Спертый подъездный воздух нахально ударяет звонкие пощечины по моим румяным щекам. Двери лифта распахиваются перед лицом сразу после легкого нажатия на кнопку вызова, он находился на нашем этаже. Сердце колотится где-то в районе колен, прыгая и вертясь, как на надувном батуте. Я последний раз глубоко вдыхаю и открываю увесистые входные двери подъезда. Нервозность сжимает меня толстыми ремнями, сковывая грациозные движения и помещая меня в пластиковый контейнер. Но тревожность оттолкнула меня от себя, как только я увидела сияющее лицо Лизы, стоявшую напротив крыльца с огромным букетом белых лилий, эстетично подвязанных светлой флористической тейп-лентой. Девушка выглядела так же, как я себе представляла, рисуя эскизы ее образа в голове. Прямые укороченные джинсы, джинсовая куртка оверсайз поверх рубашки с расстегнутыми верхними пуговицами - и все это черного цвета, за исключением до блеска начищенных белых кроссовок. Лиза не спеша приближается ко мне навстречу, рассыпаясь звездной пылью от счастья. Я не могу не улыбаться в ответ, когда человек напротив тебя испытывает такие глубокие и искренние эмоции.       — Привет, красотка! — Лиза обнимает меня свободной рукой и целует в разгоряченную смущением щеку. — Это тебе.       — Привет, — я окрыленно принимаю роскошный букет и улыбаюсь, засмотревшись в глаза Лизе, — спасибо большое, очень красивые! Мои любимые цветы, кстати.       — Я знаю, — девушка закусывает нижнюю губу и ненавязчиво ухмыляется.       — Откуда?       — Секрет, — Лиза неспешно отходит от меня назад, не отрывая пронзительного взгляда. — Поехали, поужинаем.       Идеально чистый черный Мерседес, начищенный воском до сверкающего блеска, приветливо два раза мигает аварийными огнями, когда Лиза отпирает двери автомобиля одним нажатием на кнопку на ключах. Меня сзади за плечи обнимает ступор, мне будто бы отрезали стопы, я прочной скалой не могу сдвинуться с места. Я не разбираюсь в машинах, возможно, это все-таки не тот же Мерседес, в котором Даша выкрала меня из добровольного плена уютного вечера. Отпускаю навязчивые мысли и позволяю напряженному телу расслабиться. Лиза галантно открывает для меня пассажирскую дверь.       — Все в порядке? Ты выглядишь потерянной.       — Да, все отлично, — артистично улыбаюсь, внушая Лизе, что все в порядке и я не ошарашена дорогим Мерседесом, — я просто вспоминала, где мой телефон.       До колючек в сердце знакомый рев двигателя разряжает уличное пространство. Я аккуратно и тактично рассматриваю салон автомобиля, пока Лиза рассказывает мне разные легкие истории из своей жизни. Скорость, испытываемая сейчас, не вызывает во мне возбуждающий интерес, я с головой погружена в мысли, жвачкой прилипнувшие к моему мозгу.       — Ты одолжила у Даши машину? — задаю вопрос, который так настойчиво не давал отдышаться, изучая мерцающее лицо Лизы.       — Я одолжила у Даши машину? — девушка беззвучно смеется, перебегая взглядом с дороги на меня. — Это моя машина. У Даши вообще нет машины.       — Она нас с Машей тогда забирала на тусовку, на которой мы с тобой познакомились, — я умалчиваю остальные пикантные детали, связанные с этим таинственным автомобилем.       — Даша попросила съездить за двумя девушками, я была уже далеко не трезвая, поэтому просто дала ей ключи. Оказалось, что это были вы, я даже не знала.       — Теперь все понятно, — лгу я, чтобы перевести тему данного диалога.       Вопросов стало еще больше. Мне было бы легче жить, зная, что чертов Мерседес принадлежит Даше, а не Лизе, которая с каждой секундой зарывается глубже в мое сердце. Лучше бы это у Лизы не было машины.       Лиза неплохо контролирует педаль газа, оставляя за багажником автомобиля длинный пыльный шлейф. Я никак не могу сосредоточиться на любимом пристрастии и ощутить долгожданную скорость во всей ее красе, из-за чего не замечаю, как девушка привезла нас к шикарному зданию, со стороны кажущемуся невероятно большим и вместительным. Нас вежливо встречает хостес ресторана и проводит к заранее забронированному Лизой столику у панорамного окна с потрясающим видом на спокойную реку и другой берег мерцающего огнями города. В ресторане царит романтичный полумрак, а посетителей заведения можно пересчитать по пальцам, отчего атмосфера кажется еще более интимной. Стройная вешалка учтиво приняла нашу верхнюю одежду и мы с Лизой не спеша заняли места за столиком напротив друг друга. Несколько минут мы сидим молча, изучая позиции меню и барной карты. От цен на блюда и напитки меня бросает в легкую дрожь, я чувствую, как краснеют мои щеки, словно созревающие плоды яблони. К нам подходит молодой парень-официант, в белой отпаренной рубашке, черных брюках и с лаконичным фартуком, повязанным на поясе.       — Добрый вечер, меня зовут Максим, сегодня я буду вашим официантом, — молодой человек с лучезарной улыбкой представляется нам. — Вы готовы сделать заказ?       — Да, добрый вечер, будьте добры в качестве аперитива два бокала Маркиз де Кусуенда. По поводу блюд дадим знать позже, спасибо.       — Два бокала Маркиз де Кусуенда в качестве аперитива. Как только определитесь с выбором, дайте мне знать. Хорошего вечера!       Я завороженно наблюдаю за Лизой, словно рассматриваю самую дорогую и ценную картину в мировой галерее. Ее вежливость и тактичность вызывает во мне невероятную бурю восторга.       — Это было потрясающе, — не скрывая подступившего восхищения, тихо проговариваю я, смотря в глубоко-карие глаза Лизы.       — Что? — девушка мило улыбается. — Я надеюсь, ты не против, что я за двоих решила, какое вино мы будем сегодня пить?       Я отрицательно качаю головой, отчего русые пряди, собранные в хвост, мягко скользят по спине, закрытой тканью платья. Я занимаю более удобное положение за столом, слегка облокотившись на правую руку. Лиза все это время не отводит от меня взгляда, ее зрачки будто бы превратились в сердечки, как в мультфильмах из детства.       — Ты очень красивая, глаз не могу оторвать, — девушка шепотом произносит комплимент, от приятных слов мои уши сворачиваются в тоненькие трубочки.       — Спасибо, ты тоже очень хорошо выглядишь, — Лиза улыбается уголками губ и отводит взгляд вниз из-за мимолетного смущения.       — Ты определилась с выбором?       Я повторно заглядываю в меню, а в голове сверчки играют в догонялки от сложности выбора. Мне всегда было все равно, сколько денег из кошелька другого человека я вытащу, я никогда не вела мысленные бухгалтерские отчетности чужих затрат, но с Лизой все намного иначе. Это пугает и завораживает.       — Пожалуй, я буду тартар из говядины и какой-нибудь десерт, — мне очень сложно произносить эти слова, с силой выдавливаю их из себя, — тирамису.       — Так скромно? Мы тут надолго.       — Если что, потом еще что-нибудь закажем, — я наигранно улыбаюсь, хотя изнутри сгораю умирающей звездой.       — Договорились.       Я с головой погружаюсь в антураж ресторана, изучая мелкие детали каждого из его углов. Дизайн выполнен минималистично: стены покрашены в темно- и светло-серые оттенки, присутствует декор в виде деревянных вставок между окнами, на подоконниках и полу. Весь зал заставлен множеством растений в разноцветных ярких горшках. На фоне играет приятная расслабляющая музыка, которая успокаивает разбушевавшиеся нервы.       — Ваше вино, пожалуйста, — официант изящно ставит два бокала с красным вином на стол, — я могу принять у вас заказ?       — Тартар из говядины для девушки, стейк Рибай прожарки медиум, — Лиза ловко заглядывает в нужную позицию меню, — с соусом томатная Сальса, если можно, то поострее, бутылочку Каберне Совиньон и два тирамису, пожалуйста. Десерты в конце ужина.       Молодой человек, обслуживающий нас этим необыкновенным вечером, повторяет заказ, Лиза одобрительно кивает и лучезарно улыбается официанту, парень тихо удаляется в сторону кухни. Я утопаю в ее уверенности и знаниях ресторанного сервиса. Я отпиваю теплое вино из шикарного стеклянного бокала, те же действия выполняет и Лиза.       — Расскажешь мне о вашей с Дашей работе?       — Ну, — Лиза будто специально медлит с ответом, приглаживая короткую стрижку, — если честно, я бы не хотела об этом говорить. Не пойми меня неправильно, просто больная тема, если углубляться.       — Хорошо, я поняла, — огорченно произношу я, ощущая как настроение медленно стекает к пяткам.       — Прости, правда, — Лиза аккуратно кладет свою руку поверх моей ладони, — когда-нибудь обязательно расскажу. На данный момент, достаточно того факта, что у нас с Дашей совместный бизнес.       Я не стала озвучивать наличие своих знаний об осведомленности о том, что они ведут общий бизнес, изначально принадлежащий отцу Лизы, чтобы не спугнуть девушку, настроенную на глубокий диалог. Из-за напряженности половина содержимого бокала проникает в меня стремительными темпами. Для того, чтобы ощутить ласковый шум в голове и помутнение в глазах, таких сосудов мне необходимо выпить с десяток.       — Почему ты меня пригласила поужинать?       — Соскучилась, я же говорила об этом, — Лиза широко улыбается, запрокидывая голову чуть назад и смотря на меня свысока. — Ты мне нравишься, Саш.       — Я думала, ты отношениях, — провокационный вопрос бесконтрольно срывается с языка.       — Давно нет.       — Почему?       — Потому что я плохо разбираюсь в людях, — Лиза затихает и отпивает немного красного вина, которого в ее бокале несколько больше, чем в моем. — Прошлые отношения закончились болью и длились не так долго, как мне хотелось бы. Она ушла от меня, когда узнала, что мое дело переживает кризисную ситуацию, а деньги стремительно заканчиваются. Я сразу все поняла, хотя все вокруг изначально твердили мне, что она со мной только ради бабок, — с горечью в голосе рассказывает девушка, но все равно неотрывно смотрит в мои глаза. — Потом, как все наладилось, она пыталась вернуться. Со мной рядом были правильные люди, которые сделали все возможное, чтобы я снова не повелась на этот тупой развод.       — Ты любила ее?       — Да, — кроткий и тихий ответ барабанной дробью отразился на подкорках моего пылающего сердца. — А ты? Любила кого-нибудь?       — Нет, — отвечаю резко и неосторожно, потому что четко знаю правильный ответ на поставленный ребром вопрос.       Мы провели остаток свидания за увлекательными беседами, не затрагивающими никаких острых тем. Погруженные в бесконечные разговоры, мы не заметили, как официант засервировал стол подходящими приборами и подал нам наши блюда, как мы их доели, допили вино и дозаказали еще бутылку, я даже не ощутила изысканности вкуса тартара, потому что все мое внимание было наручниками приковано к Лизе. Девушка сама подливала нам в бокалы кислый напиток, любезно попросив официанта передать его обязанности в ее надежные руки.       — Будьте добры, принесите счет, — вежливо попросила Лиза у запыхавшегося молодого человека.       — Одну минуту, пожалуйста.       Счет времени давно потерян, мне действительно показалось, что прошла одна незаметная минута, как счет оказался у нас на столе. Лиза попросила официанта не уходить и дождаться оплаты ужина.       — Сдачу оставьте себе, чек не нужен, спасибо, — Лиза достает из кожаного портмоне три оранжевые купюры, убирает их в деревянную расчетницу и неторопливо выходит из-за стола.       Свежесть улицы окружает со всех сторон, заставляя тело свернуться в небольшой комок, чтобы не пропускать настойчивый ветер к себе под одежду. Лиза отошла в сторону, чтобы ответить на телефонный звонок. Она ни разу не обратила внимание на раздражающую мелодию бесконечных входящих вызовов, но сейчас все же решила узнать, кто и для чего ей так упрямо названивал на протяжении всего свидания. Я убираю замерзшие руки в карманы, ожидая возвращения Лизы. Через миг ее холодные ладони опускаются на мои плечи, окутанные тканью тренчкота.       — Я вернулась, — девушка целует меня в щеку из-за спины, еле касаясь губами озябшего лица. — Как хочешь провести вечер дальше? Я знаю неподалеку бесподобную гостиницу…       — Ты только для этого меня позвала на встречу? — я недовольным возгласом перебиваю Лизу. — Вызови мне такси. На этом будем считать наше свидание оконченным.       — Ты все неправильно поняла!       — Я все правильно поняла, — я подхожу к девушке ближе, практически в упор, но тон голоса не сбавляет давления, — просто вызови мне такси домой. Спасибо за все.       Теплый свет домашних люст комфортно бьет по глазам, как только я переступаю порог теплой квартиры. Маша и Света что-то громко обсуждают, не замечая моего внезапного появления. Такого же внезапного, как и исчезновение несколькими часами ранее. Я бросаю сумку на столик, придвинутому в угол тесной прихожей, вслед за ней на деревянную твердь звеняще падают и ключи. Вешаю холодный тренч на вешалку и убираю его в широкий шкаф. Звонкие голоса девушек затихают, увидев мое уставшее тело в дверном проеме.       — Еще раз привет, — повторно здороваюсь с подругами обессиленным голосом. — Заяц, — я сажусь на диван рядом со Светой, приобняв девушку правой рукой, — прости меня, больше такого не повторится, я обещаю.       — Все хорошо, Сань, Маша мне все рассказала, — я выстреливаю взглядом в Машу, которая стояла рядом с нами, оперевшись спиной на крепкую стену. Девушка осторожно подмигивает мне, я благодарственно киваю в ответ.       — Куда ты уходила?       — На свидание.       — С кем? — дуэтом засвистели подруги, как закипевшие чайники на варочной панели.       — С Лизой.       — С Лизой? — их созвучие повторяется с повышенной громкостью. — И как?       — Дорого-богато и со шлюшьими намеками.       — В смысле? — Маша привычно округляет карие зрачки и поправляет козырек кепки песчаного цвета.       — Забрала, отвезла, накормила и хотела трахнуть, — мой голос дрожит от противоречия чувств. — Классика жанра. Я думала, так только мужики себя ведут.       — Насколько я знаю, Лиза тоже, — Света обнимает меня крепче, скромно поглаживая плечо большим пальцем.       — Нет, это Дашина тема, — Маша парирует сказанное Светой, — Лиза безобидней. Видимо, у них обеих башни сорвало от денег, думают, что теперь им все позволено.       Я наполняю грудь увесистым кислородом, желая им задохнуться. Готовность продолжать едкий диалог резко исчезла, оставляя за собой невидимый осадок обиды. Сердце наполняется болью, как несчастные бокалы с вином в ресторане, в котором я бы больше никогда не хотела появляться. Я удаляюсь в ванную комнату подальше от эпицентра воодушевленных обсуждений и смываю с себя макияж мицеллярной водой, перемешанной со жгучими слезами. Мне хочется обдать лицо кипятком, чтобы вовеки не видеть себя в зеркале такой использованной и никчемной. Закон подлости моей жизни эхом смеется где-то во владениях бабочек, которым одним предложением нахально обрубили все крылья. Я обещала себе никогда не влюбляться, но не смогла сдержать слово, данное в юном возрасте, из-за чего теперь судьба наказывает меня хлесткими плетьми. Я никогда не любила и не хочу начинать.