Reminders

Решение Физза “никогда больше не выходить на улицу” продержалось всего три дня. Потребовалось всего лишь сообщение от Блицо ( “Можт, встр и погаврм?” ), чтобы выманить его из убежища башни Оззи, хотя место их встречи было недалеко — дешевая гостиница, в которой они остановились, была выбрана из соображений удобства и анонимности, или так они оба утверждали. Физз не признался бы себе почему, но он целый час суетился над тем, что ему надеть, и всю дорогу мучился от спазмов в животе. Блиц отправил ему смс с номером комнаты, и вот, в сопровождении четырех разряженных телохранителей-суккубов и с модным опозданием, Физз постучал в дверь. Внутри раздался грохот и приглушенное проклятие. Мгновение спустя дверь распахнулась, явив Блицо и его вкрадчивую физиономию, на которую Физз не совсем знал, как реагировать — в прошлый раз они остановились на осторожно-позитивной ноте, но, тем не менее, не все было так радужно и с единорогами между ними. Физз определенно не был готов к дружеским полуобъятиям или даже к улыбке. — Хэй, — сказал он несколько натянуто. — Так, так, так, смотрите, кто решил заявиться, — протянул Блиц. Затем, заметив охранников, нависших над Физзом, он откинул одну сторону пиджака, чтобы блеснуть огромным золотым пистолетом на бедре. — Не волнуйтесь, ребята, дальше я сам разберусь.— Физз едва успел извиняющимся жестом пожать плечами охранникам, прежде чем Блиц захлопнул за ними дверь. Комната в мотеле оказалась такой же убогой, как и ожидал Физз, большая ее часть была погружена в тень, поскольку единственное окно выходило на кирпичную стену. Обстановка тоже была не совсем продуманной, состоящей из тонкой на вид кровати, пары причудливо оформленных фотографий в рамках и телевизора, настолько старого, что он должен был быть предметом коллекционирования. Физз ломал голову, подыскивая, что бы такое сказать. — Чувак, прошла вечность с тех пор, как я в последний раз видел дерьмовый мотель! — Рад, что принцессе весело в трущобах с бедняками. — Блиц великодушно махнул ему рукой, приглашая войти, и взял пиво из открытой упаковки, стоявшей на полу. Очевидно, он начал с Физза, так как на прикроватном столике стояли две пустые бутылки. — Это дерьмовое пиво? Я целую вечность не пил дерьмового пива, — сказал Физз. — Лады, можешь взять. Но ты должен мне доллар. — Хуя, крутая цена за жидкую мочу. Сесть было негде, кроме кровати, поэтому они плюхнулись на нее и попытались не обращать внимания на неловкое молчание, которое заполнило пространство между ними; Физз разорвал пивную этикетку на мелкие кусочки, на самом деле не выпивая его, бросая косые взгляды в сторону Блицо. Тот, тем временем, казалось, был полон решимости проглотить свою бутылку одним глотком. Физз провел долгое время – 15 лет, если быть точным – задаваясь вопросом, почему он был так одержим этим засранцем прямо здесь. Потому что они, очевидно, выросли вместе, но почему он не позволил различным токсичным чертам Блицо оттолкнуть его? Почему в подростковом возрасте он не попытался завести других близких друзей? Ответа на загадку не было, но теперь Физз переживал ее снова. — Это довольно странно, хах, - сказал Физз наконец. — Да, это бляцки сюрреалистично. — Резкая манера Блицо использовать "блять" вместо запятой осталась такой-же, как он и помнил, как и тогда, когда он начал кидаться словами на букву "б" в нежном девятилетнем возрасте. — Ох, завали. — Единственный и неповторимый Физзаролли во плоти! Знаешь, вживую ты выглядишь ниже ростом. — И вживую ты выглядишь еще уродливее. Это было неправдой; Блиц выглядел лучше, чем Физз помнил три дня назад. На самом деле он был не в том положении, чтобы в полной мере оценить это, заклеенный скотчем и уворачивающийся от пуль. Теперь он обнаружил, что вид Блицо — красивые рога, острый рот, изгиб бровей — всплывает в глубинах его воспоминаний. — Если я такой уродливый, почему ты продолжаешь пялиться на меня? — сказал Блиц, наклоняясь с усмешкой. Физз быстро очнулся от своих размышлений. — Просто подтверждаю твое существование. Пока я не увидел тебя у Оззи, я думал, что ты, возможно, свалился с края ринга. — Пиздишь. Бьюсь об заклад, ты видел мою рекламу, ты знал, что я был там, делал свое дело. — Должно быть, пропустил из виду. Хотя я видел длинную очередь неудовлетворенных женщин, ожидающих попасть в мой клуб каждый вечер, так что, думаю, я мог бы предположить. — Предположил, что я все еще получаю кучу задниц? — Нет. Самодовольство Блицо превысило легальный порог. — Но ты думал обо мне. — Нет. — Физз сверкнул глазами, очевидно, ограничившись односложными ответами. — Знаешь, ты все еще легко краснеешь. — Нет, я не краснею. Проверь свои глаза, придурок. — Да, это так, я вижу твои маленькие красные щечки, — поддразнил Блиц. — Неважно. Ладно, я чувствительный артист, — сказал Физз, надменно откидывая назад концы своей шляпы и заставляя Блицо фыркнуть от смеха. Но он действительно уже сильно покраснел, втайне ненавидя то, как сразу же он снова впал в эту динамику; захваченный вниманием Блицо, но в конечном итоге оказывается сбитым с толку и начинает защищаться.  — Говоря о чувствительности, — сказал Блиц, неопределенно указывая в его сторону. — Как твои… повреждения или что-то в этом роде?  Физз автоматически коснулся своей руки, застигнутый врасплох вопросом. Несмотря на то, что забота Блицо о его безопасности во время их стычки была очевидна, все равно было странно слышать, как он спрашивает об этом. — Ну, норм. Я уже в порядке. — Хм. Большой синий парень тебя подлатал, да? Физз пожал плечами и почувствовал, что его лицо становится еще горячее. Может быть, ему это показалось, но в тоне Блицо была странная ровность, что—то такое, что можно было бы истолковать как ревность - но нет. Он отбросил эту мысль, как будто она могла обжечь его. Нить разговора ускользнула. Улыбка Блицо угасла, его глаза изучали лицо Физзаролли, и тот тоже не мог прервать их состязание в гляделках. Если бы он отвел взгляд, даже на мгновение, Блиц мог бы раствориться в воздухе, как он всегда делал в самых кошмарных снах Физза, в тех, где он просыпался, задыхаясь от рыданий и обливаясь холодным потом. Правда заключалась в том, что он был одержим этим моментом в течение многих лет. Что он сделает, если Блиц когда-нибудь вернется в его поле зрения и проявит намек на слабость, как он ударит его прямо по больному месту, скажет что-нибудь идеально выверенное, чтобы уничтожить этот трусливый кусок дерьма полностью так же, как огонь уничтожил Физза 15 лет назад. Но теперь было ясно, даже из их краткого общения на складе, что Блиц не нуждался в том,что бы быть разбитым, что он и так был виноватым, нестабильным месивом. Все злобные фантазии Физзаролли теперь казались гротескными, и поэтому у него осталась только другая их часть — грустная, возбужденная. — Подойди на секунду, произнес Блиц.

______

— Подойди на секунду, — сказал Блицо, когда им было по 13 лет, когда они смотрели фильм в одиночестве в его комнате. Это был какой-то дрянной фильм, который показывали только поздно вечером, и Физз не смог бы объяснить сюжет, даже если бы от этого зависела его жизнь, тем более что все это время он наполовину читал один из мятых комиксов Блицо. Но теперь главная пара целовалась глубоким, страстным поцелуем из эротических триллеров 80-х, который заставил обоих мальчиков замереть, едва дыша, наблюдая за происходящим с напряженным вниманием. Сцена быстро вышла за пределы территории PG-13. — Ха? Блиццо смотрел на него со странно напряженным выражением лица. — Нам следует попрактиковаться в поцелуях. Физз изумленно уставился на него. — Что! Зачем? — Так мы будем знать как это делать, когда у нас появляются девушки или парни, дибил! Очевидно же! Это заставило искру возбуждения в животе Физзаролли немного поутихнуть. Честно говоря, он не знал, почему его удивило или разочаровало это идиотское предложение; в течение прошлого года Блицо был зациклен на идее “завести девушку / парня”, как будто это был какой-то секретный побочный квест в его любимой видеоигре, и ему не терпелось получить награду, необходимые ресурсы: карманные деньги, очереди за покупками, новая одежда. Поскольку он пока не мог позволить себе купить одеколон, он начал носить в заднем кармане освежитель воздуха в форме сосны. Физз, тем временем, предпочел сосредоточиться на своих тренировках и выступлениях, часто заявляя, что не проявляет никакого интереса ни к девушкам (что было правдой), ни к парням (что было неправдой). Тем не менее, даже сейчас — в самый неловкий, нестабильный период молодости — Физз смутно осознавал, что Блицо привлекает его. Или, по крайней мере, осознание осознанности Блицо. В последнее время тот, казалось, всегда обращал внимание на его внешность, отпуская дразнящие замечания по поводу его одежды или лица. Чуть больше, несовпадающие рога Физза были очевидным признаком неуверенности, но были и более общие вещи — например, тонкая форма его рук, или его глаза, или его зубы, — которые, казалось, провоцировали на комментарии. Дискомфорт, который это вызывало у Физза, тоже имел под собой почти приятную подоплеку, что-то вроде теплой дрожи в животе, которую он испытывал всякий раз, когда Блицо смотрел на него, как он делал сейчас. — Может я и не хочу тебя целовать, — сказал Физз, делая вид, что снова обращает свое внимание на комикс. Он перечитывал одну и ту же страницу в течение последних 2 минут. — От тебя пахнет, как на стоянке подержанных автомобилей. — Да ты весь красный! — Воскликнул Блицо, находясь в пространстве Физзаролли. — Ты точно этого хочешь! — Отвали, придурок, — Физз толкнул его в плечо. — Почему ты вообще хочешь меня поцеловать? Ты даже не считаешь меня милым. — Когда я это говорил ? — Ты всегда так говоришь. Ты сказал, что мое лицо выглядит пухлым, или называешь меня кроличьими зубами. — Ну, у тебя и правда пухлое лицо. И у тебя действительно забавные кроличьи зубы, да брось. — Я откушу тебе лицо своими забавными кроличьими зубами. Очевидно, это была своего рода фраза-активатор для "Монти Пайтон и Священный Грааля". — У этого кролика злобная жилка шириной в милю! — крикнул Блицо с ужасным акцентом и всем прочим. Физз ухмыльнулся в ответ, — Я предупреждал тебя, но ты меня не слушал, ооох, нет– Прыгнув на него с визгом, он притворился, что кусает Блицо за шею, и тот наклонился к нему чуть сильнее, чем обычно при их грубом обращении, притягивая Физза ближе, даже когда взывал о пощаде. — Заткнулись бы вы, идиоты, на хрен! — раздался голос Барби из соседней комнаты. Они оба закрыли лица руками, сотрясаясь от беззвучного смеха. Затем, несколько минут спустя, — Я не имел в виду ничего плохого, — тихо сказал Блицо. — Да, ещё бы. — Нет, правда. Мне нравится, как ты выглядишь, хорошо? Физз поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Блицо, отметив, что его друг теперь тоже немного покраснел, а брови смущенно нахмурились. — Правда? — Да. Ты красивый.