Не включая свет

      В комнате стоял полумрак. Вечер уже давно опустился на улицы, но никто и не собирался включать свет. Не в этот раз. Лишь небольшая лампа одиноко рассеивала темноту.       Однако этого нам хватало. Все, что было нужно, — это возможность видеть твои глаза цвета эспрессо. Смотришь в мои болотные, сидя передо мной на краю кровати, пока твой подбородок в моей руке. Внутри разливается сладкое удовольствие: ты полностью в моей власти. Добровольно. Провожу пальцами по линии челюсти, в то время как колено вклинивается между твоих ног, заставляя их раздвинуть. Нависаю сверху еще больше, вынуждая сильнее вытянуть шею: разрывать зрительный контакт никому из нас не хочется. Ухмыляюсь, чувствуя прикосновение к бедрам: твои ласковые пальцы скользнули по юбке, пробираясь к замку. Какой нетерпеливый. Рука соскальзывает вниз с подбородка. Провожу ноготками по кадыку, слегка царапая. Сглатываешь, стиснув язычок собачки. Я знаю, как тебе это нравится, знаю, как доставить еще больше наслаждения. Накрываю горло ладонью полностью. Шумно выдыхаешь — желаешь и ждешь. Медлю, смакуя вкус зарождающегося удовлетворения на языке. Просишь, но не словами — слегка поддаешься вперед, самостоятельно надавливая на гортань. Не могу устоять перед твоей податливостью — слегка сжимаю руку, затрудняя доступ к кислороду, но не перекрывая его полностью. Прикрываешь глаза в наслаждении. Стискиваю шею сильнее, слегка впиваясь в кожу ногтями, — напоминаю о том, чтобы смотрел мне в глаза. Мгновенно возвращаешь зрительный контакт, пока руки, стягивая юбку, поглаживают нежно кожу бедер. Извиняешься. Ослабляю хватку лишь через пару секунд, вызвав у тебя дрожь. Придвигаешься ближе, задирая топик, чтобы после прижаться губами к животу, оставляя ряд поцелуев, и вырвать из моей груди судорожный выдох. Ты тоже хорошо изучил меня. В глазах-чашках эспрессо искрится нечто темное: кто-то уже хочет перейти к активным действиям. Отстраняюсь, проведя по щеке. — Раздевайся, — мой голос хриплый, мне неподвластный.       Послушно снимаешь одежду, не понимая, почему я не делаю того же. Не собираюсь давать тебе желаемое так сразу. Внутри горит желание поиграть, растянуть удовольствие. Но топ все же отправляется прочь — остаюсь в одном белье. Нагое тело, уже привычное, но не менее соблазнительное, не скрывает твоего возбуждения. Мои руки сами тянутся к коже, проводя кончиками пальцев от яичек по стволу и головке до живота. Слышу тихий стон. Первый за этот вечер. На этом не останавливаюсь: на животе и груди появляются красные полосы. Пальцы обхватывают сосок, сжимают, вырывая еще один стон. Наше дыхание едино в своей сбивчивости. Внутри горит все от желания. Ускориться хочется безумно. Однако держусь из последних сил, не позволяя себе сорваться и продолжая распалять тебя все больше. Рука опускается, идя по обратному пути. Небольшая пауза. И все повторяется. И, когда твой торс весь исчерчен царапинами, не выдерживаешь, кладя руки на ягодицы и резко притягивая ближе. Вынуждаешь сесть на колени. Недовольно убираю запястье за голову, укладывая на спину и нависая сверху. Дергаешься, заставляя сильнее сжать руки. В качестве наказания наклоняюсь к шее и кусаю, оставляя следы, которые мгновенно приобрели яркие оттенки. Выдыхаешь сквозь стиснутые зубы, имитируя недовольство, но тело выдает тебя с головой: бедра дергаются навстречу к моим. Нравится, тебе нравится. На моем лице расползается довольная ухмылка. Еще одна грань твоих предпочтений. Продолжаю оставлять метки, слыша вздохи, которые становятся все громче и громче. С каждым из них возбуждение сильнее закручивалось внизу живота.       Не оставив на твоей шее ни одного не тронутого места, выпускаю запястья из рук. Смотрю сверху вниз. От картины перехватает дух: растрепанные волосы, закрытые пеленой желания глаза, порозовевшая, а где-то покрасневшая кожа, часто вздымающаяся грудь. Остатки контроля улетели так же быстро, как и последние элементы одежды на пол. Даю тебе возможность взять все в свои руки. Ты ее не упускаешь. Теперь все значительно быстрее. Больше нет промедления. Презерватив. Проникновение, мягкое, безболезненное, несмотря на спешку. Заботишься. А дальше происходящее больше похоже на забег. Жарко. Тяжелые вдохи. Движения быстрые. По началу размеренные, но ускоряющиеся к финишу. Стоны — одни на двоих. Дыхание — одно на двоих. Удовольствие — одно на двоих. Оргазм — тоже один на двоих. Конец до мурашек перед глазами ярок. Отдышаться почти невозможно. Отвести взгляд от тебя катастрофично.       И все-таки осторожно опускаешь на постель, целуя нежно искусанные губы. Кто-то сегодня разошелся не на шутку. Но при этом на мне — лишь немного красных пятен от твоих засосов, в то время как твоя шея синяя, почти фиолетовая, а полосы на груди и спине, я уверена, горят огнем. — Ты прекрасен, — шепчу, слыша что-то неразборчивое в ответ: сил что-либо говорить или делать не осталось.       Позже ты обязательно ляжешь ко мне на колени весь в заживляющей мази. Однако сейчас ты мягко накрываешь нас одеялом, обнимая. Все потом. Пора отдохнуть.