Следы свободы

Проснулся Брут от того, что начал замерзать. Нет, не из-за резко изменившихся погодных условий, а потому что забыл выключить кондиционер. Теперь покидать кровать хотелось ещё меньше, но работа не пёс… или как там говорилось? В общем от работы его никто не избавил бы, да и ещё вечером не мешало бы наведаться в Институт, потому что, конечно же, его помощь обязательно кому-то понадобиться. Помимо крыльев Икара, в списке дел висело ещё три разных проекта, требующих его — Брута — непосредственного участия. Однако прежде день должен был начаться с поездки на восточную окраину Полиса. Места, в которых чаще всего бывал медный, — а мозг Брута категорически отказывался запомнить его имя, — уже были на почте. Ничего необычного: место работы, продуктовые лавки, дешёвый бар, дом. Вычислить местонахождение каждого конкретного браслета было делом нескольких часов. Обойти предстояло много, но Брута смущала одна конкретная вещь: после посещения последнего места, судя по картам, небольшой мастерской по починке техники, и до момента смерти, браслет не отслеживал перемещений медного, хотя прошло точно часов семь. Следовало заняться этим вопросом в первую очередь, ведь если даже место никак не связано со смертью, то такое странное поведение браслетов вызывало вопросы. Ещё не хватало им сбоев в работе такой важной системы. Главный вопрос утра Брут поставил чётко. Под каким предлогом ему вообще явиться в мастерскую, чтобы не вызывать слишком откровенных подозрений? И ладно, его могут не узнать, даже со всей его обширной медийностью, потому что когда рядом на тв начинал своим праведным гением светиться Икар, друг на его фоне терялся, а если рядом ещё и оказывалась красавица Лия, то о известности можно было смело забыть. Сейчас это даже играло на руку. Немного изменить причёску, надеть что-то подходящее одежде медных с окраин и можно ехать. Но ему все равно оставалось найти причину. Зеленые задумчивые глаза наткнулись на новый чайник посреди кухни. — Отлично, — кивнул сам себе Брут и одним движением выдернул провод так, чтобы внутри отошли контакты. Больше тот не включался. Сунув новообретенную поломку в бумажный пакет, парень отправился одеваться. Для странной и не очень желательной поездки сгодились темно-синие штаны и серый потасканный свитер с рубашкой. Хранил он это все скорее от нежелания разбирать шкаф с одеждой, да и потом, это неплохо подходило для экспериментов, где был шанс что-то испачкать или подпалить. Брендовые вещи Лия запрещала портить под страхом смерти или других, более страшных угроз. Длинные рукава свитера отлично скрывали цвет браслета. Очень по-медному. Шикарно. На такси он сел в паре кварталов от своего дома. Водитель особых вопросов не задавал, а потому следующие полчаса они ехали молча. Может тот действительно не узнал Брута, а может просто решил, что это не его дело. Оба варианта парня вполне устраивали. Вышел он тоже за пару улиц, просто чтобы удобнее было слиться с толпой, точнее редкими прохожими, потому что основная масса людей находилась на работе. А те, кто были, не особо вглядывались в лица окружающих, потому Брут продолжал быть просто медной тенью. Наверное, в центре города его бы заметили быстрее, там от нечего делать чаще рассматривают прохожих. Парень остановился у небольшой светлой вывески «Механическая мастерская». Со стороны местечко было дешёвым, но вполне опрятным. За входом с навесным колокольчиком, — неужели такие ещё вешают, — оказалось небольшое помещение с обилием полок и куч с разным хламом старого мира. Комнатка оказалась, наверное, даже меньше гостиной Брута и от пола до потолка была завалена вещами и техникой, какой-то более современной, а где-то и вовсе какими-то редкими, почти антикварными вещами. Брут такие видел до этого только в архивных записях или музее института, где хранились примеры старой техники. Все новое же хорошо забытое старое. Напротив входа стоял небольшой стол с парой ламп. — Иду, — послышалось откуда-то из соседней комнаты, а после тише кто-то пробубнил остаток предложения, судя по всему, какие-то ругательства. За столом оказалась неприметная раздвижная дверь. Вышедший из-за неё парень был на вид немногим старше Брута, зато заметно выше, с короткой темной шевелюрой и хитрыми темно-карими глазами. Он остановился на проходе, уставившись на гостя. — Добрый день, — улыбнулся тот, хотя Бруту показалось, что в голосе появилась вопросительная интонация. — Добрый, — по привычке отзеркалил тот и вытянул руку с пакетом, — чайник. — Стиральная машина, — кивнул парень с умным видом. — Кхм, я имею ввиду, нужно починить чайник. Брут закатил глаза, не то на собственную тупость, не то на странную реакцию. Возможно, люди давно работающие с ним в лаборатории были более понятливыми. Парень же кивнул на стол перед собой и включил лампу. — А давно у нас главные инженеры чинят чайники в маленьких частных мастерских? — от язвительности в чужом голосе хотелось закатить глаза, однако парень добродушно хохотнул и наконец забрал пакет. — Или у вас, господин Брут, все рабочие руки закончились? — Ну почему же, рабочих рук хватает, но лишними люди никогда не будут. Переборов в себе удивление и недовольство от того, что его так быстро раскусили, Брут начал на ходу придумывать новую легенду. Он даже почти не врал, в Институт всегда требовались умелые и знающие толк в работе личности, устраивались гранты и выставки, только вот лично никто по мастерским не бегал, особенно этим не занимались ведущие учёные Полиса. — Вот, ищу свежие таланты, — он привычно уложил волосы и ещё раз для вида осмотрелся. — Лишними, значит, — протянул парень, достав чайник. С виду поломок не было. — Я Прометей, — коротко добавил он. — Замечательно. Брут искренне пытался вспомнить, где и когда он мог слышать это имя, но ничего в памяти не всплывало. Может это были рассуждения Икара о легендах Изгоев? Надо будет уточнить. — А что с чайником то? — напомнил о себе Прометей, вырвав парня из мыслей. — Вот ты и узнай, — усмехнулся Брут, проверяя не появилось ли чего нового на почте. Видео с камер все ещё не было. — Это что? Вступительное испытание? Я могу сразу от него отказаться? — механик коротко закончил осмотр чайника и отставил его на край стола. — Не можешь, — отмахнулся Брут, подходя к одной из полок. Почти целиком она была занята старыми часами со стрелками и шестеренками внутри. Работали из них всего несколько штук. — Ты ими приторговываешь или они в работе? — Что-то все ещё ждёт починки, что-то потеряло хозяина. Один клиент принёс часы и пропал, так что я не знаю, кому теперь они нужны. — Зефир? — Брут взял первую попавшийся под руку модель и незаметно скривился от пыли на ней, а теперь еще и на тонких пальцах. Зефир — под таким именем числился медный, смерть которого расследовал Брут. Запомнить все же пришлось. — Знакомы? — удивленно улыбнулся Прометей. — Он работал в обеспечении одного из генераторов. Доводилось пересекаться. А недавно он не вышел на работу, — так откровенно врать парень не любил, но давно и хорошо научился. Думать о последствиях приходилось мало, особенно когда все давно шло не по плану. Легенда сама вырастала из ничего. В действительности Брут знал некоторых медных и серебряных, занимающихся обслуживанием внешних генераторов, но близко ни с одним из них не общался, лишь изредка получал документы и отчёты о работе системы. Уж тем более не занимался поиском загулявших сотрудников. — Вот оно что. Ну, не могу ничем помочь. Прометей пожал плечами и откинулся на спинку потертого кресла. Взгляд внимательно следил за всеми движениями Брута и часами в его руках. — Откуда столько старых вещей? Почему они все ещё работают? — антиквариат вернулся на пыльную полку. — Ну, классы уровнем ниже любит цепляться за старое. Многое сохранилось в семьях в годы катастрофы, а потом держалось дома годами. Такие как я просто помогали приводить их в порядок. — Зачем это? Какой смысл хранить хлам дома? — все же уточнил Брут, отыскав на полке странную шкатулку. — Не трогайте, — предупредил Прометей раньше, чем её успели взять, — она хрупкая, — пояснил он. Брут сделал шаг от полки и взглянул на хозяина лавки. Тот хмыкнул и взял со стола одну из отвёрток, просто чтобы было чем занять руки. — Все это, — обвел он рукой лавку, — не хлам, а память. Хотя кому я пытаюсь это объяснять. Брут хотел что-то еще спросить, в момент, когда за дверью в подсобку раздались шуршание и приглушенные ругательства. — Так слушай, — третий появившийся на арене актёр успел открыть дверь, что-то прорычать и заткнуться, заметив Брута. Патлатый парень застрял в проходе. Прометей среагировал быстрее, чем оставшиеся в комнате парни, и обратно захлопнул дверь перед чужим носом. Разглядеть гостя не вышло. — Кто это? — все же уточнил Брут, удивленно смотря на закрытую дверь. — Крысы, — улыбнулся Прометей, все еще придерживая дверь, — большие такие, живучие. Чего только не прибегает с окраин. Ужас. — Сам ты крыса! — послышалось приглушенное из-за двери. Следом раздавались только грузные шаги, будто парень намеренно топал по лестнице, и чем громче, тем лучше. — Так о чем это мы? — лицо Прометея выражало исключительный интерес к персоне Брута, будто совершенно никого не было за дверью. — О Зефире да? Так зачем он вам? — Нужен, — пожал плечами Брут. — Последнее место, где он был, это твоя лавка. — И? — протянул парень. — Понятнее не стало. Зачем он вам? — Не задавай вопросы, на которые все равно не получишь ответ, — Брут до звёзд перед глазами ненавидел эту фразу. Ещё в приюте его затыкали этими словами чуть ли не чаще, чем обращались по имени. Он слышал её на каждый второй вопрос не по теме урока. И все же, она так прочно к нему прилипла, что теперь он сам так отмахивался от подчинённых. — Тогда я точно не смогу вам помочь, — развёл руками Прометей. Брут ещё раз осмотрел мастера за столом, теперь тот с видом обиженного ребёнка крутился на стуле, насколько вообще позволяло пространство. Слишком уж он был активен для медного работника. А медного ли? Взгляд зацепился за длинный рукав тёплой зелёной рубашки, закрывающей почти всю руку. Брут на собственном опыте хорошо знал, что работать так не очень удобно, и рукава обычно у сотрудников были либо прилегающие к коже, либо закатывались до локтей. Ниже манжета у Прометея на ладони были непонятные бугры на коже. По виду это был ожог, только из-за ужасного освещения было сложно понять: химический он или термический. — Производственная травма, — пояснил Прометей, заметив задумчивый взгляд на руку. — Откуда? — спросил Брут быстрее чем успел подумать, нужно ли ему знать ответ. — Чайники чинил, — язвительно скривился парень, убрав правую руку под стол. — Раз больше нам говорить не о чем, я вас не задерживаю. Забрать можно будет через два дня. Мне взять номер или просто позвонить в приёмную? — по тону, которым Прометей это говорил, Брут сделал два вывода: либо парень ненавидел Институт и ведущих инженеров всем сердцем, либо обиделся на вопрос о руке. Обе идеи были так себе, ни той, ни другой эмоции медный браслет не позволял. Да что уж там, этих эмоций даже золотой не испытывает. — Номер, — Брут не стал больше вдаваться в подробности и протянул визитку. — До свидания. — Угу, скорого, видимо, — фыркнул Прометей, наконец открыв дверь в подсобку. … Вышел Брут из мастерской с неприятным жжением в правой руке и почти стопроцентной уверенностью, что Прометей связан с убийством на окраинах, и если не на прямую, то косвенно. Посещать другие места уже не хотелось, но для приличия следовало. Дома у Зефира Брут так никого и не встретил, дверь была закрыта, свет не горел, соседей тоже не было. Может из-за рабочего дня, а может там просто никто не жил. На работе в ответ только пожали плечами и сказали, что не видели его уже несколько дней и ещё дольше не выходили с ним на связь. А ещё попросили передать, что если Брут его встретит, то пусть передаст, что мужчину такими темпами уволят. «Думаю он не сильно расстроится» — подумал Брут, но вслух только попрощался. Не хватало ему ляпнуть лишнего. Диалога с Прометеем в этом плане хватило с лихвой. В отличии от мастерской, в остальных местах на Брута, а точнее на его личность, не обратили никакого внимания. Это даже немного задело его самолюбие. В конце концов, он на равных правах с Икаром появлялся то на одном, то на другом тв-шоу, а смотреть на него продолжали как на пустое место. В Институт Брут поехал даже не заезжая домой, плевать, переоденется на месте. В шкафу, в углу кабинета у них с Икаром была запасная рабочая и повседневная одежда. А еще хотелось выпить кофе, потому что дома из-за отсутствия чайника теперь еще минимум два дня ему кипятка не видать. В кабинете у секретарши хотя бы стояла кофемашина. Своей он за эти годы так и не обзавелся, опасаясь того, что перестанет питаться вообще и перейдет на кофейную диету. По коридорам Института в середине дня понедельника уже сновали сотрудники и только коротко здоровались с проходящим мимо Брутом. На его внешний вид внимания никто не обращал, потому что все давно привыкли к выходкам Икара. Только пара новеньких заметно покосились на парня, видимо, даже не узнав ведущего инженера. Обычно парень был одет с иголочки, и все благодаря Лии. Икара в их кабинете не было, только на столе его валялись разбросанные бумаги с расчетами для крыльев. Брут с интересом проверил итоги всех решений, которыми, очевидно, его друг занимался часть утра. Икар, конечно, был гением, но путать числа и системы измерения любил еще со времен приюта. Брут приучил себя перепроверять все это и за собой, и за другом, потому что уж слишком воздушным иногда тот бывал. Перекинув все бумаги себе на стол, Брут наконец надел что-то более подходящее и попросил секретаршу сделать кофе. Следовало еще позавтракать, но настроения не было. Арис появилась в кабинете через десять минут с подносом с кофе и печеньем. Это было чем-то вроде привычки, хотя Брут никогда их не ел, она продолжала приносить, а потом обратно уносить. Или же все съедал второй хозяин кабинета. Девушка, цокая каблуками, подошла ближе, оставив поднос на свободном углу стола. Бежевый костюм хорошо подходил ее каштановым волосам и карим глазам. Она недовольно фыркнула, переставляя кружку с тарелкой, и прижала к себе поднос. По ней было видно, что она хочет что-то сказать, но ждет вопроса. — Спасибо, Икар уже был? — поинтересовался Брут, не отрывая взгляда от бумаг. — Да, и вынес мне мозг сметой за прошлый сезон и моими обязанностями. Потрудитесь объяснить? — девушка вынула из кармана желтый клочок бумаги и помахала им перед глазами парня. — Я готовил Икару сюрприз, не хотел выдать все раньше времени, — с небывалой легкостью соврал он, эта часть легенды была заготовлена заранее, — пришлось сказать, что пересчитываю показатели. — Ваши секреты, господин Брут, обходятся мне слишком дорого. — Выпишу тебе премию в конце месяца, если будешь держать язык за зубами. Девушка на это победно мыкнула и, забрав поднос, ушла из кабинета. Безусловно, Арис была полезным сотрудником, а одним из главных качеств было умение молчать. Ни лишних сплетен, но вопросов. Еще пару лет назад ее привел сам Тесей, отыскав, кажется, на какой-то научной презентации. Со всем этим Брут не раз подозревал, что с девушкой все так же непросто, как и с ним. Технические образование у нее было, как и у всех сотрудников, однако она в итоге осела на месте секретаря. Брут считал ее красивой, более того, умной девушкой, хоть отношения с ней строить не планировал. Она же это чувствовала и быстро прекратила попытки вывести их отношения за границы работы. Не то приняла незаинтересованность Брута, не то утратила свое влечение. Бруту же ее просто не хотелось. Вот Лию он хотел, хотя Арис с ее красивой мордашкой ничуть не уступала. Возможно, он просто настолько сильно завидовал Икару, но признавать не спешил. Как бы Бруту ни хотелось, мысли от секретарши пришлось вернуть обратно к работе. Бумаги по крыльям он проверял несколько часов и еще три кружки кофе, потом со всеми пометками оставил на столе друга и вернулся к другой задаче. На почте были долгожданные записи с камер в те дни, когда на окраине происходили преступления. Брут потратил еще часы на то, чтобы все это отсмотреть. Ничего полезного. Изредка на камерах появлялись бегающие дети или пара прогуливающихся горожан, но никто не входил и не выходил. Значит, версию участия Изгоев в преступлении пришлось отмести, или хотя бы убрать подальше. Оставалась версия дефектов в работе браслетов. Может просто сбой дает восточный генератор? Никаких жалоб не поступало, но изменения могли быть не критичными. Решив остановиться на версии генератора, Брут составил запрос на полную проверку техники на востоке и целостности купола. На это уйдет пару дней, в это время можно будет изучить браслет жертвы, если он вообще сможет получить к нему доступ. «Зачем нужна проверка генератора? Жалоб не поступало» — через время пришло от Тесея. Через него согласовывались все подобные ситуации. «Это связано с вопросом, который мы обсуждали. Одна из версий» — коротко ответил Брут. Говорить расплывчатыми фразами было обязательным пунктом во всех «не Институтских» вопросах. Разумеется, проверка была согласованна моментально. Больше срочных дел на этот день у Брута не было, поэтому парень вернулся к разработке девайса, которым Икар занимался до крыльев. Кому-то теперь нужно было закончить его, чтобы не потерять остатки внешнего финансирования. На Икара можно было и не надеяться.