Полотно

- Видишь ли... - он продолжал размахивать кистью по полотну, - долгая жизнь обречена скукой. Попробовав все и отведав разных яств, становится дурно и безвкусно. Богатство - лишь некое подобие значимости и важности. Признание - простор для чужих глаз и внешнего идиотизма. А вот человек, сам человек, это всегда уникальный образец... "Я не могу пошевелиться..." - рылось в моей голове. Паника. Около часа назад я хотела искромсать себя, а сейчас мне страшно за свою жизнь. - ...Вы все так неповторимы и бесподобны. Однако... Так легки и податливы на страх. Ваш природный изъян. Но для меня это только в плюс, мои маленькие зверьки. Вдруг я смогла пошевелить ртом. - Что ты такое? - перебирая губами как из заморозки. - Уууу. Ты можешь говорить... - его голова показалась из-за полотна, - как интересно. А так... Он что-то снова изваял краской. Мои губы сомкнулись. - Но да, ты права... Я не сказал, кто я. В вашей галактике я демон или дьявол, называй как угодно, сверхъестественное существо. Бессмертная сущность, заточенная в теле человека. "Повезло тебе, что тебя в ТАКОМ человеке заточили." - Однако ваш вид так медленно развивается, с учетом временного ощущения, что меня уже тошнит от единообразия. Развлекаюсь, как могу, - он что-то еще вырисовывал. Меня окутал озноб. - С самых древних времен рисование, как магнит, тянуло меня. И теперь я освоил это искусство наивысшим образом. У меня миллионы полотен. Некоторые из них висят в ваших знаменитых галереях. Он встал и достал картину. - Смотри, вот эту ты, кажется, видела. Изображение официанта в крови. Воспоминания сна мигом пробудились в моей голове. "Я... сон... да.." - мыслей было так много, что я уже не могла их распознавать и потихоньку отрубалась. Тело не слушалось. - Так вот. Мои картины имеют способности оживать или приобретать способности, что я в них вкладываю. Твой официант мертв, дорогая. Меня глухо ошарашило. "Он - мертв?... А тело?... Где его тело? Понятно, почему я не видела его все эти дни." Он снова что-то начертил, и я смогла сказать. - Это ты?... Ты общался со мной? - еле выплюнула я. - О, мисс сообразительность, конечно, я. - Зачем ты писал и звонил мне, когда я резала руку? И резала ли я ее по твоей вине? Махнул кистью по полотну, мне стало так больно. Кольнуло и отпустило. Голова закружилась. То ли от резкости происходящего, то ли от туманной приятности. - Хахаха, из-за меня? Как сама считаешь? Или все еще не признаешь очевидное? Пора бы. - Зззачем писал? - полушепотом. - Ммм, сейчас это важно? Думаю нет. Снова боль, резкая, но в этот раз томная. - Как это возможно? - сквозь зубы процедила я. - Я же уже все сказал, дорогая. Он еще что-то поколдовал над полотном. И резко встал. - Ладно, этого должно хватить. Меня отпустило, слезы катились по щекам. Я урылась в собственные руки, сгибаясь пополам. Он вальяжно лег на кровать, опираясь на локти. - Мало того, что я люблю рисовать, я больше всего люблю секс. Такой примитивный, древний и старый образ получения удовольствия, - закинул голову вверх, смотря в потолок. Меня скукожило изнутри. Не об этом ли я мечтала смотря в злосчастное окно. Мысли вихрились в голове. Я сжала череп до трясучки, осела на пол, обхватила колени, пялила вниз. Он продолжал лежать на кровати. - Расскажу секретик. Заходя в мой дом, ты обрекла себя на служение. Но мало просто зайти, нужно двойное подтверждение, что ты и сделала, моя самоотреченная. Он поднялся и подошел ко мне. - Встань! – грубо приказал он. Расплывчато понимая его, я отрицательно мотала головой, не смотря на него. Его устрашающий смех раздался по квартире. - Хмм... Такое поддразнивание… - в секунду он подошел ко мне, схватил за запястье и резко дернул на себя. Я буквально впечаталась в него. Жуткая улыбка вызвала мурашки. - Хочешь по-грубому, давай, – прошептал он, обжигая дыханием. Он развернул меня и толкнул в стену. Я ударилась спиной и потеряла сознание на секунду, в глазах мелькали звездочки. Я скривилась, но он держал меня. - Как тебе такая боль? - хищно вторил он, - Как ты там говорила? Повеселимся? Подходя ближе, он схватил меня за горло, приложив головой о стену, впился в губы. От удара меня немного покосило. Я простонала. Убрав руку, он сжал мои волосы, потянул назад, оголяя шею. Я пыталась сопротивляться, но он потянул с такой силой, что шея могла вот-вот треснуть. Казалось, что с меня сдирают скальп. Глаза помокрели. - Смотри, твоя упертость лишь заставит тебя пожалеть… - зловеще прорычал он. С опрокинутой головой моя шея оставалась открытой для него. Он беспощадно обкусывал мою кожу. Иногда замедляясь и ухмыляясь. - Надолго сопротивляться не получается, да? Я дернулась, но его хватка оказалась сильнее. Дьявол продолжил свое нападение, второй рукой упираясь в нижнюю часть поясницы, притягивая меня к себе. Его тело терлось о мое. Он прижал меня к стене своими бедрами. Туловище насильно изогнулось как коготь коршуна. Слезинки скатывались на лиф. Он провел языком от груди до глаза. - Ммм, солененько. Длинная рука мужчины крепко удерживала меня. Я перестала сопротивляться, но тело было стальным от напряжения. - Расслабься, - шепнул он в ухо, - я могу приказать, но в этом нет смысла для тебя. Я плюнула ему в лицо. Наводящий ужас взгляд. Он стер слюну двумя пальцами и медленно засунул их мне в рот, несмотря на мои усилия его не открывать. - Будем играть по крупному, - он продвинул пальцы так глубоко, что я стала задыхаться. Глаза округлились от паники. Почти потеряв сознание, он вытащил их. Я закашлялась. - Все-таки я слишком рано сказал, что легко. Хорошо. Тогда вкуси жизни, и позже мы поговорим. Он вытер мое лицо ладонями, пригладил волосы и отпустил меня. Я стекла по стенке. Пустой взгляд. - Просто предупрежу, на всякий случай, что вся компенсация пойдет на другого человека. Так уж устроен ваш мир. Баланс и бла, бла, бла. Насколько я понял, родители тебя не особо интересуют или ты их... Раз бездумно откупаются от тебя материальными благами. Так что страдать будет Дана - твоя подружка. Лицо перекосило. Я ничего не понимала. Он подошел к двери и открыл. - Иди. "Очередная ловушка?". Моё сердце колотилось в груди, руки дрожали от страха и неуверенности. Тело словно сковало. Я не могла контролировать себя. Свернулась от страха. Он показушно закатил глаза. - Все никак не могу привыкнуть к этой человеческой глупости и недоверию. Хотя, казалось бы, столько лет... Он убрал картину, аккуратно положил одежду на стул рядом со мной и лег обратно на кровать. Дверь настежь открыта. По полу дует. Я покрылась мурашками. Cидела неподвижно, каждая минута казалась вечностью. Наконец, увидев, что он не двигается и, по-видимому, заснул, я поняла, что не могу ждать больше. Опасения всё ещё тяготели надо мной, но я осторожно взяла свою одежду и на цыпочках, едва касаясь холодного пола, выскользнула из квартиры. Одевалась наспех спускаясь по лестницам. Пульс зашкаливал. Помчалась к Дане. Руки тряслись. Добежала как пуля. Судорожно звонила и стучалась в дверь.