Заплетаем косички!!

Солнце приближалось к горизонту. Тихое море разбивало некрупные волны о борт «Возмездия». Экипаж развлекался на теннисном корте. До праздника оставалось недолго, Стид метался туда-сюда по капитанской каюте, подбирая подходящую ткань. На диване уже лежало несколько выбранных одежд, и Эд был не против надеть их, но Стид вечно находил что-то, что стоило поменять, и они переходили к следующему костюму. Тич стоял около книжных полок, любуясь комнатой уже в некоторый раз. Этого места будто не коснулась привычная пиратам жёсткость и бездушность. Каждая полочка, каждая свечка здесь задавала атмосферу совсем не пиратскую, а более свойственную дорогим гостиницам и ресторанам. Если уж не упоминать библиотеку, каковой это место и являлось. Эдвард мечтать не мог о такой жизни. И вот он отправился в плавания, отчаявшись, а теперь стоит тут, под позолоченной люстрой, собирается на праздник буржуазии. Иногда счастье поджидает там, где ты искал только бесконечную печаль. Двухчасовой выбор рубашек и бижутерии завораживал его, увлекал, впуская в недоступный ранее мир. Это давало ему перерыв от его обычной жизни, которой он старался так сильно избегать, вплоть до окончания жизни в целом. Но самым прекрасным в этой каюте был Стид Боннет. Пират-аристократ, не иначе. Сейчас всем ясно, что от рук Эдварда он никогда бы не пострадал. Но тогда Тич этого ещё не знал; не знал, что ждёт его с Боннетом — любовь или, всё-таки, безжалостное убийство и присвоение личности. Стид выскользнул из тайного гардероба с прекрасным шёлковым костюмом. — Что думаешь на счёт этого? — мужчина весь светился от возможности находиться в одной комнате с Эдвардом Тичем, так ещё и подбирать ему одежду. Бордовый костюм качнулся под рукой Стида, распрямляющей рубаху. Золотая вышивка переливалась на свету, а узорчатый ворот дополнял всё своей белой тканью. Тич завис на секунду, прикидывая, сколько такое может стоить. Он сощурил выразительные глаза, будто совсем не горит желанием надеть это. — Сойдёт. — сказал он, пряча восхищение. — Очень даже. — улыбнулся он. Эд не стыдился своей любви к одежде, он просто ещё не свыкся с мыслью, куда он в этой одежде пойдёт. Прямо при всём высшем обществе Чёрная Борода будет разгуливать в приталенном пальто? Сущий кошмар. Тем не менее, желание поглядеть на богатую жизнь одержало победу ещё пару часов назад. Эд отправился переодеваться, пока его друг листал книгу. Ранее восхитительное для него изображение Чёрной Бороды теперь вызывало только осуждение и принижение чувств пирата. Да, этот пират убивает людей, отрезает им пальцы и заставляет их есть, снимает с них кожу и отправляет на дно океана, но это другое, вы не понимаете. Когда Тич вышел из гардероба, Стид отступил на пару шагов и пробежался по нему взглядом. Мужчина будто ожидал полной оценки его личности, но Стид смотрел на костюм. Никогда ещё это пальто так хорошо не выглядело. — Хм… — Боннет подошёл к нему. Двойной белый бантик помялся и скрылся за воротом. Когда Стид потянулся, чтоб исправить это, Эд дёрнулся и схватил со столика вешалку для самообороны. — Ох, прости! — мужчина отступил. — Я забыл, что ты такой... Нервный. Ты знаешь, я думаю, что у тебя травма. — по ходу речи он поправлял ткань. — Тебя ведь не раз пытались убить, верно? Эд занудно выдохнул и спокойно положил вешалку. — Нет, всё в норме. Чудный костюм. Постой, где карманы?! — закончил он раздражённым бурчанием. Стид взволнованно посмотрел на него. Мужчина выглядел напряжённо, но через секунду доверительно улыбнулся и кивнул. — Если тебя что-то беспокоит, я буду рад выслушать. — блондин положил руку ему на плечо. Эд, уставшим голосом: — Да, меня беспокоит, куда я положу свой пистолет. Эдвард был сложен в понимании для Стида. Он не был таким открытым, как его команда, и не был таким простым. Тич не хотел раскрываться. Стид точно знал, что от диалога станет легче, но расколоть защиту капитана он никак не мог. — Тебе не нужен пистолет.. — говорил Боннет, робко подняв указательный палец, но Эд испепелил его взглядом. — Ладно, ты можешь пристегнуть его к поясу. — закончил он и с уважением улыбнулся. Тот так и поступил. Эдвард оглядел свои рукава, ботинки и талию. Он повернулся вокруг себя, стукнув каблучками туфель по паркету. Убедившись, что его всё устраивает, он повернулся к другу: — Чудно, поднимаемся наверх? — Погоди, не спеши, мы ещё не закончили! — сказал Стид, достав из ящичка две фиолетовые, тонкие ленты. — Сделаем тебя менее угрожающим, ты не против? — Что ты удумал? — нахмурившись, спросил Эд. Мужчина хитро улыбнулся. Тич трагично положил руку на свою бороду, глядя на Стида щенячьими глазами. — Ни за что! — пропищал он. — Иди сюда, Эд. По окончанию сей пытки, Эд был усажен напротив зеркала, а тёплые ладони Стида закрывали его глаза. Эдвард поджал губы в предвкушении. — Ты готов? — спросил голос из-за спины. — Убей меня нахрен. Боннет убрал руки от лица пирата, и тот глянул в зеркало. На кончиках усов красовались два фиолетовых бантика; два небольших, чёртовых бантика. Фиолетовый цвет сочетался с костюмом, лента была красиво подвязана руками мастера. — Сти-и-ид… — с распахнутыми глазами протянул Тич. — Не нравится? — взволнованно уточнил капитан. — Шутишь? Это улётно. Вот это я принцесса. — наклонившись к зеркалу говорил Эд. Стид гордо улыбнулся. — Я безмерно счастлив!.. Эм, ты что, красишь глаза? — Боннет глянул на свои ладони, недавно прижатые к глазам капитана. На коже были видны отчётливые следы туши и теней. Тич дрогнул, но оправдываться было поздно. — Мм. Да, а ты нет? — всё ещё пялясь в зеркало, спросил Эдвард. — Это добавляет шарма, согласен? Блондин улыбнулся, опустив взгляд. — Тебе идёт. Секундная тишина, за которую Стид уже спланировал свой побег. — Правда? Спасибо, Стид. — легко сказал Эд, позволяя другу расслабиться. Корабль качнулся, выбивая Боннета из своих мыслей и отрывая Эдварда от зеркала. Второй уже собирался подниматься на палубу. — Ой, не вставай, осталось последнее. — сказал Стид и поспешил к столику. Через зеркало, Тич увидел, как тот берёт из вазы белые цветы и тёмную резинку из ящичка. Стид вернулся к нему с букетиком. — Что за херь? — спросил он, взяв одно из растений себе. Это был мелкий цветочек с крепким стеблем. Около пятнадцати или двадцати таких в руке держал Стид. Эд оглядел крошечные лепестки, уже давным-давно не видевший живых цветов. Он не находил им места на корабле. Если же для растения находился уголок, оно быстро погибало без ухода и света. Эд почувствовал, как Боннет собрал его волосы в руку. Он ели успел сдержать автоматическое желание обернуться и ударить его чем-нибудь тяжёлым, но пальцы Стида расслабляюще распрямляли его локоны. Кудрявые пряди ложились ему в ладони и пахли солёной водой. Эд заметил бережный взгляд Стида перед тем, как Боннет поднял его на отражение. Тич избежал встречи глазами. — Что ты делаешь? — пробормотал он, ненавязчиво отстраняясь. — Оу, я сделаю тебе хвостик и вплету в него цветы. Тич восхищённо распахнул глаза, от умиления сжимая ладони. — Вау… Кх-эм, хорошо. — Я уверен, ты всех там очаруешь. — тихо говорил Стид. Кудри переплетались с цветами, проскальзывая через пальцы Стида. Эдвард собрал руки в замок, стараясь сохранять самое безразличное выражение лица. Он смотрел исподлобья на себя самого, понимая, что если Стид решит обратить на него внимание, то непременно заметит его взволнованный взгляд и красные щёки. Но Стид был сосредоточен на причёске. — И... Готово! — сказал Боннет через некоторое время, выпуская из рук волосы. Крепкий хвост с белыми цветами теперь красовался на голове самого жестокого пирата морей. И два бантика на усах, да. Тич повернулся в профиль к зеркалу, изучая вплетённые растения. — Теперь точно принцесса. Охереть. — ухмыльнулся тот. Стид смотрел в отражение. — Тебе к лицу подобное. — улыбаясь, говорил он. — Конечно, кожаная куртка тебя украшает не меньше. Эдвард закинул голову на спинку кресла, заглядывая в глаза Боннету. — Спасибо, я ценю это. Стид смотрел на него сверху вниз, неловко улыбаясь. У Эдварда были невероятные глаза — большие и выразительные, всегда проглядывающие словно сквозь стекло или туманную пелену. Они имели тёмно-карий оттенок. За беззаботностью зрачки скрывали глубокую печаль, выражали его истинную чувствительность и ранимость. Стид понимал свою отличность, но всеми силами старался размыть эту грань. Им хотелось быть больше похожими друг на друга, и вид Эдварда сейчас захватывал. — Осторожно, не помни цветы. — вежливо сказал Стид. Тич проигнорировал просьбу и продолжил пилить смущённого парня уверенным взглядом. В эту секунду он осознал, что не сможет выстрелить в Стида Боннета. Вот сейчас пришло осознание, что ему придётся отвернуться от Иззи, от команды, а главное — предать самого себя. Но на какие жертвы он бы только не пошёл, чтобы сохранить жизнь в глазах напротив. Эдвард уже видел Стида на пороге смерти и это изображение было его главным страхом. Ему было неприятно признавать свои страхи, особенно если они заключались в потере такого человека, как Стид.