БГвЛ

             Огромное чучело из костей животных высилось над поляной, и довольные парни с факелами в руках расхаживали рядом, ожидая начала пиршества. Ньют крутил головой, пытаясь отыскать Минхо, который уже давно должен был помыться и присоединиться к другу. Периодически блондин бросал взгляды на Ану, которая стояла недалеко от него, и болтала со Светой. Она даже не смотрела на парня, полностью поглощенная разговором и, когда сзади к ним подошел Галли с двумя банками в руках, и приобнял девушек за плечи, Ньют ощутил легкий укор ревности. Однако Ана в следующую же секунду, словно прочитав мысли Ньюта, забрала у Галли предназначавшуюся ей банку, и скинула его руку со своего плеча. Галли ухмыльнулся и отвалил от девочек, предоставив Ньюту возможность слегка позлорадствовать. Но блондин тут же одернул себя, напомнив, что так делать нехорошо в любом случае – даже, если это Галли.       – А кто эта девушка, на которую мы так долго смотрим? – раздавшийся над ухом голос новенького едва не заставил Ньюта подпрыгнуть на месте – он удержался лишь в последний момент.       – Даже не думай, – мрачно отозвался Ньют, – она занята.       Блондин повернул голову в сторону новенького, чтобы убедиться, что до того дошел смысл сказанных слов в полной мере и в глазах брюнета промелькнуло понимание. Однако смотрел он по-прежнему не на Ньюта, а на Ану. Еще одного конкурента ему и не хватало в борьбе за сердце девушки…хотя, конечно, это все были глупости и минутная слабость. Ньют в Ане никогда не сомневался…ну, кроме того случая с водорослями. Наверное, тогдашний случай можно было посчитать серьезной причиной для ревности.       – Ну все, все в сборе, начинаем! – зычный голос Алби, пролетевший над поляной, заставил всех обернуться и оживиться. Все потихоньку начали стягиваться к чучелу, и Ньют потянул новенького за собой.       – Готов? – поинтересовался он у парня и брюнет, как зачарованный, с восторгом смотрел на разворачивавшееся действо, посвященное ему. Ньют понимал его чувства: вечера в честь прибытия новеньких специально делали яркими, красивыми и насыщенными, чтобы сгладить адаптацию в Глейде и оставить только хорошие впечатления. Хлопнув парня по плечу, Ньют радостно добавил, – поверь мне, этот вечер ты запомнишь надолго.       Алби взмахнул рукой и парни, которые держали в руках факелы, приподняли их над головой. Ньют тоже схватил свой, любезно предоставленный Джо, стоявшей рядом, и они по команде, бросили их в чучело, поджигая. Ярким светом вспыхнули кости животных, и все радостно заорали, хлопая в ладоши. Затем к общему веселью подключились музыканты, которые отбивали какой-то незамысловатый темп, но очень ритмичный, так что Лиам, не удержавшись, вышел вперед и сделал несколько прыжков-кувырков вокруг своей головы, ловко приземляясь на землю. Фрайпан радостно обнял его одной рукой, прижимая к себе. Парни чокались своими банками, бегуны радостно обсуждали между собой прошедший день, а Галли в центре строителей спорил с кем-то о грядущих постройках в лагере.       Внезапно музыканты изменили ритм, сделав его более динамичным и быстрым, и Алби, стоявший ближе всех к Ане, протянул ей руку, приглашая на танец. Она элегантно склонила голову в знак согласия. Ньют, не растерявшись, тут же пригласил на танец Джо, а Бен утянул в центр Свету с той же целью. Парни, которым, естественно, девушек больше не досталось, отчаиваться не стали: Галли и Уинстон, дурачась, тут же закружились в танце, прижимаясь к друг другу очень плотно. Фрайпан составил компанию Чаку, и последний был невероятно воодушевлен приглашением на танец.       Сквозь дикую пляску Ньют мельком заметил Минхо, который с недовольным лицом поедал свой ужин. «Надо было с ним танцевать, повеселее был бы», – мелькнуло в голове у Ньюта, но он тут же отпустил эту свою мысль, переключаясь на смену партнерши. Теперь в его руках была Света, и он мягко улыбнулся ей, а она смущенно опустила глаза в пол.       – Хэй, как дела? – беспокоясь, что что-то не так, спросил осторожно Ньют и Света неопределенно пожала плечиком.       – Расстроилась.        – Из-за чего?       – Алби не дал покомандовать новеньким, – с усмешкой отозвалась девушка, и Ньют хмыкнул.       – Успеешь еще наиграться так, что он тебе надоест. Он буйный.       – Я заметила.       – Ну тогда наслаждайся спокойствием, пока можешь.       Смена партнера естественным образом завершила их разговор и в руках Ньюта оказался Лиам. Хитро хмыкнув, они без слов поняли друг друга и пустили в яростный пляс, отбивая такт ногами. Мир вокруг кружился, удивленные лица мелькали то тут, то там, но Ньюту было так весело и хорошо, что он забил на чужое внимание. Но к следующей смене партнеров он уже практически выдохся, и, когда его возлюбленная наконец оказалась в его руках, блондин даже не сразу понял, что это она.       – Вот это вы задали жару… – восхищенно присвистнула целительница, и Ньют улыбнулся на эту ее реплику.       – Мы очень старались всех впечатлить своими умениями.       – И у вас определенно получилось, – хмыкнула шатенка, прижимаясь к Ньюту. С ней не хотелось торопиться и скакать, наоборот – хотелось замедлить время и побыть в этом моменте подольше. – Уверена, новенький впечатлен особенно.       – Да он с чего угодно впечатляется, это не достижение. А вот тебя поразить…это надо уметь.       Ньют нежно прикоснулся лбом ко лбу девушки, и закрыл глаза. Как же сейчас все было хорошо…

***

      Отблески костра танцевали по всей поляне, но Ньют и новенький как-то так удачно приземлились спиной к костру, что свет сюда практически не попадал, создавая особую атмосферу. Можно было даже сказать романтическую. Ньют, совершенно ничего вокруг не замечая, радостно жевал поджаренного цыпленка – такой деликатес они готовили раз в месяц, в аккурат к прибытию новичка, и нужно было успеть насладиться этой божественной едой, пока была возможность. Может, поэтому он пропустил заинтересованные взгляды от новенького, сидевшего по правую руку от него – сначала на браслет, отданный первым бегуном, а потом и на пулю с карабином, зацепленную за пояс штанов. Впрочем, если бы тот что-нибудь об этом спросил, Ньют, может быть, и ответил бы…но новичок не спрашивал. Он просто сидел рядом и молчал, глядя перед собой невидящим взглядом и, по-хорошему, блондину надо было бы его растормошить и поспрашивать о чем-нибудь, но все его внимание занимали остатки цыпленка на вертеле, которые он жадно поглощал.       Только более-менее насытившись, Ньют наконец оторвался от пищи и повернул голову к новичку.       – Насыщенный день был? – поинтересовался он, не ожидая даже особо воодушевленного ответа. Новичок кивнул. Ньют скользнул взглядом по чистому лицу новичка, спустившись на такую же чистую одежду – хорошо, что Света еще днем ответила его к водопаду, давая возможность умыться и постирать одежду. После многочисленных валяний на земле, это было то, что нужно.       – На, выпей, – предвкушая веселье, произнес Ньют, втискивая в ладонь парня прозрачную банку. Тот, как наивный дурачок, сразу же сделал глоток и, подавившись, выплюнул все на землю моментально.       – Это что? – откашлявшись, спросил он и Ньют, усмехнувшись, забрал банку.       – Фирменный рецепт Галли, – обернувшись через плечо, произнес Ньют, глядя на бывшего бегуна, который сейчас активно выталкивал из круга Лиама, – даже не знаю, из чего он это делает…       Новенький тоже повернул голову в ту сторону, куда смотрел блондин, и вздохнул.       – Все равно он – кретин, – отвернувшись, произнес со значительной долей обиды в голосе брюнет, и Ньют поджал губы. Как-то по-хорошему надо было донести до парня, что Галли ему лично ничего злого не желал – просто пытался защитить.       – Он тебе сегодня жизнь спас, – на недовольное фырканье новичка Ньют не обратил никакого внимания, – поверь мне, Лабиринт – опасное место.       Конечно, всего об этом месте Ньют рассказать вот так сразу не мог: он даже не был готов сказать, что они с Галли оба – бывшие бегуны. Но Алби ясно дал понять – парня нужно было отвадить от стен Лабиринта любыми путями, а пока, по всему выходило, что его туда наоборот тянуло со страшной силой. Воспоминания о Лабиринте неожиданно ударили в голову вместе с выпивкой – Ньют едва успел удержаться в этом круговороте, пытаясь не утонуть в непрошенных воспоминаниях. Вспышками мелькало его прошлое, утягивая назад, в те времена, когда жизнь казалась простой и незатейливой. Он видел перед собой, словно сейчас, как Галли и Минхо, смеясь, обмениваются рукопожатием, и срываются с места, вбегая в Лабиринт. Он видел, как стены Лабиринта закрываются за их спинами, когда их небольшая группка пыталась отдышаться после длительного забега на просторах родного лагеря. Он видел лиану, по которой ему пришла идея взобраться наверх и спрыгнуть вниз, на каменный пол…       – Слушай…мы тут застряли же? – голос новенького донесся, словно через толщу воды и Ньют на автомате ответил, не узнавая собственный голос:       – Ну да. На время, – зачем-то добавил он последнее – сам же прекрасно знал, что из Лабиринта нет выхода. Но хотелось почему-то именно в этого новичка вселить надежду и оптимизм, вдруг он…вдруг он своим энтузиазмом вытащит их отсюда?       – А сколько вы уже ищете выход? – неожиданно поинтересовался брюнет, словно прочитав мысли Ньюта. Сделав глоток из банки, блондин кивнул самому себе.       – Три года.       Новенький удивленно повернул голову в сторону Ньюта и тот профессионально сделал вид, что не заметил его шокированный взгляд, делая еще один глоток из банки. Ну, а что тут скажешь? «Мы тупицы и не можем найти очевидный выход за такой длительный срок?». Если парень не дурак – а Ньюту думается, что новичок очень даже не дурак – то он и сам все поймет.       – И до сих пор ничего не нашли?! – все-таки не дурак, да. Ньют заставил себя подавить тяжелый вздох, и, повернувшись к брюнету, произнес:       – Это не так-то просто. Смотри.       Поучительно подняв вверх палец, Ньют внимательно прислушался. Новичок, сначала не врубившись в суть наставления, с интересом посмотрел на палец, указывающий в небо. Но вскоре до них долетели скрежетающие звуки, исходящие из самих глубин Лабиринта.       – Это что? – шепотом произнес новичок, и Ньют посмотрел на него внимательно. Неужели наконец проникнулся серьезностью ситуации?       – Это Лабиринт. Меняется. И так каждую ночь, – делая паузы между словами, произнес блондин и новенький растеряно посмотрел вдаль, на каменные стены.       – Как же это возможно…?       – Спроси создателей Лабиринта. Если встретишь их, – усмехнулся Ньют и, заметив, что новенький хочет что-то еще добавить, продолжив дискуссию, резко поднялся на ноги. – Так, все, хватит расспросов о Лабиринте. Пойдем, я покажу тебе, как у нас все тут устроено. И не спорь, пошли, пошли.       Для убедительности своих слов, Ньют подхватил парня под руку, заставляя его подняться на ноги. Мрачные разговоры про Лабиринт его уже порядком утомили, поэтому он предпочел бы прогуляться и заодно отвлечь новенького от этой крайне неприятной темы.       – Так, ну палатку целителей ты уже видел, когда тебя осматривали, с Сарой и Аной знаком. Там у нас жилые хижины, склад с оружием…о, а это Фрайпан, он у нас готовит всю еду. Ну, ему периодически Ана и Света помогают, и еще раньше Тайлер помогал, но…       Ньют осёкся, вспомнив своей пьяной, бедовой головой, что вообще-то парня уже с месяц, как похоронили. Этой заминкой воспользовался новичок, который тут же выпалил:       – Я хочу быть бегуном.       Захотелось застонать в голос и треснуть брюнета по голове чем-нибудь тяжелым. Но под рукой была только стеклянная банка, а в силу своих пьяных возможностей, Ньют даже не был уверен, что попадет ему по голове.       – Ты меня вообще слушал? Никто не хочет быть бегуном.       – Но я… – новичок договорить не успел – Лиам вылетел за пределы круга, выпихнутый Галли, и врезался прямо в брюнета. Новенький полетел вперед по инерции, но на ногах все-таки устоял. Галли, приподняв брови, удивленно присвистнул.       – Что? Хочешь испытать свои силы?       – Я не… – начал было брюнет, но внезапно толпа вокруг пришла в движение и парни, один за другим, начали скандировать: «Новичок! Новичок!». Галли покрутил рукой, разминая затекшие мышцы.       – Струсил? – поддев новенького, с усмешкой произнес Галли. Ньют сделал шаг назад, смешиваясь с толпой, которая все больше раззадоривалась, и глотнул напиток Галли еще раз. Предстояло лицезреть непередаваемое веселье.

***

      Сам бы он в жизни никогда бы не решился выступить в открытую, тем более, против Галли. Который, очевидно, уже точил на него зуб. Но, подстрекаемый разбушевавшейся толпой, которая жаждала зрелищ, он шагнул вперед, чувствуя, что шагает навстречу судьбе.       – Стой, – его остановил Алби, положив руку на плечо, и он замер, повинуясь приказу лидера. Наверное, тот и так понимал, что его столкновение с Галли ничем хорошим не закончится… Но Алби шагнул вперед и тихо произнес, – обувь сними, а то попортишь.       Заметив, что Галли в центре круга приплясывал от нетерпения босиком, он послушно наклонился, расшнуровывая ботинки. Едва он вступил в круг, как Галли тут же бросился на него, без всяких предисловий. Попытавшись ударить соперника в живот, он сразу понял, что это бесполезно. Галли был натренированным и сильным, и против него шансов было крайне мало. Здесь силой было точно не победить.       – Ну что, слабачок? Куда тебе тягаться со старожилами? – Галли с силой оттолкнул парня от себя, заставив проехаться ногами по песку. Раздавшийся со всех сторон смех еще больше раззадорил его азарт. Вновь бросившись вперед и целясь в ноги, чтобы сбить парня, он просчитался – Галли легко оттолкнул его, заставив откинуться на парней, стоявших сзади. Подняв его на ноги, парни толкнули вперед.       – Сопляк, ты готов уже признать свое поражение? – пасуя перед парнем, поинтересовался Галли издевающимся тоном. Злость ударила в голову с утроенной силой, и он рванулся вперед, с силой толкнув Галли и тот упал на землю, только потому что не ожидал такой прыти от новенького. Радость, охватившая его, заставила повернуться к поверженному лицом, чтобы воодушевленно проорать о своей победе, и это была фатальная ошибка. Он даже не понял, как в очередной раз оказался на земле – просто ударился со всей дури головой об землю и на секунду все вокруг потемнело. Чей-то женский голос вдруг отчетливо произнес ему прямо в ухо:       – Томас.       И он сразу понял, как его зовут.       – Томас… – прохрипел он, пытаясь приподняться на локтях и сфокусировать свое зрение на рядом стоящих парнях, которые пока не понимали его радости. Кое-как поднявшись на ноги, он радостно заорал:       – Я вспомнил свое имя! Я – Томас!       Минутная тишина ударила по барабанным перепонкам, а затем Алби, вышагнув вперед, завопил:       – Томас!!       Со всех сторон посыпались поздравления и удивленные возгласы. Его имя передавалось из уст в уста, и каждый подходил, чтобы поздравить его со вспомнившимся именем. Фрайпан тут же втиснул ему в руку банку с пойлом и Томасу ничего не оставалось, кроме как сделать глоток. Галли, впервые искренне улыбнувшись, шагнул к парню и пожал ему руку. Ньют хлопнул по плечу, чокаясь своей банкой с его. Алби с одобрением кивал, пропуская вперед парней, которые все рвались поздравить Томаса с вновь обретенным именем. Томас видел, как Света, мягко улыбаясь, скользнула вперед, стараясь подобраться к нему, как можно ближе…       Внезапно раздался истошный и жуткий крик, и на поляне разом наступила тишина. Неизвестное существо вновь заскрежетало, истошно вопя, а затем все стихло.       – Это что было? – севшим голосом произнес Томас и Алби, поморщившись, ответил.       – Это гривер.       – Не бойся. Эти стены не преодолеть, – Галли уверенно шагнул к нему, кладя руку парню на плечо, и гася его страх. Томас и за это его уже ненавидел – за то, что он разгадал его страх так легко и просто, словно всегда о нем знал. Галли же, отлипнув от брюнета, совершенно спокойно отправился по своим делам, перехватывая из чьих-то рук выпивку и спокойно делая глоток. Томас со злостью посмотрел ему вслед – как можно было на такой ужас ТАК спокойно реагировать?

***

      Света скользнула мягко, как тень, вдоль хижин, следуя за Томасом. В ее, слегка пьяной на ее же взгляд, голове не было даже четкого плана – она просто шла и шла, и шла за своей жертвой…то есть, за Томасом, даже не думая о том, что будет делать, когда она догонит его.       «Сначала бы поймать его», – недовольно подумала она, спотыкаясь о корень, растущий из земли. Она вообще не помнила, чтоб такое было в этой части лагеря и, недовольно нашипев на дурацкое препятствие, она продолжила свой путь. Русоволосая даже с трудом могла вспомнить, куда и зачем она шла и, если бы не маячивший впереди силуэт Томаса, она бы наверняка потерялась в этом своем странном пути.       Внезапно парень свернул куда-то в сторону и резко пропал из виду. Девушка остановилась, растерянно озираясь по сторонам, и пытаясь выцепить взглядом, куда делся Томас. Прижимая банку с напитком от Галли к груди, она выдохнула и наморщила лоб, пытаясь собрать расползающиеся в разные стороны мысли.       «Ооо, мозг прояснился…но думать – не могу», – мелькнуло в пьяной голове, и она потерла лоб, стараясь вспомнить, в какой стороне ее гамак. Из-за кустов раздалось шуршание, и она прищурилась, стараясь рассмотреть источник шума в кромешной темноте. Внезапно кто-то схватил ее за грудки, резко припечатывая к стене хижины так сильно, что она ударилась затылком. Острая боль, вперемешку с воспоминаниями о первом разговоре с Минхо пронзили голову, и надежда на то, что Минхо пришел освежить эти воспоминания, заползла в сердце. Ему ведь до сих пор не все равно…       – Света? – испуганный голос, раздавшийся совсем близко, вернул ее с небес на землю. Открыв глаза, она увидела перед собой Томаса, который крепко держал ее за кофту, прижимая к хижине.       – Привет, – хихикнула девушка, продолжая обеими руками прижимать к груди банку. – Как дела-а-а?       – Да это…все хорошо, – растеряно произнес Томас, наивно хлопая глазами. Света нашла это чертовски умилительным и расплылась в дурацкой, пьяной улыбке.       – Какой ты милы-ы-ы-й, – протянула она, делая шаг вперед и фактически повисая в руках Томаса. Если бы он до сих пор не держал ее, она бы наверняка упала, но ей было все равно на этот факт. Хотелось прижаться к нему поближе, вдохнуть его запах, обнять… Она только сейчас заметила, как они с Минхо были удивительно похожи: темные волосы, карие глаза, такой же насмешливо-испытующий взгляд... «Нет, это у Минхо такой взгляд же», – подумала девушка, чуть отталкиваясь от парня и пытаясь устоять на ногах самостоятельно. Томас, не ожидавший такого маневра и принимавший основной вес девушки на себя, резко дернулся, отступая назад. Кофту девушки он почему-то не догадался выпустить из рук, поэтому получилось, что он и ее дернул на себя. Жидкость, плескавшаяся в банке, радостно хлюпнула и вылилась наружу, запачкав и кофту Светы, и кофту Томаса.       – Ебана в рот! – прокомментировала русоволосая, глядя на расползающееся по одежде пятно. Томас шокировано уставился туда же, и Света, поудобнее перехватив одной рукой кружку, мягко обхватила его запястье свободной рукой. Заглянув ему в глаза, она четко, но достаточно мягко произнесла, – может, ты уже отпустишь меня?       – А, ой, – Томас тут же отдернул руки, словно ошпарил их кипятком и в смятении отступил назад. Света рассмеялась, глядя на его потерянный вид.       – Ты как маленький котеночек, ей-богу, – продолжая хихикать, она вновь сделала глоток из банки, совершенно позабыв о пятне на одежде. Томас на секунду завис от ее слов, видимо, отчаянно пытаясь понять, что они означают. Света уверенно шагнула вперед, вжимаясь в тело Минхо…но уперлась почему-то в Томаса. Пьяный мозг продолжал подкидывать ассоциативные образы, путая местами обоих парней в голове девушки. Томас не сопротивлялся ее действиям, не пытался отступить назад или любым другим способом показать, что ему неприятно, поэтому девушка продолжила начатое. Заглянув в любимые карие глаза, в которых она когда-то видела целый мир, Света сделала еще один крошечный шажок к Томасу и приподнявшись на цыпочки, осторожно прижалась его губами к своим. Брюнет даже не попытался отстраниться, просто замер на месте. Девушка первой подалась назад, заглядывая в глаза и мысленно спрашивая, все ли в порядке? Томас, словно прочитав ее мысли, утвердительно кивнул, притягивая девушку обратно к себе за талию. Их губы вновь соединились, и девушка положила свободную руку на щеку парня, целуя его. Пару минут они целовались на одном месте, просто наслаждаясь прикосновениями друг к другу: Света чувствовала, как руки Томаса скользят то по ее талии, то по спине, то ласково глядят ее шею и щеки. Она старалась не отставать, периодически выходя из оцепенения, вызванного приятным ощущением губ на своих, и тоже поглаживала Томаса то по плечу, то зарывалась рукой в его волосы, притягивая ближе. Их поцелуй стал жарче, глубже, и чем больше они погружались в совместное удовольствие, тем больше она расслаблялась в его руках. На секунду оторвавшись от губ русоволосой, Томас, держа ее лицо в своих руках, заглянул ей в глаза.       – Все хорошо? – уточнил он, явно беспокоясь и внутри девушки разлилось приятное тепло. Давненько о ней так не заботились…       – Все прекрасно, – искренне ответила Света, глядя сияющими глазами на парня. Впрочем, он вряд ли мог это видеть – вокруг была почти кромешная тьма и единственными двумя источниками освещения для них были звезды и маячивший вдалеке факел дежурного, ходившего туда-сюда у Лабиринта. Русоволосая на секунду отвлеклась, делая еще один глоток из банки, и Томас забрал у нее посудину, тоже делая глоток и тут же отставляя ее в сторону, прямо на землю. То ли алкоголь ударил им в голову с утроенной силой, то ли общая атмосфера располагала к этому, но Томас набросился на нее вновь. Страстно целуя девушку, свою, между прочим, наставницу, Томас сделал пару шагов вперед, прижимая ее спиной к хижине. Ей было сейчас наплевать совершенно, что их кто-то увидит, или что она может потерять свой наставнический статус в глазах не только Томаса, но и кого-то из соплеменников. Она просто хотела, чтобы это не заканчивалось, и чтобы руки Томаса также крепко прижимали ее к себе, а его губы все также раз за разом целовали ее собственные. И больше ей, действительно, ничего не нужно было сейчас.

***

      Голова кружилась от алкоголя и приятной усталости, и Томас рухнул в гамак, не снимая ботинок. Над головой сияли звезды, и брюнет с интересом уставился на них, разглядывая эту неземную красоту. Сегодняшний вечер в честь его прибытия прошел очень хорошо, и ему действительно доставляло удовольствие находиться здесь. Еще бы Галли зуб на него не точил…       Рывком сев в гамаке, Томас наклонился вперед, чтобы расшнуровать ботинки, и мир тут же заплясал вокруг. Его замутило и он, преодолевая тошноту, принялся ускоренно работать руками. Скинув наконец обувь, он рухнул обратно, борясь с желанием подняться обратно и очистить желудок. Ньют был прав – пойло у Галли было просто отменное. Отменное в его отвратительнейшей степени.       Мыслями парень вернулся к недавнему взаимодействию со Светой. Все-таки, она была очень красивой девушкой и Томас был невероятно удивлен, что она на него, такого странного, нелепого и нескладного вообще обратила внимание. Он-то думал, что она максимум исполнит свои наставнические обязанности и на этом все, а она…она так на него набросилась, что Томас такой настойчивости точно не ожидал. И теперь внутри него полыхали смешанные чувства: например, как ему вести себя с ней, учитывая все то, что произошло? Им все равно придется что-то придумать, обсудить без посторонних глаз…потому что, честно говоря, Томас вообще не был уверен, что это все правильно.       Но чем больше он в эти мысли погружался, тем больше его охватывала непонятная тоска, причину которой объяснить он сам не мог. Предаваясь своим не слишком веселым мыслям, Томас сам не заметил, как уснул.       Синий свет мерцал привычно и Томас не боялся его. Практически. Зато боялся, что его вот-вот поймают, а ведь у него была цель – дойти до зала с колбами. С колбами, в которых консервировались те, кого он знал не первый год. Бежать по коридорам было нельзя – он бы сразу вызвал подозрения. Чьи и почему – он не знал, просто понимал, что ему надо не останавливаться.       Внезапно из-за угла вылетело что-то и отбросило его назад…и в следующую секунду он оказался за столом, а перед его лицом маячили сенсорные экранчики. Откуда он знал, что они сенсорные – ну, он был уверен в этом. Чтобы подтвердить свою догадку, он коснулся пальцами одного из них и тот легко отозвался на проделанные манипуляции. Внезапно взгляд его расфокусировался, и он вдруг заметил сквозь один из экранов, что на него смотрит девушка. Брюнетка показалась ему очень знакомой и взгляд ее голубых глаз цеплял до глубины души. Прищурившись, он попытался рассмотреть ее лицо подробнее, но на плечо вдруг легко легла твердая рука и женский голос произнес: «Ты молодец, Томас».       А потом все исчезло и лишь эхом отдавался отчаянный зов: «Томас!».

***

      – Ну и что это было, позволь поинтересоваться? – насмешливый голос целительницы ворвался в ее сознание нещадной болью и Света, открыв глаза, тут же их закрыла. Несмотря на сумрак пещеры, освещение вокруг показалось ей слишком ярким и резко ударило в голову. Больше вокруг не раздалось ни шевеления, так что девушке пришлось напрячься и все же приподняться в гамаке, на котором она лежала. Пообещав себе, в случае резкого дискомфорта, закрыть глаза и лечь обратно, она осторожно приоткрыла глаза, максимально прищурившись. Но ничего страшного не произошло: ее не ослепило, не ударил в глаза ярчайший свет и вообще, все было с виду тихо-мирно. Оглядевшись, девушка заметила сидящую в гамаке напротив Ану, которая спокойно и методично наматывала себе бинт на руку.       – Ты че делаешь? – хриплым голосом поинтересовалась Света, и Ана, не поднимая головы, усмехнулась.       – Это я тебя спросить хочу, что ТЫ делаешь?       – А что я делаю? Я – ничего не делаю. Я сплю вообще, – русоволосая откинулась обратно в гамак, выдыхая. Ничего же криминального не произошло…?       – А я думала, мы сейчас пойдем снова штурмом брать хижину бегунов. Прямо, как вчера.       – ЧТО? – Света резко села в гамаке и тут же об этом пожалела – голова закружилась с утроенной силой. Потерев пальцами виски, она поморщилась, однако концентрацию на словах девушки не потеряла.       – Ничего, – все с той же противной усмешкой ответила целительница, продолжая распутывать свой бинт, и с каждым витком на ее руке он становился все больше. Свете очень хотелось закатить глаза максимально демонстративно, но она боялась, что тогда мир вокруг точно перевернется и, возможно, не один раз. – Просто отчаянно пытаюсь освежить твою память, чтобы понять, сколько процентов этого всего ты помнишь, а сколько нет. Ну, чтобы не шокировать тебя лишними подробностями.       – Давай. Давай самое страшное, что я сделала вчера, – со стоном откинувшись обратно в гамак, простонала русоволосая, и Ана издала какой-то неопределенный звук.       – Хватит, как горный сайгак туда-сюда скакать в гамаке.       – Ты не понимаешь…у меня горе…       – Какое горе? Похмелье у тебя, – твердо отозвалась целительница, поднимаясь на ноги и вручая подруге кружку с каким-то сомнительно пахнущим отваром. Света, прищурившись, глянула на шатенку с подозрением, но та не обратила на это никакого внимания, подхватывая бинты с гамака, в котором она до этого сидела, и складывая их в корзинку. Не оборачиваясь, но явно чувствуя взгляд русоволосой, Ана недовольно ответила, – пей давай быстрее, нас с тобой Алби ждет.       – Зачем? – едва не подавившись поданным отваром, спросила Света, и Ана покачала головой.       – Обсуждать твое непристойное поведение.       – Че??       – Через плечо. Ты вообще помнишь своим пропитым мозгом, что ты сейчас в роли наставницы?       – И? И ниче он не пропитый… – обиженно надулась Света, прихлебывая отвар.       – Ну да, заметно. Ты хоть в курсе, что вчера целовалась до одурения со своим подопечным?       – ЧЕГО? – все-таки подавившись, шокировано спросила Света, для начала откашлявшись. Ана наконец соизволила поднять на нее голову и в глазах у нее плясали хитрые черти.       – Значит, все-таки не помнишь…       – Если это сейчас была шутка, то крайне несмешная…       – Свет, какая шутка? Это я для тебя видимо какая-то шутка. Я уже спать собиралась вчера, никого не трогала, стелила себе в гамаке, и тут Чак прибежал в панике, говорит, нет ни тебя, ни Томаса. Он, естественно, грешным делом подумал, что вы в Лабиринт уперлись, но я его быстро разубедила, напомнив, что вы были у костра со всеми. Так что мы сходили еще за Ньютом и Галли, и отправились на ваши поиски по четырем сторонам. Мне повезло больше всех, я вас первыми нашла. Еле отцепила вас друг от друга. А потом ты еще решила, что надо прямо сейчас бежать и мириться с Минхо, и мне стоило больших, просто невероятнейших усилий тебя затащить в нашу палатку, пока ты глупостей не наделала. Ну, собственно, вот сейчас мы в этой жизненной точке с тобой и находимся.       – Еба…вот я дура, – горестно вздохнула Света, в прямом смысле хватаясь за голову. Ана покачала головой, недовольно поджимая губы и бросая русоволосой ее кофту.       – Да расслабься ты, никто, кроме меня, этого пиздеца не видел. Но ты поаккуратнее бы с этим была…заиграешься. Будешь, как между двух огней, метаться постоянно, ничем хорошим не закончится. А сейчас одевайся и пошли уже, потом предашься самобичеванию. Алби уже наверняка заждался.

***

      Томас проснулся от того, что кто-то больно ткнул его под ребра. Дернувшись в гамаке, он едва не заорал, но кто-то плотно закрыл ему рот рукой, предвидя такой вариант. Брюнет поднял глаза и увидел перед собой Алби, который нависал над ним, приложив палец к губам.       – Тихо, не кричи только. Пойдем, – махнув рукой, призывно произнес лидер лагеря и отошел в сторону, дожидаясь, пока парень последует за ним. Томас, непонимающе моргнув, все же сел в гамаке и покрутил головой в поисках своих ботинок. «Интересно, что случилось? Может, ему Галли опять в чем-то настучал на меня?».       Алби терпеливо ждал его у выхода из хижины и, когда Томас наконец подошел к нему, они вместе направились в неизвестном направлении. Лидер Глейда был непривычно молчалив и задумчив, и брюнет не мог не задаться вопросом, что заставило Алби так глубоко уйти в себя. Но что-то внутри подсказывало, что все дело нем, в Томасе.       Остановился Алби перед входом на общую поляну, под деревьями, и Томас заметил вдалеке несколько силуэтов. Но лидер не дал ему сосредоточиться на рассмотрении тех, кто стоял в отдалении – сразу начал говорить.       – Сейчас все с виду более-менее спокойно, да? Но так было не всегда. Мы многих потеряли из-за паники и страха. Но сумели установить порядок лишь со временем.       Томас непонимающе нахмурился, пытаясь понять, к чему клонит Алби.       – Зачем ты мне это говоришь? – растеряно уточнил брюнет и Алби посмотрел на него с легким прищуром, словно взвешивая, стоит ли говорить то, что он задумал сказать.       – Потому что ты не такой, как другие. Ты – любознательный. Но сейчас ты…один из нас. И ты должен понять, что это значит.       Непонятно откуда в руке Алби возник острый нож и Томас удивленно смотрел, как парень вкладывает его в ладонь брюнета. Не понимая, что это значит и что с этим нужно делать, парень удивленно посмотрел на Алби и тот кивнул в сторону маячивших у стен Лабиринта силуэтов. До конца не понимая, правильно ли он действует, Томас шагнул вперед, неуверенно обернувшись на Алби и тот ободряюще кивнул. Всю дорогу до Лабиринта, Томас шел, как околдованный, пытаясь понять, что происходит. Наконец он смог разглядеть стоявших рядом с каменными стенами: это были Ньют, Ана и Света. Они все доброжелательно улыбались, словно были искренне рады видеть парня, и тому стало немного стыдно, что его так радушно встречают.       – Привет, – Ньют первым поздоровался с парнем и девчонки просто доброжелательно кивнули брюнету. Томас неуверенно поднял руку в приветственном жесте, совсем позабыв, что в ней был нож.       – Э-э, а что происходит? – осторожно поинтересовался он, неловко улыбаясь и блондин махнул рукой, зазывая его за собой.       – Пойдем, покажем тебе кое-что.       Томас поймал на себе настороженный взгляд Светы и его слегка пробрало от вчерашних воспоминаний. Ее настойчивые, уверенные поцелуи он ощущал до сих пор на своих губах, и голова слегка кружилась от какого-то нового, волнительного чувства.       Ньют, тем временем, не обращая внимание на переглядки новоиспеченной наставницы и ее подопечного, подвел свою небольшую компашку к стене Лабиринта. Томас пригляделся и заметил, что на каменном полотне были нацарапано большое количество имен, а некоторые из них были вовсе зачеркнуты. Удивленно приподняв бровь, он повернулся к блондину и уточнил:       – Что это?       – Наши имена, – подтвердив догадки брюнета, произнес Ньют, с ностальгической нежностью оглядывая стену. – Обозначение, что мы были.       – А те, что зачеркнуты…?       – Погибшие, – Ана поджала губы, впервые за утро подав голос и поддерживающе положила руку на плечо Ньюта. Они многозначительно переглянулись и Томас почувствовал зависть к тому слаженному пониманию друг друга без слов, которое существовало между этими двумя. Интересно, у него когда-нибудь будет такая же крепкая связь с кем-либо…?       Мельком глянув на Свету, которая почему-то рассматривала траву под ногами, вместо стены, Томас шагнул вперед и уперся кончиком ножа в камень. Подняв взгляд, он наткнулся на выбитые рядом друг с другом имена Аны и Ньюта, и улыбнулся. «И здесь вместе», – мелькнуло у него в голове.       Теперь и ему предстояло оставить свой след в истории жизни Глейда.

***

      – Ана! – голос Томаса прозвучал неожиданно из-за спины, заставив целительницу остановится прямо у входа в пещеру целителей. Удивленная его появлением, она вопросительно приподняла бровь, глядя на запыхавшегося парня.       – За тобой прям не угонишься, – тяжело дыша, брюнет уперся руками в коленки, и Ана усмехнулась.       – Мда, а как ты бегуном быть собрался, если даже меня догнать не можешь?       – Не знаю. Что-нибудь придумаю, – вполне себе честно отозвался Томас, и целительница уважительно посмотрела на него. «Неплохая смелость для новичка», – удовлетворенно подумала она, внимательно глядя на него.       – Так что ты хотел от меня?       – А, да, – вспомнив, зачем вообще явился, Томас произнес слова, которые тут же заставили шатенку насторожиться, – у тебя есть какие-нибудь травы для хорошего сна?       – А что такое? – тут же вопросом на вопрос ответила Ана, прищурив глаза. Томас пожал плечами.       – Плохо сплю, сны снятся странные.       – Сны, значит…ну пойдем, – она развернулась и отодвинула зеленый полог, закрывающий вход в пещеру. Изо всех сил целительница старалась не подавать виду, как сильно ее удивили слова парня. Никому, кроме нее, здесь не снились сны и это явно что-то, да значило. Хотя такое близкое «родство» именно с Томасом ее почему-то не обрадовало.       Указав парню на гамак для посетителей, девушка ушла искать в расщелине нужные травы, попутно лихорадочно соображая, как лучше всего спросить про содержимое снов, но так, чтобы не выдать себя. Если она увидит там хотя бы минимально схожие черты того, что ей самой снится, то это будет означать, что они точно прибыли из одного места. И с этим можно будет уже работать.       – Так, вот эти выпьешь днем, а эти перед сном прямо, – девушка протянула парню два пучка растений, и Томас удивленно вытаращившись на это, осторожно принял из ее рук травы.       – В смысле выпью…?       – В том смысле, что возьмешь горячую воду с костра, зальешь траву кипятком, дашь немножко настояться и выпьешь. Это называется «отвар».       – А, в этом смысле… – протянул Томас, послушно кивая. – Ладно, хорошо, спасибо тебе.       – Ты только далеко не убегай пока что, – остановила целительница парня, который собрался было уже уходить, и он плюхнулся обратно в гамак. Целительница села в гамак напротив, наклонившись вперед и глядя парню в глаза.       – Расскажи, что ты помни…что тебе снится?       – Ну, я помню, что мне снилась какая-то лаборатория, и девушка странная…она звала меня по имени. И ощущение, что я когда-то очень хорошо ее знал, но не могу вспомнить, откуда. По большому счету, это все.       – А синий свет везде помнишь? И какие-то колбы, где люди тонули…? – задумчиво спросила шатенка, совершенно позабыв, что ей не стоило выдавать свою теорию о том, что снящиеся сны – это воспоминания. Впрочем, Томас этого совершенно не заметил.       – Да, такое тоже было. А что, тебе тоже…?       – Нет, просто слышала от кого-то. Давно, – совершенно спокойно ответила целительница, скрывая ту эмоциональную бурю внутри, которая у нее разыгралась. Томас понимающе кивнул.       – Ну, я пойду?       – Да, давай, – рассеяно ответила Ана, глядя перед собой. Лишь в последний момент она очнулась и окликнула парня. – Томас?       – Да? – брюнет с готовностью повернулся к ней, и она твердо произнесла, – никому не говори про сны. Пожалуйста.       – Да. Конечно, – парень согласно кивнул и покинул пещеру, оставив целительницу наедине с ее размышлениями.