Сын папиной супруги

      Когда Феликс вышел из машины поприветствовать друга, Джисон пораженно спросил:       — На каком факультете учится твой сводный брат?       — Он не мой сводный брат, — цокнул Хенджин, но тут же ответил: — На юридическом.       — Это многое объясняет… но тебе не кажется, что у них на юридическом, кроме экзаменов, есть еще и фейс-контроль? Ты посмотри на них, они ж как братья…       Хенджин хмыкнул. Он не мог сказать, что они так уж похожи… но они и правда оказались похожи: оба очень привлекательны… и оба коротышки.       У Хенджина есть свой идеал мужчины. От внешности там немного: более-менее привлекателен, и этого уже достаточно, но есть один неоспоримый пункт — рост.       — Они не в моем вкусе. Оба, — уверенно сказал он.       — Для того, чтобы найти в этой стране себе парня, тебе нужно либо понизить стандарты, либо отрезать сантиметров десять роста, а то так и помрешь одиноким, — механически ответил Джисон.       Друг Феликса подошел вплотную к машине, и оба замолчали. Парень широко распахнул дверь и доброжелательно улыбнулся:       — Привет, меня зовут Минхо, мне двадцать лет.       Они представились, Минхо занял свое место спереди и теперь они уже не молчали, как было по дороге сюда.       Нельзя сказать, что друг Феликса был так уж разговорчив, скорее он умел поддерживать диалог. При условии, что как раз Джисон весьма болтлив, говорили в основном они вдвоем. Хенджин, сидящий за Минхо, по диагонали смотрел на Феликса. Точнее, на его руки. Замечание Джисона заставило обратить внимание, а после он… ну, немного залип. Феликс высоко закатал рукава, уверенно крутил руль… выступающие вены, напряженные мышцы, четко очерченные костяшки. Сразу вспомнилось, как он этими руками собирает мебель…       — А ты, Хенджин, куда планируешь поступать? — вывел его из состояния транса голос Минхо.       — Я? Не знаю еще, — признался он.       Когда-то планировал на дизайнера интерьеров. Потом появилась Диана, и эта профессия попала в черный список — не хотелось, чтобы хоть кто-то подумал, что он идет по стопам любовницы отца.       — Решай скорее, — посоветовал Минхо. — Хотя я тоже выбрал в последний момент. Думал, что поступлю на ветеринара, а в итоге вот занесло в юридический.       — Ветеринара? — удивился Феликса. — Как ты мог спутать две настолько разные профессии?       — Ну, я всегда любил животных и не особо любил людей. Думал, что стану хорошим ветеринаром. Потом узнал, что на практике нужно принимать роды у коров… а еще — быть милым с хозяевами питомцев. И решил, что лучше пойду на юридический, закончу его и стану прокурором. Буду обвинять плохих людей. Как-то так.       Джисон удивленно протянул:       — Как ты вообще умудрился после подготовки на ветеринара поступить на юриста?       Минхо спереди чуть пожал плечами:       — Я не заметил особой разницы. Феликс, готовься поворачивать на следующей развилке.       Хенджин не мог сказать наверняка, покинули они черту города или нет. По обеим сторонам от дороги все также тянулись здания, были даже вполне уютные улочки. Когда Феликс свернул в нужную сторону, они вообще поехали по не очень широкой улице, где все первые этажи зданий были заняты какими-то коммерческими помещениями — кажется, в основном магазинами. Но сами здания такие огромные…       — Это район с местным производством, — объяснил Минхо. — Лет десять назад государство раздавало гранты для малого и среднего бизнеса, который занимается ручным или как минимум частично ручным производством. И в ходе получения гранта давались помещения под производство. Как легко догадаться, давать помещения в разных частях города никто и не собирался, так что мы все собрались здесь. Больше всего в округе швейных цехов, здесь делают почти половину всей одежды для корейских брендов. А напротив нас есть гончарная мастерская — посуда ручной работы стоит, конечно, неприлично дорого, но красива безумно.       — Посуда? — удивился Феликс. — На заказ работают?       — Процент по гранту не слишком милостив, — хмыкнул Минхо. — Тут кто угодно работает на заказ, если ты хорошо заплатишь. Там делают фарфор, но могу посоветовать еще тех, кто работает со стеклом.       Феликс радостно заявил:       — Ты прям находка! Давай сначала к вам, потом и за посудой, и за бокалами.       — Зачем тебе? — удивился Джисон. — И мебель, и посуда…       Ответил Хенджин:       — Диана делает не только разработку интерьера, но и дорогие заказы, с помещениями экстра-класса, где нужны единичные вещи, чтобы на заказ и больше ни у кого не было.       — Очень богатые люди любят очень хорошие материалы, а с ними работать умеет не каждый, — подтвердил Феликс. — В Австралии у нас были свои поставщики, а здесь мама пока не берется за свои самые любимые заказы, потому что не нашла еще поставщиков.       — Мы приехали, — остановил их разговор Минхо.       У мебельной мастерской была витрина: белый короб с одной стеклянной стеной, внутри — бархатный розовый диван и столик на высокой резной ножке. А вот входная дверь закрыта на кодовой замок и домофон. Это не бутик в полной мере, но для того, чтобы попасть внутрь, встречу нужно назначать. Минхо открыл дверь сам, впуская их внутрь. Пахло деревом, кожей и едва ощутимо — чем-то химическим. Их встречал отец Минхо.       То, что это именно его отец, было слишком заметно: они очень похожи не просто внешностью, мужчина даже улыбнулся так же, про интонации и говорить не стоит — по голосу их легко спутать. Хенджин не сразу понял, что его смутило. Потом только осознал: господина Ли можно назвать даже старым. Судя по всему, Минхо — поздний ребенок. Поздний даже по меркам Кореи, а ведь для Хенджина вообще непривычно было видеть слишком взрослых родителей. Он родился, когда папе было двадцать один. А Феликса мама родила вообще в девятнадцать. Их родители выглядят молодо, в отличие от родителей большинства их ровесников.       Мебель выставлена не как в обычном магазине: все разномастное, многое явно специально для демонстрации форм. Но Хенджину прям понравилось одно кресло в углу. Оно было сделано из кусочков кожи — такой кожаный пэчворк. Смотрелось необычно: кусочки разные по текстуре и цвету, да линии их сшивания настолько хаотичны, что это увлекает. Форма только у кресла не такая, как нравится Хенджину: слишком широкая сидушка и короткая спинка.       — Нравится? — раздался за спиной голос Феликса.       Хенджин вздрогнул, поворачиваясь. Минхо с папой и Джисон остались в другой части выставочного зала, что-то смотрели на высоком столе с образцами.       — Не совсем, — ответил Хенджин. — Нравится печворк, не нравится форма.       — У семьи Ли явно не очень много качественных заказов, выставочные образцы делают из того, что подешевле. Но трудолюбие удивляет — сшивать кусочки кожи… человек действительно любит свою работу. А какое кресло нравится тебе по форме?       Хенджин смутился еще больше — личные вопросы его скорее пугали. Он привык, что они с Феликсом просто живут в одной квартире, как соседи элитного общежития. И открываться ему было… непривычно.       — Уютные, — ответил Хенджин. — Чтобы сесть с книгой и утонуть. Да и кожа, если честно… холодная.       Феликс улыбнулся и кивнул. Он прошелся мимо стены — там стояло несколько кресел разных сложных форм. Остановился у немного старомодной модели, с высокой спинкой и такими же высокими подлокотниками.       — Вот эту форму можно расширить и сделать мягкую обивку. Какой цвет?       Хенджин подошел ближе, помолчал, рассматривая образец, и ответил уклончиво:       — Я пока не решил, в какой цвет хочу выкрасить ту комнату.       — А что ты там вообще планируешь сделать? Явно же не гардеробную…       Хенджин бросил на него быстрый взгляд, но все же ответил, хотя и не особо хотелось признаваться:       — Мастерскую и библиотеку. Я люблю читать и рисовать. Хотел поставить мольберт у окна и кресло с торшером для чтения.       — М-м-м… тогда можно дальнюю от окна стену выкрасить в темный цвет, а все остальные — в светлый. И всю мебель из светлого дерева, а кресло, торшер и столик к нему — из темного… тогда получится разделить комнату на две зоны — для творчества и для уютного чтения.       Хенджин прикусил губу. Он и сам хотел что-то подобное, и было обидно, что именно Феликс озвучил это вслух.       — А что не сказал сразу? Мы бы с мамой все сделали…       Хенджин недовольно дернул головой, а после дерзко спросил:       — Почему ты вообще все это сам делаешь? Явно ведь не бедствуешь, чтобы самому полки собирать…       Феликс пожал плечами:       — Работа руками меня успокаивает, так что это скорее хобби. К тому же, у других людей я сбором шкафов не промышляю. Мне нравится знать, что в моем доме я многое сделал сам. Господин Ли! Хочу еще один заказ, но пока каркас, детали вечером вышлем, хорошо?       — Я не просил тебя заказывать мне кресло! — возмутился Хенджин.       — Зачем тянуть? — обернулся к нему Феликс. — Такие вещи вручную за пару дней не делаются, — и тут же направился обратно к папе Минхо, говоря на ходу: — Нам вот эту форму, только можно увеличить, сделать больше мягкости, а еще сиденье подушкой… понимаете о чем я?