Его сердце

Оставшиеся два месяца лета пролетели, не давая ухватиться за уходящие дни. Жара на улице спадала, постепенно уступая все холодающему ветру. Новый учебный год в университете Пальметто. Первая неделя традиционно наполнила корпуса и всю территорию заведения оранжевыми оттенками. Снова втягиваться в учебу. Прием новичков, окончившийся попойкой в полуподвальном зале с Лисицами и всеми, кто хотел участвовать в этом мероприятии. Эндрю и Нил практически сразу ретировались. Аарон сидел с Кейтлин в стороне, что-то шепча девушке на ухо и вызывая у нее смешки. Ники активно разбалтывал новичков. 6 парней и 3 девушки. Интересные ребята со своими историями. Двое сторонились остальных, то ли стесняясь, то ли не желая налаживать контакт. Судить их было не за что, у каждого в этой команде есть свои проблемы и свой прошлый опыт, травмы и свои скелеты в шкафах. Старшекурсники, сидевшие неподалеку, оторвались от разговора, здороваясь и перекидываясь фразами с вновь подошедшими знакомыми. Хэммик улыбался, ему было весело и радость. Новые люди, новые лица. Было куда выпустить позитив. Он залпом опрокинул свой стакан с алкогольным содержимым и чуть не выронил его из дрогнувшей руки. Пальцы скрючились, а кислород словно перекрыло. Внутри раздалось пара ударов гонгка, что эхом отразились в голове и ушах, закладывая их. Ники как рыба открыл и закрыл рот, чувствуя, как под левой лопаткой лавой разливается ноющая боль. Не острая или резкая. Наоборот, медленно наползающая и тянущая. Когда ему наконец удалось вздохнуть, Ники аккуратно поставил стакан на столик. Кажется, даже никто не заметил его колебаний. Возможно, это внутри него прошла вечность без дыхания, а в реальном мире лишь какие-то мгновения. Ники быстро вернулся в разговор, продолжая смеяться и солнечно улыбаться всем стоящим рядом. Наверное, его заминка была бы чем-то неважным, о чем можно было бы сразу же забыть, если бы не боль. Ноющая боль, что не просто не исчезла, а словно продолжала расползаться по грудной клетке, расширяя свои границы растекающимся пятном. *** Слабость всё чаще настигала его, тыкая носом в собственную немощность. Недосып, с которым он раньше прекрасно справлялся, выпивая таблетку от головы и закидываясь чем-нибудь вкусным. Лучше всего сладким. Сейчас эти методы перестали спасать. Только вот почему? Словно его внутренности сделали виток и сейчас отказывались принимать "откуп за плохое обращение". Его натурально тошнило от недосыпа, а в глаза закидывали блестки так, что приходилось долго промаргиваться. -"Странно, но не критично" - упроно говорил он себе - так было, когда они жили с близнецами в Колумбии и приходилось батрачить на нескольких работах, чтобы обеспечить им хоть сколь удобную жизнь. Все хорошо, он справиться! Просто как будет возможность, надо хорошо отоспаться и отдохнуть. *** Одышка… Одышка при чертовых пробежках и долгих тренировках обжигала его лёгкие и драла горло. -"Да что за херня?"- непонимающе думал Хэммик, пока хапал воздух в перерывах. В какие-то моменты он просто не мог отдышаться, словно кислород перекрывали вентилем, пропуская его тонкой струйкой. Ники натурально не знал что это и что с этим делать, но к Эбби идти было нельзя. Абсолютно точно нельзя. Если она узнает, что с ним что-то не так на поле не выпустит. Если его не выпустят на поле, значит появилась проблема. А Николасу не хотелось быть проблемой. Да к черту, он лучше побреется налысо, чем снова будет доставлять проблемы и заставлять волноваться за себя. Поэтому он терпел. Терпел, когда жгло тело. Терпел, когда ноющая боль в груди возвращалась. Терпел головные боли и слезящиеся от искор глаза. Терпел и улыбался. И никто не мог заподозрить фальш его улыбки. Нет. Не так. Его улыбки как раз таки старались быть искренними и дарить позитив окружающим, но вот боль, которая хранилась под ними, тонкими трещинами расползалась внутри. Терпел до окончания тренировок, чтобы скрыться в душевой кабинке и сползти по нагретому каплями кафелю. Чтобы позволить себе стянуть улыбку и глубоко дышать, заглушая надрывность вдохов ладонью и шумом воды. В эти моменты он мысленно благодарил Ваймака и его решение поставить в душевой отдельные кабинки, был готов денно и ночно молиться о его благополучии, нервах и зарплате. Гипоксия как приходила, так и уходила. Резко и неожиданно. Нарастала гулом в груди и сходила, стоило ступить под горячие капли, зажмурить глаза и через силу полной грудью набрать влажный воздух в легкие. Возможно, это была психосоматика, но ощущение облегчения походило на то, когда заболеваешь и дышишь над картошкой или просто горячей водой под полотенцем. Пар обжигал слизистые, но вместе с этим дышать становилось свободней и глубже. Глупые сравнения, глупые воспоминания глупого человека… *** -Николас- окликнул его староста группы, когда Ники собирался выйти из аудитории. Пары на сегодня закончились, оставалось лишь заглянуть в библиотеку. -Да? -Хэммик не очень любил этого парня. Слишком напыщенный и горделивый, слишком властый и прагматичный. Его пренебрежительный взгляд часто застывал в нахмуренных бровях, очерченных прямоугольной оправой очков. Черные короткие волосы зачесаны и уложены. Недовольный вздох. -Ты останешься здесь. У нас скоро закрытие проекта, а если ты помнишь он очень повлияет на рейтинг групп. Твои результаты в последнее время упали и не надо переносить свои личные проблемы в учебу. Ты подводишь всю группу своим ребячеством. - спокойно выдал Джарет, а именно так звали этого парня. -Личные… проблемы? - непонимающе переспросил Ники. Широко открытые в удивлении глаза смотрели на тяжело вздохнувшую фигуру. -Николас, что за детский сад? - брюнет потёр переносицу двумя пальцами, прикрыв глаза, словно ужасно раздражен и устал от глупости, стоящего перед ним, парня- Мне нужно говорить очевидные вещи? Понятно, что ты таскается за своими братьями, типо вы крутая компашка и все такое, но сейчас это не актуально. Все уже в курсе и прекрасно видят, что ты просто вешаешься и достаёшь их. Один с “королевой” болельщиц в отношениях, второй бегает за этим рыжим, как его там, Нил вроде. Вообщем. Может хватит? Вместо того, чтобы заниматься бесполезными вещами, ты наконец возьмешься за голову. Николас, ты не нужен им, пойми уже и прекрати… Ники не слышал, что дальше говорил Джарет. Он бежал. Бежал. Бежал. Сам не понял в какой момент изо рта вырвалось ругательство, ноги развернули его и понесли по коридорам. Кажется, староста даже что-то кричал ему в след, но набатом в его ушах раздавалась одна лишь фраза. “Ты им не нужен.” -Я знаю! “Не нужен” -Знаю! -Не нужен…” -Знаю! Знаю! Знаю! Знаю как никто другой!- в ярости шептали его губы, пока несущееся тело сталкивалось с людьми в коридоре. Из удивленных вскриков, кажется, сознание даже выцепило знакомые голоса, но сейчас это не волновало. Его ничего не волновало, кроме боли в груди и похоронного набата в заложенных ушах. “Вместо того, чтобы заниматься бесполезными вещами… Бесполезными… Бесполезными… Верно, он бесполезен. Бесполезен и не нужен. У них своя жизнь, у него своя. Он им не нужен. Они могут сами позаботиться о себе, они могут жить как хотят и Ники им не нужен… Не нужен… Не нужен… Не нужен….” *** Он не знал сколько несли его ноги и куда, но когда поднял голову, то увидел стены Лисьей Башни. В общежитии было не много народу из-за учебного времени. У большинства студентов в это время еще были пары. Уперев руки в колени, Ники пытался отдышаться. Легкие горели, как и ноги, а слезы начинали душить. От кома в горле затошнило. Когда дыхание немного выровнялось, Хэммик выпрямился и сжал ремешок сумки. Зашел в общежитие и направился в душ. Теплые капли приятно стекали по телу, в голове туман, а сам Ники, словно в прострации. Тело слегка покачивало. Он вздохнул, закрыл кран и обтерся полотенцем. Надел чистые трусы, нагнулся за футболкой и сознание сначало поплыло, а затем покинуло его голову. На плитку с тихим ударом упало бесчувственное тело. *** Хлопнувшая дверь заставила парня поморщиться и разлепить глаза. Хэммик попытался двинуться, но как только он почувствовал тело, его тут же обдало холодом, саднящей болью и скованностью. Ники поднес руку к лицу. В глазах двоилось и он прикрыл их ладонью. Лежать на остывшем полу не самое приятное занятие, а падать на него в обмороке и того хуже. Голова не болела ровно до того момента, пока Хэммик не пошевелил ей. Шею и место удара прострелила резкая боль. -Сколько время?- губами спросил он в пустоту комнаты и зажмурился. Глубоко вздохнул, собираясь с силами и вставая. Благо из-за небольшого расстояния удар получился не сильный и крови не было, но место соприкосновения дико болело. Парень обвел взглядом комнату и посмотрел в зеркало. Совершенно обычный. Только глаза красные и на щеке помятый след от плитки. Осторожными движениями Ники оделся и вышел из ванной. -О, так ты дома уже! Я зашел, тишина, подумал ты на парах еще. У вас вроде как проект там. - радушно выдал Бойд, показывая свою осведомленность. Ничего удивительного, Дэн состояла в одном кружке с Джаретом и часто контактировала с ним. Конечно, Мэтт будет знать о подобных вещах.- А ты я гляжу на троне прикемарил- хмыкнула парень, указывая на щеку Ники. -Типо того- улыбнулся Хэммик. Не говорить же, что его просто отрубило от реальности. -Кстати, сегодня тренировка будет раньше из-за сеансов с Би. Нас теперь больше в команде. Чтобы всем успеть пройти. В следующем семестре, возможно, будем ездить по три человека. Ники кивнул и завел разговор на отдаленную тему… *** Насколько бы Ники не отодвигал это, но ему нужно было в больницу. Хотя бы проверить голову из-за недавноего падения. Это уже конкретно не шутки, а если он добегается и свалиться в обморок на матче? Скоро начало осеннего сезона и он не мог позволить себе дать слабину. -Мистер Хэммик- обратилась к нему молодая девушка в белом халате за стойкой регистрации- пройдите в 114 кабинет, это на втором этаже. Доктор Гордон ожидает вас. -Да, спасибо- одаривая милую девушку улыбкой, Ники направился в нужную сторону. После опроса, его осмотрели и выписали направление на МРТ и другие анализы. *** Прошло несколько дней после сдачи и вот он снова здесь. Снова этот белый кабинет. Снова зеленые растения в горшках на подоконнике. Снова органайзер на столе рядом с подставкой для амбулаторных карт. Снова идеально белый халат поверх темно-синего хирургического костюма. -Мистер Хэммик- обратился к нему Гордон с дежурной улыбкой на лице- с вашей головой все в порядке, на МРТ нет никаких признаков травм. -Это же замечательно. - улыбнулся ему Хэммик и тут же одернул себя, поняв что мужчина не договорил. -Да, вы правы, но меня беспокоит другое. А именно анализ крови. Ваш СОЭ превышает 55 мм/час, а гемоглобин и лейкоциты упали довольно низко, так же еще несколько пунктов. У меня имеется несколько не самых приятных предположений по этому поводу, поэтому назначу вам дополнительные анализы и исследования. При необходимости перенаправлю к другому специалисту.- мужчина устало вздохнул. Дежурная улыбка куда-то испарилась, сменяясь серьезным, чуть хмурым выражением лица. -Да, конечно, но, что именно? Какие предположения?- Ники чувствовал как руки начинали дрожать, а в голове зароились мысли. Много мыслей одна хуже другой. -Я предпочитаю не говорить того, в чем не уверен, поэтому как либо утверждать не буду. Это просто пояснение для чего необходимо досдать анализы и надеюсь, что мои предположения не оправдаются. Ники понимающе кивнул, смотря в глаза доктора. Взгляд голубых, даже скорее синих, глаз Гордона был открытым и пронзительным, изучающим и понимающим. Взгляд человека, готового сделать все, что будет в его силах и даже больше. Ники улыбнулся мужчине. -Спасибо, доктор! Что мне нужно будет пройти? -Прежде чем я выпишу направления, могу провести опрос и осмотр повторно? -Да, конечно.- чуть склонив голову на бок, согласился парень. Гордон подвинулся вперед на стуле, ближе к компьютеру и открыл необходимую программу. Идеально белый лист лег рядом с его рукой, словно сливаясь с халатом. -Итак, начнем.- вновь поднял на него синиме глаза мужчина- Николас, как давно вы страдаете головными болями и как часто они проявляются? - с ходу начал он, от чего Ники даже немного стушевался. -Нуууу, вообще давно- мысли судорожно заметались, в поисках ответа. Он одернул себя- “Зачем ты пришел к врачу, если сразу начинаешь юлить?!”- закусив внутреннюю сторону щеки, Хэммик вздохнул и сжал кулаки- “Соберись! Об этом никто не узнает. Врачебная тайна, помнишь, есть врачебная тайна, это никуда не уйдет, тебе нечего бояться! ”- успокаивал себя парень, а Гордон терпеливо ждал, не отрывая взгляд от пациента- Еще с детства. Из-за… гмх… Проблем в семье было очень… напряженно, я бы сказал. Болеть начинало, когда переутомлялся. До подросткового возраста меня это не особо смущало и дискомфорта практически не было- “Конечно, дискомфорт от множественных синяков был сильнее, особенно когда любое движение приносило боль, головная уходила на второй план”- с недавнего времени начали усиливаться. Прям до звона в ушах- непонятно, нормально ли он объяснял свои ощущения, но мужчина лишь кивнул ему и сделал запись на листке. -Хорошо, я понял. Тогда пойдем дальше. При физ.нагрузках есть одышка? Бывает такое, как будто дыхание перекрывает или воздуха не хватает?- внимательно смотря на пациента, Гордон чуть склонил голову на бок и, видя в ответ кивок, вновь чиркнул что-то на листке - Сколько примерно вы спите. Ночью, днем? -Ночью когда как, учеба, все такое. - лукаво пожал плечами парень - Днем редко сплю. -Хорошо. Усталость в последнее время? Гипотония? -Да. Не знаю. Вроде нормально. Не чувствую, чтобы прям слабость в мышцах была. Просто быстрее устаю. От усталости бывает голова кружится и подташнивает. - Ники говорил нехотя, стараясь подбирать слова и держать себя в дрожащих руках. -Вы испытываете неприятные ощущения или боль где-то помимо головы? Ники боялся этого вопроса. Боялся этой ноющей лавы внутри него и боялся того, чем могла быть эта лава. Видя ступор пациента, Гордон кивнул. -Где конкретно? -Слева в груди и как будто в лопатке. -Какой конкретно характер боли вы испытываете? -Ноет. Как будто приставили тупой предмет и вдавливают, прокручивая. А еще тянет. -Эти ощущения на постоянной основе или в определенные моменты? -Часто. Когда нервничаю или после тренировок. -Понятно. Дальше шел еще длинный список вопросов с уточнениями и длинные ответы Николаса. Затем осмотр. Стандартные ухо, горло, нос, глаза. Общее состояние. Затем его уложили на спину, прощупали живот и простучали грудную клетку. Лицо Гордона практически не менялось. Лишь изредко хмурились брови или двигались мышцы челюсти под медицинской маской. Наконец все было закончено и ему протянули бланки теплых, только что распечатанных, направлений. -Чтож, это все, на направлениях указаны кабинеты и часы их работы. Как только все результаты будут готовы, я назначу дату приема и вам позвонят из регистратуры. -Благодарю- кивнул, улыбнувшись, Ники и вышел с кабинета. Тело била дрожь, а сердце колотилось в груди. Страх. Страх. Страх. Он в жизни никому столько не рассказывал о своем здоровье, даже Эбби, хотя она тоже медик. Впрочем, Эбби-это Эбби. Ей и не надо знать. Ники направился в сторону уборной, а зайдя, закрылся в кабинке. Он поднял трясущиеся руки к лицу и вжал основания ладоней в глаза. -Тихо, Ники, тихо. Все ок. Слышишь? Все нормально. Ты сдашь все анализы, придут результаты. Ну будет там какое-нибудь ВСД. Симптомы то общие. Просто недомогание. Может подцепил какую-нибудь заразу и все будь нормально. Пролечишься и все будет хорошо. Верно же? Верно. Так Хэммик, отставить истерию. Ты справишься! Ты сможешь! Где наша не пропадала! - Ники шлепнул себя по лицу, взъерошил волосы и вздохнул. Перекинул через плечо, сброшенную на пол, сумку, в которую впихнул на ходу документы. Вышел из кабинки. С отражения на него смотрели хмурые карие глаза и растрепанные кудрявые волосы. Из-за напряжения в сжатой челюсти на шее выступили вены. Ники подошел к раковине, отоплоснул лицо и обратил внимание на свои ладони. Как маленькие полумесяцы синели на них полоски от ногтей. Страх… Николас вздохнул, посмотрел в глаза своему отражению и улыбнулся. Заправил прядь волос за ухо, кокетливо подмигнул зеркалу и направился в регистратуру, а затем и на выход из больницы. *** Ему даже не приходилось специально прятаться от кого-то. С Эндрю, который мог что-то заподозрить, они теперь живут в разных комнатах. Аарон часто погружен в учебу, а по вечерам они все так же играют в приставку. Кевин по большей части волновало только экси, а на тренировках Ники старался исправно присутствовать, что усугубляло учебу, ведь приходилось уходить раньше с пар, получая недовольные взгляды Джарета. Но Николаса это не волновала. Пока другие не видели и не понимали его поведения все было нормально. Чтобы староста даже не подумала давить на него через команду, Ники приходилось торчать за учебниками в библиотеке и повышать свои табели. Клин клином. А Нилу было все равно. Несмотря на более менее дружеские отношения, Джостен все еще неловко держался от него на расстоянии. Кто бы мог подумать, что дружелюбному Ники это будет на руку. Тяжелее всего, пожалуй, было, когда он сталкивался с Мэттом или Рене, которые могли вернуться раньше. Или когда Хэммик не появлялся на обеде. Еще приходилось бегать. Много и аккуратно. Много из-за отсутствия машины. Аккуратно, чтобы в самый неподходящий момент не нарваться на кого-то из команды с их расспросами. Да. Как бы иронично это не звучало, но проще всего было скрываться от близнецов. “Ты им не нужен.” До недавнего времени, он отгонял эти мысли, повторяя и твердя самому себе, что они семья. Что это всего лишь загоны тревожного Ники, которому постоянно нужно подтверждение чувств. Что на самом деле они любят его, просто в силу характеров и своего прошлого не показывают это. Что у них разные “языки любви” и так далее и тому подобное. До недавнего времени, когда его буквально носом ткнули в это чертово “ты им не нужен! “ Эта глумливая фраза, сказанная чтобы задеть его, чтобы заставить чувствовать боль и отвернуться от своих идей о том что Ники должен быть рядом с ними. У уебка Джарета получилось задеть его, насколько бы прискорбно это не звучало, как бы не хотелось признавать. Но это правда. Только вот староста не учел одного. Упертость Николаса. Он будет рядом с ними столько сколько нужно и плевать что скажут другие. Он переступил дорогу родителям, когда забрал близнецов. Он тысячи раз выслушивал негодование от окружающих людей мол “Зачем ему, такому молодому гробить себя ради чьих то детей. Оставил бы родителям и жил бы спокойно. А теперь… “. Но эти дети не “чьи-то”. Они ЕГО дети. Его по документам. Его, потому что он так решил много лет назад и близнецы дали свое согласие. Они-его дети. Его свет в этом мире. Ради них он готов был вставать с кровати ранними утрами, готовить завтрак и ехать на одну, а затем и на другую работу. Ради них он готов был продолжать жить тогда. Ради них он готов терпеть боль сейчас. Даже если это бесполезно. Даже если им это не нужно. Даже если его считают неразумным или еще каким-то. Даже если это бессмысленная жертва, он готов приносить ее. Потому что… Он любит их… *** Вроде бы ничего не изменилось. Пятничные поездки в Колумбию и ночевка в их доме. Голос Ники, режущий тишину в салоне авто и редкие ответы Аарона, замечания Кевина, переглядываются Эндрю и Нила. Все на столько обыденно и просто. Просто. Просто. Как 2+2. 2+2… 3+3… 4+4… … -”2+2… “- думал Ники, сидя в библиотеке за одним из множественных столов. Его поверхность заполнена книгами, журналами, тетрадями и исписанными лисатами, вместе с ослепительно чистыми. Чистыми и белоснежными. Как халаты врачей и стены в их кабинетах. Как их шапочки и ножки стульев. Завтра ему нужно быть на приеме и услышать то, что скажет доктор Гордон. И Ники был уверен, что не хочет этого слышать. Не хочет слышать правду. Правда слишком жестока. Правда следует за ним и режет на лоскуты его душу снова и снова. Правда… В чем эта правда? Правда в том, что он вновь окажется слаб? Что вновь создаст другим проблемы? Что вновь чего-то не смог? Правда… Николас перевел взгляд на подошедшего парня и, улыбнувшись ему, согласно кивнул на просьбу подсесть. Правда…Сколько правды в его улыбке? А сколько правды в нем самом? *** Отражение в зеркале ванной комнаты пристально смотрело ему в глаза. Что было настоящего в этих глазах? Что было настоящего в его веселом смехе и шутках? Что было настоящего в театральной грусти и надутых губах? -Ты- это ты? - тихо обратился Ники к отражению. Севший голос прозвучало низко и хрипло, словно не его. Словно отвечая на заданный вопрос. Словно подтверждая, что эта оболочка лишь собирательный образ из разных, криво сшитых, кусков. Парень попытался улыбнуться. Кривой оскал отразился в запотевшем зеркале, отпечатываясь на его поверхности. Хэммик прижал руку в своей щеке, провёл пальцами по губам. Нет. Вот его обычная улыбка. Яркая и белозубая. Из чего она состоит? Слишком много вопросов и слишком много повторяющихся слов, эхом гуляющих по голове, отпечатывающихся под кожей черными язвами. Николас смотрел на свои руки и видел грязную сочащуюся сукровицу. Если бы рядом был Эрик, он подошел бы со спины и закрыл его глаза ладонью, облокотил на себя и второй рукой обнял. Нежно поцеловал бы в висок. Но Эрика здесь не было. Был только Ники и скалящееся ему отражение, задающее одни и те же вопросы. “ты- это все еще ты?” “а кто ты?” “что в тебе настоящего?” Ники тряхнул головой, быстро оделся и вышел прочь из ванной. *** Белые стены больницы. На окнах вырезанные из бумаги фигурки. Клумбы покрыты все еще цветущими кустарниками и цветами. Стеклянные автоматические двери. Все та же милая девушка за стойкой регистрации. -Подождите, пожалуйста.- слегка виновато отвечает она, на его слова о записи на нужное время.- Доктор Гордон еще не освободился и попросил подождать. Я позову вас. Еще раз извините. -Ничего страшного.- ободряюще улыбнулся ей Ники и кивнул. Кожаный диванчик скрипнул под ним. Ники взял телефон и посмотрел на время. 14:20. Такое же время было на табло возле регистратуры. Парень набрал номер. -Привет, принцесса.- раздался в ухе полный нежности голос, от которого в груди сразу потеплело. -Привет, ты поужинал? - с ходу спросил Ники, услышав в ответ смешок, нахмурился. Команда Эрика выиграла крупный баннер и сейчас была погружена в проект, вкладывая все силы. Несмотря на яркую уверенность и рвение, Клозе был тревожным человеком. Тревожным в том плане, что работа должна быть выполнена гораздо больше чем на 100 процентов. Первое время Ники не замечал, не смотрел глубже яркого блеска улыбки. Первое время Ники не видел в нем боли, потому что Эрик надежно хранил ее внутри себя. В стальной хватке. Так глубоко, чтобы ни один человек не добрался. У каждого есть боль. Есть раны. Есть свой груз, который он несет. И у его любимого тоже. *** Только живя достаточно длительное время в Германии и сближаясь, постепенно погружаясь в Эрика, он начал видеть раны на его душе. Начал замечать как он изматывал себя сначала учебой и тренировками,а затем работой, чтобы хотя бы просто уснуть. Как сидел допоздна над ноутбуком с тетрадями и учебникаии, поправляя очки и жмуря уставшие глаза. Ники не замечал горящего на кухне до поздней ночи света, предпочитая спать, пока в один из дней не спустился за стаканом воды. Первое, что бросилась в глаза, приглушенный свет, затем движущаяся тень. Тихий задумчивый шепот и стук пальцев по клавиатуре. Он тихо вышел из-за дверного проёма. Эрик оторвался от ноутбука, что-то записывая в тетради и подпирая подбородок кулаком. Блондин пару раз быстро моргнул и повернул голову на звук шагов, улыбнулся. Как всегда ярко и тепло. Словно усталость в сгорбленных плечах была чем-то далёким и неважным. -Чего не спишь?- мягко спросил Клозе, чуть склонив голову на бок. Плед скользнул по плечам вниз- Все хорошо? -Д-да, просто воды спустился попить.- Ники стушевался, словно застал “брата” за какими-то непристойностями и виновато-смущенно опустил голову. ТАКОЙ Эрик был столь необычным и непохожим на себя днём. Даже взгляд и улыбка были неуловимо другими.- А ты? Почему сидишь допоздна, гробишь здоровье ведь.- машинально сказал Ники и тут же одернул себя- “Это не твоё дело!”- он поднял взгляд на удивленного блондина- “Идиот, зачем только спросил?!”- Извини, это не моё дело. Прости.- тихо добавил он и быстрым шагом направился к кулеру с водой.- “Зачем?! Зачем?! Зачем?! Зачем?!”- мельтешило в кудрявой головке, пока вода не перелилась через край стакана и он не одёрнул руку, разливая ещё сильнее. Видя большую лужу на полу, он внутренне застонал, судорожно втянул воздух и вздрогнул, когда за спиной зашуршала ткань. Эрик с тем же пледом на плечах нёс половую тряпку. Подошёл к пятну и сел на корточки, вытирая его. Ники резко сел рядом с ним. -Извини. Я сам уберу. - Хэммик потянулся к тряпке, их локти ощутимо столкнулись- И-извини… - он виновато опустил голову- Я-я- голос почему-то дрожал. Захотелось расплакаться от собственного бессилия и неаккуратности. Подумать только, он даже воды себе без проблем налить не может- “Почему? Ну почему? Зачем тут Эрик? Если бы его тут не было никто бы не увидел его фейла, а теперь на него точно будут злиться. Его будут ненавидеть!...”- Ники внутренне перетрусило. От лёгкого касания к руке он вздрогнул и чуть отшатнулся. Эрик смотрел на него с мягкой улыбкой и волнением в глаза. -Николас.- спокойный, хриплый от усталости голос позвал его и он посмотрел в голубые глаза- Ничего страшного не произошло. Я помогу.- этот голос звучал так обнадёживающе и уверенно, так приятно и тепло. Сердце сжалось и защимило. Расплакаться захотелось ещё больше. -Прости...- тихо сказал Хэммик, пытаясь сдержать подступающие слёзы. -Все хорошо, тебе не за что извиняться.- вторая рука, что всё ещё оставалась сухой, легла на кудрявую голову, чуть взъерошив волосы- Давай уберём тут и пойдем оба спать, да? Ты прав, не стоит мне так засиживаться. - Ники согласно кивнул и достал из шкафчика неподалеку пустое ведро, куда они собрали воду- Вот, видишь, Николас, всё хорошо, мы быстро управились и полам ничего не будет - смотря в карие глаза, Эрик все так же улыбался и спокойная уверенность в этой улыбке разливала тепло в груди Хэммика. -Ники. -Что? - непонимающе склонил голову Клозе. -Можешь звать меня Ники? - полувопросительно, полуутвердительно сказал он, через силу не отводя взгляд. -Хорошо- ярко улыбнулся Эрик, когда до него дошёл смысл сказанного. Улыбка сама по себе наползла на смуглое лицо, очерчивая ямочки на щеках. В этом моменте Ники ощутил радость и некое облегчение, а ещё заметил яркие мешки под голубыми глазами и морщинки усталости. Заметил опущенность плеч и дерганность затёкших мышц. Он впервые увидел, сидящего рядом с ним человека, другим. Похожим на него самого и от осознания этого сердце сжалось ещё сильнее. Казалось, Ники даже задержал дыхание и подался вперед, касаясь холодными пальцами чужой кисти. Она была такой же холодной. Щеки и уши обожгло, когда Эрик неуверенно перевернул кисть и сжал его пальцы в своей ладони. Казалось, Ники сгорит в тот же момент, но он оставался на том же месте, под тем же взглядом и с обращенной к нему неловкой улыбкой. Покрасневшие уши Эрика наверняка были такими же горячими как его лицо. Как их холодные пальцы. *** -Да, мы поужинали все вместе. Сегодня готовила Мэри и даже ничего не спалила- весело выдали на том конце, заставив Ники рассмеяться. -Это просто великолепно. -Согласен. Меня не радовала перспектива есть подгоревшее мясо. Только если оно не приготовлено тобой. -У меня только пару раз подгорало и то только потому, что меня отвлекали!- попытался изобразить возмущение Ники, но улыбка бессовестно отодвигала напускное фырканье. И да, тогда Эрик правда всё съел. Еще и сказал, что это было вкусно, хотя даже сам Ники скептически смотрел на свой “шедевр”. -Ты уже в больнице? -Да. Попросили подождать, врач занят ещё. - наверное, в его словах проскользнуло волнение, потому что голос Эрика стал таким мягким и ободряющим. -Понятно. Все будет хорошо, солнце. Позвони, как выйдешь, ладно? Я буду ждать, даже если приём будет идти долго и ты поздно освободишься. -Угу. - тихо ответил он и посмотрел на время- Мне нужно идти. - Видя, что девушка из регистратуры подзывает его, Ники поднялся. -Конечно. Все хорошо. Я люблю тебя, обезьянка. - чувствуя уверенную улыбку своего возлюбленного, Хэммик тоже улыбнулся. -И я тебя люблю.- ответил он в трубку и отключился. Убрал телефон в карман и подошёл к девушке. Она поблагодарила за ожидание и направила его в тот же кабинет. *** Доктор Гордон сидел в своем кресле с задумчивым видом. Нахмуренные тёмные брови углубили морщины на лбу, что делало его намного старше, чем он выглядел обычно. Дежурная улыбка на губах отсутствовала, а по напряжённой челюсти и плечам судорожно ходили мышцы. Ники постучал ещё раз и вошел, только когда на него обратили внимания. Мужчина перевёл на него взгляд, силой расслабил плечи и выпрямился. Видно было, что они затекли и Гордону хотелось потянуться в кресле, но это было неэтично, поэтому он просто повел ими из стороны в сторону. -Добрый день, мистер Хэммик. Присаживайтесь. - он кивнул на стул и слегка улыбнулся уголками губ. -Здравствуйте. - Ники радушно улыбнулся, садясь на предложенное место. Ему нравился этот человек. Спокойный и открытый, выполняющий свою работу, но не лишённый сострадания и доброты. Глаза, смотрящие прямо на тебя и спокойный, немного уставший голос. Всё тот же белый халат. Тот же хирургический костюм. Бейджик с бежевым покрытием и надписью “Гордон Реджерс” . -Чтож, я не хочу тянуть. Пришли результаты исследований и, к сожалению, мои опасения подтвердились. У вас Перикардиальная мезотелиома. Судя по взгляду вы примерно понимаете что это.- голубые глаза внимательно следили за его реакцией. Ники кивнул. -Один из моих кузенов учится на медицинском факультете и мы живем в одной комнате в общежитии, поэтому да. На сколько я помню, перикард- наружная оболочка сердца, а “Ома”- значит новообразование. Или что-то вроде того. -Верно. Вы меня удивили. - Гордон улыбнулся и тон его, звучал как комплимент- Судя по вашим знаниям вы понимаете, что это рак, но, видимо, осознание придет позже. Николас медленно и глубоко вздохнул. Мужчина развернул к нему экран компьютера со снимком грудной клетки и указал кончиком ручки на пятнышко на экране, затем обвел его контур. -Вот это- очертания новообразования. Его природу, а также злокачественное или доброкачественное мы сможем узнать после биопсии, но метастазов, на удивление, обнаружено не было. С вашего разрешения, я подключу других коллег. Все таки, к сожалению или к счастью, я хирург, а не онколог. Но мы стараемся не передавать пациентов “из рук в руки”, поэтому я продолжу вести вас, консультируясь со своими коллегами. -Да, конечно, спасибо вам. - Хэммик улыбнулся. Да, он был искренне благодарен этому человеку. За его прямой взгляд и честность, а еще за простоту. За то, как спокойной он с ним говорит и как внимателен. Гордон кивнул. Его лицо на секунду наполнилось сожалением и грустью, но тут же эти эмоции испарились, заменяясь слегка приподнятыми уголками губ. -Я назначу биопсию на **.** число. -Извините, я не могу. Нельзя ли на другое число? Мужчина пару раз хлопнул глазами и перевёл взгляд с монитора на парня. -Простите? -Понимаете, у нас в этот день первая игра. Открытие осеннего сезона. Я просто не могу не присутствовать. Тем более что игра выездная. Меня просто напросто не будет в штате. Да и после этого же какое-то время нагрузку ограничить надо, поэтому мы можем перенести на более поздние даты? Кажется, мужчина буквально встал в ступор, приоткрыв рот, но вернув себе самообладание, тут же захлопнул его. -Мистер Хэммик, извините за грубость, но вы сейчас серьезно? Игра важнее вашего здоровья? Хотя нет, важнее жизни? Вы понимаете, что пока мы не узнаем результаты биопсии, не сможем назначить лечение и то, насколько долго вы проживете. Ведь это может быть как длительный срок так и меньше года, а если учитывать, что мезотелиома агрессивный вид опухолей, чаще всего злокачественных, чудо что она выявлена так рано и чем раньше мы выясним необходимые детали, тем раньше начнем терапию. Тогда шансы успеха будут выше, а вы просто отодвигаете это ради игры? Ради спорта?- видно было, что мужчина, мягко говоря, удивлен и негодует, смотря на сидящего перед ним молодого человека, который просто пожимает плечами. Гордон вздыхает- Хорошо, когда вам удобно? *** Дверь за его спиной закрылась. Ники сжал ремешок сумки и дотронулся рукой до своей груди. С силой прижал к ней раскрытую ладонь, ощущая через ткань стук сердца. Закрыл глаза. Ту-дум… Ту-дум… Ту-дум… Оно билось размеренно и успокаивающе. Как удары метронома. Ту-дум.. Ту-дум… Ту-дум… Ники вздохнул, горько хмыкнул. Открыл глаза и направился по коридору, сквозь людей, в сторону выхода. Ту-дум… Ту-дум… Ту-дум… Когда-то он был готов умереть. Даже больше. Он жаждал смерти всей душой, не в силах окунуть себя в ее объятия собственными руками. Он был на пике этого желания, пока не появилась возможность сбежать. А сейчас… Судьба, карма или сам Бог наказывает его? Дает, то, чего он столько лет назад жаждал, сейчас, когда у него есть ради чего жить. Ради кого жить… Неужели это очередное доказательно того, что он не справился? Того, что он бесполезен? Того, что просто не нужен?... *** Врач Гордон Реджерс сидел и невидящим взглядом смотрел на результаты исследований. В такие моменты он ненавидел свою работу, которой горел с самого детства. Которой посвятил всю свою жизнь. Но такие дни были, наверное, самыми отвратительными не только в его карьере. А в принципе у людей, работающих с другими людьми. Сообщать “неприятные” новости. Слушать ругать или даже истерики, успокаивать. Но хуже этого видеть холодное спокойствие. Такое, как было несколько минут назад, перед тем как дверь захлопнулась. Реджерс вздохнул и прикрыл уставшие глаза. Повел хруснувшей шеей и посмотрел в потолок. “-Николас- он сам не заметил, как назвал парня по имени, отчего у того дрогнул уголок губ. Видимо, он не любил полную форму своего имени. Впрочем, это было не его дело- Прошу вас проявить благоразумие. -Доктор, я все понимаю, но правда не могу. Пожалуйста, поставьте ближайшую дату после- он выделил последнее слово- ** числа. Гордон тяжело вздохнул, против воли в груди что-то защемило. -Хорошо. Если это ваше решение, я не имею права противиться. -Благодарю. -Вам правда повезло, если так можно сказать. В большинстве случаев мезотелиома обнаруживается только на вскрытии… Парень на его слова только хмыкнул.” Гордон проморгался и опустил голову. Шея затекла и ныла. Он повел плечами и потянулся. -”Подумать только. Судя по опросу, первая симптоматика началась достаточно давно и при этом метастазы отсутствовали. Конечно, каждый человек-это каждый новый случай со своими индивидуальными особенностями, только вот… Казалось, будто появилась она давно, просто в какой-то момент замедлила свой рост, а сейчас вновь возобновила. Или просто кажется?” Он вновь перевел взгляд на результаты анализов. Если честно, такие люди всегда пугают. Люди, готовые к смерти. Что они переживают настолько страшного, что готовы к ней? Гордон не хотел знать, а тем более самому проходить через это. Хватало того, как часто он видел саму смерть, сталкиваясь с ней лицом к лицу и все же… Все же привыкнуть к этому значит потерять часть своей человечности. Так он думал. Думал, что раз человек хочет или не боится смерти, то часть его уже мертва. И видеть это в настолько юном человеке. В парне, которую нет и двадцати пяти лет. Да, смерть настигает людей и в более раннем возрасте. И все же… Смотреть в такие глаза… В такие моменты начинаешь думать, что это слишком… Гордон вздохнул и развернулся лицом к окну. Чистое голубое небо. Солнечные лучи падают на подоконник, освещая зеленые растения. Говорят “молодость все стерпит” “-Я должен вас предупредить, что симптомы будут усиливаться. Вплоть до болевого шока или постоянных обмороков. Также химиотерапия будет тяжелой нагрузкой для организма и, боюсь, рано или поздно вам придется оставить спорт. Для вашего же блага. -Я все понимаю- он кивает и улыбается. Грустно. Поджав губы. Но улыбается. Взгляд опустился куда-то вниз и расфокусировался. -Я назначу вам обезболивающее. -Благодарю, это будет очень кстати. - парень вернулся в эту реальность и вновь благодарно кивнул. Гордон тут же выписал рецепт и протянул ему. -Вижу вы благоразумный молодой человек, но все же должен напомнить вам об осторожности применения. Не мешать обезболивающие с алкоголем, а также полностью прекратить его употребление с началом химии. Желательно даже за несколько недель. Парень задумался, сводя брови к переносице. Затем поднял глаза. -Доктор, я…- он отвел взгляд куда-то к полкам на стене, затем вернул его к синим глазам- Конечно, я осознаю риски.- опустил взгляд, облизнул и закусил губу, проводя по ней зубами. Затем вновь поднял взгляд.- У меня к вам…Просьба… В бланке опроса есть графа о близких родственниках, чтобы указать их номера телефонов для экстренной связи…- он замялся, подбирая слова- не могли бы вы не звонить по ним. Я бы не заполнял эти графы, не будь они обязательными… -Могу я узнать причину? - он чуть склонил голову на бок. -У меня нет желания тревожить их своей.. гхм.. Проблемой, хотя… -он на мгновение задумался- В графе было указано родственников, но могу я указать другого человека? <i> -Да. В графе прописано “родственники” потому что в первую очередь сообщается им, но вы можете указать другое доверенное лицо, если считаете нужным. -Тогда не могли бы вы дать бланк, чтобы я исправил? -Да, конечно, прошу.- он порылся в бумагах и протянул парню листок. Тот быстро очертил ранее написанные номера и написал один с иностранным индексом. Протянул лист обратно. -”Эрик Клозе”.- Гордон прочитал имя и положил листок на стол- Могу я поинтересоваться кем приходится вам этот человек, чтобы понимать с кем разговаривать в крайнем случае? -Это… Мой жених… Мы помолвлены, но официально еще не состоим в браке. - парень смущенно стушевался и отвел взгляд. -Я понял. Телефонный индекс иностранный, предполагаю он за границей. -Да, он живет в Германии. Гордон кивнул. -Извините, что влез в вашу личную жизнь. Я не должен был этого делать. Давайте вернёмся к вашему заболеванию. -Конечно- вздохнув, повернулся к нему парень и в глазах его отразилось смесь множества чувств, из клубка которых Реджерс так и не увидел что-то конкретное…” Гордон устало прикрыл веки, чуть сползая в кресле. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Перед глазами стояли карие глаза парня. Глаза со столькими оттенками эмоций. Перед внутренним взором они начали меняться на другие, затем на третьи, четвертые, десятые… Глаза множества пациентов. И у каждого человека они были разные. Он помнил не все. Далеко не все. Многие просто сливались в огромное марево, но какие-то он будет помнить до конца жизни. И эти глаза он тоже будет помнить до конца жизни.