Шатер

— А почему мы пошли на хоррор квест ночью? — задаёт очередной вопрос Габриель, начиная изрядно раздражать каждого члена группы. — Поэтому что это весело! И страшно, — отвечает ему Феликс ни капли не утратив своего прежнего энтузиазма. Казалось он был единственным, кто ещё не был готов ударить Габриэля, дабы тот заткнулся. Ну, может Данте был исключением. — Давайте уже поторопимся, а то вдруг опоздаем, — почти бормочет Зонт, опасливо косясь на темные переулки, из которых, казалось, в любой момент может выскочить маньяк или кто-нибудь ещё. — Торопись на доброе дело, а худое само приспеет, — многозначительно проговорил Данте в своей привычной манере. И как обычно его никто не понял и не придал его словам слишком большого значения, что собственно не расстраивало философа. — Зачем, я вообще согласился на это? — одновременно пробормотали Пик и Клео, солидарно кивнув друг другу, перед тем как поплестись за остальными. Здание выглядело так как выглядят все здания, в которых одновременно размещаются квест румы и хоррор квесты. Помещение с регистрационной стойкой, гардеробом и небольшой фотозоной, которую тут же оккупировал Феликс, чтобы сделать сотню фотографий «на память», пока остальные разбираются с бронированием и уровнем сложности. Пик как настоящий друг не мог не выбрать ему максимальный уровень контакта с актерами. Осуждающий взгляд Клео он предпочел не замечать.

***

По окончании перформанса их ждала усталость от большого выброса адреналина. А так же Зонт в админской, который так испугался, что одному из актеров пришлось его успокаивать и уводить из декораций. Никто его за это не осуждал. Пик, конечно, никогда не признает, но он тоже испугался. Настолько, что едва сдерживался, чтобы не врезать актеру внезапно выпрыгивающего из разных углов, но штраф ему платить не хотелось. — Сара, Сара, где мои очки, — неожиданно завалился в админскую тот самый актер, будто прочитав мысли Пика. Остальная компания казалось не заметила появления нового человека в комнате, продолжая делится эмоциями. Лишь Данте с любопытством покосился на паренька на долю секунды. — Да всмысле найти не можешь? — возмущался актер, не успевший смыть грим. — В прямом, не могу. Нету их тут, — отвечала ему админша. — Хочешь сказать, что потеряла мои очки?! — Успокойся ты, сейчас найдем, — махнула ему рукой девушка, продолжая шарить в ящиках и среди бумаг. Раздраженно вздохнув, зеленоволосый скрестил руки, продолжая наблюдать за ее поисками. Словно почувствовав чужой взгляд на себе, он поднял глаза и уставился прямо на Пика. Пик никогда бы не назвал себя ценителем прекрасного или романтиком. Он всегда был скуп на комплименты и лестные комментарии, что очень не нравилось его партнёрам. Но он готов был поклясться адскими ночами перед дедлайном, что на него уставились глаза ангела. Чистые и зелёные словно свежескошенная трава, наполненные чем-то неуловимым. Что-то подобное порой появляется в глазах Зонта, когда он в редких порывах самоуверенности, брал инициативу в свои руки или защищал других. Актер показал ему кончик языка и усмехнулся, возвращая Пика мыслей о его глазах. Почувствовав неловкость, программист отвернулся, что вызвало лёгкий смешок у парня. — Вот твои очки, — наконец произнесла Сара, перестав шелестеть бумагами. — Где оставил там и были. — Я их тут не оставлял. Любопытство снова одолело Пика и он обернулся, чтобы увидеть зеленоволосого в очках. Он ожидал увидеть круглые очки для зрения или хотябы прямоугольники, как у недопарня Данте Куромаку. Но вместо ангела с зелёными глазами и такими же волосами, он увидел лишь зелёные окуляры со спиралью в центре. Перед ним был какой-то извращенец, неформал и подлец. Совсем не то, что он видел пару мгновений назад. Казалось будто актер сделал очередной грим, призывный отталкивать от себя как можно дальше. И зубастая улыбка только добавляла его образ, словно предупреждая «не подходи, сожрёт и не оставит даже потрохов». Такой контраст неожиданно поразил Пика. В его голове не укладывалось, что один человек может производить такое двоякое впечатление из-за одних очков. — Пик, ты чего застыл, — толкает его в плечо Феликс, явно перевозбужденный из-за квеста. Программист хмурится и посылает недовольно-угрожающий взгляд, дабы его не трогали снова, но тем не менее он направляется к выходу. — Пока, пока! Вы просто замечательные, нам так понравилось! — машет блондин администратору и актерам. — Спасибо большое, приходите ещё! — отвечает ему девушка. — Ага, только голубого на хоррор не берите, а то… — произносит зеленоволосый, но Сара вовремя пресекает его дальнейшие слова тычком в бок. Пик усмехается про себя его словам, всё ещё не выкинув мысль об очках из своей головы.

***

Утро всегда было нелюбимым временем суток у Вару. Особенно после бурной ночи, когда ему надо тихо свалить из квартиры какого-нибудь Джима или Джессики, смотря кого он смог подцепить. Конечно, ему не обязательно так тихарится и убегать, только проснувшись, ведь все прекрасно понимают, что такой одноразовый секс без обязательств. Но испытывать судьбу на фриков не хотелось. И вот он трясется в автобусе, до дома, зарабатывает он к сожалению не так много, чтобы позволить себе такси. Зато он может позволить себе зайти в магазин, чтобы купить еду в дом. Ведь его дорогая сестра обвинила его в шовинизме, когда Вару попросил приготовить ее что-нибудь. Естественно, настоящий причина истерики была в том, что готовить она не умела от слова совсем, как и кудрявый собственно. Стоя десятую минуту у полки с макаронами и пытаясь понять, что он может приготовить и позволить, актер почувствовал на себе чей-то взгляд. Мужчина с фиолетовыми волосами, часть из которых забавно загнута вверх на подобие рожек, косился на него, старательно делая вид, что он очень тщательно выбирает хлеб. «И чё он смотрит? У меня че-то с лицом? Хотя не я вроде стер помаду этой сучки. Может засос видно? А может… Ненене мужик, меня сегодня трахать нельзя. Ты конечно секси и все такое, но…ух тыж блять!» Вару дернулся, когда парень вдруг отошёл от полки с хлебом и направился в молочный отдел. «А он привлекательный, и в качалку походу ходит, судя по его бицесу, — оценил он парня. — Блин, а может все же попробовать закадрить его? Я могу завтра обменяться с кем-нибудь на ночную смену. Все равно сегодня выходной, а делать нечего. Да кто ж так сыр высоко ставит?» — Помочь? — вдруг обратился к нему предмет его мыслей, видимо надоев смотреть на жалкие попытки Вару допрыгнуть до желаемого продукта. — Было бы славно, — кивнул ему актер. «Ну и дылда». — А вы случаем, не актерам квеста работаете? — вдруг спросил его неожиданный помощник, протягивая ему нужную марку сыра. «Бляяя, он знает где я работаю. Ну тогда все облом, секса не будет. А то вдруг он ещё припрется ко мне на работу и закатит сцену. А мне это не нужно,» — промелькнуло у Вару в голове. — Ну да, работаю. А ты там был что-ли? — Недели две назад, — безразлично пожал плечами собеседник. — О, а я тебя помню, — щёлкнул пальцами Вару. — Ты и твой красноволосый дружок тогда было единственными, кто за всю игру ни разу не завизжал от страха. Честно я думал, что выскочи я в очередной раз из-за угла, ты мне врежешь. Собеседник усмехнулся и Вару поблагодарил все высшие силы, что такого не произошло. Ходить с фингалом под глазом или разбитой губой — не самое приятное дело. — Я очень старательно сдерживался, — подтвердил его догадки парень с фиолетовыми волосами. — Ты хорошо людей пугаешь. — Ага, так сказать, работа такая, — качнулся Вару с пятки на носок, чувствуя какую-то гордость и польщение. — Меня Вару звать кстати. — Пик, — пожал его руку новый знакомый. — Как насчет обменяться номерами? — Только хотел предложить.