Церковный мальчик

Проснувшись утром, Уён сразу коснулся губами лба Сана. Горячий. Узнав вчера причину "внезапной" болезни, он ругал его за такой безответственный поступок и пообещал, что отныне будет лично следить за выздоровлением, а после и за режимом, чтобы больше не допустить подобного. Сану была приятна такая забота, но уж очень это было смущающе. Направившись на кухню, Уён напевал себе под нос какую-то веселую песенку. На кухне он заметил Сонхва, который пил кофе и что-то делал в ноутбуке. – Доброе утро, как спалось? – первый поздоровался Сонхва и, ухмыльнувшись, оглядел Уёна с ног до головы. – И тебе доброе, очень хорошо. – Удобно в его одежде? – Завидуй молча! – слегка смутился Уён. – Я просто ничего с собой не взял, и Сан предложил мне взять что-то из его шкафа. Кстати, надо бы не забыть позвонить Джуну, может быть он согласится привезти мне сумку… – Ясно всё с вами. Я рад, что всё закончилось и хорошо, что без моего выселения. – Что? – Ну Сан угрожал тем, что если я позову тебя, то он выселит меня. А я именно это вчера и сделал. – Вредный он просто. Надо его сначала на ноги поставить, а потом уже нравоучать. Вчера пытался, но он уснул в процессе… – Ты с ним помягче только. – Да-да, конечно. Я подумаю. Сейчас быстренько на завтрак что-нибудь нам приготовлю, а потом и лечением займусь. – Хорошо, не буду мешать, если что, я у себя. Когда Сонхва ушёл, Уён решил, что лучше всего больному подойдёт обычная молочная каша, и с головой ушёл в готовку. Тем временем Сан постепенно стал просыпаться. Его пробуждение не было таким лёгким и прекрасным, как у Уёна. Обнаружив себя в постели абсолютно одного, он вновь стал сомневаться в том, что ночной разговор действительно не был бредом его больной головы. Может быть, он уже так помешался на этом парне, что тот к нему и во снах стал приходить? – Он, наверное, уже домой ушёл. Ему и так пришлось ночью сюда тащиться… Попробовав сесть на кровати, он понял, что обречён на провал: голова раскалывалась, а самого его бил озноб. В таком состоянии он вообще из кровати вылезти не сможет. Сан даже вспомнить не мог, когда болел так сильно в последний раз. Наверное, ещё ребёнком, когда жил с мамой. Кто же сейчас ему поможет? Вот она взрослая самостоятельная жизнь? В голове появилась мысль о том, что не помешало бы хотя бы таблетки выпить, но они, как и вся аптечка, находятся на кухне. – Нужно позвонить Сонхва. Но и телефона рядом не оказалось. От чувства беспомощности и слабости хотелось плакать. Больше не находя никакого иного варианта развития событий, Сан собрался с духом и решил самостоятельно дойти до кухни. Однако стоило ему сесть, как тут же к нему подлетел Чон. – Не вставай! – Уён? – Он самый, – усмехнулся парень. – Вот куда ты спешишь? Или ты, может быть, в туалет хочешь? Я могу проводить. – Нет, не хочу. А что ты тут делаешь? Я думал, ты домой уехал. – Ну как я мог уехать и оставить своего больного парня совершенно одного? – он ослепительно улыбнулся. – Парня? – Парня, – подтвердил Чон. – Или ты забыл, что ночью согласился начать встречаться со мной? Присядь немного, запей таблетку. Какой ужас, ты просто весь горишь… – Чхве молча принял лекарство. – А Миён… – Ну напиши ей, что вам нужно расстаться. – Как-то некрасиво вот так… – Ну значит сообщишь ей об этом, когда я на ноги тебя поставлю! В таком состоянии я точно никуда тебя не отпущу. Будешь эти дни расплачиваться за своё поведение, – Уён с предвкушением потёр руки. – Ну я же извинился! Я думал, ты простил меня… – Конечно, простил, но это не значит, что ты от меня так просто отделаешься. У меня, знаешь ли, на тебя огромные планы, – смотря на настолько довольного парня, Сан опасливо заглянул в его глаза, думая о том, что же всё-таки задумал этот чертёнок. – Но сперва завтрак. – Я не голоден, да и до кухни я не дойду. – Кто бы тебя туда пустил! Ещё Сонхва заразишь, а мне потом вас обоих выхаживать, – Чон ненадолго скрылся из комнаты и принёс в комнату поднос с едой. – Не нужно было… – И слушать ничего не хочу. Ты будешь завтракать – и точка. А если вздумаешь возражать, то я решу, что ты не оценил мои старания. – Манипулятор, – вздохнул Сан, садясь и принимая из рук младшего поднос. – Какой есть. И у тебя нет варианта не смириться с этим, – Чон показал ему язык и ослепительно улыбнулся. – Вкусно, – с первой ложки оценил Чхве. – А ты поел? – Конечно, не переживай за меня. А вообще расслабься и получай удовольствие от моего внимания и заботы! – Сан на это лишь усмехнулся и продолжил есть молча. Неожиданно для всех по квартире раздался звук дверного звонка. – Я открою, – прокричал Сонхва, решив, что не стоит отвлекать парней друг от друга. – Кто там пришёл? – для Сана было странно, что кто-то пришёл к ним в квартиру, ведь никогда до этого даже не поднимал с Сонхва тему гостей. – А это ко мне, скорее всего. Хонджун, наверное. Я попросил его сумку мою принести, – Сану не понравились его слова. – А откуда у него твоя сумка? – старший отставил пустую тарелку, и Уён пихнул ему в руки горячий чай с лимоном. – Так я же вчера от него к тебе приехал. – Ты опять был у него? Опять по работе или уже просто так? – Боже, что я слышу? Сани, ты ревнуешь? – младший рассмеялся. – Нет, конечно, просто раз уж мы теперь встречаемся, мне бы не хотелось, чтобы ты ночевал у каких-то других парней дома, – смутился Чхве. – Я рад, что ты сам сказал, что мы теперь в отношениях. Но, милый мой, не стоит переживать: если я сказал, что мне нравишься ты, значит для меня других мужчин не существует, – Чон слегка улыбнулся, слегка наклонив голову. – От тебя я прошу того же. Поэтому тебе нужно будет как можно скорее сообщить об этом Миён. – Ты хочешь, чтобы я рассказал ей о наших отношениях?! – А ты не хочешь? Будешь держать всё в тайне? – Я не готов пока кому-либо об этом говорить… Они не поймут, а то и засмеют меня. Если честно, я до сих пор считаю себя неправильным, бракованным. – Это не так, – Чон нашел его руку и крепко сжал в своей, – я понимаю, в какой атмосфере ты рос, поэтому не буду от тебя требовать того, к чему ты точно пока не готов. Наоборот, я хочу, чтобы тебе со мной было комфортно, я всё сделаю для того, чтобы сделать тебя счастливым, – Уён выпустил руку Сана и потянулся к его лицу, осторожно погладил щеку. Чхве прильнул к его руке. – Хотел бы я тебе то же сказать. Ты за удивительно короткое время стал мне очень близок, – Уён не выдержал и положил голову на грудь Сана, сам расположившись на кровати. – Ты уже делаешь меня счастливым, говоря это. Неделю назад я и представить не мог, что ты мне скажешь эти слова. Я действительно приложил немало усилий, чтобы сблизиться с тобой, поэтому просто рад, что теперь могу вот так с тобой лежать. Ты же не против? – Н-нет. – Вот и хорошо, – Сан несмело положил на него руку, приобняв. – Не боишься заболеть? – Я в отличие от некоторых хорошо питаюсь, достаточно сплю и люблю свою работу. Не волнуйся, у меня крепкий иммунитет. А ты расслабься и представь, что вернулся домой под мамино крыло. – Мама меня так не обнимала. Вообще не помню, чтобы обнимала просто так, – хватка Уёна стала крепче. – Значит я буду обнимать тебя за неё! А вот некоторые мои друзья вечно недовольны тем, что я их обнимаю или целую. – Ты целуешь своих друзей? – Ну так, в щёчку. Но Ёсану и Хонджуну не нравится! – Кстати, а что там с твоим гостем? – Точно! – Уён резко вскочил с кровати, случайно задев Сана рукой. – Ауч, аккуратнее… – Прости! – тут же поцеловал пострадавшее место, вновь смутив старшего. – Не скучай тут без меня! Я не надолго. Выйдя в коридор, Уён тут же услышал тихие разговоры из гостинной. Его немного удивило, что, судя по голосу, это действительно был Сонхва и Хонджун. Быстро же эти двое спелись так, что и забыли, зачем Джун сюда пришёл. – Доброе утро! – Чон выскочил из-за угла, испугав парней. – Я точно с тобой раньше времени поседею, – вздохнул Ким. – Привет. Держи, – он передал ему рюкзак, который всё это время держал в руках. – А что это вы тут обсуждаете? – от Уёна не скрылось, как Сонхва отвёл глаза. – Ну ты же не потрудился мне объяснить с утра, зачем мне тащиться сюда в такую рань, да и что случилось вчера тоже. Но не переживай, Сонхва уже всё рассказал. Ну что, покажешь мне его? – Кого? – Парня своего, – усмехнулся Джун. – Вы уже в курсе? – Чон удивленно посмотрел на Пака. – Здесь не надо иметь большого ума. – Так покажешь? – Он тебе не музейный экспонат, чтобы глазеть на него, – ответил Уён, но всё же пошёл в сторону комнаты Сана. Постучавшись, Чон приоткрыл дверь, старший вопросительно посмотрел на него. – Не спишь? Я тут это… познакомиться привёл, – пройдя в комнату, Уён пропустил и Хонджуна. – Я Ким Хонджун, приятно познакомиться, – и слегка поклонился, всё же парень его друга, надо уважение выказать за то, что он собрался терпеть эту колючку. – Чхве Сан, – тот тоже хотел привстать, но Уён быстрее подскочил к кровати и не дал ему подняться. – Не вставай лишний раз, пожалуйста. – Ладно, не буду вам мешать. До скорого, голубки! – и скрылся за дверью. На некоторое время между ними повисло молчание. Уён вздохнул и лёг поперёк кровати Сана, положив голову на его живот. Чхве неосознанно запустил руку в его волосы, а потом неожиданно замер и резко сел так, что Уёну пришлось немного подвинуться, и теперь его голова лежала уже на бёдрах Сана. – Ну зачем же ты сел? – недовольно спросил Чон, наблюдая, как Чхве морщится от головной боли. – Не можешь и суток спокойно полежать? – Он знает о нас?! Ты рассказал? – на Уёна уставился недовольный взгляд. – А со мной посоветоваться? Я знаешь ли, не хочу всем рассказывать о наших отношениях! – Я ничего никому не говорил. Я знаю, как ты к этому относишься, поэтому не стал бы всем трубить об этом. А он просто хорошо меня знает, в курсе о моей ориентации и что ты мне неравнодушен. Остальное уже Сонхва, который поведал ему, почему я так внезапно сорвался сюда и оставил у него сумку. – Сонхва тоже теперь всё знает, – тяжело вздохнул он. – Не нужно было ему всё рассказывать! Так стыдно теперь… – Ты стыдишься своих чувств? – Чону было не очень приятно от этого. – Нет, наверное… Просто это же так грязно, греховно. – Это то, что ты думаешь обо мне? – его задели эти слова, Уён отвернулся. – Если это действительно тревожит тебя, то давай закончим всё, пока это не переросло в нечто большее. – Нет, я не про тебя, – он вновь положил руку на его голову и начал мягко поглаживать. – Ты удивительный человек, а я… Я хочу попробовать с тобой, ты пробуждаешь во мне то, о чём я и не подозревал. Но принять это тяжело. – Я знаю, мы же обговорили это ночью. Я готов дать тебе время. Уверен, что у тебя всё получится, – он протянул руку и погладил Сана по щеке. – А теперь, пожалуйста, ляг обратно, не перенапрягайся, тебе надо восстанавливать силы после такого стресса, – Чхве лёг, но руку оставил в волосах Уёна, теперь он его личный антистресс. А младший и не против. – Не переживай о Сонхва и о моих друзьях. Они никому ничего не скажут, а вот скрывать от них такие очевидные вещи глупо. – Все твои друзья знают о тебе? – Да, я никогда не видел смысла прятаться. Они бы всё равно рано или поздно увидели, с кем я встречаюсь. – А родители не против? – Даже если были бы, то что? Я взрослый мальчик, а уж к кому не равнодушно моё сердце, их не должно волновать. – Жаль, что мои не такие… – Родных не выбирают, как и ориентацию. В какой-то момент нужно просто смириться с неизбежным. Если родители и правда любят тебя, то не разорвут с тобой общение из-за того, что ты наконец начал вылезать из скорлупы их ожиданий. Но вот свой круг общения выбрать можно. За этим я слежу и не держу подле себя тех, кто мне хоть чем-то неприятен. И тебе советую делать то же. – Это только звучит так легко. – А я не говорил о том, что всё это просто. Но надо же хоть что-то в жизни контролировать. Может быть тебе даже понравится это? Ты же контролируешь своих подчинённых. – Но это же другое. – А мне кажется, что между этим больше сходства, чем тебе могло бы показаться. – Иногда мне кажется, что я даже за щенком не смогу уследить. – Ты преувеличиваешь! Уж ты точно справишься, – усмехнулся Уён. – У меня же кот дома! Ёсан же покормил его?.. – быстро найдя телефон, Чон присел на край кровати и позвонил другу. – Ну и что? Я уже могу ждать исполнения своего желания? – вместо приветствия начал Кан. – А? Что? Нет. Хотел сказать, что я сегодня к тебе не смогу прийти и чтобы ты вечером и завтра утром покормил кота. – Ты опять у Джуна? Всё так плохо? – Нет. – Вновь кого-то нашёл? А я то думал, что ты закончил с быстрыми связями и парнями на ночь. – Да нет же! Я сейчас у Сана! – У Сана? Вы помирились? – Мы и не ссорились. – Значит я проиграл? – по голосу было слышно, как друг был недоволен. – Да, – почти пропел Уён. – Ты мне должен желание! – Что на этот раз ты придумал? – А я ещё не придумал, за тобой будет должок! – Ладно уж. Я отключаюсь! – Про кота моего не забудь! – Помню я, помню, – Ёсан повесил трубку, а Уён вернулся на кровать к своему парню. Эта мысль грела его душу. – За что он должен тебе желание? – За то, что проиграл спор! – И часто ты с ним споришь? – С ним нет. Он не очень любит подобное, хотя раньше часто сам бросал мне вызов… – А в чём заключался спор? – В том, что ты решил прекратить со мной общение, – Чхве замер. – Это было предположение Ёсана, а я же так не считал. И, как видишь, оказался прав. – Прости меня, из меня уже выходит ужасный парень. – Сколько ты ещё будешь извиняться? У всех бывают плохие периоды, просто в следующий раз не беги, не закрывайся от меня, а дай возможность выговориться и себе, и мне. – Хорошо. А что нужно было бы делать тебе, если бы он оказался прав? – Не участвовать в спорах и различных пари… – Значит всё же часто споришь, – усмехнулся Чхве. – Знаешь ли, это просто от того, что мне иногда сложно устоять, когда Минги говорит мне, что я не смогу что-либо сделать, а я что трус что-ли какой-то?! Он мне иногда и вызовы различные кидает! – Вызовы? – Ну.. Вот из последнего что у нас было… Выпрыгнуть из окна, съесть целиком острый перец, отправить интимное фото кому-нибудь, а потом сказать, что ошибся номером… О, ещё недавно я выпил полбутылки виски из горла! – А что-то менее опасное у вас было?.. – Конечно, например, станцевать стриптиз или познакомиться с каким-нибудь человеком! – тут ему стало слегка стыдно, ведь по факту их знакомство – это тоже результат простого спора. – Я буквально ощущаю твоё удивление. – Удивление – это мягко сказано. – Вот и Ёсану не нравится. Он вечно говорит, что мне не хватает какого-то контроля. – Ты буквально минут 15 назад говорил мне про контроль. – Это другое! Я полностью контролирую обстановку вокруг себя, но я слишком азартен. Хотя я не считаю это чем-то плохим. – Но ты же только что говорил что-то про выпрыгивание из окна и стриптиз! – Про окно: там был первый этаж, а у нас просто выпал мяч, ну я и сказал, что смогу так его достать, не обходя дом. А стриптиз я могу хоть сейчас тебе станцевать, – Чон хитренько глянул на Сана, который, осознав сказанное, слегка покраснел. – Не надо! Точно не сейчас! А как вообще дошло до этого у вас? – Хах, всё ещё проще. Минги проиграл в карты и Юнхо задал ему станцевать, а я сказал, что это слишком легко и что я требую стриптиз от Минги! По улыбочке Юнхо я увидел, что он тоже желал этого зрелища, даже Ёсан хитренько улыбался и держал наготове телефон. Вот только Минги не хватает пластики! Я и сказал, что мне не нравится, а он возьми и скажи: “Да ты и так не сможешь!” Вызов был принят. В итоге Ёсан снимал меня, а потом они дружно признали меня победителем! – Тебя действительно так легко спровоцировать? – Уён сел на кровати и немного недовольно посмотрел на Сана. – И ты туда же? У меня так то и свои мозги есть, на какую-то совсем безрассудную авантюру я не соглашусь! – на последних словах Чон подался вперёд и оказался почти над старшим. Сан сел на кровати, оказавшись очень близко, и ещё до того, как его "мамочка" успел возмутиться, приподнял голову Уёна за подбородок и, сощюрив глаза, вкрадчиво произнес глубоким голосом: – То есть, если я сейчас скажу, что ты не сможешь поцеловать меня, ты не поведешься на эту провокацию? Если бы Чон стоял, у него бы точно подкосились бы коленки от этого взгляда, тона голоса, от этого Сана. В животе запорхали бабочки, дыхание сбилось. Даже голова кругом пошла. Но тем не менее он спустя пару минут, как только понял, что к нему вернулась способность говорить, прошептал почти уверенное "нет". – Врушка, – усмехнулся Сан и сам потянулся за поцелуем. Знал ли Уён о таком Чхве? Нет. Ожидал ли он такого от того, кого Минги прозвал "церковным мальчиком"? Нет. Жалеет ли он? Конечно, нет. Чон лишь больше убедился, что нашел для себя того самого парня.