Часть 1
21 декабря 2023 г., 11:57
Примечания:
Это моя первая работа, а которой я относилась серьезно. Обоснованная критика приветствуется и, также, ошибки отмечанные в публичной бете.
Буду рада за комментарии, дальше будет все понятней и интересней)
Люди считают, что некромантия - это болезнь. Верующие считают, что это демон. Священники уверяли, что некроманты - дьявольское учение, а все её последователи продали сатане душу. Возможно, они правы.
В чем-то, но правы.
Раньше он некромантов пытались как-то избавляться. Избавляться как от носителей зла. Их пытались сжигать на костре, как ведьм. Могущественные маги пытались убить их магией. Но спустя несколько веков, времена церковных табу уже давно позади, и желающих познать тайны темного искусства уже не сжигают на кострах.
Некроманты есть и по сей день. Возможно, есть некроманты которые живут в пещерах или в лесах, скрываясь от общества. Но это было давно. Многие из них - простые люди, ничем не выделяющиеся из толпы.
Просто обычные люди, с необычной силой.
***
Санкт-Петербург красивый город. Он прекрасен своей архитектурой домов, разводами мостов, достопримечательностями как: Петропавловская крепость, Эрмитаж, Дворцовая площадь и так далее. Но никто не задумывался, сколько происходит убийств в этих прекрасных местах? Сколько живёт убийц в этом городе? На эти вопросы ответ лишь один, без определенного числа. Любой человек, идущий по набережной Питера, может оказаться маньяком, насильником и всем тем, на кого он внешне не похож. Внешность обманчива. По ней невозможно понять, какой человек на самом деле. Она лишь строит первое впечатление о человеке, которое может быть не таким, как ты себе его представлял изначально.***
— Блять, Антон, просыпайся, — высокий, темноволосый парень лет двадцать шести стоял в подъезде напротив металлической двери, нажимая на кнопку звонка. — Да иду я, иду! — послышался сонный голос по ту сторону двери и, через пару секунд послышалось прокручивание замков вместе со звуком открывающейся скрипящей двери. — Эд? Ты вообще время видел? — Шаст, час дня, — темноволосый посмотрел на стоящего друга в проёме, который вскинул бровями от этой новости. — Может впустишь и пригласишь, хотя бы, на чай? Я шел к тебе под дождём между прочим, а ты стоишь хлопаешь глазками. — Антон раздражённо посмотрел на приятеля и сделал шаг назад, пуская того в квартиру. Эд прошел в квартиру, закрывая за собой дверь, и после, доставая себе тапочки из тумбочки, пока в это время Антон пошёл на кухню ставить чайник, чтобы напоить, незваного гостя, чаем. Шастун облокотился бедром об стол, зевая и параллельно протирая глаза руками, чтобы проснуться. — Ты опять всю ночь бухал что ли? — на кухню зашёл Выграновский, замечая в самом дальнем углу на полу пустые бутылки из-под виски и водки. Антон посмотрел на зашедшего друга, понимая, что вопрос был риторический и он не требует ответа. Все было понятно и так. С одной стороны ему было стыдно, а с другой стороны максимально по барабану, ведь причину его страсти к алкоголю Эд знает. В этот момент выключился чайник, сообщая, что он готов. Антон подошёл к шкафчикам, чтобы достать чай и две кружки. — Тебе какой чай? — спросил Шастун, демонстрируя свою чайную коллекцию. — Давай с вишней, — Антон кивнул, принимаясь доставать пакетик из коробки, а Эд отодвигал стул, чтобы сесть. Через пару минут перед Эдом образовалась оранжевая кружка с мультяшным котом. — Извини, к чаю ничего нету. Но, если хочешь, могу на кусок хлеба положить дохлого таракана. — Шастун по-идиотски улыбнулся и сел на стул напротив. — А теперь я жду объяснений, — он отпил от кружки, загадочно смотря на друга. — По поводу? — По поводу того, зачем ты припёрся не предупредив меня. Я, между прочим, впервые за долгое время нормально спал, — Антон говорил это максимально спокойно, без агрессии, наезда и всего такого. Если Эд сам пришел, то значит на просто так. — А ты звук на телефоне включай иногда, может и звонки слышать станешь, — Эд сделал небольшую паузу, пытаясь сформулировать вторую часть предложения. — Тут следственный комитет тобой заинтересовался. — В каком плане?***
Почему люди становятся убийцами, а потом и серийными маньяками? Все убийцы, по статистике, психически нездоровые люди, но ведь и есть люди которые не являются такими. Они могут вполне здраво расценивать свою жизнь и мыслить масштабно, но при этом ночью убивать людей за каким-то переулком. На эту тему можно рассуждать бесконечно, но есть ли толк? — Арс, тебя Паша в кабинете зовёт, — в кабинет зашёл низкий мужчина, отвлекая от мыслей, над которыми он думает уже несколько месяцев. — Бегом, Арс! Там что-то дельное, не знаю. — А по другому быть не может, — Арсений встал со стула из-за своего рабочего места, подмечая, что надо будет поменять лампочку в настольной лампе. — Дим, не знаешь, что он конкретно будет говорить? Если опять о том, что мы опять упустили убийцу, то я пожалуй пас. В отчётах все есть. Лучше домой поеду и посплю, — он поправил волосы, поворачиваясь к своему коллеге, который сел за стол, находящийся рядом с его. — Нет, там не по Властелину. Как я понял, там о расширении нашего полицейского состава, — Арсений тяжело вздохнул, ещё раз посмотрев на коллегу и двинулся к двери. Уже на протяжении месяца Павел Алексеевич капает на мозги, чтобы в отдел поискали новых работников. Арсений не понимал, каким боком это должно его касаться, ведь он не начальник, и не ему решать, кто будет работать в отделении. Попов шёл до кабинета начальства, думая на эту тему. Через пару минут он подошёл к нужному кабинету. Арсений без стука сразу вошёл в кабинет, закрывая за собой дверь и присаживаясь на диванчик стоящий у стены. — Я думал, что ты придёшь по быстрее конечно, — светловолосый мужчина лет сорока, взглянул на вошедшего человека и продолжил. — Ладно, не суть. У нас в отделе, за последний месяц, ушло три работника. И я нашёл пару кандидатов, которые бы влились в наш коллектив. Некоторые из них могли бы помочь с серийным, — он смотрел на Арсения, который на последнем предложении поменялся в лице. — Паш, давай мы не будем лезть в дело, а просто наберём людей в отдел, которые просто будут работать в отделе, не лазая в это болото, — Попов с раздражительность посмотрел на начальника. Он не хотел, чтобы в это дело лезли посторонние следователи, потому что это реальное болото. Арсений в нем погряз и не может выбраться на протяжении трёх, или даже четырех, месяцев. – Пока они изучают дело с длинною в войну и мир, Властелин всех в городе поубивает. — Арс ты даже не видел кого я отобрал. Может, тебе захочется с ними работать? Только есть одна проблемка… — Мне даже страшно представить какая, — брюнет закрыл лицо руками, потирая глаза. — Один из них уволился из следственного комитета без какой либо причины. Он проработал меньше года, но при этом у него хорошая характеристика. После увольнения он устроился работать официантом, — Павел постукивал ручкой по деревянному столу, ожидая ответа. — То есть, он отучился в МВД, проработал меньше года и пошёл работать официантом? — Попов удивленно спросил. Паша кивнул, давая понять, что именно так и было. — Я никогда в жизни не видел, чтобы люди так, извините меня, проёбывали свои года. Это абсурд ведь. Где ты вообще такой экземпляр нашел и с чего решил, что он захочет работать в отделе? — Я чисто случайно нашел его, честно. Меня зацепило в нем то, что первое дело в котором он участвовал, было связано также с серийным маньяком. Его не могли расследовать пару месяцев, а он в тот момент искал где проходить практику. И его прикрепили к оперу, который расследовал это дело. Через пару недель маньяк был пойман. Это удивительно как-то. — А как человека-то зовут? — брюнет пытался переварить информацию, уж слишком все радужно было. — Антон Шастун, двадцать пять лет.***
— В плане, что хотят чтобы ты им помог с серийным маньяком, и в целом работал в отделении, потому что не хватает людей, — Эд отпил из кружки чай и на секунду пожалел, что там лишь чай, а не водка. Он молча и, даже как-то боязливо, ожидал реакцию друга. — Нет... Нет! На что ты рассчитывал, когда сообщал мне это? Ты же понимаешь, что я под дулом пистолета не пойду обратно работать в ментовку, — Антон встал из-за стола и вышел куда-то коридор, оставляя друга со своими мыслями. Выграновский сам работал в отделе и устал от того, что на него сваливают не его работу. И ходят все нервные и злые из-за маньяка. Он прекрасно понимал, каков будет ответ Антона, но стоило попробовать. Может, что изменилось за эти последние три года. Он также понял, что Антон может помочь этому несчастному делу. От мыслей отвлёк вошедший на кухню Антон. Он сел обратно на стул и упёрся локтями об стол, придерживая голову ладонями. — Антон, подумай, — гробовую тишину разрезал голос Эда. — У тебя ведь была мечта работать полиции. Не живи прошлым. Почему ты думаешь, что все пойдет так же как и три года назад? — Потому что это я, Эд. У меня не может быть иначе. Мечта была, да прошла. Я не хочу больше об этом разговаривать. Либо ты меняешь тему разговора… — Антон не успел договорить, как его перебили. — Либо что? — Либо выгоню, — Шаст поднял взгляд со стола на своего друга. Было такое впечатление, что ещё чуть-чуть и он заплачет. Опять повисла гробовая тишина, Антон смотрел в стол, стол смотрел на Антона, Эд смотрел на Антона, который смотрит в стол. — Если передумаешь, то дай знать, — Выграновский встал и вышел в коридор, а затем покинул квартиру. Антон так и остался играть в гляделки со столом.***
Каждый ребенок в детстве хотел кем то стать. К примеру: врачом, космонавтом, президентом, спайдерменом, полицейским и многими, чьи профессии в детстве казались нереально крутыми. Антон не был исключением. Он был таким же ребенком, с такими же мечтами. Лишь одно, что делало Антона не таким - он видел души мёртвых. Впервые такая способность проявилась, когда он в шесть лет увидел свою покойную бабушку, мирно сидящую за кухонным столом. Она беззвучно говорила с ним как живая. Любой бы другой ребенок на месте Антона, рассказал бы родителям о таком, а те, в свою очередь, скинули бы это на детские фантазии. Но не Антон. Ему почему-то не хотелось рассказывать об этом родителям. Потом через четыре года, в районе десяти лет, он опять увидел душу покойного, незнакомого ему человека. В этом момент он возвращался из школы, и на качелях у учебного учереждения, сидела девушка на пару лет старше его самого. Она была бледной, в разорванной одежде и сидя на качелях махала ему рукой. Антон никогда и никому не рассказывал о том, что видит. В лучшем случае просто бы посчитали психом, а в худшем упекли бы в психбольницу. Такой крест в своей жизни было ставить очень глупо. Он бывало и сам не до конца воспринимал то, что с ним происходит. С возрастом Шастун стал понимать кто он и мог дать себе точное определение. Когда у него появился телефон, то первые вопросы в гугл были: «что делать, если ты видишь призраков и кто ты вообще такой?» В интернете, всё-таки, много информации. Возможно, он не до конца уверен, но все факторы говорят что он - некромант. Он не был медиумом, а именно некромантом. Призраки мёртвых он видел редко. И за всю свою жизнь, наверное, раз пять. Медиумы видят мёртвых спонтанно и часто, они были посредниками миров духов и земным. А некроманты не были ими и относились сразу к миру духов. Медиумизм хоть и был носителем черной магии, но зачастую использовался с благими намерениями. А некроманты считались самыми страшными и могучими носителями магии, и в голове никак не могло укладываться, чтобы некромант, да и с благими намерениями. Самое интересное в этом, что некромантом можно было стать как и обучаясь этому, так и врождённо. Но ребёнку в шесть лет было явно не до обучения какой-то сомнительной мистике, о которой он, в силу своего возраста, даже и не знал. Поэтому Антон склонялся к тому, что он с рождения обладает таким… проклятьем? Язык не мог повернуться и назвать это «даром». У него была мысль, и до сих пор есть, обратиться к какой-нибудь гадалке. Странно было не верить в гадание, когда ты сам видишь души мёртвых. Но сколько бы он не искал объявлений по типу: «погадаю и расскажу о твоём будущем», те оказывались на самом деле шарлатанами. Было написано множество книг, статей в которых полностью описывали поведение людей, являющихся носителем такой магии. В этих описаниях он видел себя, но не до конца. Он потихоньку изучал обряды по общению с мёртвыми, о завладении их телом, о том, чтобы снились вещие сны. Ради этого приходилось ездить на кладбище ночью, для практики. Покупать всякие травы, при покупке которых на него смотрели как на идиота, мол, зачем ему это.***
— Антон Шастун, двадцать пять лет, — в руках Попова появилась папка с личным делом бывшего следователя. — Выграновский должен был к нему съездить. Они, вроде как, учились вместе и дружат, — Паша сложил руки на груди и наблюдал за тем, как Арсений переворачивал страницы с делом Шастуна. — А чем он нам поможет? Он толком без опыта работы. Может, в том деле просто чистая случайность того, что с его приходом в отделение, стало распутываться дело с маньяком? — он явно не улавливал суть. — Переверни на шестую страницу, — Арсений посмотрел на Павла с недопониманием, но всё равно перевернул пару страниц до шестой. — «Был в подчинении у Павла Алексеевича Воли…» — читал Арсений. — Он был твоим помощником, когда ты расследовал убийство?! Почему ты не сказал? — он удивлённо вскрикнул и сразу успокоился. — Да. Он был внимательней нас и замечал то, что не замечали мы. На следующий день после убийств у него было много версий и догадок, о которых мы даже не думали. Он будто бы видел как происходила смерть и давал точное направление, куда копать. А не сказал я потому…– он сделал небольшую паузу, но в эту секунду послышался стук в дверь. — Войдите! — Павел Алексеевич и… Арсений Сергеевич, здравствуйте! — в кабинет зашёл высокий парень. — О, Выграновский. Ты то мне и нужен был. Ты к Шастуну сегодня ездил? — Павел загадочно улыбнулся и посмотрел на зашедшего работника. — Да. — Как успехи? Что сказал? — Вам как? Развернуто с матом или вкратце и без нецензурной лексики? — Эд перевёл взгляд с Павла Алексеевича на Попова, а потом обратно. — Смотря какой ответ. Положительный или отрицательный? — Воля пристально смотрел на Эдуарда. — Отрицательный. — Тогда оставь ответ при себе, — разочарованно ответил начальник отдела и опрокинулся телом на спинку кресла. — Ладно, зайди ко мне через часок в кабинет. Расскажешь, что к чему. — Понял, — парень развернулся на сто восемьдесят градусов и вышел из кабинета.***
Работа официантом, и в целом, в общепите была не то, что трудная, скорее нервная, и отчасти, противная. В подобные забегаловки как «кафе» приходят люди с разным характером. Кто-то приходит, чтобы просто посидеть. Кто-то, чтобы поскандалить и уйти со спокойной душой. Также приходят, в хлам, бухие люди, которых надо выпроводить из помещения. Они, в свою очередь, начинают распускать руки и вести себя неадекватно под влиянием алкоголя. — Официант! — в дальнем углу зала сидел мужчина и звал официанта. Он поднял руку, показывая где сидит. — Добрый вечер! Что будете заказывать? — Антон наигранно улыбнулся, потому что начальство говорило: «хочешь работать, улыбайся как идиот, нечего пугать клиентов недовольной рожей» — Давайте кофе без сахара и десерт, любой, на ваш вкус, — Шастун достал блокнот из кармана фартука и стал записывать заказ. — Ваш заказ будет в течении десяти минут, ожидайте! — клиент кивнул. Антон пошёл на кухню, чтобы передать заявку на заказ. Каждый день видеть сотни людей - утомляет. Времени на отдых почти нет, когда ты один официант на всё заведение. Даже повара, ему кажется, не справляются с количеством заказов. Только их несколько, а ты - один. Он мог уволиться, но единственная проблема, по которой он этого не делал - деньги. Надо было на что-то жить. Платить за съёмную квартиру, покупать еду и одежду и к тому же у него был домашний питомец, которого тоже нужно кормить. Антон не мог пойти в другое место, где платят больше и легче работать. Нет лёгких работ, есть лишь работа, которая тебе нравится, и которая для тебя лёгкая, а для других людей - нет. Но чтобы пойти работать туда, где тебе по душе, нужно образование или хотя бы опыт работы в подобной сфере. — Держите ваш заказ. Кофе без сахара и десерт, — перед мужчиной опустилась кружка и блюдце с десертом. — Благодарю. А можно вопрос? — мужчина вопросительно, и с надеждой в голосе, посмотрел на Антона, который собирался уходить. — Да-да? — А мы раньше ни где не встречались? Шастун вопросительно изогнул бровь, рассматривая сидящего мужчину на столом. Рыжий мужчина, худого телосложения, лет тридцати. Складывалось впечатление, что будто бы где-то и виделись, но скорее всего мимолётно. Минуты две он рассматривал клиента, думая какой дать ответ. — Нет, я вижу вас впервые, — Антон продолжал смотреть на мужчину. — Жаль. Мне Вы показались знакомым. Можете идти, спасибо за ответ, — его голос звучал обречённо, будто ожидал услышать другой ответ. Он ушёл в недоумении и с чувством, что действительно видел этого человека. Только где? Было под вопросом. Весь рабочий день он провёл с подобными мыслями и попытками вспомнить что-то. Уже под конец дня Антон стал думать, что это игра подсознания и он его нигде не видел. Скорее всего мужчина просто с кем-то его перепутал. Но это уже меньше всего волновало, ведь был конец смены и были мысли, хотя скорее молитвы, о том, чтобы никто не зашёл. Сменщик как обычно опаздывал и желание работать за него - полностью отсутствовало. Он просто хотел уйти побыстрее домой, хотя там ждали только, скорее всего, голодная кошкв и портрет Ленина, висящий на стене. Хороший собеседник, кстати. Выслушает, не осудит, поймет. Бесплатный психолог, так сказать. — Блять, Антох, прости пожалуйста! — в кофейню влетел молодой парень, пока Шастун мирно сидел в зале на диванчике, размышляя над своей жизнью. — Проси всё, что угодно, только не говорю Геннадию Борисовичу,— он сложил руки в умоляющим жесте. — Артём, старайся не опаздывать. У меня не настолько чистая карма, чтобы каждый раз перед концом смены молиться и наивно надеятся, что никто не придёт, — Шастун взглянул на сменщика, который ещё чуть-чуть и лопнет от счастья. — Реально заебся постоянно ждать тебя как парня из армии. Заводи там, не знаю, будильник на полчаса раньше и приклей его на потолок. — Я на тебя молится буду, Шаст, — он ещё раз сложил руки в умоляющем жесте и пытался не засмеяться с этого. — Дай бог тебе здоровья, а! — Иди уже, — Антон засмеялся и замахнулся полотенцем на Артёма, а тот бегом рванул к двери на которой было написано: «комната для персонала»***
Утренний Питер - единственное, чем действительно можно было долго любоваться. Смотреть как просыпается город, как торопятся люди на учёбу или на работу. Это по-своему восхищало. Ради этого стоило работать в ночную смену, чтобы утром наблюдать за этим. Антон зашёл домой держа в руках газеты и рекламные листовки из почтового ящика, висящего в подъезде. На пороге его встречала трёхцветная кошка, которая при виде хозяина замурлыкала и стала тереться об ноги. Была бы ее воля она бы, наверное, запрыгнула ему на руки. — Сима, кис-кис, — Антон смотрел на кошку, которая на пару секунд отвлеклась от дела и продолжила снова тереться об ноги. — Щас дам тебе покушать, моя хорошая, — он пытается снять кроссовок и удержать равновесие стоя на одной ноге, пока снизу его тихонько бодали. Наконец-то сняв кроссовки, он двинулся на кухню, в движении беря миску Симы с пола. В верхнем шкафчике стоял пакетик сухого, кошачьего корма с ягнёнком. — Кошка питается лучше чем я, — подумал Антон и улыбался этой мысли. На самом деле это так и было. Миниатюрный комок трехцветной шерсти, при шуршании пакетика корма, стал ходить кругом, от времени опираясь передними лапками об столешницу и громко мяукая. — Держи, — рядом с миской наполненной водой, опустилась такая же миска, только с кормом. В ту же секунду подбежала Сима и стала набирать корм ртом как хомяк. Антон облокачиваясь об столешницу и смотрел на эту картину с улыбкой во все тридцать два зуба. Всё-таки он очень любил кошек и всю жизнь мечтал завести такое пушистое счастье. Через несколько минут Шастун пошёл в коридор, чтобы взять с тумбочки сигареты с зажигалкой, оставленные там с момента захода в квартиру. Подойдя к ней, там лежали ключи, рюкзак, сигареты и газеты с бумажками, которые он достал сегодня. Впервые за все двадцать пять лет жизни ему стало интересно, о чём пишут в газетах. Старость наверное. На первой странице было про шоу-бизнес. Кто кому изменяет, у кого от кого дети. Всё как обычно, стабильность так сказать. Не зная зачем, он это читал с заинтересованным лицом. Перевернув страницу в глаза сразу бросилась надпись, написанная жирным шрифтом: «В Питере опять появился убийца. Как вообще работает полиция?» — «Заголовок - класс! То, что надо,» — подумал Шатен и стал читать. «В Питере на протяжении нескольких месяцев орудует маньяк. Он убивает людей вне зависимости от пола, возраста. Убийства, в основном, происходят ночью. На каждом своём трупе он оставляет одинаковые кольца. Следственный комитет никак это не комментирует, лишь рекомендует в тёмное время суток оставаться дома и не выходить лишний раз» — интересная статейка однако. Наверное, на помощь этого дела его звал Эд. Кинув газету обратно на тумбочку, не желая её больше читать. Вчера Выграновский, сегодня утром - газета. Вселенная явно намекает, что надо вернуться работать на место по его образованию. Оторвавшись от своих мыслей он вспомнил, зачем он пришел в коридор. Взяв пачку, он пошёл на балкон для перекура. Дойти до балкона заняло меньше минуты. Квартира, в которой жил Антон, была однокомнатная и маленькая. Но для одного человека, который жил лишь с кошкой и портретом Ленина - нормально. Прикуривая сигарету он смотрел на улицу. Окна с балкона выходил на детскую площадку на которой, в данный момент, не было детей. Солнце закрывали тучи, без единого намёка на просвет в ближайшее время. Стоя на балконе в одной и тонкой футболке по телу стали бегать мурашки. Всё-таки было холодновато, зима приближалась. Единственное, что было в голове - газета с чёртовой статьёй о каком-то там убийце. Все попытки отвлечься от этой мысли были безуспешны. Сигарета, как назло, долго выкуривалась, будто специально. А тушить половину слишком дорогое удовольствие. Докурив с божьей помощью, Антон пошел на кухню, чтобы посмотреть на кошку и налить себе что-нибудь, что покрепче кофе. Единственная проблема, которая его тревожила уже несколько лет - алкоголизм. Внешне он был похож не только на алкоголика, ну ещё и на наркомана. Усталость давала о себе знать. Работая каждый день в ночную смену и спя по четыре или пять часов, сильно сыгрывалось на организме. Хотя в последние время спать получалось намного больше. Сима сидела на полу кухни мурлыкая и тщательного вылизывая правую лапку языком. Антон чувствовал себя старой, одинокой бабушкой, которая каждый раз умилялись своему домашнему питомцу. За этим можно было наблюдать бесконечно, но больше всего хотелось выпить чуток и пойти спать со спокойной душой. Почему люди выпивают и становятся алкоголиками? Определенного ответа нету, у всех причины для алкоголизма разные. Кто-то пьёт для того, чтобы отдохнуть, кто-то чтобы забыться и заглушить внутреннюю боль. Эти причины являются основными для запоев до беспамятства. Алкоголь, при опьянение, приостанавливает работу мозга, не давая здраво мыслить. Это, наверное, ясно всем, даже детям. Антон не был алкоголиком. Он относился к нему нейтрально и без фанатизма до определенного времени. Он мог раньше выпивать по праздникам, чтобы отдохнуть, но не напиваться в дрова. Нужно знать свою меру. Но у любого человека может настать момент, когда ты был нейтрален к чему-либо, а потом просто не можешь жить без этого. Невозможно предугадать свои действия и, в целом, будущие. Чёрная черта в жизни всегда даст о себе знать. И каждый человек с ней справляется по разному. И вот из-за этой чёрной черты Шастун стал чаще пить. Как упоминалось выше, алкоголь замедляет и притупляет работоспособность мозга из-за чего могут не снится сны. Но когда тебе на протяжении нескольких лет снится один и тот же сон, где начался весь этот хаос, в котором ты сейчас живёшь то… навернуть пару рюмок уже не кажется такой проблемой и со временем просто входит в привычку, чтобы дай бог больше не видеть этот сон.***
— Бзз-бзз, — тихий, вибрирующий звук, от входящего звонка на телефоне, пронёсся по спальной комнате. — Да блядство! — послышался хриплый и сонный голос брюнета, потянув руку к тумбочке, стоявшей рядом с двуспальной кроватью. Взяв в руки предмет утреннего раздражения, на экране высветился входящий звонок коллеги, который был, по совместительству, ещё и другом. — Серёг, если там труп, то давайте без меня, — Арсений положил телефон на грудь и поставил громкую связь, чтобы слышать то, что происходило по ту сторону линии. — Здрасьте приехали, это твоя работа. — Серёжа возмущённо цокнул, который был не менее разряженный и сонный. — Я спал за всю эту неделю меньше двенадцати часов в общей сумме. У трупа ноги не отрастут, он не воскреснет, и в целом хуже ему уже не будет. А если я нормально не посплю, то я либо кого-то убью или сам буду как этот труп. Тебе какой вариант больше нравится? — он говорил все это с закрытыми глазами, с попытками не уснуть заново. — Товарищ майор, дело чье? Ваше. Будьте добры приехать по адресу отправленному в СМСках. Я вам ничем помочь не могу, у меня тут рядом стоял Павел Алексеевич и он все слышал. — на том конце звонка послышался возмущенный кашель начальства, предвещая лекцию. — Ой, да понял я всё. Шучу. Встал я, — и нажал на красную кнопку, заканчивая разговор. Арсений перевернулся на левый бок, отчего телефон, лежащий на груди, съехал на кровать. Даже после такого разговора он не мог проснуться. Он лежал на боку и смотрел на дверь. На часах было показано пять часов утра, а это на три часа раньше запланированного подъема на работу. Ему дали возможность поспать на два больше, а маньяк, чтоб он был проклят, решил иначе. С трудом встав с кровати, с не до конца проснувшимся мозгом и всем, что есть в теле, даже клетками, он пошёл в ванную комнату чтобы умыться холодной водой для пробуждения. В последнее время это мало помогало, но надежда была каждый раз, когда он просыпался после двухчасового сна. Медленно дойдя до двери ванной комнаты, он в темноте искал выключатель, находящийся на стене. Было ощущение, что каждый раз выключатель менял свое местоположение в темноте, и когда свет включался, он обратно возвращался на свое место. Наконец-то нащупав выключатель, он включил свет и открыл дверь, заходя помещение. Ванная комната была в чёрно-белых тонах. На полу был чёрный, матовый и довольно скользкий кафель, стены были в белой штукатурке. Белая ванна и раковина с заострёнными углами полностью вписывались в этот интерьер. Приятные цвета не сильно давили на глаза. Туалет, по планировке квартиры, находился за одной из стен. Но там было все полностью так же, как и в ванной комнате. Те же цвета пола и стен. Повернув кран с холодной водой, он сунул две руки ладонью вверх и стал набирать в них воду, и затем, когда вода набралась, стал умываться. Вода была не ледяной, а прохладной. После таких манипуляций почему-то больше захотелось обратно лечь в уже, наверное, холодную кровать и накрыться одеялом. Взглянув в зеркало висящие чуть выше раковины, с лица и челки каплями стекала вода. Арсений закрыл кран и встряхнул руки над раковиной, убирая, по возможности, лишнюю влагу. Он взял полотенце, которое висело на крючке по правую сторону от зеркала. Оранжевое махровое полотенце приятно терлось об лицо, вытирая оставшуюся воду. Вроде бы организм стал просыпаться (но это не точно). Повесив обратно полотенце, Арсений пошёл на кухню, чтобы сделать кофе и поехать на место преступления. Главным приобретением за последние года два в этом доме - кофемашина. Любое растворимое кофе из магазина, даже самое дорогое, не сравнилось бы с кофе из кофемашинки. Арсений никогда не понимал людей пьющих этот растворимый ужас. За свою жизнь он пару раз пил такое кофе, и то в безвыходных ситуации, когда просто было «надо». Кухня, как и вся квартира, была в тёмных тонах. Дизайн интерьера придумывал сам Арсений, когда купил квартиру. Вспоминая, какая она была, на глазах наворачивались слёзы. Ободранные стены, треснувший, от старости, деревянный пол, из которого торчали маленькие, острые кусочки дерева, и ходить в носках, а тем более уж босиком - было больно и неразумно, потому что в дальнейшем все ноги были бы в занозах. Но сейчас он искренне рад, что привел эту квартиру в божеский вид. Все знакомые, которые впервые посещали его квартиру, удивлялись и хвалили её за красивый интерьер. Хоть она и была двухкомнатной, но при этом казалась небольшой. Подойдя к черной, пепельной столешнице, он снял с кофемашинки крышку, которая закрывала отсеки для кофе, воды, сахара и молока. Взяв, рядом стоящее, молотое кофе, он насыпал целый отсек и в оставшиеся насыпал сахар и добавил воды. Через пару минут по всей кухне и, может быть квартире, распространился запах свежего кофе. Чудеса.***
К месту огороженному оградительной лентой, подъехала чёрная ауди. Из неё вышел мужчина в черном пальто, крутя на указательном пальце ключи от машины и, нажимая на кнопку, блокируя её. За пределами ленты собралось небольшое количество людей, интересующихся произошедшим. Он подошёл к месту, доставая ксиву из внутреннего кармана пальто, затем показывая ее двум стоящим полицейским. — Арсений Сергеевич, доброе утро. Проходите! — в унисон сказали лейтенанты, поднимая ленту над головой мужчины. Арсений в ответ раздражённо посмотрел на коллег, всеми силами делая вид, что он не знает, что тут забыл. Мол, магия вне Хогвартса, вообще не знал как попал сюда, чистая случайность. Он чуть-чуть нагнулся для прохода под лентой и заметил лежащий, по всем видимости, труп, накрытый специальной тканью. Рядом с ним сидел, почти на сломанной, табуретке, патологоанатом. — Ну как он? — Арсений кивнул на жмурика, пряча руки в карманы штанов. — Перерезана сонная артерия, рядышком кольцо. Всё как обычно. Умер, не воскресал. — патологоанатом пожал плечами и начал складывать все свои приборы в маленький чемодан. — Стабильность, ничего не скажешь. — Да. Мужчина, лет сорока, примерное время смерти пять-шесть часов, но это не точно. Документов при жертве не найдено, но по всей видимости, он был бухущий в хлам. До сих пор перегаром пахнет. — Дима, так звали судмедэксперта, поморщился, вспомниная этот отвратительный запах, смешанный спирта и крови. Врагу такое почувствовать не пожелаешь. — О, Арсень Сергеевич, вы все-таки приехали, какое чудо! — в дали послышался голос друга, который поднял его в рань. — Ну чё, как тебе картина? — Убийство будто бы отличается от других, не знаю… Ощущение, что оно не по плану пошло. — В плане? — Серёжа вопросительно поднял бровь. — Ну Властелин за все это время не убивал пьяных людей. А этот, если честно, на бездомного похож. Просто реально ощущение, что оно не такое. Я не знаю как объяснить, я до сих пор проснуться не могу. — на последних словах Арсений показательно зевнул. — Просто чем ему мог насолить бездомный, чтобы лишить его жизни? — Не похож, а бомж он, я поспрашивал у жильцов. Тусуется тут больше года, звали Колей, уже как родной стал. Всегда пьяный ходил, хотя был адекватным и, на удивление, люди относились к нему нормально. В последнее время начал пропадать, на два дня куда-то ушёл, явился и потом опять исчез. Вернулся, предположительно, позавчера и вот сегодня уже на том свете. — Матвиенко читал показания жильцов, которые он записал на листок. — Интересно конечно…***
Арсений лежал на диванчике в своём кабинете и смотрел в потолок. Он чувствовал себя тараканом, которого прихлопнули тапком. Голова не работала, вообще ничего не работало. Ещё чуть-чуть и такими темпами он возьмёт и уснёт прямо на этом диване. — Страна подъём! — дверь в кабинет резко открылась, отчего её ручка ударилась об стену. В кабинет зашёл Павел Алексеевич с непонятно-загадочной улыбкой на лице. — Ты чё, спишь что ли? — он посмотрел налево, в сторону дивана, на котором, почти двухметровый, Арсений пытался уместится. — Лежу, не сплю, о жизни размышляю, — брюнет сложил руки на груди и закрыл глаза обратно. — Хватит размышлять, иди сюда. Арсений неохотно начал спускаться ноги вниз, ища снятые кроссовки. Он начал медленно приобретать сидячее положение, потирая сонные и уставшие глаза. — Если бы я не знал, где ты работаешь, то подумал бы, что ты наркоша, — подметил Серёжа, сидящий в другом конце кабинета за своим рабочим столом. — Не поверишь, со мной бабульки на улице здороваться перестали, из-за того что я стал похож на… — Арсений начал вставать с дивана, как резко защемило спину. — Бля-я-я-ть! — Всё, старый уже, на пенсию пора, — к нему подошёл Матвиенко, честно, пытавшись не заржать в голос. Он начал растирать ему спину в районе поясницы, чтобы отпустило. — Господи, откуда у меня в отделении такие дебилы? — Паша сложил руки в умоляющем жесте и посмотрел на вверх, думая, что ему дадут ответ. — Ты, между прочим, сам нас взял, — наконец-то разогнувшись сказал Арсений и в ту же секунду в него полета ручка или карандаш. В полете было трудно разглядеть. — Эй! — возмущённо сказав и кинув ответ, как оказалось, карандаш. Он быстро добежал до своего места, закрываясь папкой с делом. — Все, мир, дружба, жвачка. — Так, о чём я сказать то хотел… О, вспомнил. Пока один играл в пасьянс, другой на диване лежал, я нашел заявление о продаже человека. И угадайте кого нашёл? — старший следователь улыбнулся и стал барабанить пальцами по краю стола, создавая интригу. — Трупа сегодняшнего? — Предложил Сергей. — Ты ж моя умница, дай поцелую. Да, пять месяцев назад пропал человек. Николай Ушаков, тридцать девять лет. Дело было закрыто как «пропавший безвести» и все забили на него. Жена раз пять писала заявление, два приняли и пытались найти, два положили в отложку, последние вообще отказались принимать. — Может навестить жену? — предложил Арсений, пытаясь отнять у Паши дело. — Не перебивай. К жене его, к сожалению, не получится. Месяц назад, когда последние заявление не приняли, у нее случился инфаркт через пару дней. — Алексеевич перелестнул страницу и продолжил читать. — Наша жертва играла в казино. В первое время удача была на его стороне, а за пару дней до пропажи на его банковскую карту был выставлен счёт в размере ляма рублей. Казино накрыли буквально недавно. Недели две назад, наверное. Владелец казино числится мертвым уже как десять лет. — Поддельные документы скорее всего. — Да, именно они. Когда их стали накрывать, он каким-то чудом прошёл через всю охрану, которая стояла у входа. Его местоположение и настоящее имя никто не знает и не сдаёт. Но предположительно он до сих пор в Питере. — Паша закрыл папку с найденной информацией. — Ну, а тогда как нам это поможет? — Арсений постукивал пальцами по столу. Мысль, которую пытался донести старший, была непонятна. — Ну вернёмся к Андрею Иванову. Он же тоже играл в азартные игры и был должен этому же казино. Нужно проверить играли ли другие жертвы. — начальник встал со стула. — Работайте, ребята. — У меня есть ощущение, что это убийство будто бы сделалось, чтобы отличить его от остальных. — брюнет подал голос, крутя-вертя ручку в руках. — В плане? — Паша обратно сел на стул. — Ну, смотри. — он кинул две фотографии с перезаной шеей, от прошлой жертвы и сегодняшней. — Смотри, в отличии с прошлым убийством порез слишком кривой и равный, как-будто сделанный тупым ножом. Даже если посмотреть на все остальные жертвы, то картина та же самая. И ещё, по сравнению с теми порезами, этот получился слишком длинный. Обычно Властелин своему следует стандарту, а тут на те. — Вот я щас только задумался об этом. А если он не хотел его убивать? Но уже пришлось, потому что начал и от этого он занервничал и сделал длинный и неровный разрез. По идее, может же быть такое? — Матвиенко перебрал к себе фотографии. — По идее, да. В каком-то деле, года четыре назад, было так, поэтому возможно-возможно, — Паша пожал плечами и опять встал со стула и пошёл к двери. — Арс, зайди ко мне через часа три, пожалуйста. — и ушёл из кабинета. — Серёг, разложи фотографии со всех убийств, я щас приду. — брюнет отодвинулся на кресле с колёсиками от рабочего стола, чтобы встать. — Нахуя? — Гадать будем, — Арсений цокнул поражаясь немного тупому вопросу. Видимо мозг не проснулся не у него, а у его друга. — Сравнивать надрезы будем. — А ты куда щас? — Пойду сгоняю до кофейни. Кофе хочу, нимагу прям, сдохну щас, — Попов держался за ручку двери, объясняя куда он пойдет. — Ну так можно идти, нет? — Пиздуй уже, — махнув на друга рукой, он отвернулся к нему спиной, перебирая что-то, в стоящем сзади шкафчике. — Благодарю вас, сударь!***
Рядом с отделом находилась кофейня. Небольшая, но из всех подобных заведений, она была лучшей. Он, конечно, не так часто ее посещал, но стабильно раз в две недели мог зайти туда и купить себе кофейку. Над входом в заведение, висел светящийся постер с названием кофейни. — «Лужайник», — мысленно прочитал ещё раз название этого кафе и всегда удивлялся с названия. Оно было такое смешное и полностью не соответствовало с заведением. Зайдя в кофейню, за стойкой стоял молодой, светлый, парень. Он облокотился об неё локтями и смотрел что-то в экране телефона. Заметив клиента, он убрал телефон, по всей видимости, в карман штанов и ждал когда клиент подойдёт поближе. — Доброе утро, что будете заказывать? — он достал блокнотик для записи. –Доброе. Мне, пожалуйста, кофе без сахара. — Арсений полез во внутренний карман пальто, чтобы достать кошелек. — Кофе с собой или? — Да, кофе с собой. Средний стаканчик. — Хорошо, оплата наличными, картой? — Картой, — открыв кошелёк, он достал зелёную карту. — с вас восемьдесят рублей. Приложите карту к терминалу и ожидайте заказ в течении пяти минут. — парень пододвинул платёжный терминал ближе к Арсению, ожидая оплаты. Как только на экране терминала высветилось, что оплата прошла успешо и через пару секунд начал обслуживать следующего посетителя. За Арсением успела выстроиться небольшая очередь, за такой маленький промежуток времени. Чтобы не мешать, он отошёл в сторону пропуская стоящих посетителей и убрал обратно кошелек в карман пальто. Несмотря на то, что кафе было небольшим, но от него веяло таким уютом и комфортной атмосферой. Приглушённый свет, деревянный стиль идеально сочетались с друг другом. Людей в зале не было, все брали еду с собой. Сидел только официант, который увлеченно играл в какую-то игру на телефоне. Надо будет сюда почаще заходить за кофем, и не только. Через пару минут, как обещали, кофе было готово. Ему вручили в руки теплый, бумажный, с названием заведения, стакан. Даже через закрытую крышку приятно пахло кофе. Арсений снял ее и сделал небольшой глоток чёрной жидкости, покрытую небольшим слоем белой пенки. Он удовлетворенно облизал верхнюю губу, на которой осталось немного кофе и, пожелав удачной смены вышел из кафе попивая, по дороге до участка, напиток.***
Как же приятно просыпаться вечером, после ночной смены. На улице уже было темно, а стрелки на настенных часах показывали семь часов вечера. Нужно было потихоньку просыпаться, встать, собираться и идти на работу. — О, Сима! — Антон лежал на кровати, как резко к нему прилетело, нечто живое, снизу. Когда кошка улеглась на груди, смотря своими зелёными глазами в глаза хозяина, она начала издавать звуки заводящегося трактора и, вытянув лапки вперёд, начала их сжимать перед лицом Шастуна. И вот как теперь встать? Если он сейчас не пойдет собираться - опаздает на работу и вряд ли Геннадий Борисович сочтёт причину: «извините, я опоздал на смену, потому что на мне лежала кошка и не давала собираться на работу» за действующую и простой покрутит указательным пальцем у виска. — Так, алё, Сима, — Антон пытался спихнуть кошку на вторую сторону двухспальной кровати, но что-то не особо получилось. Сима с возмущённой мордой шла обратно на свое место как танк. — Тебя вообще хуй сдвинешь, да? — сколько бы Шаст не жил с этой кошкой, все так же удивляется ее упертости. Какой хозяин, такая и кошка. Когда у Шастуна наконец-то получилось сдвинуть кошку и встать с кровати, та смотрела на него так, что следующей ночью зарежет своими когтями. — Сима, если я не пойду на работу меня уволят, а если меня уволят, то мы будет голодать и ты будешь есть корм не с ягненком, а мясные отходы, превращенный в корм. — кошка показательно повернулась и мяукнула. — Вот, договорились? Сима ещё раз мяукнула и пошла куда-то в коридор. Пока Антон уговаривал кошку, время на перекус не осталось. Время на экране показывало, без двадцати минут, восемь, а смена начиналась в полдевятого. И время осталось лишь на сборы и дорогу. Антон был единственный из персонала в кафе, кто мог работать ночью. Там работали люди от шестнадцати до двадцати двух лет, он был самым старшим из своих коллег. У всех были школы, колледжи, университеты и совмещать ночную смену с учебой по будням - трудно. Начальник даже как-то предлагал поднять зарплату тем, кто согласен был работать в ночь. Ища по квартире разбросанные носки, он молился всем богам, чтобы не опоздать. Он не любил опаздывать и подводить людей так, как делает это его сменщик. С детства приучен всем делать сразу и чётко. И непонятно как совмещалось в человеке безалаберность, безделье и умение делать всё сразу. Выйдя в попыхах из квартиры, чуть не забыв её закрыть, он чуть-ли не кубарем покатился по лестнице, потому что ждать пока лифт приедет было долго. Ему около минут двадцати ещё добраться до работы, и к началу смены быть уже переодетым и готовым работать. На улице шёл моросящий дождик, а на асфальте, из-за ям, были огромные лужи, которые приходилось обходить. Ради бога, остановка была напротив подъезда, из которого вылетел Антон. Но, по-моему удача была не на его стороне. Если бы он вышел минутами пятью ранее, то сейчас бы он не стоят в метре от остановки и смотрел как уезжает нужный ему автобус. — За-е-би-сь! — прорычал ругательное слово, тем самым привлекая внимание какой-то бабки, которая, по всей видимости, тоже опоздала на автобус. Шатен ушел за остановку встав так, чтобы было видно автобусы. Он достал пачку сигарет из заднего кармана которую он, на удивление, не забыл в спешке. Норма приличия всё-таки были, он уважал людей и никогда не курил на остановке не каждому может нравится сигаретный дым. Тем более там стоит не мало людей. Хотя возможно удача была чуть-чуть на стороне Антона, потому что приехал ещё один автобус, который по расписанию должен был уже проехать эту остановку, на котором можно было доехать до работы. – Без окон, без дверей полна горница людей... – внезапно вспомнил Шаст, когда увидел подъезжающий автобус забитый битком как банка с огурцами. Ну, выбора особо не было, поэтому пришлось ехать на том, что есть.***
До начала смены осталось восемь минут. Антон сайгаком бежал до кафе, перелетая лужи как птичка. Конечно, он мог, в силу высокого роста и длинных ног, идти обычным быстрым шагом и со стороны казалось бы, что он бежит. Но тут именно нужно было бежать. Увидели бы его преподаватели физкультуры из школы и университета... офигели бы. Влетев в кафе и комнату персонала, Антон молниеносно сбрасывал верхнюю одежду и параллельно открывал шкафчик с формой. Почему нельзя было переодеваться как Леди Баг или Винкс, сказав только одну фразу, и ты перевоплощаешься из обычной одежды в костюм? Подобный навык был бы так полезен, вы не представляете. Ради бога на улице не настолько холодно, что нужно было бы одеваться в тридцать три слоя одежды. Прошло меньше пяти минут, как он уже выходил из раздевалки, и в движении завязал сзади бантик на фартуке. – И как всегда тютелька в тютельку, Шаст! – сменщик смотрел на запыхавшегося Антона, постоянно удивлясь как у него так получается. – Ты вообще умеешь опаздывать или только делаешь вид? – Артём, ты щас не представляешь какой я марафон устроил чтобы прибежать сюда. Я с бабками за стоящее место в автобусе пиздился и бежал как в жопу раненый. – Шатен облокотился об стену. Все никак не получалось отдышаться. Пора курить бросать, наверное? – Голодные игры? – Именно они. – Иди в зал, а то там людей хуева туча. Вроде маленькая кафешка, а лезут как тараканы. Я пошёл переодеваться, спокойной смены. – Артём протянул руку и отдалился в сторону комнаты для персонала. – Сплюнь, – куда-то в след произнес Шаст и пошёл в зал, принимать заказы. – С богом нахуй. – он взглянул из-за угла на количество посетителей и начал перебирать в голове все молитвы, которые он слышал за свою короткую жизнь.***
С начала смены Антон носился по залу как попрыгунчик. Бегая от посетителей до кухни, относя заявки и забирая заказы, он намотал, наверное, километров десять уже. О перерыве, который должен быть два часа назад, никто и не вспомнил даже. Ближе к одиннадцати часам количество людей явно уменьшилось и приходили лишь только за кофе. На удивление, хоть и посетителей было много, но все были в адеквате, без скандалов с обещаниями уволить официанта. Пьяных дебошей и всего такого, что обычно происходит под вечер - тоже не было. На данный момент зал, практически, пустовал и Антон мог спокойно поесть и отдохнуть некоторое время. Повара и бариста тоже могли спокойно выдохнуть, после потной «катки» За окном, моросящий дождик, превратился в ливень. Из-за этой суматохи, Шаст потерял бейджик или просто забыл его надеть перед выходом на смену. Вряд ли он щас вспомнить действия, произошедшие больше двух часов назад. Пока Антон думал обо всем, в том числе и о бейджике, из-за которого могут надавать по шапке за похабное отношение, он сидел и ел, честно отжатый ужин у бариста, который проиграл его в карты несколько дней назад. А вы думали, чем занимаются работники в кафе, когда нету посетителей? Играют в переводного дурака на еду. А ведь говорили ему, что навык игры в карты ему никогда не понадобится. Сытый, и главное ни копейки не потратил. Не сказать, что Антон всегда побеждал, но опыт игры в дурака с пяти лет говорил сам за себя. Все перемены, скучные уроки, были с сопровождением игр в карты. Даже в университете как-то играл с преподавателем на зачёт. В кафе царила спокойная и комфортная атмосфера. Играла какая-то музыка, без слов. На часах показывало двенадцать часов и людей толком-то и не было. Заходили, заказывали кофе, ждали, забирали и уходили. Помощь Антона тут была не нужна. Поэтому он сидел в зале и пил кофе с ликёром, параллельно залипая в телефон. Так сказать, будни официанта чек! Плюсов рабочей смены ночью было столько же, как и минусов. Пятьдесят на пятьдесят. Под вечер было мало народу, но большинство из приходящих - алкаши, которые молили пустить их с просьбой перекантоваться эту ночь. Можно было посидеть в тишине и спокойно пообщаться с коллегами о том, о сём. А потом через пару часов отдать смену сменщику и поехать домой со спокойной душой.***
На часах было полвторого ночи. За последний час никто не приходил. Скучно было до жути и даже спать не хотелось. Дождь на улице кончился и можно было спокойно выйти покурить и не промокнуть, потому что приходилось отходить от крыльца подальше, так как начальник ругался и обещал вычитать из зарплаты у тех, кто курит прям у крыльца. А стоя под дождем было так себе, да и к тому же сигарета намокала и становилась через чур противной. За всё это время, пока не было посетителей, Антон успел сходить покурить уже раз пять от скуки. Впервые за всё время работая в кафе, ему было так скучно. Игры на телефоне тоже стали скучными, ребята сидели и засыпали. Поговорить даже было не с кем. Из друзей все тоже уже спали и ему оставалось только сидеть в зале и смотреть в стену, слушая музыку.***
– Блять, ну опять система полетела, сука ты блядская! – Арсений тихонько ударил по столу, смотря как, сам по себе, выключается компьютер с отчётом, который он писал больше трёх часов. Даже врагу такой ад не пожелаешь. Была маленькая надежда, что хоть что-то сохранилось. Серёжа печально посмотрел на друга, тоже надеясь, что что-то сохранилось. Компьютеры в отделе работали, откровенно, плохо, хотя меняли их недавно. Даже старые лучше функционировали, чем эти, новые. – Блядство! – надежда умерла последней. Ничего не сохранилось. – Если я щас выкину этот компьютер нахуй из окна, то каков шанс, что я смогу оправдаться перед Пашей? – он посмотрел на Матвиенко, а тот молча пожал плечами. – Ну, думаю поймет? Только ущерб один хуй возмещать будешь. – Куплю тогда что-то адекватное, которое после нескольких месяцев работы не будет вырубаться с нихуя, – Арсений сложил руки на столе и смотрел и смотрел в монитор. По-моему, у него скоро начнет дёргаться глаз. Ему уже было легче от руки это всё писать, нафиг эти технологии. – Тогда аргумент, – и Сережа отвернулся. – Нет, ну я реально его щас выкину. – компьютер опять выключился и, по всей видимости, навсегда. Нажимая на кнопку включения реакции не последовало. – Серёг, пизда, он видимо всё. – Чего? – Матвиенко вопросительно изогнув бровь, посмотрел на Арсения который то ли паниковал, то ли ликовал. Мужик загадка. – Он выключился ещё раз и больше ни на что не реагирует, – показательно нажав на кнопку включения. – Это финско, братан. – Серёжа поднял руку показывая кулак, мол: «братан, держись, я с тобой». – Ты куда? Домой? – он взглянул на Арсения, который резко встал со стула и пошёл к двери. – Если я уйду домой, недоделав этот отчёт, то меня Паша повесит. А если ещё узнает, что эта шайтан машина отъебнула, то вообще скальп снимет. Я за кофе короче, приду через минут двадцать. – и вышел из кабинета.***
Брюнет пошёл в то самое кафе, что и утром. Не далеко идти и кофе там вкусное. Прогуляется хоть, а то сегодня только утром на улице и был. Людей на улице совсем не было, лишь иногда в дали размытым огоньком светились фары, проезжающих машин. После дождя, который шёл почти весь день, был приятный, свежий запах. На умных часах показывало время два часа ночи с копейками. Похоже, сегодня он ночует в отделе, чтобы написать этот грёбаный отчёт о сегодняшнем убийстве. Приходилось сразу сопоставлять отчётность людям свыше, так как те сильно давили из-за маньяка, которого они не могли поймать уже сколько времени. Во всех новостях, газетах только и говорилось о бездействии оперов, от знали бы они, как трудно находить таких преступников, с немалым полицейским стажем. На горизонте показалось крыльцо со ступеньками кафе. Их подсвечивала светодиодная лента, прикреплённая по бокам, и к баннер сверху. Ночью это выглядело по-особому красиво и необычно. Зайдя в помещение открывая двери, за стойкой стоял опять молодой парень, но уже другой. Он зашёл только за кофе, но в голову резко ударило желание поесть и просто посидеть, успокоиться и расслабиться от этого всего. Он сел за свободный столик с маленьким, черным диванчиком у окна и только он хотел позвать официанта, как тот уже подошёл к нему. – Здравствуйте! Что будете заказывать? – высокий, светловолосый парень держал блокнот с ручкой. Арсений открыл маленькую книжку под названием «меню» и стал читать, что здесь подают. – Мне, пожалуйста, карбонару и чёрный кофе. – он отдал меню официанту и посмотрел внимательно на его лицо, и подзавис. Он его где-то видел, а где вспомнить не получается. – Это всё? – парень заметил на себе взгляд и решил как то выкрутиться из этой ситуации задав такой вопрос. – Да... Да! – Ожидайте. – Арсений смотрел в след уходящему официанту, прокручивая где он его видел. Он определенно его где-то видел, и относительно недавно. Но память от усталости никак не могла вспомнить где и когда. Арсений не любил испытывать такие ощущение, потому ё что всё оставшиеся свободное время будет забито этой мыслью. Через минут десять к нему подошёл официант, спуская перед его глазами тарелку с пищей и чашку с кофе. Из-за того, что он взял неправильно чашку, она случайно выскользнула из руки парня. Черная жидкость попала в тарелку с карбонарой, стол, пол и на рукав его белой рубашки. – Извините пожалуйста! – он поднял лежащую чашку из которой вытекали остатки кофе и мгновенно кладя полотенце на край стола со стороны посетителя, чтобы оно не стекло на его одежду. – Как тебя вообще на работу взяли? – Арсений хотел сказать это без какого-либо наезда, но получилось иначе. Он смотрел за тем как, светловолосый парень белым полотенцем собирал разлитый кофе, чтобы он не стёк со стола дальше. – Простите! – он кинул сырое полотенце себе на поднос. – Сейчас я вам принесу другое кофе! – он буквально рванул куда-то в сторону кухни. На Арсения редко выливали кофе, и такие действия он ты пытался никак не комментировать. Принимал извинения и мысленно злился за неаккуратность. Но сейчас почему-то не хотелось злиться. К тому же кофе на него не попало. Его больше раздражало, что он не мог понять, кто это. Вот это реально выводило из себя больше, чем вылетое кофе. – Ваш кофе, ещё раз извините! – из ниоткуда выбежал парень, неся на подносе одно кофе. – Я сам. – брюнет протянул руки к чашке чтобы официант не разлил ещё раз. – Извините ещё раз! – светловолосый хотел было уйти, но.. – Да ты задрал со своим «извините». Стоит быть аккуратней, а потом бы не пришлось краснеть перед покупателеями, – но что-то в Арсении резко перемкнуло и сразу же отпустило. – Да, разлил, с кем не бывает, но не надо, пожалуйста, сто раз просить прощение. Очень раздражает. – Это нормы этикета, я ничего не могу поделать. – Можешь. Будь аккуратней и тогда не придется извиняться, – Арсений не хотел наезжать и как-то дальше мусолить эту тему, но язык делал обратное. – Я провинился и сразу же извинился. Если вам не нравятся, когда перед вами извиняются, то это, сугубо, ваши проблемы. Вы могли сказать, что вам не нравится и я бы прекратил. – тут уже встал вскипать официант, который готов был отстоять свою позицию. – Не надо делать из меня виноватого, – брюнет был в полном удивлении от сказанного. – Извинился один раз и достаточно, я тебя услышал. – Я не делаю из вас виноватого и, к тому же, сразу признал свою ошибку и неаккуратность Было бы куда целесообразней наехать на меня по поводу разлитого кофе, а не из-за моих извинений в вашу сторону, которые раздражают вашу тонкую натуру. – последние слова он отчеканил и сказал так, что с букв уже льётся яд водопадом. Он говорил уверенно и это, с одной стороны, раздражало, а другой восхищало. Но негативных эмоций было намного больше, чем добрых и разумных. – Не стоит хамить клиенту. Я могу написать жалобу на тебя и ты потом так же будет извиняться передо мной? – Арсений тоже был не промах. Изначально, он не хотел с ним ругаться и вообще просто хотел спокойно посидеть, даже после разлитого кофе. Но реально, как чёрт дёрнул сказать, и то, не в негативном ключе, хотя выглядит иначе. – Пишите, могу книжечку принести. Слишком много на себя берёте. – официант всеми силами делал, что ему по барабану на жалобы. На него не часто, конечно, писали жалобы, но они было редко, но метко. – Неси.***
– Смена - заебись, меня теперь уволят!
